Огонь и вода

      Год назад мой лучший друг стал мэром Портленда, а я остался один наедине с миром. Он бросил меня, когда я больше всего нуждался в нем, и это чуть не сломало меня. Память об этом всё ещё причиняет боль. Я не могу понять, почему он так поступил, и боль от его предательства до сих пор живет в моем сердце.       Сегодня я блуждал по городу, пытаясь найти место, где можно отдохнуть и согреться. Холодный осенний день, улицы казались мне пустыми и молчаливыми.       Я иду без какой-либо цели, просто позволяя своим ногам вести меня. Вдруг передо мной возникает роскошная клиника. На табличке изящными буквами написано "Святое Сердце".       Стоя там, я вспоминаю имя семьи Флейм. Они являются одной из самых влиятельных и богатых семей в Портленде. Любопытство берёт верх, и я подхожу ближе к входу. Я вижу, как люди приходят и уходят, все одеты в дорогую одежду и украшения. Они выглядят так, будто принадлежат к высшему обществу, и я не могу не почувствовать легкое смущение. Но моё любопытство удерживает меня там, я наблюдаю и жду.       Вдруг я чувствую знакомое ощущение, как нарколепсия овладевает мной. Мои веки становятся тяжелыми, а тело ощущает слабость. Я пытаюсь с этим бороться, но это бесполезно. Прислонившись к стене в поисках опоры, я надеялся, что это скоро пройдет.       Атаку становится всё труднее переносить, я спотыкаюсь и отхожу от клиники, прислоняясь к холодной кирпичной стене. Моё зрение плывёт, а ноги словно сделаны из желе. Я пытаюсь ухватиться за стену, но руки трясутся.       Я вижу хорошо одетого мужчину, выходящего из клиники, и он смотрит на меня с отвращением. Он спешит уйти, не желая находиться рядом со мной.       Я чувствую себя беспомощным и одиноким. Мои ноги подкашиваются, и я соскальзываю по стене, пока не сажусь на тротуар. Звуки города затихают вдали, пока мои веки не начинают тяжело опускаться. Я хватаюсь за грубый асфальт, пытаясь не заснуть, но это бесполезно.       Сжимая асфальт, борясь с нарколептическим приступом, я вижу, как всё вокруг расплывается ещё больше. Я пытаюсь сосредоточиться на проходящих мимо людях, но они просто размытые силуэты. У меня голова кружится, и я чувствую, как падаю в глубокую яму...

