7.2. Goodbye

Джейс вызывал у нее множество вопросов. И чем больше их становилось, тем безумнее себя чувствовала Кристина. Ее выводы вполне могли оказаться поспешными, в конце концов, она не знала о Джексе ничего. Было лишь одно но - его фразы. Могло ли оказаться простым совпадением то, что он разговаривал точь-в-точь, как Джекс, могло ли быть совпадением то, что его знакомая-бухгалтер, любящая гулять по заброшкам - другой человек, а не она сама. Кристина отслеживала каждый жест Джейса, каждую мимолётную эмоцию. Его усмешка, широкая улыбка, надменный взгляд сверху вниз, она узнавала его и отбрасывала все подозрения. Ее уничтожала одна только мысль, что она могла обознаться, что она все еще не нашла Джекса, что она уже никогда его найдет. Кристина закрывала лицо руками и терла щёки, пока они не краснели до боли. - Хочешь прогуляться? - предложил Джейс воскресным утром, - от скуки сейчас просто сдохну, не могу уже дома сидеть. - Конечно, - оживилась она, - чем займемся? - Чем захочешь, - он пожал плечами, - будешь? Он протянул ей сигарету, тлеющую в его руках. Кристина обожала, когда он так делает. Это ощущалось интимнее, чем близость. Она села к нему на колени и закинула руки на шею, его рука прохладой скользнула вверх, задевая край домашних шорт. Джейс поднёс сигарету к ее рту, с придыханием следя как ее плотно обхватывают губы Кристины. Она затянулась, смотря в его глаза, зрачки расползлись, а улыбка сжалась дл насмешливой ухмылки. Она выдохнула облако дыма в его лицо и тут же нашла его губы. Джейс крепче сжал ее бедро, стряхивая пепел. Кристина рассыпалась от восторга, быть рядом с Джексом, делить с ним сигарету, иметь возможность целовать его в любой момент - именно этого она так отчаянно желала. Для полного счастья ей не хватало лишь признания. Она бы так хотела поговорить с ним о цирке, обсудить все, что произошло между ними тогда, извиниться за то, что она так легко отвернулась. Сейчас она корила себя за то, что не сделала еще попыток вернуть их дружбу. Но Джекс упорно игнорировал все воспоминания о цирке, запрещал называть его Джексом и закатывал глаза каждый раз, когда она начинала что-то выпытывать. - Я знаю одно замечательное место, там самое вкусное мороженое в городе, - она кивнула ему в сторону парка, - пойдем, это совсем рядом. Джейс пожал плечами. Его не сильно радовали скучные прогулки, хотя и экстремальные развлечения он тоже избегал, за редким исключением. Он любил быструю езду, веселые громкие бары и клубы и, на удивление, шоппинг. Он получал почти физическое удовольствие от прогулок по магазинам, выбирая одежду, продукты, какие-то глупости домой. Они всегда возвращались с огромными пакетами, в затем ещё несколько часов разбирали их дома. Это был забавный досуг, и Кристина не сомневалась, что сегодняшняя прогулка закончится также. - Какой вкус? - спросил Джейс, разглядывая ассортимент, - дай угадаю, клубника? - Малина, - усмехнулась она, - а ты... черника! - Фисташка, - он потрепал ее по голове, - и шоколадный топинг. - Это отвратительно, - скривилась Кристина. - Ты отвратител... - он вдруг уставился куда-то ей за спину, злобно усмехнулся и наклонился к ее уху, - смотри, волосы той девчонки похожи на лакрицу. Кристина резко обернулась, игнорируя бухтеж Джейса о том, что обсуждать с ней сплетни - последнее дело. Неподалеку от них стояла Рагата в сопровождении милого мужчины средних лет. - Это Рагата! - она дернула Джейса за рукав. - Кто? - переспросил Джейс. - Брось, не веди себя так, пойдем поздороваемся, - она протянула его за руку, - это Королер рядом с ней? - О чем речь, - Джейс нервно заозирался, - слушай, не хочу опозориться, мы