Глава 8. Разговор

Летний замок. Вечер того же дня. До разговора с Мелькор. Бейлор ждал его в малом зале. Мейкар вошёл — и сразу понял: брат знает. Бейлор вообще всегда знал больше, чем показывал. Для этого он и был старшим — чтобы видеть, молчать и принимать решения, когда придёт время. — Садись, — Бейлор указал на кресло у камина. — Вино? — Наливай. Они пили молча. Огонь потрескивал, за окнами темнело. В замке стихали голоса — слуги расходились, гости готовились ко сну. — Ты сегодня был у Старка, — сказал Бейлор. Не спросил — утвердил. — Был. — И? — И завтра буду просить руки его дочери. Если он не против, конечно. Бейлор усмехнулся: — А если против? — Тогда послезавтра. Бейлор рассмеялся — коротко, но тепло. Поставил кубок, откинулся в кресле, посмотрел на брата. Долго. Внимательно. — Знаешь, — сказал он тихо, — я уже думал, что не доживу до этого дня. — До чего? — До того, как ты посмотришь на женщину не как на обязанность, а как на... — он поискал слово, — как на свет в конце коридора. Мейкар молчал. Не отводил взгляда. — Ты много лет тащил этот воз, — продолжил Бейлор. — Сначала мать, потом жена, потом дети... ты никогда не жаловался, но я видел. Ты горел изнутри. А теперь... — он покачал головой. — Ты другой. Тихо. Спокойно. Как будто нашёл наконец то, что искал. — Я не искал. И тихо, спокойно не в моей жизни. Сам знаешь. — Лучшее всегда находят, когда не ищут. Мейкар отпил вина. Посмотрел в огонь. — Она... — начал он и запнулся. — Она не боится. Меня. Моего прошлого. Моих сыновей. Моей тяжести. Она просто... рядом. — Да, — улыбнулся Бейлор. — Северяне - люди из другого теста. Они не боятся холода. И тяжести тоже. — Ты одобряешь? — А моё одобрение нужно? — Нужно. Бейлор посмотрел на брата. Потом поднялся, подошёл к его креслу, положил руку на плечо. — Ты мой брат, — сказал он просто. — Я хочу, чтобы ты был счастлив. Если эта благородная девушка делает тебя счастливым — я благословлю вас хоть завтра. А если кто-то попробует встать между вами... — он усмехнулся. — У меня есть меч. Мейкар накрыл его руку своей. — Спасибо. — Не за что. — Бейлор хлопнул его по плечу и вернулся в своё кресло. — А теперь рассказывай. Как ты собираешься говорить со Старком? Этот северянин себе на уме. — Прямо, — ответил Мейкар. — По-другому с ними нельзя. — Это точно. — Бейлор поднял кубок. — За удачу, брат. Хотя она тебе и не нужна. Ты всегда сам куёшь свою судьбу. — Наковальня, — усмехнулся Мейкар. — Наковальня, — кивнул Бейлор. — Которая наконец нашла свой молот. Они чокнулись и выпили. Летний замок. Малая башня. Следующее утро. Мейкар постучал и вошёл, не дожидаясь ответа. Лорд Эддард стоял у окна. Обернулся — медленно, спокойно, как человек, которого ничем не удивишь. — Принц, — кивнул он. — Рано вы сегодня. — Дело не терпит. — Садитесь. — Постою. Эддард усмехнулся одними уголками губ — точно как дочь. — Ну хорошо. Мейкар подошёл ближе. Посмотрел прямо в глаза — серые, холодные, но не враждебные. Оценивающие. — Я женюсь на вашей дочери, лорд Старк. — Вот как. — Эддард не изменился в лице. — А она в курсе? — Она согласна. Я уверен. — Вы пришли просить благословения? — спросил Эддард. — Я пришёл сказать, как будет. — А если я буду против? — Не думаю. — Мейкар говорил спокойно, без вызова. — Я не отниму её у вас силой. Но и не оставлю. Она выбрала меня. Я выбрал её. Это не обсуждается. Эддард смотрел на него долго. Очень долго. Потом отошёл от окна, сел в кресло, указал на соседнее. — Садитесь