Часть 14

Глава 14

      А утром стало ясно, куда сбежали вчера Коля с Викой. Вчерашняя одежда у Николая, помятый вид, круги под глазами, на лице следы бессонной ночи. - Пушкарёва, хватит зыркать, я помогал Вике разбираться с личным бюджетом, у неё такой бардак в личной документации - чёрт ногу сломит! Просидел всю ночь, а там уже и на работу пора было ехать. Так! Пушкарёва, прекрати, кому говорю. - Да что?! Уже и посмотреть нельзя? Я вообще-то за лучшего друга переживаю! Видок у тебя, конечно… -Это всё из-за меня, он предложил помочь, но, наверное, не знал, что всё может быть настолько плохо, - несмотря на бессонную ночь, ураган Виктория ворвалась в кабинет и зашла, естественно, с козырей. - А я вот вам кофе принесла. -Ну не то, чтобы плохо… Слово «ужасно» чуточку ближе к истине, но не невозможно. Я бы сказал, есть к чему стремиться. Но вообще, мне кажется, расходов многовато. Ты помнишь, о чём я тебе рассказывал сегодня утром?       Тут Катя и решила оставить беседы про ненужные кредиты и финансовую грамотность своим товарищам, а сама погрузилась в рабочие процессы и небольшие перерывы посвятила поиску съёмного жилья. Эта мысль не покидала её практически с момента устройства в компанию. И раз дела в компании, хоть и не идеальны, но стабильно хороши, то можно попробовать. Интересно, что легче: найти хорошую квартиру в Москве по нормальной цене или рассказать родителям.       Катя сидела на полу среди коробок. С чашкой чая в руке, а на щеке — пыльная полоска. Александр протянул ей полотенце и опустился рядом, облокотившись на стену. К сожалению, найти квартиру оказалось проще, а вот мирного разговора с семьёй не получилось. Казалось бы, логичный шаг для любого взрослого человека, который отец принял в штыки, поэтому переезжала Катя в спешке и с тяжёлой душой. Отец зол, мама расстроена, но это давно пора было сделать и наверняка они это понимали и скоро примут. Налаживать контакты можно начать позже, сперва стоит обустроиться в новом доме. - Ну, теперь ты официально взрослая, - усмехнулся он. - Первый съёмный угол. - Странно. Радуюсь и боюсь одновременно, - призналась Катя, глядя в пол. - Я бы хотела, чтобы они порадовались вместе со мной, но… ничто не бывает идеально, даже такой важный период жизни. - Дай им немного времени, думаю, к следующим выходным можно будет звать на новоселье всю семью!       Надежда, что так и будет, была и до его слов, но с патриархом семейства Пушкарёвых никогда не знаешь, чего ожидать. Катя решила, что это может пока остаться тайной для Александра. Возможно, позже он всё поймёт сам, а может, в этом окажется прав, как всегда. - Я рад за тебя. Очень важно делать свои шаги в самостоятельную жизнь, но как бы тяжело ты ни работала, живя с родителями, ты остаёшься их ребёнком больше, чем нужно тебе. Мы с Андреем тоже когда-то мечтали о собственном. - Он заговорил неожиданно мягко. - Не о квартире, а о студии дизайна. Мы чертили логотип, придумали слоган, собирались обставить офис в стиле баухаус. Глупости, конечно. Детство. Но нам нравилось, представляли: круче нас никого. Хоть в чём-то мы были правы. Мы хотели отделить свои заслуги от достижений наших родителей.       Катя повернула к нему голову. Как много она знает о том, что в прошлом и даже о том, что есть в его настоящем и любое его откровение ценно и не хотелось пропустить ни одного его слова. - Почему не получилось? - Если я скажу, что не сошлись характерами, то буду близок к истине. А потом уже не смогли вернуться назад. Работа под отеческим крылом проще, чем пробиваться самостоятельно, и я это понимаю. Но я был юн, категоричен и горд. А Андрей… ну, может, он понимал тогда больше моего. -Он пожал плечами, как будто хотел отмахнуться от тяжести слов.       Катя тихо сказала: - Вероятно, сейчас вы оба там, где должны быть. Не у всех, как у ваших отцов, выходит построить бизнес и сохранить дружбу.       Александр посмотрел на неё. - Может. Совместного дела мы так и не открыли, но и дружбу сохранить не смогли. Так что всё к лучшему. - Кто знает, мне кажется, что ваши отношения меняются. - Старые обиды забыты, но Кира… Боль, которую он ей причинил, не позволит всё вернуть, как было. - Не нужно «как было»! Впереди столько всего, зачем тащить с собой старые обиды. - Ты, как всегда, права. - Александр взял её чашку, поставил на подоконник. Потянулся к её щеке и стёр пальцем пыль. Он не тянулся к ней быстро, не навязывался. Просто смотрел, как она смущена закусывает губу, как думает о том поцелует он или нет. Он, конечно, знает ответ на этот вопрос, но иногда ожидание гораздо приятнее, чем сам поцелуй. Катя тоже не двигалась - только почувствовала, как всё вокруг стихло. Пустая квартира, коробки, остатки вечернего света - и только этот момент.       Когда он всё-таки коснулся её губ, поцелуй был не страстным, а тёплым, внимательным. Катя первой отстранилась. Она чуть улыбнулась и провела рукой по его волосам. - Ну… теперь я точно взрослая, - пошутила она, стараясь скрыть волнение. - После этой фразы чувствую себя растлителем. Неужели это твой первый поцелуй? - Нет, конечно, но ты бы видел своё лицо. Тишину разорвал звонок мобильного телефона. Лицо Александра во время этого звонка не предвещало ничего, кроме окончания совместного вечера. - Прости, но мне надо идти. - От той лёгкости, что была до телефонного разговора, не осталось и следа.       Катя смотрела на него, пока двери лифта закрывались. Может, неотложные дела перестанут быть таковыми за эти лишние мгновения, что она стоит в дверях и ожидает, когда он уедет. Она пропустила мгновение, когда Саша вышел из лифта обратно на площадку и оказался снова рядом с ней, сжал её в своих объятиях. - Я хочу остаться с тобой, но не могу, не сегодня. Давай проведём завтра вместе весь день?       Сопротивление бесполезно: человеку, который нравится и который смотрит на тебя так, отказать невозможно. - Конечно. Я буду ждать твоего звонка.       На этот раз лифт увёз его. Катя прислонилась спиной к закрывшейся за ним входной двери и медленно выдохнула. Сердце стучит с бешеной скоростью, щёки пылают, а мысли только о том, что завтра будет самый лучший день.       Катя прошла по пустой комнате, остановилась у окна. Где-то во дворе хлопнула дверь машины - может, его. А может, ей показалось. Она уселась на подоконник, обняв колени. И впервые за долгое время почувствовала: дом - это не стены. Это кто-то, кто смотрит на тебя так, будто ты единственное, что важно, единственное, что имеет смысл.