Психологическая помощь и "Чёрный нёнэ"

В мраморной беседке сада, при свете утреннего солнца, время подходило к мирному распитию и завтраку. Пока Самка уделяла пару минут пониманию собственной формации и ситуации с Белой чайной, к ним с Вейгаром степенно вышагивал Изготовитель. Вид был отнюдь не воодушевленным и уверенность его поубавилась. Даже при мимолетном взгляде на него, ощущалась аура сердечной тоски и душевных ран. - О чем ты сказал мне прежде? - вопросил у него Вейгар сразу по приближению, будто призывая озвучить некий факт перед Леди. - О печали. - безучастно и приглушенно прозвучал его голос. Самка только слегка мягко улыбнулась. А внутри встрепенулся какой-то энтузиазм... Вейгар лишь тихо вздохнул. - Мы все порой ей подвержены. Хотите, развеем ее? - без обиняков предложила Самка кутюрье. Он увел легкий и задумчивый взгляд в сторону, размышляя над предложением. Для него это звучит выгодно, вот только в его понимании, стоит предложить что-то взамен... Самка про себя мужалась, чтобы пойти на встречу этой схеме взаимообмена, а не просто предлагать бескорыстную помощь, как ей обычно хочется. Просто чтобы ее добродушие не восприняли как оскорбление и не вызвали какие-то поучительные речи или насмешки. - Вы пополните мой гардероб прекрасной идеей, а я помогу вам сладить с грустью. - со спокойной улыбкой добавила она. Изготовитель продолжал повисать в тленной печали и задумчивости, от чего в разговор вступал уже Вейгар. - Ты в состоянии согласиться или отказаться. Окрепнуть. Или томиться в бездействии, превращаясь в прах. Ты отверг попытки вспахивать незаконную супругу под давлением нашего влияния и таишь обиду, однако иначе имеет место неизбежный страх гибели. - разъяснил Вейгар. Кутюрье только еще пуще поник, превращаясь в олицетворение страдающего стыда и позора, мучимый сердечными истязаниями. - Случившееся является на деле лучшим раскладом, нежели ошибка дорого стоящая утрат и бесконечных детских слез, да разбитых сердец. Отношения самый тяжкий труд, но также самая прекрасная отрада. - слегка мягко рассуждала Самка. В ней просто трепетала какая-то девичья радость. Она так хочет этим заняться, что в мыслях буквально разносится "Я хочу, я сделаю, это по мне!" купаясь в любопытстве и безукоризненном ажиотаже. Философствовать на тему отношений? Делиться опытом и впечатлениями? Обрабатывать психо-эмоциональное состояние? С кутюрье это действительно интересная тема, ведь как и Лорд с Леди, сам Изготовитель с Марис, так же являются двумя противоположностями! Межвидовые отношения и их результаты, по мнению Самки, это просто чрезвычайно восхитительная тема для обсуждения! Все также безмолвный кутюрье, будто выжал из себя последнее отчаянное возмущение из обид и стыда, слегка смягчаясь, выдерживая очередную задумчивую паузу и улыбнувшись лишь уголками губ, тихо хмыкнул, будто услышал подтверждение о том, что о его чувствах заботятся, а не пытаются закопать на самое дно отчаяния. Вейгар будто отвлекся на секунду, отклоняя взгляд в сторону. - По присяге на верность, вынужден откланяться. Грабители подбираются. Меня ожидает поприще полное жертв, которые только и ждут, чтобы их уничтожили. - довольно распалялся Вейгар, устремляясь к коридорам замка. - Хорошо вам повеселиться, дорогой. - не удержалась Самка, провожая его взглядом. "Пока меня нет, не смей набедокурить" мысленно процедил он ей, скрываясь в коридоре замка. "Приложу все усилия" подумала Самка, улыбаясь и тихо вздыхая. - Какое превосходство, - восторженно заговорил кутюрье - Обложили романтический вечер готовым войском, взяли на себя обучение первому опыту, где льстиво разорвали губительные события. - почти сладко ахнул он и сложил ладони вместе. - Подобные отношения сами по себе чувственная драма, но порой сюжет может начать оборачиваться дешевым сериалом. А мне по душе поддерживать ценность взаимоотношений и не превращать их в трагедию. Она того не стоит, эта трагедия. Ею подпитываются слушатели, но мы обогащаемся длительной и перспективной историей. - слегка замечтавшись рассуждала Самка. - Все клонится к нескольким составляющим, - уже более степенно