с ней знакомы? Я совсем не помню, как ты сказала ее зовут..? - Кристина, - Агата заметила их первой, по её лицу скользнули красные пятна, - ох, здравствуй, милая! Снова мы встретились здесь... И это... - Привет, Рагата, - преувеличенно радостно поприветствовал ее Джейс, - сколько лет, сколько зим! Мне нравится твоя причёска! - Прическа? - она провела дрожащей рукой по волосам, - спа... Агата, меня зовут Агата. Джейс тут же наступил на ногу Кристины, она тихо ойкнула, и их недовольные взгляды встретились. - А мы... - Агата, это Джекс, - представила его Кристины, - я... рассказывала. - Джейс, - тут же поправил ее он, его улыбка испарилась, - меня зовут Джейс. - Ох... Агата уставилась на Кристину с подозрением. Ее глаза внимательно изучили Джейса, затем снова вернулись к ней. Она вопросительно вскинула брови и выглядела крайне уливленной. - Рада знакомству, - Агата указала на стол, - присоединяйтесь, я хочу познакомить вас с Абелем. Кристина наконец удостоила вниманием сидящего рядом. Светлые, едва тронутые сединой волосы, прямоугольные очки и теплые карие глаза. - Королер? - Кто? - Кристина, милая, - Агата распахнула глаза, словно о чем-то предупреждая, - Абель. - Ох, - она опустила глаза и сжала колени, - ясно. Она посмотрела на Джейса. Он был озадачен и напряжён. Неужели он не рад встретить Рагату и Королера? В конце концов именно с ними он провел в цирке больше всего времени. - Кристина, сделаем заказ? - любезно предложила Агата. - О да! Конечно, - она оставила короткий поцелуй на лице Джейса и последовала за ней. Они отошли достаточно далеко от стола, Кристина почувствовала беспокойство. Агата была чем-то удивлена. - Это он? - спросила она, - ты думаешь, что это Джекс? - Да! Ты тоже это заметила? - Кристина радостно улыбнулась, - он совсем как в цирке! Едва эти слова сорвались с ее губ, она почувствовала стыд. Воспоминания о прошлой встрече с Агатой ударили по вискам. Рагата тоже была влюблена в Джекса, и он вёл себя ужасно по отношению к ней. - Но... он совсем не похож. Мысли Кристины рассыпались осколками. Она удивлённо распахнула глаза, уставившись на Агату, как на самую последнюю дуру. О чем это она? - Как... Все указывает на... - Он тебе сказал? - Нет, не признался, - она печально вздохнула, - он полностью отрицает существование цирка, словно его и не было. Я думаю, что это могут быть последствия травмы. - Возможно, но, - Агата покраснела, - знаешь, за годы в цирке я выучила Джекса наизусть. Каждое движение, мимику, взгляд. Я бы... сразу узнала. Феликс... Тот парень был больше похож на Джекса, чем этот. - Ты просто его не знаешь, - отрезала Кристина, - улыбка, глаза, они разговаривают одинаковыми фразами, это точно он. - Прости, Кристина, - она опустила глаза, - наверное, я просто совсем... все забыла. - Да, - по рукам Кристины пробежали мурашки, - как ты... нашла Королёра? - Зуббл нашла. И она пустилась в долгий рассказ о поисках Дейзи и Гвен, об Абеле, о своей жизни и ранчо. Они вернулись за стол, разговор стал более бытовым. Кристина была как на иголках. Она вздрагивала, когда ее локоть касался локтя Джейса. В голове горели слова Рагаты. " Совсем не похож". Но этого... просто не может быть? Таких совпадений просто не бывает. Прощаясь, Агата крепко обняла её и тихо прошептала: - Спроси про Риббита, про его лучшего друга из цирка, - ее дыхание опалило кожу, - если это Джекс, он не сможет не отреагировать. Это больная тема, он изменился после его... рассеивания. И чмокнула ее в щеку. Джейс негативно отозвался об этой встрече и всю дорогу жаловался на неловкость этой встрече. Что удивительно, он отметил приятную доброжелательность