Часть 1

      Пробки. Извечные сеульские пробки. Стоит одному водителю в начале пути допустить ошибку — и страдают потом все. Я то и дело косился на экран телефона, следил за временем и на медленно ползущие машины за окном. Великолепно. Просто идеально опоздать на собственный праздник.       Блять, тридцать лет. До сих пор не укладывается в голове. Ещё недавно я был пацаном переехавший в общагу, питался самым дешёвым раменом и смотрел на мир с вечным страхом и полным непониманием того, чего хочу. А теперь? Теперь меня поздравляют с юбилеем и называют владельцем одной из самых влиятельных инвестиционных компаний Сеула. Ирония судьбы. На экране телефона мигали уведомления от аналитиков. Я мельком прочитал заголовки: отчёт по южноазиатскому рынку, колебания крипты, какие-то графики и проценты, которые раньше заставляли сердце биться быстрее. Теперь же они вызывали только усталую скуку.       Моя компания — JK Capital. Её имя знали даже те, кто никогда в жизни не держал в руках акций. Я построил её с нуля, с первого рискованного вклада, когда ещё сам не понимал, как работает рынок. И вот теперь я владел крупнейшей инвестиционной группой в Сеуле, управлял миллиардами чужих денег и ещё большим количеством чужих судеб. Я посмотрел на свое отражение в темном стекле машины. Глаза уже не горели тем безумным огнем, как раньше. Теперь же на лице усталость, а в уголках глаз линии, которых я раньше боялся. Странное чувство, вроде бы жизнь только начинается, а внутри уже тянет на вечного старика, который слишком много видел и слишком много хочет забыть. Телефон в руках завибрировал, я уже хотел не глядя смахнуть уведомление, но все же посмотрел на экран телефона.       — « Мы уже тут» — короткое сообщение от Тэхена. Я усмехнулся, ведь обычно опаздывает мой друг, а не наоборот.       — «Ладно, еще пару человек не хватает, но на них похер. Ты где?» — спустя полминуты после первого смс, последовало второе.       — «Застрял в пробке, скоро буду»              Я нажал кнопку отправить и бросил телефон на кожаное сидение рядом. В пробке впереди кто-то нервно сигналил, я взглянул на своего водителя, его руки крепче сжали руль, но он все также сохранял каменное выражение лица. Не было смысла как-то указывать и срываться на водителе, я прекрасно понимал, что он никак не может повлиять на ситуацию. Какая ирония: я, человек, от чьих решений иногда зависит судьба целых компаний, застрял в железной коробке, не в силах повлиять даже на движение этой проклятой улицы.                     Спустя еще минут десять, машина наконец-то выбралась из плотного потока, городские огни поплыли быстрее. Когда автомобиль плавно остановился у входа, водитель вышел, открыл мне дверь. Я поднял взгляд на фасад здания. Ресторан находился и считался одним из самых дорогих в Сеуле — место, куда просто так не попадёшь. Но мне повезло, что я в хороших отношениях с владельцем данного заведения. Меня встретили на ресепшене, дальше я двинулся один. Ресторан находился на самом последнем этаже этой высотки, закрытый для всех и специально зарезервирован для меня и моих друзей.       Я специально отказался от всего этого цирка в сто человек. Никаких политиков, инвесторов и партнеров, которые пьют за твое здоровье, а через пять минут мечтают увидеть твой крах. Сегодня вечером будут присутствовать только самые близкие люди, с которыми я прошел через многое, в ком я был уверен.       Лифт мягко остановился на верхнем этаже, двери разъехались, и я вышел в коридор. Путь к ресторану был выстлан приглушенным светом бра, пахло свежим деревом и дорогим вином, в воздухе витал тонкий аромат парфюма. Когда я открыл дверь, меня сразу встретил смех — громкий, заразительный, который невозможно спутать ни с чем.       — Наконец-то. — Тэхен поднялся с места улыбаясь во весь рот. Рядом с ним сидела Дженни, спина ровная, взгляд всегда холодный.        