Часть 21

Прошло несколько дней после той ночи на крыше. Чочо уже могла дышать нормально. Цветы исчезли, кашель почти прошёл, и Сакура сказала, что болезнь отступила. Потому что её чувства больше не были безответными. Но для Боруто всё было не так просто. Он сидел на крыше резиденции Хокаге, глядя на вечернюю Коноху. Ветер мягко двигал его волосы. В голове снова и снова всплывал один и тот же вопрос. Когда всё изменилось? Когда он начал чувствовать это? Он думал об этом последние дни. И постепенно начал понимать. ⸻ Это началось не в тот момент, когда Чочо призналась. И даже не тогда, когда он впервые увидел лепестки. Это началось раньше. Намного раньше. Он вспомнил один вечер несколько месяцев назад. Они возвращались с миссии. Он, Чочо и Шикадай. Шикадай тогда ныл, что устал, а Чочо смеялась и рассказывала какую-то историю о том, как Иноджин случайно испортил портрет. Боруто тогда тоже смеялся. Но вдруг заметил одну вещь. Когда Чочо смеялась, она слегка закрывала глаза. И этот смех был таким лёгким, что рядом с ней становилось спокойно. Тогда он не придал этому значения. Но это был первый момент. ⸻ Потом был другой. Когда он увидел её кашляющей лепестками. Этот момент он никогда не забудет. Он помнил, как сердце тогда резко сжалось. Как стало страшно. По-настоящему страшно. Он понял тогда одну вещь. Мысль была простой. Он не хотел её потерять. Тогда он думал, что это просто дружба. Но сейчас понимал. Это было больше. ⸻ И был ещё один момент. Той ночью, когда она сказала: “Даже если я забуду… ты будешь помнить?” Тогда он вдруг понял, насколько её любовь была настоящей. Она была готова забыть. Потерять часть себя. Просто чтобы жить. И он тогда подумал одну вещь. Почему человек, который так сильно любит… должен страдать? Этот вопрос не выходил из головы. ⸻ Боруто тихо выдохнул. — Значит… тогда всё и началось. — Что началось? Он вздрогнул. Чочо стояла у входа на крышу. Она выглядела лучше. Намного лучше. Цвет лица вернулся, дыхание было спокойным. Она подошла ближе. — Ты выглядишь очень задумчивым. Боруто усмехнулся. — Думаю. — О чём? Он посмотрел на неё. Несколько секунд молчал. Потом сказал честно: — О том, когда я начал влюбляться в тебя. Чочо замерла. — Ч… что? Он слегка почесал затылок. — Я пытаюсь понять. Она медленно подошла ближе. — И… понял? Он кивнул. — Да. Она тихо спросила: — Когда? Он улыбнулся. — Постепенно. Он посмотрел на неё. — Сначала я просто думал, что ты смешная. — Эй! Он рассмеялся. — Потом понял, что рядом с тобой всегда легко. Чочо молчала. Он продолжил: — А потом я увидел, как ты почти умираешь из-за меня. Его голос стал серьёзным. — И тогда понял, насколько ты для меня важна. Чочо тихо сказала: — Боруто… Он сделал шаг ближе. — Когда я подумал, что могу потерять тебя… Он осторожно взял её руку. — Тогда всё стало ясно. Она смотрела на него широко раскрытыми глазами. — Что именно? Он улыбнулся мягче. — Что я не хочу жить в мире, где тебя нет. Тишина повисла между ними. Потом Чочо вдруг тихо засмеялась. — Знаешь… — Что? — Ты ужасно драматичный. Боруто фыркнул. — Это ты виновата. — Почему? — Потому что заставила меня влюбиться. Она слегка покраснела. — Я не заставляла. — Заставляла. Она улыбнулась. — Тогда я не жалею. Боруто мягко притянул её ближе. — Я тоже. Ветер тихо прошёл по крыше. И впервые за долгое время Чочо почувствовала только одно. Спокойствие. Потому что цветы больше не росли в её груди. Теперь они просто жили в её сердце.