Агаты, отметил, что именно благодаря таким людям и не умирает добро. Это было очень странно. Когда время близилось к девяти, их шоппинг наконец подошел к концу. У Джейса не хватало рук, некоторые пакеты перекочевали в руки Кристины. Оставив ее на пару минут, он отлучился. Кристина устало опустилась на скамейку, уставившись вперед. Ноги ныли от напряжения, голова гудела. То, что она увидела, сначала показалось ей галлюцинацией. Там, в паре метров от нее, размахивая руками, по телефону разговаривал Феликс. У Кристины отвисла челюсть. Казалось, она не видела его вечность, хотя с их расставания прошло всего три месяца. Он что-то злобно прокричал в трубку, до Кристины долетели осколки звука, люди вокруг обернулись на него. Феликс убрал телефон и закрыл лицо руками. Даже издалека она видела, как быстро поднималась и опускалась пот грудная клетка. Он облокотился на перила, восстанавливая дыхание. Кристина должна бы встать, спрятаться, убежать. Но она не могла заставить себя пошевелиться. Словно в замедленной съемке она видела, как он поднимает голову, как его взгляд скользит по прохожим и останавливается на ней. Он вздрагивает и медленно выпрямляется. Она задерживает дыхание. Его губы произносят ее имя. Крис-ти-на. Она словно слышит его шепот ей на ухо. Ее передёргивает. Она медленно поднимается со скамейки, не контролируя свое тело, словно наблюдая со стороны. Феликс отталкивается от перил, толкая людей, он начинает идти навстречу. Кристина теряет опору под ногами. - Устала ждать, малышка? Джейс появляется прямо перед ней. Контакт разорван, Кристина отступает, теряется. Едва находит якорь реальность в глазах Джейса. Он улыбается, гладит ее по спине. - Все в порядке? - слегка наклоняет голову в сторону. - Д-да, - соглашается она и позволяет обнять себя. Его руки вдруг ощущаются до ужаса неправильно, объятие колет, почти режет жо тошноты. Она смахивает наваждение. Глаза скользят по толпе. Феликса там нет. Наверняка ей просто показалось. - Слушай, там внизу кулинарный мастер-класс, - словно не замечая ее отрешённости начинает Джейс, - что скажешь? - Отлично. На площади рядом с моллом ярмарка, окружённая настоящей толпой. Кристина беспокойно скользит взглядом по чужим лицам. Только спустя какое-то время она понимает, что ищет. Она ищет Феликса. Она жмурится и раздражённо выдыхает, стараясь сконцентрироваться на болтовне Джейса. Вдруг её глаза цепляет палатка с кукурузой. Она хватает Джейса за руку. - Пойдем отсюда, поищем что-нибудь другое? - М? О чем ты? - он поворачивает голову, - ух ты! Как в детстве! Ты не хочешь? - Чего? Кукурузы? - не поняла она. - Ну да, - Джейс радостно улыбается, - ты когда-нибудь пробовала ее? Типа не в баночках, а обычную? - Все нормально? - Кристина обеспокоенно сжимает его пальцы, - с кукурузой? Мне казалось, ты ее ненавидишь. - Что? - Джейс фыркнул, - ну я не сумасшедший любитель, разумеется, но почему нет? - А как же твоя трипофобия? - У меня нет никакой трипофобии, - он вскидывает брови, - если ты про свои дырявые блины, то я не стал их есть только потому, что видел как ты туда накрошила скорлупы... Она не слушает его дальше. Вечер проходит как в тумане. С первобытным ужасом она смотрит как Джейс покупает кукурузу, продолжая весело смеяться, как ходит с ней по ярмарке, бесстрашно держа в руках. Ловя ее вопросительный взгляд он спрашивает - не боится ли она сама кукурузы? В понедельник она приносит домой гранат. Джейс начинает рассказывать ей про то, как когда-то ездил с друзьями в Грецию и видел как делают гранатовое вино. Он ловко разрезал его, пошутил поо Персефону и, игнорируя ее оторопелый взгляд, покормил ее прямо с рук. Во