поддерживал тему Изготовитель - Нужда, путаница, жалобы, и все это намазано нравственными связями с нашим авангардистом. - слегка стиснул зубы он и напряженно нахмурился. Самка насторожила уши, проверяя не шепчутся ли цветы о присутствии Марис, как вдруг улавливает... тлю на растениях. Крохотную фиолетовую россыпь то тут, то там. И она... шепчется. Она оценивает взглядом цветы, которые скрывают под своими бутонами тлю. - Не стоит забывать о том, что соблазнилась она в первую очередь, вашими талантами и мастерством. Свободолюбие и легкомыслие вполне присуще пикси, но в то же время мы наблюдаем трепетные старания в том, что им не свойственно. Воспитание ребенка, которого якобы не должно было существовать. Природа характера не меняется по щелчку пальцев, но в этом она отчаянно бьется. И не особо отвергает вашу роль отцовства, отставляя на задний план другого теоретического родителя. Она влюбилась в мастера интриг и безупречный театральный стиль, но новая роль матери дребезжит в ней как колокольчики из осколков стекла. И она борется с определением, кто вы есть. Я могу это понять и не могу осуждать. Это процесс. - спокойно рассуждала она. Изготовитель слушал и претерпевал свои внутренние эмоциональные качели. Мысль о том, что Марис избирала его как партнера изначально, даже до встречи, будоражили его внушая трогательную и влюбленную воздыхательность. Это было приятно слышать... А мысль о Кармиане и вовсе заставляла сердце чутко стенать о удивительном факте его существования. - Детский возраст такой шумный... - тихо вздохнул кутюрье - Но он находчив и совестлив. Его губы совсем чуть-чуть дрогнули, мягко и трогательно. - На момент рождения, дети есть чистый лист со своими предрасположенностями и талантами. Что в них вложишь, примерно то и получишь. Но они развиваются в меру своих возможностей и избирают свой взгляд. Растут индивидуальности. Я нахожу очаровательным то, какие черты дети берут от своих родителей. Очаровательным, потому что это очаровывает. - грамотно поправляла она себя, наблюдая как кутюрье слегка морщится от слова "очаровательным", после чего в его эмоциях возникало мягкое понимание - Мои внутренние бури эмоций, при виде их достижений, реакций, слов что они избирают, порой бьются внутри до абсурдного восторга. И я не вижу смысла всегда это сдерживать, пусть они видят насколько я за них рада и горжусь. - Это действительно прельщает. - с тяжестью согласился он. В его мыслях промелькнуло некое сожаление о том, как долго может длиться это приятное время, время некоего семейного счастья между ним и Марис, вместе с Кармианом. - Я порой смотрю на них и думаю, что совсем недавно они умещались мне в ладонь, но вот они уже бегают, учатся дружить, обучаются различным наукам. Быстро растут. Течение времени неумолимо, но сыграй оно злую шутку и дети бы не росли, это было бы каверзным и иллюзорным ужасом, обманом природы и естественных процессов. В абсолютно каждом возрасте, они прекрасны, главное не упускать это из виду. Даже когда они вырастут и станут самостоятельными... я не перестану считать их своими детьми, которые кода-то были маленькими пушистыми комочками. И я не смогу пренебречь желанием хотя бы изредка сюсюкаться с ними, как с маленькими. Это шалость, но мне в удовольствие. Кутюрье немного страдальчески выдохнул, поднося ладонь к виску и слегка потирая его. - Расслабьтесь. Ведь на деле все хорошо. - по простому умозаключила она и чуть кивнула себе в подтверждение, слегка улыбаясь. - Такое ощущение, будто пламенная любовь всей вселенной обгрызает меня. Просто необходимо замедлять это возгорание из соображений предусмотрительности и приводить в порядок... - слегка занудно цедил кутюрье, но лишь потому что ему было тяжко с этим совладать. Он поджал губы и, повернувшись в сторону, слегка обмахнул себя ладонью, будто остужал потоками воздуха. Самка давала кутюрье передышку, прекрасно понимая, что наблюдает она примерно тот же любовный пыл что и у Вейгара прежде. Понимает что это тяжело, но в тоже время есть в этом что-то прекрасное. Факт чувств. И стараний сдерживать собственные порывы. Взор Самки улавливает