Намджун тут же поднялся и подбежал ко мне заключая в объятия. При виде моих друзей маска серьезного босса мгновенно спала и я словно снова стал тем двадцатилетним парнем только что познакомившийся с ними. Из меня вырвался смех.       — Чувак, поздравляю с твоим днем. — Намджун пожал мне руку как только отпустил.       За большим круглым столом сидели остальные мои друзья. Юнги лениво помахал своим бокалом, даже не вставая, но меня это ничуть не задело, в этом был весь Юнги. Хосок сиял как всегда, он обнял меня так будто мы не виделись годами. Хотя мы и правда не виделись несколько месяцев, он был в командировке в ЛА. Джин пришел не один - рядом с ним сидела Джису, элегантная и безупречная, они выглядели как идеальная пара с обложки журнала. Чимин, конечно же был в центре внимания, шутил и оживленно размахивал руками, пока остальные смеялись.       Я чувствовал, как напряжение дня постепенно уходит. Это были те самые люди, с которыми я прошёл через многое, те, кому можно доверять. Сегодня не нужно было носить маску. Но тут я заметил ее.       В дальнем углу, словно специально выбрав место не на виду, сидела она. Лиса. Моя бывшая. Наши взгляды встретились, и на её губах появилась лёгкая улыбка — та самая, от которой когда-то у меня сбивалось дыхание. Но сейчас внутри не шевельнулось ровным счетом ничего. Ни боли, ни тоски. Только сухое равнодушие. Все что между нами было давно умерло. Она пригладила свои каштановые волосы собранные в идеальный низкий пучок. Смутившись от моего холодного взгляда перевела фокус внимания на свои руки.        — Что она здесь делает? — процедил сквозь губы подошедшему Тэхену. Этот гаденыш точно знал заранее о ее присутствии.        — Чон, я сам не ожидал. Но как выяснилось, недавно она приходила к нам с Дженни в гости и я по пьяни ляпнул, что будем праздновать в этом ресторане. Я и сам забыл об этом, она же и напомнила как пришла. — поднимая руки в знак пощады тихо ответил Тэхен.       — Блять, и ты не мог ее выпроводить? — эта ситуация начинала раздражать.        — У самого то получится? Ты же знаешь это невозможно, потерпи ты этот вечер, знаю неприятно.       — Что у вас тут происходит? — обнимая меня за шею спросил подошедший Чимин. Он оглядел нас, потом заметил куда я смотрю. — А-а-а-а, понял.        — Да забей ты на нее, может уйдет быстрее, поймет что она тебе не интересна. — махая рукой сказал Тэхен приглашая за стол. — Давайте уже выпьем.        Мы заняли свои места, я специально сел так чтобы быть максимально дальше от Лисы. Да, может, это было по-детски, но точка в отношениях была поставлена еще пол года назад. Она старательно пыталась скрыть свое разочарование, я последний раз задержал на ней свой взгляд, она начала активно о чем то разговаривать с Джису. На правах главного сегодняшнего вечера, я разлил вино по бокалом, на секунду заколеблелся, когда очередь дошла до стакана Лисы, но отмел все мысли. Я не хочу ворошить прошлое, даже если оно будет напоминать о себе весь вечер. Наверное, я слишком добрый человек, что удивительно с моей должностью.       Хосок поднялся первым, держа бокал выше головы:       — Ну что, ребята, я рад, что сегодня мы все собирались…       — Не всем, — буркнул Юнги, даже не глядя в сторону, но с такой ехидцей, что все сразу поняли, о ком речь.       На мгновение повисла пауза. Лиса напряглась, но изобразила вежливую улыбку, будто не уловила намёка. Чимин едва удержался, чтобы не прыснуть со смеху, а Намджун только тяжело вздохнул и закатил глаза, мол, «Юнги как всегда». Мы с Лисой встречались три года и за все это время у нее и Юнги не получилось наладить контакт.       Хосок кашлянул, скрывая ухмылку, и продолжил тост:        — Но главное что наш брат сегодня отмечает день рождения. И мы все здесь ради него.        — За Чонгука! — хором подхватил Чимин, подняв бокал.        Все дружно чокнулись, в воздухе зазвенело стекло. Я сделал глоток, ощущая тепло вина, раслабляясь.       — Джин, баннеры с твоим лицом по всему Сеулу, поздравляю. — я поднял большой палец вверх в знак уважения. — Пока был в пробке штук десять точно насчитал.       — Как тебе рекламируемый крем «против первых морщин»? — лениво обратился Юнги к Джину.       — Очень даже неплохо, — Джин театрально провёл пальцами по идеально гладкой коже лица. — Видишь хоть одну морщинку? Вот и я не вижу.       Юнги усмехнулся и закатил глаза, что означало он потерял интерес к дальнейшему диалогу. Его мало чем можно зацепить, из всей нашей компании он с самым сложным характером, удивительно как мы столько лет дружим.        — Слушай, Юнги, я все-таки решил продолжить набить татуировку, хочу перейти с руки на грудь. — делая глоток вина, я обратился к другу.       — Заебись, — он хлопнул в ладоши. — Забегай на следующей неделе, посмотрим что можно сделать.       — Никогда не пойму ваше пристрастие к этим разукрашиваниям своего тела. — покачал головой Чимин, вытирая руки о салфетку.       — Ну да, лучше делать женщинам сиськи со второго размера на третий. — с сарказмом ответил Юнги. — Да ты гуру натуральности.       — Я эстет, Юнги. — с серьёзным видом повторил Чимин, подправляя манжет и делая вид, что его сарказм не задел. Юнги лишь молча покачал головой.       — Упругие и подтянутые сиськи это круто, особенно во время бега, это очень удобно, если смотреть на это со спортивной точки зрения. — к разговору подключился Намджун.        — Я несу пользу и красоту обществу. — самодовольно отреагировал Чимин.       — Чимин, надеюсь, в твоей клиники во время операции играют мои треки. — хохотнул Тэхен.       — Как хорошо, что они под наркозом и ничего не слышат. — парировал Юнги.       Все за столом прыснули от смеха, Тэхен лишь показал средний палец в ответ.       — Процентов девяносто твоих клиентов мои слушатели.        — Еще десять процентов остается, есть куда стремиться. — Хосок хлопнул по плечу Тэхена. — Зато у меня в студии танцуют под твои треки, особенно под последний, чувак это точно будущий хит.        — Ладно, ладно, — вмешался Джин поднимая ладони вверх. — Признаем, у каждого из нас есть свой талант.       — Только я по сравнению с вами какой-то офисный клоп.        — Чон, зато ты следишь, чтобы у всех нас были денюжки на наши прихоти. — вскидывая брови вверх подметил Чимин. — Так что не скромничай.       — Вот именно, — поднял бокал Намджун. — За того, кто держит нас всех на плаву.       Мы чокнулись. Смех и тёплая атмосфера снова наполнили зал.       И в этот самый момент я заметил, как в сторону стола направляется официантка с подносом. Высокая, изящная, в её движениях было что-то лёгкое, почти воздушное. Свет от люстры падал на её волосы, играя мягкими бликами в милых коротких кудряшках. Я поймал себя на том, что в первый раз за вечер перестал слышать голоса друзей.       Она подошла ближе, ловко расставляя ведерки с бутылками. Её движения были точными, почти танцевальными, и всё же не механическими — в них было что-то мягкое, женственное.       Я заметил, как её взгляд на секунду задержался на мне. Всего миг. Но этого хватило, чтобы сердце странно сжалось, а внутри разлилось непривычное тепло. А я не мог перестать смотреть на нее, да я в открытую пялился. Ее кожа была фарфорово- чистой, карие глаза - глубокие, теплые. Эти губы… пухлые, сочные, с мягкой линией, от которой хотелось задержать взгляд подольше. Кудрявые светлые пряди мягко обрамляли лицо, придавая ей что-то невинное. Белая рубашка-платье подчёркивала её талию, аккуратно перетянутую чёрным поясом. Черт. Она красивая. Я понял, что смотрю слишком долго, но ничего не мог с этим поделать.       — Кажется, наш именинник только что нашёл свой подарок. — хмыкнул Юнги.       