Часть 42. Тишина

            – Слушатели, сегодня наш эфир посетит необычный житель нашего города. Его зовут... Ах, простите, слушатели, кажется... Да, именно так, наш новый стажер подсовывает моему вниманию обязательство о неразглашении. Боюсь, я не смогу сказать вам имя нашего сегодняшнего гостя. Но ничего, знаете, он... ТИШИНА             – Хммм... Однако! Однако, слушатели, это не помешает мне представить нашего гостя как следует. Итак, этот человек, который находится рядом со мной в студии общественного радио Найт-Вэйла, родился... Оу... Хм.... Боюсь, что и эти сведения... ТИШИНА ДЛИТСЯ ГУЛКО             – В общем-то, слушатели, это и не так важно, что живёт он в... БОЛЬШОЙ ТУННЕЛЬНЫЙ ГУЛ. Ходы. Ответвления. Переходы. Узел, втянувший в себя все транспортные артерии раскрытого веерного полотна межгородья. Пустые станции, мерцающий синим электричеством вагон. Станции. Гул. Тишина.             – Вы лишь представьте себе, что он ходит по тем же улицам, посещает те же заведения, дышит тем же воздухом, и, как и все мы, раз в десятилетие спускается в метро. Слушатели, будьте уверены, в любой момент наш гость может пройти мимо вас, оказаться сидящим за соседним столиком в пиццерии у Рикко, выбивать страйки для вашей команды в боулинге. Один из тех, кто возьмёт перед вами последний билет в кино или оформит донорство на более выгодных условиях. И, подумать только, никто из нас даже... СЛИШКОМ МНОГО ТУННЕЛЕЙ И ОСТАНОВОК. Семь. Восемь. Десять. Вечность минут простоя. Бесконечность замедленного хода рождает тишину.             – ... представьте, что этот человек в бежевом... ТИШИНА ДЛИТСЯ. Треск торможений. Раз. Два. Девять. Электричество моргает синим, поедая пространство, растянутое во времени. Линия очерчена синим.             – Кхм... Слушатели, – голос Сесила, когда он возвращается в эфир, и в записи, трещит помехами. – Сейчас я поставлю для вас погоду. ГУЛ СЛИВАЕТСЯ В ГРОХОТ Лампы сливаются в линии. Нагоняет. Мчит в воронке межвременья. Синь электрическим всполохом проносится по окаймляющим туннель проводам. Торможение длится тоже.             Карлос выключает портативный радиоприёмник, оставленный на столе, снимает трубку с рабочего телефона, имеющего лишь одну линию выхода. Погода заглушает тишину и гул, сотрясающие Найт-Вейл, и длинные гудки в трубке, прижатой к уху.             – Выберите пункт входа, прокрутив диск телефона: Дезерт-Блаффс на один, Нульгорск на пять, Кинг-сити на девять, Найт-Вейл на...             – Коммутатор? – он прикрывает трубку ладонью, чтобы ненароком не разбудить прикорнувшего на карнизе тайного агента. – Это Карлос. Карлос Дэйв Роблес, учёный. Переключите на главу администрации Кинг-сити.             Гул, тасующий город подобно колоде игральных карт, всё ещё слышен из-за накрывшей его погоды, но со стороны Радонового каньона он уже стихает в тишину. Где-то на одном из её уровней Сэсил беседует с человеком в бежевом костюме.             – Да? – доносится из трубки, делая погоду ощутимо громче и ближе, и Карлос, чтобы устоять, садится на ближайший стул.             – Это я.             – Довольно распространённое утверждение.             – Научное.             – Теперь мне придётся рассказать слушателям, что ты позвонил в то время, пока я ставил им погоду. Я только за, но ты знаешь, что это запрещено? Хмм... Карлос, это странно, но стажер говорит мне, что твой номер не определён и занесён в перечень неопределяемых номеров, утверждённый городским советом для исключительных случаев. Конечно, я заверил его, что ты – самый исключительный из случаев в любом смысле и понимании. Хм... Знаешь, мне казалось, что у меня на шоу был гость, и я должен был спросить его... спросить его... Ну, ладно, я лучше спрошу тебя: приготовишь ли ты те замечательные тако, которые так понравились...             Тишина, следуя за погодой, накрывает город. Карлос, глава тайной исследовательской лаборатории Найт-Вейла, устраивается на табурете удобнее, чтобы сопоставить изменения в голосе города, вещающем унисоном: из трубки и вновь заработавшего радиоприёмника. Погода приносит в Кинг-сити кусочки Найт-Вейла, напоминая о доме, но Карлос – учёный, а значит, тот самый человек, что вынужден идти на жертвы во имя науки.             Тишина отстукивает время разъединения связующих межгородье станций и длится. В Кинг-сити не солнечно.