вторник он нашел пистолет. Подделать такое удивление было, пожалуй, в силу разве что самым лучшим актерам. Он осматривал его со всех сторон, неумело держал в руке и спрашивал откуда она его взяла. Кристина не показала ему записку. Записку, как ей показалось, с поо инициалами. В среду она принесла домой VR-очки и предложила сыграть. Джейс был в восторге. Едва Кристина попыталась надеть очки на себя, ее накрыла ужасная истерика. Она расплакалась от страха, все её конечности словно перестали существовать, легкие сжал ужасный спазм. Она прорыдала на плече Джейса целый вечер. В четверг он вытащил ее на крышу смотреть на звезды. Он знал каждую звездочку, каждое созвездие, он правда наслаждался этим временем. Кристина подавляла в себе каждое из возникающих внутри нее чувств. В пятницу они пошли в лазерный клуб. Джейс был просто ужасен. Не слишком, но... Его меткость оставляла желать лучшего, он неумело управлялся с оружием, играл без тактики. Кристине не составило труда одержать сокрушительную победу. В субботу она решилась спросить. - Джейс, тебе знакомо имя Риббит? - чашка в её руке дрожала. - Риббит? - переспросил Джейс, нахмурившись, - это разве имя? Это звук, который издаёт лягушка, - он достаточно правдоподобно квакнул и улыбнулся, - ты его выдумала, да, шутница? Он потянулся к ней за поцелуем, его губы вдруг ощутились хуже, чем самая мерзкая жаба на свете. Внутри Кристины все переломилось. Теперь каждый контакт с ним ощущалась как ожог. Кристину злило все - его улыбка, вдруг показавшаяся ей натужной и уродливой, его глаза, ничего не выражающие, пустые и глупые, как у щенка, его трепетная ласка или грубая страсть. Все казалось ей лживым и неправильным. Она злилась на него. Она презирала его. Он обманул ее. Обманул! Она ведь поверила! Она запиралась в ванной, включала воду и рыдала, задыхаясь в собственных слезах. В дверь стучал Джейс, обеспокоенный и сонный. Она презирала его. Его поцелуи стали тошнотворными. От сигаретного дыма хотелось вытащить из себя внутренности. Секс с ним не вызывал ничего, кроме отвращения. Ее бесила его настойчивость, его желание доминировать. "Власть тебе к лицу" - Джекс определённо не стал бы вести себя так. Как? Как все могло быть так? Он ведь разговаривал его словами, он был так похож. Неужели она могла так обмануться? Знала ли она Джекса? Могло ли говорить, что любит его после того, как приняла за него человека, отличавшегося от него во всем? - Как звали твою знакомую, которая любит гулять по заброшкам? - А? Мэри, - тут же ответил Джейс, - мы с ней познакомились ещё когда я работал в одной из фирм у отца. Такая странная, настоящий клоун. Да и вообще все то место было настоящим цирком. Кристина запретила называть ее Помни. Каждый раз, когда с его языка срывалось "Пом-пом", ей хотелось расцарапать его лицо и проклясть. - Признайся, - попросила она, когда они ужинали, - признайся сейчас, Джейс, я больше не могу. - Что? - не понял он, - о чем ты, крошка? - Если это ты, Джекс, скажи мне прямо сейчас. Джейс напрягся, по его лицу скользнула тепь обеспокоенности. - Крис, ты меня пугаешь. Кто в конце концов такой Джекс? Она подняла глаза, ощущая как по щекам катятся позорные горячие слезы. Она никогда его не найдет, никогда не увидит, она потеряла его навечно. - Джекс, пожалуйста. - Перестань! - Я ухожу, - она встала из:за стола и метнулась в комнату. Ее руки быстро собирали вещи, слезы застилали глаза. Ее душила боль. Да будь проклят Джейс! Будь проклят день, когда она его встретила! - Что происходит? - он пытался хватать её за руки, - пожалуйста, объясни. Давай все обсудим? Она больше никогда не видела Джейса. Она заблокировала