Под лёдом

      – Медлить не станем и приступим к исследованию заболевания, – я не отрывалась от своего планшета с документами прямо на ходу.       – Хорошо, Дефне–ханым, – внезапно ответил мне Майк.       – О, Нэнси рассказала тебе, как следует обращаться к женщинам родом из Турции? – спросила я удивлённо.       – Да, она… – с лёгкой улыбкой проговорил Майк.       Нэнси прервала наш разговор, покинув кабинет УЗИ.       – Дефне, вы идёте на исследование? Я с вами! – радостно сказала она.       Я кивнула, слегка улыбаясь.       Я провожу Майка по стерильным коридорам своей клиники к кабинету для обследования. Он идет неуверенно, его глаза полузакрыты, словно он борется с желанием заснуть. Нэнси витает рядом, её рука готова подхватить его, если он споткнётся.       Когда мы заходим в комнату, я указываю ему сесть на медицинскую кровать, пока сама достаю результаты его предварительных анализов крови из файлового шкафа. Флуоресцентные лампы над головой мерцают, отбрасывая резкие тени на его иссохшем лице.       – Майк, я хочу провести несколько тестов, – объясняю я. – Мы начнем с МРТ мозга, исследований сна и генетического скрининга. Это поможет нам лучше понять твоё состояние.       Он медленно кивает, его глаза с трудом удерживают фокус. Я замечаю, как его пальцы слегка дрожат, когда он подписывает формы согласия. Я сажусь рядом с ним на кровати и начинаю брать кровь из его руки. Его кожа холодная и влажная под моим прикосновением. Майк внимательно следит за моими действиями, его глаза сосредоточены на движении иглы, когда я беру кровь. Я объясняю каждый шаг процедуры, убеждаясь, что он понимает, что я делаю. Его взгляд остается прикованным к шприцу, на лице читается смесь любопытства и тревоги.       Я осторожно подписываю пробирки и ставлю их на поднос, затем поворачиваюсь, чтобы подготовить оборудование для сканирования мозга. Глаза Майка следят за моими движениями по комнате. Я замечаю его сосредоточенность и решаю завести с ним разговор, чтобы снять напряжение.       – Итак, Майк, – начинаю я. – Ты когда-нибудь проходил какие-либо медицинские тесты раньше?       – Нет, – он слегка качает головой, его голос едва слышен.       – Угу, понятно… – тихо отвечаю я. – Что ж, я буду первой. Для начала сделаем МРТ головного мозга.       Воздух наполняется напряжением, пока я объясняю ему каждый шаг процесса.       – Машина сделает снимки твоего мозга, – говорю я, указывая на цилиндрическое отверстие. – Тебе нужно будет лежать неподвижно внутри несколько минут. Машина будет издавать громкие щелкающие звуки, но не переживай, это нормально.       Майк кивает, его пальцы нервно дергаются по тонкой больничной рубашке, которую он носит.       – Не переживай, это безопасно, – ободряющее говорит Нэнси. – Просто расслабься и следуй указаниям Дефне.       Я вижу её беспокойство, запечатлённое на её лице, но она молчит, доверяя моему опыту.       – Майк, ложись сюда и положи голову на этот стабилизатор. Он поможет тебе оставаться неподвижным во время сканирования, – говорю я мягко, подводя его к узкой кровати, которая задвигается в машину.       Майк на мгновение колебался, прежде чем поддаться, его дыхание немного учащается, когда он устраивается на кровати. Я фиксирую его голову на месте мягкими ремнями и настраиваю параметры машины в соответствии с его размером и весом. Отступая на шаг назад, Нэнси кидает мне ободряющий взгляд.       Я делаю глубокий вдох и перехожу к контрольной станции, где запускаю последовательность сканирования. Машина оживает, её магниты тихо жужжат, когда она начинает захватывать изображения мозга Майка. Я наблюдаю через окно контрольной комнаты, как Майк пытается устроиться в этом тесном пространстве. Его грудь поднимается и опускается с осознанными вдохами, пальцы свободно изогнуты по бокам. Ровное гудение машины заполняет комнату, время от времени прерываемое короткими сигналами, пока она собирает данные.       На моем мониторе начинают появляться первые изображения, и я наклоняюсь вперед, внимательно изучая предварительные снимки мозга. Нэнси шагала за мной, её шаги отголоском раздавались по плиточному полу.       