Падение в скверну Рифта, спасённый пастор становится Великим Вилценосцем

Путь по Рифту был достаточно опасным, огромное количество монстров нападали на пастора, но всё же благословление Святого Фарфора и молитвы последователей всё таки давали ему силы отбиваться. Пейзажи были кошмарными, пепельные пустоши, освещение только от скважин в земле, которые своим тёмно-малиновым светом сообщали увидевшим их о своих недобрых намерениях. Небеса постоянно полностью в облаках, но не в ярких, красивых облаках, а в чёрных угрюмых тучах, из-за которых виднеется изредка тёмно-малиновый свет, придающий окружению особой устрашающести. Но не было бы проблемы, если бы устрашающим это место было только на словах. Возникающие из ниоткуда разрывы, вечно нападающие монстры. Рифт и вправду опасное место. И хоть под всеми допингами пастор мог сопротивлятся, образовавшийся ровно под ним разрыв свёл все его старания сопротивлятся на нет. Он очутился в скверне, странном пространстве. Было ощущение, словно он стал частью желе. Всё вокруг него было словно очень вязкая жидкость. Он не задыхался, он мог дышать, но он дыхания, та субстанция вокруг него попадала в его тело, от чего его крутило, конечности словно вырывали, органы его сжимало так, что казалось они с невероятной болью лопнутся под давлением как воздушные шарики. Боль в теле и не планировала останавливаться, а вдохнуть нельзя, иначе это желе опять попадёт в его организм, и болеть будет ещё сильнее... — Кажись, тут моё путешествие подходит к концу...— голос пастора не смотря на адскую боль имел в голосе привычное спокойствие и даже лёгкую радость. В глазах его потемнело, от давления начали трескать мышци и кожа, от чего кровь с этих ран расходилась тёмным облаком по том желе, в котором он находился. Для него эта участь достаточно ожидаема, ведь от опасности Рифта никто не застрахован. Наверняка, даже если бы Святой Фарфор оказалась в Рифте, не факт, что она смогла бы вернутся живой. И вот, явилась перед ним странная сущность, если не присматриватся, лицо этого то ли духа, то ли материального существа имеет сходства с Аватаром, но это что-то состояло всё из душ, которые извивались на теле этого создания. Теперь понятно, почему никто не возвращается из Рифта. Лишь надежда на быструю и безболезненную смерть оставляла сплкойнствие на лице пастора. Но вспышка яркого света вернула его сознание в норму. И этот свет...довольно знакомый... это Аватар?! Яркий луч света начал выжигать души на том существе, из-за чего оно ушло. — Аватар...— говорил с восхищением пастор. Раны его не болели, в теле не было давления, от света Аватара скверна вокруг него перестала ему вредить, — Вы пришли за мной... — О пастор, — заговорил Аватар, голос обволакивал уши пастора словно мёд, — ты осмелился пойти в Рифт в Моё имя, — глаза существа были закрыты как всегда, — пускай в награду тебе будет известно Моё пророчество — О великий Аватар, приоткройте мне тайну вашего пророчества, дабы я и последователи могли поклонятся вашему пророчеству. — в глазах пастора было искрення радость от того, что смысл его жизни будет оправданым, а та тайна, которая была единственным неизвестным откроется для него. — Во имя Аватара, всё тесто станет единым. Яркий свет пронёсся по всей скверне, сознание пастора на минуту отключилось А через время он очнулся, всё в том же Рифте, но уже не в скверне, тело не болело, но чувствовалось по особенному, воспоминания остались все, но кажись, воспоминания о нём самом изменены. Пастор огляделся вокруг себя. В пяти-десяти метрах от него в землю была воткнута особая вилка, которая горела, словно трёхветкий канделябр. Он встал, подошёл к вилке и без проблем выдернул её из земли. В отражении метала он увидел себя нового. Теперь он не пастор, теперь он Великий Вилценосец, Тестоэль.