его во всех соцсетях, навсегда забывая его лицо. Вся её жизнь обернулась вдруг самым страшным кошмаром на свете. Она погрузилась в глубокую, мучительную депрессию. В ее квартире стало нечем дышать, офис душил ее, она плакала каждый день, задыхалась на полу собственной ванной и искала. Судорожно искала хоть какой-то намёк в своих воспоминаниях. Джекс. Джекс. Джекс. Она шептала это имя во сне, корчилась от кошмаром и просыпалась в одиночестве. Она искала в соцсетях. Ее душили стены, в которых все напоминало о ее любви к нему. Кристина пыталась понять. Почему? Почему его присутствие в её жизни так необходимо, почему она любит его? Когда? Когда она успела полюбить его так сильно, что теперь ребра едва не трескались от боли в сердце? Это не была любовь, это была одержимость. Кристина не задумываясь отказалась уже от двух человек. Она держалась за Феликса, лишь потому, что он был ее родственной душой. Не будь в ее жизни Джекса, она бы отдала всю себя ему. Не люби она Джекса, она бы любила Феликса также сильно. Она держала его, потому что подсознательно понимала, что Джейс самозванец. Она не хотела терять единственное, что заземляло ее. Но она любила Джекса, и Феликс не мог его заменить. Неужели теперь она будет обречена? Рагата гладила её волосы, вытирала слезы и грустно улыбалась. В один из вечеров она вдруг призналась, что встретила любовь всей своей жизни. Она двигалась дальше. Кристина навсегда осталась мультяшным шутом. - Вычеркни цирк из своей памяти, - Зуббл сжимала ее лицо в руках до боли, - забудь, забудь, наконец, все это глупо. Джекс не ищет тебя, между вами ничего не было. Этот подонок не существует! Ты не можешь лить слезы по тому, кого даже нет! - Джексу не было дела ни до кого из нас, - Генгл грустно вздыхала, гладя ее по спине, - даже если бы ты нашла его, он бы... У Джекса нет сердца. Никогда не было. - Почему? - Абель сидел рядом с ней в темном ночном парке, - никогда не замечал, чтобы вы были особо близки с ним. Когда ты полюбила его? Кристина утирала слезы и рассыпалась в осколках своего изувеченного разума. Она копалась, искала и не могла найти ответа. Она проснулась, провела в ужасной агонии две недели и поняла - она любит Джекса. Единственное четкое воспоминание, соединившее жизни до, после и в цирке. Джекс. - Мне так больно, - призналась Кристина, - я понимаю, что не должна, что нет причин, но... все во мне тянется... - Тебе нужно отдохнуть, нужно перевести дух. Джекс сломал ее тогда в цирке. Прошло три месяца. Кристина заперлась в своей душной клетке, брала работу на дом и загоняла себя все глубже в яму. Ее душа разрывалась на части, когда она вдруг остановилась. Она встала посреди квартиры и затаила дыхание. Прошло два года. Ровно два года с тех пор, как она оставила цирк позади. Хватит. Она уставилась на свое отражение в зеркале. Она свои опухшие красные глаза, на глубокие синяки. Она не обращалась ни с кем, игнорировала каждое сообщение. Она заживо гнила в свое квартире. Пора взять себя в руки. Кристина улыбнулась. Улыбка вышла натянутой и болезненной. Она должна избавиться от него. Она вернулась в офис, нырнула в работу. Проводила дни и ночи в работе, когда руки начинали дрожать от переутомления, она уезжала загород и лезла в самые страшные места. Она заставляла себя есть, убираться, улыбаться, заставляла себя встречаться с девочками из цирка. - Молодец, Кристина. Ты справляешься. Справляется. Да, она справляется. Она уже не могла точно вспомнить как именно выглядел Джекс. Лишь очертания улыбки, огромных зрачков и ушей. Она уничтожала его, стирала. Спустя еще три месяца, стоя под душем, она вдруг застыла. Вот оно. Она