Недоверие

Когда ты вернулась в Академию, первое чувство было не облегчение, а странное давление в груди. Сердце начало быстро биться, эхом раздался голос отца, ужасные воспоминания о детстве нахлынули. У тебя побежали мурашки, и появился страх. Ты поняла, что не надо было сюда приходить. Когда ты собиралась уйти, сзади послышался голос мамы. Мама: — Т/и? Её голос был всё таким же нежным, как и раньше. Ты так обрадовалась её увидеть, что сразу подошла и обняла. Она всегда обрабатывала тебе раны после очередной пытки. Всегда обнимала. Тебе стало тепло на душе. И тут послышались шаги. Ты поняла, что это может быть кто-то из семерых. Ты быстро ушла и направилась к кабинету отца, чтобы осмотреть всё. Эллисон: — Мама? С кем ты разговаривала? Мама: — Да ни с кем. Ты вошла в кабинет отца. Заходить в свою комнату тебе не хотелось — морально это было слишком тяжело. Ты решила осмотреться и начала копаться в его ящиках, не зная толком, что ищешь. И в этот момент пришли Эллисон и Клаус. Эллисон сразу напряглась. Клаус: — Ты кто? Ты сразу поняла, что они — одни из семи детей. Т/и: — Я дочь сестры вашего отца. Меня зовут Т/и, приятно познакомиться. Он очень помогал нам, и я слышала, что он скончался, так что пришла сказать вам мои соболезнования. Ты не хотела рассказывать им правду. Ты привыкла работать в одиночку. Тебе не хотелось проблем с этими придурками. Клаус: — А у нашего старика разве были родственники? Эллисон: — Нам отец никогда ничего о себе не рассказывал, кто знает. Извини, мы просто не знали, что у отца есть сестра. Клаус: — Может, останешься у нас? Т/и: — Нет, спасибо. Мне пора. Эллисон: — Не хочешь увидеться с остальными? Т/и: — Спасибо, я очень спешу. Но когда ты собиралась уходить из кабинета, все остальные уже как будто почувствовали, что в доме появился чужой. Они собрались вокруг тебя и начали допрашивать, кто ты. Эллисон всё объяснила, но вопросов у них меньше не стало. И вдруг в окне появилась синяя вспышка. Вы все выбежали на улицу. Из портала вышел мальчик. По реакции остальных ты поняла: он — член этой семьи. Позже все собрались на кухне. Диего: — Где ты был все эти 17 лет? Пятый: — В будущем. Похоже, я пропустил похороны. Лютер: — А ты откуда знаешь? Пятый: — Ты знаешь слово «будущее»? Пятый странно посмотрел на тебя. Пятый: — А ты ещё кто? Клаус: — Она наша двоюродная сестра. :) Ты знал, что у отца есть сестра? Пятый посмотрел на тебя с подозрением. Он не верил в твою историю. Он слишком внимательно изучал тебя: глаза, манеру держаться, эту усталость. Что-то в тебе напоминало ему его самого. Но вместо того чтобы спорить, он просто проигнорировал и ушёл в свою комнату. Эллисон: — Извини за нашего брата, он очень холоден ко всем. Т/и: — Ничего страшного. Ладно, я пойду. Мне пора. Ты вышла из кухни. Да, они не доверяли тебе, но в этой семье и так все ненавидели отца — так что мысль, что у него «ещё кто-то на стороне», вполне вписывалась. Диего: — У меня вообще мозг не вывозит. Вы ей верите? Эллисон: — Честно? Не знаю. Когда ты уже собиралась выйти из дома, к тебе телепортировался Пятый. Пятый: — Куда так быстро? Т/и: — У меня дела. Пятый: — Кто ты на самом деле и почему ты здесь? Т/и: — Я же сказала. Ты мне не веришь? Пятый: — Не неси чушь. У нас нет «родственников». Я был бы в курсе. Он обошёл тебя по кругу, как хищник, и тихо добавил: — У тебя манеры военного. Ты двигаешься, как тот, кто привык выживать. И глаза… такие же, как у меня, после Апокалипсиса. Так что говори правду. Ты сохранила полное спокойствие — врать и убивать ты умела так же легко, как рыба в воде. Пятый: — Я всё равно узнаю, кто ты такая. Т/и: — Твоё дело. Делай что хочешь. Пятый тебе не доверял, но между вами явно существовала тонкая, едва ощутимая нить — смесь недоверия и странного понимания. Он телепортировался куда-то прочь, и ты с облегчением ушла, надеясь больше никогда сюда не вернуться.