Я смутился и сразу же перевел взгляд на него, Юнги ухмыльнулся мне, рассмотрел девушку и показал палец вверх, как бы одобряя мой вкус. Хорошо, что ребята были настолько увлечены беседой, что не услышали его слов. Я украдкой посмотрел на девушку, ее щеки покрылись румянцем, глаза упорно смотрели вниз. Отлично, она все слышала.       — Вам налить вино? — прочищая горло тихо обратилась девушка ко мне.       Господи, от её мягкого, тёплого голоса по коже побежали мурашки. Я на мгновение закрыл глаза, будто этот звук мог затянуть меня в себя.       — Э-э… да, спасибо, — проговорил я, стараясь держать голос ровным, но внутри что-то шевельнулось, странно и непривычно.       Она наклонилась чуть ближе, а лёгкий аромат жасмина ударил в нос. Мне в глаза бросился бейджик с ее именем: Розэ. Оно подходило ей идеально.       — Спасибо, — пробормотал я тихо, и она лишь слегка кивнула в ответ, не улыбаясь слишком широко, но с мягкой теплотой, которая почему-то заставила моё сердце биться быстрее.       — Думаю, мы больше не нуждаемся в ваших услугах.. Розэ..— протягивая слова обратилась Лиса.       Скривившись, я перевел на нее взгляд, хоть и обещал себе не делать это. Меня возмутило внезапное вмешательство Лисы. Легкая улыбка на ее губах исчезла, взгляд стал жестким, колючим. Розэ сжимая губы в линию лишь кивнула, она развернулась и вместе со второй официанткой отправилась к выходу.       Я смотрел, как Розэ уходит, и не мог сразу понять, что со мной происходит. Сердце странно сжалось, я резко почувствовал разочарование и пустоту, хотя логика говорила: это всего лишь официантка.       Я сжал бокал чуть сильнее, чем нужно, и попытался сосредоточиться на друзьях, но каждый звук, каждый смех казался далёким. Мы продолжали тосты, шутили, но я ощущал, что часть моего внимания осталась там, где только что стояла Розэ.       В самый разгар вечеринки мой телефон завибрировал в кармане. Я взглянул на телефон, пару срочных рабочих вопросов.        — Я отойду.. — пробормотал я, отставляя бокал.       — Дяде Чонгуку не дают отдохнуть даже в его день рождения. — пошутил Тэхен.        Я сделал грустное лицо и направился в тихий уголок ресторана, там было темнее. Я поднял трубку, разговор сразу начался с извинений, голос менеджера требовал решения, цифры и отчеты сыпались быстро. Давая добро на новую сделку отключился, все рабочие вопросы будут завтра.        — Наконец-то, я уже думала и не получится побыть наедине.       Я втянул воздух успокаиваясь, убирая телефон в карман обернулся. Я же не полный идиот и понимал, что это должно было случиться, Лиса не могла просто так заявиться сюда.       — А оно и не получится. — коротко ответил ей, уже собираясь уходить, как меня она остановила рукой.       — Я тебе настолько неприятна? Ты весь вечер меня игнорировал, обидненько. — она театрально надула губы.       Я вздохнул, держа себя в руках, и сделал шаг в сторону, чтобы восстановить границы:        — Ты такая внимательная, — саркастично сказал. — Я ничего к тебе не чувствую, зря стараешься и твой приход сюда был бессмысленным. Нас нет и никогда не будет.       — Ты серьезно так драматизируешь из-за того поцелуя с Хенджином? Полгода прошло, а ты все никак не забудешь.       Лиса закатила глаза, у меня желваки на скулах заходили от упоминания этого имени.        — Ты действительно конченая эгоистка. Надеюсь, сама найдешь дорогу к выходу.       Это был второй раз, когда я позволил себе оскорбительные слова в ее адрес. Первый раз было в момент нашего расставания. Меня начала накрывать злость, как она посмела напомнить о причине нашего расставания, да еще и с таким тоном.       — Выбирай выражение, я тебе не твои подчиненные.       — Ты для меня никто.       Я знал это выражение лица и почему я раньше не замечал эту игру и манипуляции по отношению к себе.       — Чонгук, что-то я погорячилась, — прошептала своим сладким, как яд голосом снова приближаясь, — Ну сглупила я тогда, но ты же знаешь что самый лучший все равно.       Она подошла еще ближе, от нее исходил резкий тяжелый запах духов. Это не обволакивающий запах жасмина, а вонючий запах с нотами перца, от которого хочется быстрее отвернуться.       — Никто не трахается лучше тебя.       Я отдернул ее руку со своего плеча и резко шагнул вперед, нет дорогуша пудри мозги другим.        — Выход знаешь где, — проронил не оборачиваясь, — Надеюсь, когда я вернусь тебя здесь уже не будет.        Не оглядываясь пошел в сторону лифта, повернулся к ребятам, как раз взглядом пересекся с Юнги, показывая ему что иду покурить. Мне срочно нужно было проветрить голову, я практически весь день не курил. Нужно было сбросить скопившееся напряжение.       Лифт мягко загудел, и я спустился на этаж ниже. Коридор был почти пустым, свет едва освещал стены. Шаги отдавались тихим эхом.       Я прошел несколько метров и открыл дверь, за которой оказался узкий коридор, ведущий на лестничную площадку. Балкон был пустой, освещение слабое, мягко растекалось по бетонной поверхности.       Я подошел к перилам и выглянул на ночной Сеул. Огни города расстилались перед глазами, мерцали, словно сотни живых искр. Лёгкий ветер обдувал лицо, смягчая напряжение, которое ещё минуту назад сжимало грудь.       — Ох, здесь уже занято.        Я резко обернулся, снова этот мягкий голос..       В дверном проёме стояла Розэ. Если бы не свет от луны и мерцающие огни ближайших высоток, я бы и не заметил её вовсе — она словно возникла из тени.       — Можешь проходить, я тебе не помешаю. — вышло слишком неуверенно.       Она сделала шаг вперёд, и лёгкий ночной ветер обвил её фигуру, заставляя платье колыхаться, а кудряшки играть вокруг лица. Я замер, все мое тело напряглось. Чувствовал себя подростком с которым впервые заговорила девушка.       — Почему вы здесь? А не со своими друзьями? Ее голос прозвучал так близко, я обернулся в ее сторону, Розэ стояла в метре от меня и внимательно изучала.       — Шумно, да и свежим воздухом подышать захотел.       Боже какой бред, мне что пятнадцать? Снаружи я сохранял максимальную стойкость.        — Но это же ваш праздник.       Розэ тоже облокотилась об бетонную перегородку, она устало потерла шею, на которой были вокруг обмотаны черные наушники. Я почувствовал внезапный порыв послушать, что играет в них.       — На который я скоро вернусь. Если честно, захотелось покурить. — я похлопал себя по карманам черного костюма в поисках сигарет и зажигалки. — Не против?       — Конечно нет, могу составить вам компанию. — она мило улыбнулась.        — Ты тоже куришь? — я был удивлен, от нее не исходил запах сигарет.       — Редко, в основном когда нервничаю и переживаю. — И сейчас с тобой это происходит? — спросил я прикуривая сигарету, но ничего не выходило.       — Да, наверное… слишком много влиятельных людей этим вечером, — она слегка улыбнулась, наблюдая за моими неуклюжими попытками. — Можно?        Я кивнул, и Розэ вытащила из кармана черную зажигалку. Но вместо того, чтобы просто дать её мне, она развернулась и поднесла к моему лицу. Я замер. Это было неожиданно — близко, почти слишком близко. Она чиркнула один раз, и огонёк сразу вспыхнул. Тепло пламени отразилось в её глазах, мягко подсвечивая черты лица. Она аккуратно приблизила пламя к кончику сигареты. Я почувствовал тепло, почти касающееся кожи. Сердце сжалось, дыхание слегка сбилось.       — Спасибо, — выдавил я почти шёпотом, всё ещё не отводя взгляда.       Я наконец сумел зажечь сигарету и сделал первый затяжной глоток, чувствуя, как дым медленно обволакивает горло.        — Чонгук же да? Можно попробовать? — тихо спросила она, взгляд устремленный на мою сигарету. Я едва заметно кивнул. Она наклонилась ближе, и её лицо оказалось совсем рядом с моим. Осторожно поднесла губы к кончику сигареты, не беря её в руки, лишь позволив моим пальцам держать её. Я почувствовал, как тепло её дыхания соприкоснулось с моим лицом. Сердце бешено забилось, а каждая секунда казалась растянутой. Когда она медленно вдохнула дым прямо из моих рук, наши взгляды встретились — и в этот момент между нами висела напряжённая, почти ощутимая близость. Это было настолько интимно, я бы даже сказал сексуально.       — На вкус, как самые обычные сигареты. — с легкой хриплостью в голосе прошептала она.       — Я такие и люблю.       Мы так и стояли близко друг к другу, куря одну сигарету на двоих. Каждый раз когда я протягивал Розэ сигарету, наблюдая, как она обхватывает ее своими губами, внутри меня просыпались чувства, которые угасли полгода назад. Я определенно хотел ее трахнуть. Это чувство было почти невыносимым, мне срочно нужно было переключить фокус внимания.       — Что слушаешь? — стараясь как можно небрежно задал ей вопрос.       — Оу, много разного, но сейчас на стопе стоит вот этот трек. Она показала на экране телефона название: Pierce The Veil - So far so fake. Розэ размотала наушники и протянула мне левый, когда наши пальцы соприкоснулись, по всему моему телу снова проскочила россыпь мурашек, как уже было от ее голоса.       Я взял наушник, стараясь скрыть, что от этого мимолётного прикосновения у меня перехватило дыхание. Сердце билось быстрее, чем обычно. Музыка зазвучала в ухе — гитарные рифы, сильный вокал, и я неожиданно уловил в этих аккордах её характер. Смесь хрупкости и внутреннего огня, мягкости и силы.       — Неожиданный выбор, — произнес я чуть хрипловато глядя на нее. — Совсем не вяжется с твоим образом.       — Почему? — она приподняла бровь, слегка улыбнувшись.        — Ну… ты похожа больше похожа на ту, кто слушает что-то легкое.        — Ошибаешься.        Розэ рассмеялась, боже, это самый прекрасный смех который я когда-либо слышал. Она наклонила голову, ее кудри упали на плечо, взгляд стал загадочным.       — Я полна неожиданностей. — она подмигнула мне, когда заиграли гитарные аккорды ее тело начало медленно двигаться в такт. — Вот этот момент.       Я смотрел, как её плечи и бёдра едва заметно двигаются в такт музыке. Всё это выглядело настолько естественно, будто её тело само знало, как подчиняться ритму.        — Да и правда круто звучит. — у меня перехватило дыхание и дело было вовсе не в музыке.       Как только трек закончился и переключился на другой, она снова развернулась ко мне, находясь буквально в сантиметрах десяти от меня. Ее ничуть не смущала наша близость, я ожидал, что она будет из стеснительных. Но кажется смущаюсь здесь только я.        — А что любишь слушать ты? — её голос стал мягче, почти интимным.       Она облокотилась одной рукой о перила рядом со мной, а вторую протянула вперёд, кончиком пальца легко уткнувшись мне в грудь. Обычно я не позволяю незнакомым людям переходить границу и вторгаться в мое личное пространство, но почему-то сейчас я даже не думал об этом, она стала исключением.       — Я? Хм, последнее время я вообще ничего не слушаю, не хватает времени. Но, наверное, что-то спокойное.       — И как же ты расслабляешься?       Я до сих пор чувствовал, как ее палец все еще давит сквозь ткань пиджака.       — Не поверишь, но меня раслабляет набивание татуировок. — я улыбнулся ей самой искренней улыбкой. — Весь рукав забил, хочу перейти на грудь.       — Что? Да ты шутишь. — ее глаза округлились от удивления, а затем в них вспыхнула искра. — Покажи.       На секунду я растерялся от ее просьбы, никто из посторонних никогда так нагло не интересовался моим телом.       — Что прям здесь? — переспросил я, приподнимая бровь.        — Почему бы и нет, мы здесь только двоем, вряд ли кто-то еще зайдет. — она хитро сщурилась. — Или ты сьесняешься?       Я усмехнулся, не в силах отвести взгляда. Потянулся к пушовицам пиджака, медленно расстегнул его, на секунду задумался, а потом все же растегнул пуговицы белой рубашки.       Ткань разошлась, открывая вид на мое тело, рубашку и пиджак сложил рядом на перегородку. Свет луны скользнул по рельефным мышцам, очерчивая каждую линию. За долгие годы тренировок я привык к своему телу, но впервые ощутил его вес не для себя, а под чьим-то внимательным взглядом. На коже, начинаясь от плеча и спускаясь к запястью, темнел сложный узор — густая татуировка с переплетением линий и символов, переходящая в абстрактные формы и лепестки, будто живущая собственной жизнью.       Розэ замерла, её глаза загорелись живым интересом. Она протянула руку и осторожно, почти невесомо коснулась пальцами края рисунка.       Я вздрогнул от этого прикосновения — простого, но невероятно интимного. По телу пробежала горячая дрожь, и сердце забилось в висках. Мои мышцы напряглись, на коже чувствовал ее горячее дыхание. Её пальцы медленно скользнули по линии татуировки, выше по руке. Я поймал себя на том, что едва сдерживаюсь, чтобы не притянуть её ближе.        — Вау.. — ее глаза потемнели, взгляд от татуировки перешел на мою грудь и пресс. Она провела кончиками пальцев по ключице. — Вот здесь хочешь продолжить?       — Да.. — мой голос прозвучал ниже.       — У меня тоже есть тату… — её губы тронула загадочная улыбка, глаза блеснули дерзостью. — Но она находится в таком месте, что ты не сможешь её посмотреть.       — Сделаю все, чтобы ее увидеть..       Наши взгляды сцепились, и в следующую долю секунды я уже не выдержал.       Мои губы нашли её губы. Поцелуй вышел жадным, резким, словно мы оба слишком долго этого ждали. Она ответила сразу, так же страстно, её пальцы скользнули по моей груди. Я почувствовал что-то металлическое и холодное на ее языке.       — У тебя есть пирсинг! — отрываясь от ее губ, я был поражен.       — Я же сказала, что полна неожиданностей. — с придыханием ответила.        Я сжал её талию, притягивая ближе и увлекая снова в поцелуй, чувствуя, как её тело отзывается на каждый мой жест. Её дыхание сбивалось, а пальцы зарывались в мои волосы, будто она боялась отпустить.       Вкус её губ смешался с дымом от сигареты и чем-то её собственным, сладким и хмельным. Обхватив руками ее бедра, поднял над собой прижимая максимально близко к себе. Ноги Розэ сразу же сомкнулись вокруг моей талии, ее тело было легким, податливым.       Я прижал ее спиной к холодной стене, контраст льда бетона и жара наших тел, заставил ее выдохнуть громче. Она прервала поцелуй лишь на миг, чтобы втянуть воздух, и тут же снова вернулась к моим губам, ещё более жадно.       Мои пальцы вцепились в её талию, потом скользнули выше — к линии рёбер, чувствуя, как быстро поднимается и опускается её грудь. Она выгнулась навстречу, её ногти оставили горячие следы на моей шее.       — Так нечестно, что только я наполовину раздетый… — прерывая поцелуй прошептал ей на ухо.       Проведя губами вдоль ее шеи, лизнул как раз там где бился пульс. Из нее вырывались тихие стоны, ноги крепче обхватили мою талию. Я почти терял над собой контроль. Каждый её стон, каждое движение только подливали масла в огонь. Она запрокинула голову, открывая мне доступ к своей коже, и от этого жеста я окончательно сорвался.       — Тогда сними сам, — её голос дрогнул, но в нём слышался вызов.       Мои руки скользнули к пуговицам её белой рубашки-платья, медленно расстёгивая их одну за другой. Каждый новый сантиметр её кожи заставлял меня дышать всё тяжелее. Я полностью стянул с неё рубашку, оставляя её в тонком белье, и на мгновение замер, разглядывая её. Она была прекрасна до безумия — свет от города ложился на её кожу мягким сиянием, делая её ещё более нереальной. Но мне этого было мало, также я молился всему что существует и не существует в этом мире, чтобы никто нам не помешал.        