вдали, среди гор, всполохи магии Вейгара, словно фиолетовые столбы вспыхивали и оседали, сопровождаясь грохотом и отдаваясь эхом. Но опасность не достигает ее формации и тревоги не вызывала. Лишь только внимание. И немного улыбку. Она хотела бы поделиться со страдающим кутюрье о том, что и между ними с Вейгаром все бывает сложно, но воздерживалась от этих смелых признаний. - Приятно что вы помогаете. - внезапно нарушил он тишину. И Самка уловила, как за его мягкой улыбкой блеснуло сомнение. Подозрение в обмане, лукавом и хитром. Не играет ли Леди роль? - Мне известны тяготы подобных отношений. Тонкие и хрупкие грани от опустошенного отчаяния, до опрометчивого безумства. Весь спектр эмоций, который приходится чинить, шлифовать и настраивать. Я дорожу, от того и стараюсь. - спокойно почти чеканила она свои слова. И тут от кутюрье уже ощущалась внезапная неловкость, всколыхнувшаяся где-то за маской талантливого театрального эстета. - Вы привязаны к этому месту. - просиял он в голосе, восторженно обогнув взглядом стены замка. - И я ни о чем не жалею. - слегка довольно, с ноткой гордости протянула она. Изготовитель замялся. Он не взглянул на Леди, не хотел. Его глаза заблестели от влаги. - Я... - дрогнул его голос - Я потерпел неудачу. Не очень рассчитывал на слезы, разумеется... - помял он губами, будто стараясь говорить тише - Вы оказали правильную услугу, хотя я счел это ребячеством. - Ваша печаль и меланхолия могут быть красивыми, но нет в этом смысла, если оно длится долго и приносит страдания. Я предпочитаю, чтобы в действительности все были счастливы. В замке. - добавила она под конец и чуть злорадно хохотнула, тут же слегка прочистив горло и затейливо ухмыльнулась. И кутюрье сделал вид, что не слышал этого странного поклева, с учтивой улыбкой оценивая ситуацию. Предположил что Леди устала от разговоров, от того и безупречная стать дала крошечную брешь.

***

Некоторое время назад, Мастер теней Зед прибыл вслед собственной тени, информируя Лорда Вейгара лично, о том что орден Кинку пришел в движении в связи с отсутствием их "Ока сумрака" Шена. Прочесывают теоретическое направление, которого он придерживался перед уходом. На личный взгляд и старый конфликт между бывшими соучениками, то есть Зедом и Шеном, и вопрос о причинах его присутствия, Вейгар изрек следующее: - Содействие и приведение формации в благосостояние. То есть - на пользу Леди и всего замка. Но в связи с ситуацией, было принято решение изгнать поборника баланса во избежание катастрофического конфликта. Как и беседу с Зедом, так и дальнейший разговор с Шеном, Самка уступала супругу как более продвинутому дипломату. Вейгар был против возникновению диалогов, цепляющих внимание супруги и отклоняющих ее от процветающего состояния. И ему грело душу то, как угодливо супруга отказалась присутствовать при переговорах, опираясь на его личное предпочтение. По мимо прочего... Мастер теней преподнес небольшой подарок, прокомментировав: - Дурной тон посещать чью-то обитель без подношений. Земли Ионии богаты на любопытные полезные травы. Вейгар лишь слегка склонил голову, про себя расплываясь в какой-то жуткой и ехидной улыбке. Подарок не столь для обогащения в материальном плане, сколько из заботы о здоровье... Такое указывало лишь на жест маленького и приятного расположения... к Леди. Впрочем, Вейгар принял подарок с уже откровенно ехидной улыбкой. - Оценим его по достоинству. - смешливо хмыкнул Повелитель зла. С Мастера теней богатств не спросишь, а вот верность и боевая мощь, это он вполне способен предоставить. Зед ничем не смутился. Человек хорошо владеющий как собственным разумом, так и ограждающий себя от ненужных пристрастий. Проклевывалось только уважение и восхищение. Вейгар мельком подумал, что это даже скучно, хотя похвально. Зед в целом был удивлен нынешнему расположению замка, но ничего по этому поводу не сказал. Да и конкретного мнения он сформировать не успел, ввиду обостренной ситуации с новостями. А в добавок ко всему, неожиданное обнаружение "Ока сумрака" прямо в замке Болхейм... Немыслимый инцидент, однако имеющий свои причины и пользу.

