***

31 марта 2026, 23:40

Сонно беру трубку

И сначала за шутку

Принял слова, от которых жутко стало вмиг (хо-о-о!)

Холодный голос проговорил:

«Мы из комитета

По концам света

Уведомляем: сегодня ваша планета

Будет уничтожена…

Простите, что потревожили…»

И гудки, и, и, и

Я вряд ли поверил, но

Странный голос словно ввёл меня в гипноз

Ну хоть не сдохну один, как бродячий пёс (р-р-р!)

Ведь чтобы умереть в один день, как в сказке

Я выбрал тебя осознанно

Я выбрал тебя, чтобы под звёздами

Среди летающих тарелок

Пе-перестрелок

Ни в чём не бывало с тобою гулять

Я выбрал тебя

Мы будем улыбаться, как дети

Когда придёт время

Мэри, не скрывая счастливой улыбки, прошла по коридору. У нее оставалось еще несколько часов до олимпиады, поэтому она села читать книжки с цветными картинками в приемной зоне, когда вдруг за окном прозвучали, один за другим, взрывы. Детей стали сгонять парами, после развели по классам, посадили за парты, но ее никто не заметил — Мэри хотела этого в какой-то мере. Ей было страшно, но она предпочитала бояться там, где меньше риск умереть, а поскольку взрыв за стенами школы то к окну лучше не подходить… Наверное?.. Или лучше не играть в самую умную и пойти с остальными детьми и учителями? Но куда, ей ведь нет места в конкретном классе… В какой-то момент взрывы стихли и она успокоилась, но никто не выходил. Чтобы занять себя, Мэри продолжила читать книгу — так и досидела до темноты, когда букв уже не видно. Только на обложке будто светились вдавленные в твердый переплёт слова названия: «Герберт Уэст — Реаниматор». Тогда она встала и прошлась по коридору — тишина пугала. Она стала спускаться по лестнице, когда наверху будто бы раздался шорох — тогда Мэри вернулась. Шорох продолжал раздаваться из туалета, поэтому, оглядываясь, Мэри подошла ближе к шепнула: — Эй, тут кто-то есть? — Теперь здесь есть ты, — неожиданно прошептал ей на ухо отвратительно довольный голос. — И это так хорошо, так хорошо… Ведь я выбрал тебя, мой спусковой крючок начала конца, моя повелительница армагедона, Мээээээээрииии. Мэри вскрикнула и обернулась — сзади никого не оказалось. Она попятилась испуганно и оказалась в самом туалете — с отключившимся электричеством, тёмном месте, что в другое время, наверное, было уютной комнатой с новым ремонтом но не… не сейчас… Нет… По туалету разнеслось хихиканье — такое высокое, будто говорящий пребывал на грани истерики. Дверь неожиданно захлопнулась будто сама собой, ключ провернулся в замочной скважине с другой стороны. — Ихихи… Милая девочка Мэри… Славная девочка Мэри… Читает по слогам Лавкрафта и смотрит на картинки в книжке, пока за окном ядерная война! Славная девочка Мэри, прелестная девочка Мэри… — бубня все это голос вдруг сорвался, стал сиплым шёпотом, но возобновился. Следующей фразой был стих, звучащий по странному жутко: — Mary had a little lamb, Its fleece was white as snow; And everywhere that Mary went The lamb was sure to go. Мэри всхлипнула и сжалась, а потом тихонько заскулила. Перед ней стояла раковина, над которой висело огромное зеркало. В нем не отражалось никого, кроме нее — испуганной маленькой девочки. Из темноты вдруг повалил черный, бесконечно клубящийся и очень быстрый дым. - Нет нет нет... - заплакала Мэри когда в дыму перед ней возник страшно улыбающийся до ушей мальчик ее возраста, а после еще какие-то дети, учителя, еще, еще, еще... Мальчик захихикал снова, Мэри узнала голос и вдруг поднял руку - его глаза почернели. Земля затряслась под ногами, пол покрылся шипами, а затем вдруг он дернул рукой вправо - Мэри головой впечаталась в зеркальную раму. Голову обожгло болью, она упала на пол. Так и не дождалась олимпиады и папы...

Mary had a little lamb,

Its fleece was white as snow;

And everywhere that Mary went

The lamb was sure to go.

Адам запыхался, но, подволакивая травмированную ногу, все же добрел до школы. Там его девочка, его драгоценная Мэри, она сейчас там, никуда не ушла.... Было около полуночи когда Адам наконец выбрался из под обломков машины и трупов - его привалило сверху и Келли, и водителем. Вокруг было пустынно, тихо, темно, это был не город мечты, а родина апокалипсиса, но он дошёл до школы, а значит скоро все будет хорошо. Пролезть через гнутые прутья может не только школьник и, часам к пяти утра, когда небо начало светлеть на востоке, Адам пролезть под турникетом на территорию школы. Келли, Келли, Келли... Ай, нет... Не Келли, Мэри! Келли мертва, Келли это секретарша. Мэри, Мэри, Мэри... - МЭРИ! - закричал Адам, срывая голос. Ему показалось что в соседнем классе раздался шорох, поэтому он рванулся туда. Ровные парты, тяжелый массивный учительский стол, плакаты по стенам, зеленая доска с мелом и зеркало на стене возле нее. Адам оглядел класс, прокричал снова. Не найдя никого обернулся к двери и допустил ошибку - бросил взгляд на залито лунным светом зеркало. - Мэри?... - прошептал он. В зеркале была его девочка - короткие тёмные волосы, сейчас окрашенные алым, бледная кожа, круги под глазами. Его девочка времен болезни. - Мэри... - странно-облегченно хихикнул Адам. Мэри наклонилась голову будто задумчиво, обвела стеклянными глазами отца, попыталась в улыбке губы растянуть. А после Адам пошатнулся и упал, ударившись головой. Она, эта разбитая голова, уже никогда не поднимется от пола. Вдалеке раздался срывающиеся хихиканья демона, ведь господин Фёдор будет доволен. Плевать на людей, плевать на их жизни. И да начнётся апокалипсис!