***

      Когда я была маленькой, я всегда следовала за Дефне повсюду. Я была так счастлива, когда она каждый уикенд возвращалась домой из университета. Она рассказывала мне истории о своих друзьях и учителях, а также о книгах, которые она читала. Она также будет учить меня тому, что сама изучала. Я многому у неё научилась. Моё сердце наполнялось счастьем, когда она хвалила меня и обнимала.       И я была не единственной, кто любил её; многие мужчины хотели на ней жениться из-за её красоты и ума, но она не хотела выходить замуж. Мой отец волновался, потому что хотел, чтобы она вышла замуж за богатого человека, который взял бы на себя бизнес, но она не согласилась.       Я вышла из клиники, чтобы купить сладостей во время обеда. Клиника расположена в хорошем районе, вокруг много магазинов и ресторанов. Я шла к магазину сладостей, когда увидела молодого человека, лежащего на земле. Он был без сознания, а его одежда была грязной и изорванной.       Я не знала, что делать, поэтому позвала своих коллег. Они быстро пришли, и мы перенесли молодого человека на носилки. Его закатили в клинику, и я последовала за коллегами. Я хотела увидеть, что с ним произойдет. Врачи отнесли его в пустую комнату и начали осмотр.       Доктор Чарльз попросил меня принести немного воды и одеяло для пациента. Я сделала, как он просил, и когда вернулась с водой и одеялом, они уже закончили его осмотр.       – Похоже на приступ нарколепсии, – сказал доктор Чарльз другим врачам. – Но надо для уточнения взять анализы.       – Согласен, – сказал один из других врачей. – Но мы не можем принять его в нашу клинику. Он не выглядит так, будто у него есть деньги, чтобы заплатить.       – Я знаю, но я не думаю, что мы должны его выбросить обратно на улицу, – доктор Чарльз нахмурился.       Другие врачи кивнули в знак согласия.       – Я должен проверить, действительно ли у него нарколепсия, – сказал доктор Чарльз.       Я стояла там, держа в руках воду и одеяло, наблюдая за их лицами, пока они разговаривали.       – Давайте оставим его здесь пока, – доктор Чарльз принял решение.       Я понимала, что серьёзного разговора с Дефне не избежать. Но надо было её предупредить…       Я направилась в кабинет сестры, держа в руках воду и плед. Коридоры клиники были тихими, лишь еле слышный шепот голосов из других комнат доносился до ушей. Я постучала в её дверь и ждала, когда она позовет меня внутрь. Когда она это сделала, я открыла дверь и вошла в её кабинет. Она сидела за своим столом, изучая какие-то бумаги. Она подняла на меня взгляд, когда я вошла. От удивления, Дефне приподняла бровь.       – Это не похоже на сладости, – проговорила она, увидев кувшин воды и одеяло в моих руках.       – Мне нужно с тобой поговорить о чем-то, – сказала я. – Снаружи клиники произошел случай с бездомным молодым человеком. Доктор Чарльз и другие врачи осмотрели его и решили оставить здесь на ночь для наблюдения.       – Доктор Чарльз хочет оставить его здесь? – Дефне нахмурила брови.       – Да, но у него нет денег, чтобы оплатить лечение, – я кивнула.       Выражение Дефне стало жестким. Она встала со своего стула, резко отодвинув его, и он громко заскрипел по полу. Она подошла к окну и взглянула на город внизу. Её руки были сжаты в кулаки по бокам. Я могла видеть напряжение в её плечах, когда она стояла там, спиной ко мне. Через мгновение она развернулась и вернулась к своему столу. Она подняла ручку и постучала ею по поверхности своего стола, её глаза были устремлены на меня.       – С каких пор он решает всё за меня? – прорычала Дефне.       – Я не знаю. Он просто сказал, что они хотят оставить его здесь на ночь и сделать анализы, – ответила я, пожав плечами.       Дефне крепко сжала ручку в руке. Она выглядела сердитой и расстроенной.       – Мне нужно немедленно поговорить с ним, – сказала она, вновь вставая со своего кресла.       Она уверенно направилась к двери своего кабинета, на мгновение остановившись, чтобы бросить на меня взгляд.       – Пойдем со мной, Нэнси, – сказала она.       Я последовал за ней по стерильному коридору, все еще сжимая в руках одеяло и кувшин с водой, предназначенные для нашего безнадёжного пациента. Её каблуки резко щелкали по полу, когда она уверенно направлялась к кабинету доктора Чарльза. Другие медсестры и санитарки прижались к стенам, узнав грозное выражение на её лице.       Подойдя к его двери, она не стала стучать. Вместо этого она распахнула дверь с такой силой, что она отскочила от стены с громким глухим звуком.       – Доктор Чарльз, – холодно объявила она. – Мне срочно нужно поговорить с Вами о вашем несанкционированном приеме.       Я неуверенно зависла в дверном проеме, наблюдая, как доктор Чарльз медленно поднимается со своего стола. Он остался стоять за своим столом, протянув руку к двум пустым стульям перед собой.       – Пожалуйста, Дефне, присаживайся, – спокойно сказал он.       Но Дефне не интересовало сидение. Она стояла прямо, её голос был пропитан льдом.       – С каких это пор ты всё решаешь за меня?       – Дефне, я думал, это срочно, – терпеливо объяснил он. – Мы не могли просто оставить его на улице.       Дефне с силой ударила руками по его столу, наклонившись вперед так, что их лица оказались на расстоянии всего нескольких дюймов друг от друга.       – Я здесь главная, – прошипела она.       Я неуверенно переминалась на пороге, всё ещё сжимая в руках воду и одеяло.       Доктор Чарльз глубоко вздохнул, наконец нарушив напряжённое молчание, которое окутало комнату. Он снова сел в кресло, проводя рукой по своим волосам.       – Прошу прощения, этого больше не повторится, – тихо сказал он.       – Убедись, чтобы этого не случилось, – ответила Дефне, резко развернувшись на каблуках и покинув комнату.       Я последовала за ней, когда она уверенно шагала обратно по коридору, её каблуки резко щелкали по полу. Сотрудники выглядывали из кабинетов для осмотров, но, заметив нас, быстро прятались обратно внутрь.       Мы дошли до её кабинета, и она оставила дверь открытой, безмолвная команда для меня следовать за ней. Она нервно ходила взад-вперед за своим столом, с яростью переставляя бумаги резкими, сердитыми движениями. Инцидент с доктором Чарльзом нарушил нашу привычную рутину, и я застыла на месте, не зная, стоит ли мне говорить или просто уйти.       – Где пациент? – спросила она, её голос всё ещё звучал резко.       – Он в комнате 304, – ответила я, направляясь к двери. – Дефне, пожалуйста… Доктор Чарльз сказал, что у него, возможно, нарколепсия.       Моя сестра смягчилась после моих слов, скрывая свои эмоции от меня.       – Ладно. Убедись, что у него есть всё, что нужно, – сказала Дефне, не отрываясь от своей работы.