***

Вернувшись в замок с поля битвы, Повелитель зла был хладнокровен и доволен собой. Результаты слегка превзошли его ожидания, потому не было причин для сожалений. Со стороны, казалось, будто Лорд и Леди безмолвно флиртуют друг с другом. Взаимное любование без утраты достойного вида и зависающие взгляды. А на скрытом от посторонних ушей диалоге, это была милая и теплая, изредка заигрывающая тональность беседы, где её "я соскучилась" встретилось с его "я тоже", а дальнейшее было тонкой и нежной игрой, где возникновение желаний выравнивалось искренними, но мягкими предупреждениями. С обеих сторон. В замке, по случаю победы над противником, готовилось застолье. В мраморной беседке, на большом столе раскинулись несколько видов рыб и легких салатов. И все из этого было Самке по душе. Начала с красивого филе красной рыбы. Слабосоленая и податливая, так и хочется заглотить целиком. Если бы не подложка из клейкого риса, то у рыбы не оставалось бы и шанса против такого аппетита. Но вот, приходит время попробовать другую, белую рыбу. Она находится практически на другом конце стола. И пока Леди смотрит на нее, кутюрье ловит этот взгляд и поднявшись со своего места, просит передать ей порцию. Самка даже немного опешила от такой проницательной помощи. На время приема пищи все отходит на второй план, уж больно вкусно это было. Даже разговоры за столом казались комфортным фоновым шумом. Но вот, Самка замечает и чувствует чье-то приближение. Она видит "ёжика" из снов, чей облик с шипением пространственных помех и электрической статикой рассыпается на глазах, и перед ними предстает Номер 3, вышагивающий к столу, но останавливается, будто являя себя на оценку. Он хмурился, опуская взгляд в землю. - Мне не хватает умений в починке. - неохотно признался он. Повелитель зла слегка повернулся, сидя на месте. И ухмыльнулся. - Тебе не хватает светлой магии для поддержки. - улыбчиво, с ноткой насмешки произнес он и хихикнул. Лицо гения хаоса исказила гримаса оскорбления. Слышать такое, для темного мага, сущая мерзость, как и факт того, что он не эффективен в починке формации. Но он присоединился к застолью, как только Вейгар одобрительно кивнул, замечая спокойное отношение супруги к присутствию неугодного ранее приспешника. Самка и так знала, чем он занимается. Она видела во сне через цветы. "Анютиными глазками" она называет их не зря, однако подумала она об этом осознанно только сейчас. "Удивительное сочетание живого растения, процветающего на мертвых землях, наравне со скверноцветами. Жутковатые лица-мордочки из рисунков на лепестках" беззаботно подумала она о цветах, пережевывая листья салата, заправленные оливковым маслом вместе с сочной помидоркой. Сок томата сводит ей скулы при первом укусе. Ничего не меняется. Когда порция салата подходила к концу, зрачки Самки сузились, реагируя на чужое приближение к формации. Она видит залатанную недавно брешь, в которую вглядывается чей-то взор, неестественный, магического происхождения. Но вместо мыслей человека, что смотрит в брешь, она слышит мысль иной сущности, взаимосвязанной... "Наставница?" звучит его полу-утробный голос мысли, полный шока. А в разум поступают фрагменты памяти. Как во времена ее "наставничества" она обращала врагов в мана-кристаллы, и по мнению мыслей создания у стены формации, якобы погибла, давным-давно. Самка разглядывает глаз мыслителя. За обрамлением шока и восхищения, она видит жуткую массу искажений, присущей созданиям Бездны или даркинам. И отводит взгляд. Руки ее ощутили слабость. Но внутри возникало инстинктивное желание запугать любопытствующего. Именно создание. Сейчас она помнит, как выстраивалась их иерархия. Мысль оказывается сильнее тела. Она ощущает свой облик прямо перед брешью, а ее лицо с мясистым треском изгибается в безумной улыбке. Жуть нагоняющая, ужас и безукоризненный авторитет. Где-то внутри она чувствует, как натягивает собственные узды, чтобы ее упряжка Безумия не поскакала галопом. В тот же самый момент, она ощущает острую удачу. Этот, как оказалось, даркин, по ее мнению, крайне глуп и в совершенно невыгодном положении. Скован рамками своего вместилища, проклятого оружия. Владелец ее совершенно не интересует. Да и выходить за формацию она не собирается, как и прикасаться к гостям. "Позор эволюции" изрекла она мысле-слова "Порождение Бездны в плену и оковах, не