Глава 2. Охотник года

      Зверь плюхается на зад, подняв облако пыли. Он снова озадаченно склоняет голову на бок.       — Ты меня не боишься?       — Б-боюсь, а толку от этого?       — Зачем тебя прислали?       — И-изгнать мстительного духа л-леса… — между ними лишь костёр, но его дыхание обжигает Сашу сильнее огня.       — Спешу разочаровать — он изгнан, — он щёлкает клыками. — Из всего магического остались только мы. В      олк рычит, и звук оборачивается коротким хриплым смешком. Он вытягивается по-кошачьи на прохладной земле.       — Зайцем делиться будешь?       Новое рычание отдается в ушах землетрясением и приводит Сашу в чувство. Она переводит взгляд на онемевшие пальцы, сдёргивает тушку с вертела и раскрывает складной нож. Одним точным движением перерубает тушу пополам: шкурку — отдаст в дар богине охоты, мясо — на выкуп собственной жизни. Если только ей удастся провести еще хоть один ритуал в жизни.       Саша замахивается и швыряет половину ужина через костер. Тушка шлёпается в пыль прямо перед лапами зверя.       — Тарелок, стало быть, нет…       Ей не мерещится: волк действительно разглядывает подношение почти брезгливо. И всё-таки он языком подцепляет жареное мясо. Коротко хрустят кости, как ломаются сухие ветки. Саша сидит, разинув рот. Её экзамен уже провален — цель задания уничтожена.       «Соберись!»       Слабая искра храбрости вспыхивает где-то в груди и подаёт импульс в разум, пробиваясь сквозь мешанину мыслей. Перед ней тоже блуждающий дух. Совету наверняка всё равно, кого именно она изгонит.       Саша медленно отрывает тонкую полоску мяса от тушки и с каждым проглоченным кусочком ощущает, как усиливается течение магии в теле.       — Ты сам поставил барьер, как ловушку для магов?       — Дорогуша, я похож на кретина, который строит стены…изнутри? — рычание обрывается усмешкой.       Волк скалится и Саша готова поклясться, что это сродни человеческой ухмылке. Она продолжает жевать, чувствуя, как лёгкие электрические разряды щекочут подушечки пальцев.       — Саша. Меня зовут Саша, — произносит она четче, с каждой секундой голос наполняется сталью.       Волна тепла проходит по телу. Отличница не может упасть в грязь лицом. Она упирается ладонью в холодную землю, и незаметно вырисовывает символ для создания магической брони. Пусть волк теперь хоть все зубы об неё сломает.       — Ты ещё надеешься хоть как-то выполнить задание? Выглядит… жалко.       Он даже ухом не ведёт на всплеск потока. Волк зевает, и укладывает голову на лапы, не сводя с Саши ледяного взгляда.       — Что, очередная дворняжка с перспективой стать цепным псом Совета? — лениво рычит он. — Быть винтиком системы — удобная конура. Пробовала думать собственной головой?       У Саши дёргается глаз.       — Не от тебя мне выслушивать подобное, волк с премией «Охотник года».       Она чертит завершающий штрих. По коже прокатывается золотая вспышка — и сразу гаснет. Защита поглотит большую часть урона.       Тем не менее Саша медлит, её уловка совсем не впечатляет зверя. Он оценивает её со скучающим видом и даже не поднимает морду.       — И как ты потом собираешься развеять барьер?       — Уж что-нибудь придумаю, — ровным голосом отвечает она и вскакивает, принимая боевую стойку.       Она понимает, что уязвима без подготовки и ловушек. Чтобы нарисовать нужные символы требуется время и концентрация. Теперь Саша понимает, почему новички чаще всего работают в парах.       — Кто-то знал, что я буду здесь и подсуетился. А вот каким боком тут зеленая выпускница — вопрос к твоему руководству. Либо ты отличница с особыми силами, либо тебя недолюбливают. Хотя бывает, что всё сразу.       Она невольно опускает руки. Комиссия и куратор не знали? Даже отряд чистильщиков, чьи носы суются везде по поводу и без? Невозможное упущение в строгой системе, где контролируется всё.       — Давай без предисловий, вызови уже там подмогу и оба выберемся, дух уничтожен и я не обижусь, если ты присвоишь себе лавры.       — Зеркало за барьером, — признается Саша, отведя взгляд. — Я не знала, что он движется.       От признания щёки заливает румянцем. Мохнатая громада медленно моргает, а затем заливается раскатистым смехом. Пока хохочет, зверь уменьшается, лишь глаза по-прежнему горят синим пламенем.       — Умора! Непонятно, кто больше бестолковый, ты или те, кто здесь всё вынюхивал. Система знатно просела, воспитывая идио…       Он не успевает договорить. Огненная сфера врезается ему прямо в морду. Взрыв света — и… ничего. Зверь лишь чуть-чуть отклоняет голову, потом чавкает, заглатывая заклинание целиком. Из пасти вырывается дымок и он лениво отрыгивает две искры.       — На вкус… как будто проглотил ёршик для унитаза. Не то чтобы я пробовал, но, думаю, ощущения похожие, — криво усмехается он. Оказывается, Саша находилась в тепличных условиях. Ровно до этого момента, когда реальность показала своё лицо. Будущий аттестат — лишь бумажка, которой можно подтереться. Ей не встать на страже закона, если она останется такой же слабой.       — Ладно, пусть ты и недалекая, но явно обладаешь всеми необходимыми навыками. Я хочу снять барьер и уверен, что ты хочешь этого не меньше.       Саша отвечает кивком, хлопая ресницами, как первоклашка на уроке физики.       — Я скажу тебе, что надо будет сделать и мы освободимся, — волк укладывается обратно, оставляя между ними дистанцию.       — Мой экзамен… — Саша садиться на землю в раскорячку.       — Я пойду своей дорогой, а ты своей. Скажи, что изгнала духа бла-бла и продолжай жить своей жизнью. Но лучше иди потом в библиотекари, — с усмешкой он прикрывает веки, рассчитывая на скорейший отход ко сну.       Если бы взглядом можно было поджечь, то у волка тотчас вспыхнула бы шерсть.       — Магия оставляет следы, олух.       — Так бы и потрепал тебя за щечку, будь у меня пальцы. Дорогуша, снятие барьера поднимет огромную волну энергии, которая перекроет любые остатки заклинаний. То, что ты выберешься из него живой — уже большой успех. Эти имбецилы точно поверят. Приплетешь какую-нибудь отсебятину. А теперь спи, тебе нужно полностью восстановиться, чтобы уже завтра мы стали свободны.       Зверь призывно рычит на Сашу, что заставляет её устало заползти в палатку и зарыться в спальный мешок до ушей. У неё в запасе пять часов, пока действует броня.