поняла. Раскол. Это был раскол. Кипяток обжигал кожу, она уставилась на свое отражение в зеркало. Это Кристина. А где-то внутри Помни. Полярная личность. Кристина была строгой, сдержанной и одинокой. Она всегда жила в этом одиночестве, она никогда не плакала, и всегда держала лицо перед людьми. Никто никогда не воспринимал ее всерьез, слишком молодая, слишком женщина, слишком... Она была вынуждена стать острее. Она стала серьёзной взрослой, лишь иногда, в тиши заброшенных зданий, позволяющей себе сбросить груз накопившегося. Кристина была главной, она была действительно личностью. А Помни была отголоском. Она была ломкой, доброй и открытой. Помни была тем, что Кристина не могла себе позволить быть. Она эмоциональна и эмпатична, она словно младше. Она воплощение всех насмешек, с которыми когда-либо сталкивалась Кристина. В этом была проблема. Помни презирала Джекса. Испытывала к нему непреодолимую тягу, симпатизировала, но презирала, не позволяла обижать себя. А вот Кристина... видела в жесткой маске свое отражение. Вот она причина. Причина, по которой ей нужен Джекс. Она хочет сломать маску, увидеть, что внутри и наконец успокоиться. Понять, что внутри него сидит такая же хрупкая личность, как и внутри нее самой. Никакая это была не любовь. Она рассмеялась от облегчения и улыбнулась своему отражению. - Я не люблю тебя, Джекс, слышишь? - она ухмыльнулась, - я тебя не люблю. Она так хотела в это верить. Она научится жить занова. Она избавится от болезненных спазмов. Если они помешают ей ходить, она поползёт. Джекс исчезнет. Цирк был разрушен, и Кристина начала уверять себя, что вместе с ним, так внутри, был разрушен Джекс. Он не освободился, не вернулся обратно, он остался там. Он рассеялся, он перестал существовать. Эта мысль вдруг облегчила ее страдания. Она оплакала его, похоронила в своей душе. Она закрыла глаза и представила как они устраивают панихиду. Джекс был мертв. Джекс умер. И она пережила его утрату. Вместе с ним умерла ее собственная маска. Кристина позволила себе снова стать собой. Она снова начала искренне улыбаться, снова начала смеяться. Она уволилась, нашла новое место работы и завела друзей. Кристина ожила. Вскоре замуж вышла Агата. Быстро, ярко - вероятно, это и правда была любовь всей ее жизни. Дейзи и Гвен съехались, завели кошку и двух собак. Кристина часто присоединялась к ним во время прогулок. У Абеля была племянница, окружившая его заботой и теплом. У них у всех все стало хорошо. Спустя два с половиной года, они перешагнули самое страшное событие в их жизнях. В день их второй годовщины с Феликсом, Кристина грустно улыбалась, усевшись на балконе. Если бы она избавилась от мыслей о Джекса до того, как вступила в отношения с Феликсом, могло бы у них быть другое будущее? Она слышала, что Феликс уехал из города. Она желала ему счастья. Она скучала по его теплым рукам и мягкой улыбке. Он ее правда любил. Кристина сделала глоток вина и грустно улыбнулась - возможно, на их вторую годовщину он бы сделал ей предложение. Джекс и правда разрушил ее жизнь. Поздно ночью в ее дверь постучали. Накинув на плечи халат, она, едва двигая ногами, она вышла в коридор и открыла дверь. - Кристина, - жарко выдохнул ее гость, - боже, Кристина, я больше не могу. Феликс. На пороге ее квартиры стоял Феликс. Болезненный, бледный, едва стоящий. Он был пьян и несчастен. Она осторожно придержала его за руку, чтобы он не упал. - Феликс, что ты тут делаешь? Почему ты пьян? - Почему у тебя такие длинные волосы, - его глаза влажно сверкнули, - ты похудела, ты болеешь? - Феликс... - Кристина, - он с трудом сфокусировал на ней взгляд, - Кристина, я хочу домой.