Я держу взгляд на жизненных показателях Майка, следя за его сердечным ритмом и дыхательными паттернами. По мере того как сканирование продолжается, рука Майка слегка дергается, привлекая моё внимание. Я нажимаю кнопку интеркома, чтобы проверить, как он там.       – Майк, ты в порядке? – мой голос трещит в динамике интеркома.       Он не отвечает сразу, но затем его губы слегка раздвигаются.       – Я в порядке, – шепчет он, его глаза по-прежнему крепко закрыты.       Я киваю, хотя он не может меня видеть.       – Хорошо. Еще несколько минут, – ответила я.       Я наклоняюсь ближе к монитору, прищуриваясь на черно-белые срезы мозга Майка. Что-то привлекает мое внимание в височной доле – нерегулярный кластер активности. Такого я еще не видела.       – Ладно, на этом закончим, – я отключила машину и поднялась с места.       Пока Нэнси помогает Майку сесть и снимает защитные ремни, я быстро пролистываю новые изображения, сравнивая их со стандартными неврологическими паттернами. Аномалия проявляется последовательно на нескольких сканах. Я распечатываю несколько ключевых изображений и раскладываю их по столу, отмечая необычные участки красной ручкой. Моя рука слегка дрожит, когда я осознаю, что это может быть тот самый прорыв, которого мы так долго ждали.       – Нэнси, отведи Майка в палату, я сейчас к вам приду, – проговорила я, рассматривая изображения головного мозга пациента.       Моя сестра согласилась и увела его в палату. Я тихо вздохнула и положив снимки в свою папку, ушла следом за Нэнси и нашим новым пациентом.       Я вошла в палату Майка и увидела, как он сидит на своей кровати. Он выглядел уставшим. Моя сестра стояла возле стола и делала чай для пациента.       Я перетащила стул к кровати и села. Открыв свой блокнот, я приготовила ручку.       – Хорошо, Майк. Можешь рассказать мне о своих симптомах? – я спросила.       Майк кивнул и посмотрел вниз на свои руки. Он молчал несколько минут, прежде чем заговорить.       – Я не знаю, что произошло, – медленно произнёс он. – Я был в порядке, а потом вдруг начал засыпать постоянно. Я не мог оставаться бодрой, как бы ни старался.       – Когда это началось? – снова спросила я.       Майк задумался на мгновение, прежде чем ответить.       – Несколько лет назад, – сказал он.       – Ты заметил какие-либо другие симптомы, кроме того, что засыпаешь?       – Нет, – Майк покачал головой. – Только приступы сна. Но они становятся всё хуже. Иногда я засыпаю посреди разговоров или во время еды.       – Как часто происходят эти приступы?       Майк на мгновение задумался, прежде чем ответить.       – Раньше они случались, может быть, раз или два в неделю, а теперь происходят каждый день, – сказал он. – Иногда несколько раз в день.       Я кивнула и сделала несколько заметок в своем блокноте.       – Ты заметил что-то, что вызывает эти приступы? – спросила я.       – Нет, – Майк снова покачал головой. – Они просто, кажется, происходят случайно.       – Кто–то из твоей семьи болел этим заболеванием? – внезапно спросила я, взглянув на Майка.       – Я не знаю, Дефне–ханым, – он пожал плечами. – Возможно, я единственный из своей семьи, кто болеет этим заболеванием.       – Что–то странное есть в твоих снах?       Майк на мгновение задумался, прежде чем ответить.       – Ну… – медленно произнес он. – Иногда, когда я просыпаюсь после одного из этих сонных атак, я чувствую себя действительно вялым и дезориентированным. Мне нужно время, чтобы полностью проснуться. Мне даже стыдно было после приступов…       – Майк, тебе не о чем стыдиться, – сказала я мягко. – Это медицинское состояние, и мы найдем способ его вылечить. Хорошо?       Он медленно кивнул, снова опустив взгляд на свои руки.       – Хорошо, – тихо сказал он.       – Хорошо, Майк. Думаю, на этом пока всё. Нэнси отведёт тебя в зону отдыха для пациентов. У нас там есть сад, где ты сможешь расслабиться, пока я займусь исследованиями твоего заболевания.       – Я вынесу туда чай, – улыбнулась моя сестра, поставив на поднос чашечки.       – Это не твоя работа, – возразила я, приподняв одну бровь.       – Корона не упадёт, если я не вызову санитарку, – ответила моя сестра с улыбкой.