совладавшее со смертным разумом. Служащий раб своего господина" со стальной насмешливостью тянулся ее голос. Самка единожды принюхалась. "Тени совладали с Безумием. Факт поражения. Мною предреченное. Ничего не изменилось в Раасте" отчеканила ее широкая до неестественного оскала улыбка, от чего можно было слышать как мышечная масса лица с тихим хрустом переминается при мысле-слове. Она смотрит сквозь смертного гостя, сквозь присутствие проклятого оружия, частично отрицая их существование, благодаря чему слышит лишь сумбурные, приглушенные отголоски самого Рааста. Его ответ, это какофония возмущения, с дрожащим внутри отчаянием. Ни одно его слово ее не интересует. И это есть защита от безумия. Самка чувствует как стоит оградить себя от этого влияния, но расчетливо почерпнуть пользу для своего собственного разума. "Мне. Несказанно. Повезло" отчеканила она уже про себя, натягивая узду внутри себя, ощущая как она лишает Рааста чего-то важного, но для себя отмеренного и полезного. На задворках своего разума, она злорадствовала, но приглушала этот нюанс. По ощущениям, все контролировала, все сглаживала, все грамотно складывала. Сразу. Чтобы потом не воцарился хаос. "Силы потраченные не впустую" Она осознавала что сделала. Подавила и продавила волю Рааста, сделав его уязвимым на время его сокрушения, зачерпнула знание структуризации разума, как пособие или материал, освежив свои знания. Забрала и поглотила, по праву силы и авторитета, который сам Рааст признавал по своей воле. Возможно на волне неожиданных впечатлений. Каин видел только размытый образ. Фигуру. И слышал как Рааст кричит у него в голове, но постепенно затихает, будто обессилел, закапываясь в глубины своего вместилища. Он кричал о том, что он все еще убийца и кромсатель, что никто им не владеет, в ту же секунду рассеяно меняя свое мнение, будто признавая факт. Что человек им владеющий, станет его рабом, но будто поколебался, упоминая "не смотря на все годы заточения". Долгие годы, века простаивания... Гнев на грани отчаянной истерики, негодование, проявление радости, которое разбивалось так же стремительно, как упавший стеклянный бокал о камень. И возникающая тишина, утопающая в жалкой злобе. Тень Зеда оценивала состояние ученика, который отмахнулся от звона в ушах, после тирады Рааста. И стукнул оголовьем косы о землю. - Разорался... - с неприязнью произнес Каин и добавил, будто отчитываясь перед мастером теней - Угомонился наконец. Вейгар оценивал ситуацию уже вне формации, наблюдая ученика ордена теней, чей разум по первости был оглушен живым оружием. На памяти Каина, Рааст никогда так себя не вел, что приводило и его самого в некоторый шок. Тень Зеда и Вейгар чуть не перебили друг друга в речи, начиная диалог. Каину было наказано следить за перемещением ордена Кинку, но его любопытство подвело его к самому краю формации. Если бы не Рааст, Каин угодил бы в ловушку лабиринта каменного духа. И Вейгар знакомится с одним из самых перспективных учеников Мастера теней. А Зед проводит еще одну логическую ниточку о том, что Леди может как-то влиять и на живое оружие, что напоминало ему о узорах на его клинках, которые она сама же и нанесла.

***

В саду же, в мраморной беседке, Леди как ни в чем не бывало моргнула и увела взгляд от окраины формации, накалывая на вилку остатки своего салата. За столом она осталась в одиночестве. "Где мой чёрный нёнэ?" внезапно пронеслась ее неожиданная мысль, вызывая у нее легкое, личное удивление. Ощущение, будто она затронула тонкий пласт скрытых знаний, о которых ранее не размышляла. Она задумалась, что значит "нёнэ" и ощущала, что это слово на древне-вастайском наречии, обозначающее "часть себя" или "деталь себя". В ее понимании "чёрный нёнэ" - это тьма Вейгара. Это то, что ранее являлось Церемониальным духом воды, но отныне - тьма Вейгара. Эта же мысль, будто отдается далеким, тихим, импульсивным эхом в разуме. Пылким и отчаянным желанием любви. В тот же самый момент, у Вейгара стекленел взгляд, а дыхание слегка замедлилось. Он оценивал что с ним происходит. Чувствовал, как тело хочет дрогнуть в сторону. И сразу после первого ощутимого мышечного сокращения, слегка напрягся, стараясь сдержанно взять себя под контроль. Тело больше не подавало сигналов к движение, однако внутренне и периодически, это подергивание возникало. Совсем чуть-чуть.