Я стянул бретельки от белого кружевного лифчика, ее грудь была идеальная. Поочередно целуя каждое плечо, мои губы соскользнули ниже, по ее ключице, по линии груди, пока я не почувствовал, как она выгнулась навстречу, словно сама отдавала себя мне без остатка. Я стянул чашечки белья вниз освобождая самую красивую грудь которую я когда либо видел. Рукой обхватил ее, кожа была мягкой и бархатной. Смотря ей в лицо, наблюдая за каждой изменившейся эмоцией на ее лице, наклонился вперед обхватывая губами ее сосок.       — Ах… — Розэ еще сильнее выгнулась, из нее вырвался громкий стон, стараясь заглушить следующие, она прикусила губу.       Она была такой сладкой, мягкой, податливой, что у меня просто сносило голову. Языком я игрался с ее соском, придерживая грудь рукой. Второй рукой я сжал ее бедро, было до боли приятно доставлять ей удовольствие и видеть, как я довожу ее до края. Она сжимала мои плечи, ногти оставляли на коже яростные следы — и от этого я только сильнее жаждал её. Я целовал, посасывал её сосок, чувствуя, как она дрожит у меня в руках. Каждое движение языка отзывалось новым стоном.       Я переместился к её второй груди, награждая её теми же ласками, пока ладонью продолжал гладить её бедро, скользя выше, поднимаясь к самому краю её белья. Она тут же дёрнулась, выгнувшись, и прижала лоб к моей шее, будто не выдерживала напряжения.        — Чонгук.. — с мольбой в голосе прошептала Розэ.       — Ты сводишь меня с ума, — прошептал ей в губы, делая короткие поцелуи. — Я очень сильно тебя хочу.       — Чонгук…пожалуйста.. — всхлипывая, она начала тереться об меня, всячески пытаясь довести себя до конца.       Мне не нужно повторять дважды, мы вдвоем хотели одного и того же. Я жадно впился в ее губы, чередуя нежные поцелуи и резкие, наши языки сплетались, было так горячо и остро чувствовать металл пирсинга. Одновременно с этим быстрыми движениями расстегнул брюки стягивая их немного вниз. Мой член просто изнывал от возбуждения, отодвигая ее трусики в сторону, одним быстрым движением вошел в нее на всю длину. Розэ с громким стоном оторвалась от моих губ, ее губы приоткрылись в немом крике. Я дал ей какое-то время привыкнуть и возобновил движение. Сначала медленными, плавными, затем с каждым толчком темп нарастал, а затем и вовсе сбился. Я входил в нее мощными, глубокими толчками. Я откинул голову назад, из меня самого начали вырываться стоны удовольствия, я испытывал такое ахуенное наслаждение, которое не испытывал,наверное, никогда.       Она была такой тугой и теплой, что я начал чувствовать приближение оргазма. Ритм Розэ полностью сбился, пальцами она царапала мне спину, тем самым распаляя меня еще больше. Крепче сжимая ее бедра, насаживал ее на себя в бешеном ритме.       — Кончай, сладкая.. — я начал посасывать ее губы.        Ее кожа покрылась мелкой испариной пота, опираясь руками о мои плечи, она в диком ритме еще быстрее ускорилась, я почувствовал как ее стенки начали сильнее сжимать меня подталкивая и самого меня к пропасти. Кончая из нас вырвался громкий протяжный стон, растворяемый в шуме ночного города.              Как только удалось отдышаться, сердце перестало биться с бешеной скоростью, я вышел из нее. Увлекая в чувственный поцелуй, получалось слишком медленно, лениво. Я чувствовал, как из меня высосали все силы. В теле присутствовала приятная усталость.       — Ты была великолепной, Розэ меня мало одного раза. — обхватив ладонями ее щеки, я посмотрел со всей серьезностью на нее. — Мне уже плевать на этот вечер, поехали ко мне.       — А как же моя смена?       — Не переживай об этом, я все решу. Вместо ответа обнимая меня она впилась в мои губы сладким поцелуем.