уже. Стоите как столб. Мейкар сел. — Я не буду спрашивать, сможете ли вы её обеспечить, — начал Эддард. — Вы Таргариен. Принц крови. Это само собой разумеется. — Разумеется. — Я не буду спрашивать, станете ли вы королём. Мне всё равно, сядет моя дочь на Железный трон или будет жить в Летнем замке до старости. Важно другое. — Что? — Она у меня одна, — сказал Эддард. Голос его стал тише, жёстче. — Жена умерла, оставив мне троих. Сыновья выросли, у них свои дороги. А она... она всегда была рядом. Не потому, что я не отпускал, а потому что сама хотела. Она единственная, кто остался в доме, когда остальные нашли свое поприще. Мейкар молчал. — Я не боюсь за неё, — продолжил Эддард. — Она сильнее, чем кажется. Сильнее многих мужчин, которых я знал. Но я боюсь за неё, если вы... — он запнулся. — Если я что? — Если вы сделаете ей больно. — Эддард посмотрел ему в глаза. — Не мечом. А просто... устанете. Остынете. Уйдёте в себя, как это умеют делать ваши. Она этого не заслужила. — Я знаю. — Знать мало. Надо помнить. Каждый день. Мейкар выдержал его взгляд. — Я почти забыл, каково это — чувствовать что-то, кроме холода. Она вернула мне память. Я не настолько глуп, чтобы снова всё забыть. Эддард молчал. Потом поднялся, протянул руку. — Добро пожаловать в семью, принц Мейкар. Хотя я надеялся, что моя девочка выберет кого-нибудь... попроще. Мейкар пожал его руку. Крепко. — Простых в вашей семье не бывает, лорд Старк. — Это точно. — Эддард усмехнулся. — Идите. Она там, в саду, наверное, уже все ногти сгрызла. *** Мелькор не могла сидеть на месте. Она обошла сад по кругу раза три, пока не сбилась со счёта. Камни дорожек уже выучила на ощупь, кусты облетевших роз разглядела до последнего шипа. Сердце колотилось где-то в горле, и никакая северная выдержка не помогала. — Если ты ещё раз пройдёшь мимо этой скамьи, на камнях останутся следы. Голос раздался со стороны входа. Она замерла. Обернулась. Мейкар стоял в арке, ведущей в сад. Руки сложены на груди, на лице — ни тени улыбки. Только глаза... глаза смотрели тепло. Очень тепло. — Долго же ты, — выдохнула она. — Твой отец разговаривает медленно. Это у вас семейное? — Возможно. Он шагнул к ней. Остановился в двух шагах. Смотрел сверху вниз — и в этом взгляде было столько всего, что у неё перехватило дыхание. — Ну? — не выдержала она. — Говори уже. — Он согласен. Она выдохнула — так, будто всё это время не дышала. — Правда? — Правда. — Он шагнул ещё ближе. — Но поставил условие. — Какое? — Чтобы я помнил каждый день, что ты у него одна. И что если я сделаю тебе больно — он придёт и сдерет с меня шкуру. Дословно. Мелькор моргнула. Потом фыркнула — и не сдержала улыбку. — Он правда так сказал? — Слово в слово. — И ты не испугался? — Я испугался, — совершенно серьёзно ответил Мейкар. — Твой отец — единственный человек в Вестеросе, кому я бы не хотел переходить дорогу. Она рассмеялась — коротко, звонко, запрокинув голову. Мейкар смотрел на неё и не мог отвести взгляд. — Мелькор. Она затихла. Посмотрела на него. — Я хочу слышать твой смех каждый день, — сказал он тихо. У неё защипало в глазах. — Ты... ты правда этого хочешь? Всего этого? — Я хочу тебя. — Он взял её лицо в ладони. — Всю. С севером, с братьями, с твоим упрямством и твоими холодными руками. Я хочу просыпаться рядом с тобой и засыпать, зная, что ты никуда не уйдёшь. — Я не уйду, — прошептала она. — Я знаю. — Он провёл большим пальцем по её скуле. — Потому что северяне своих не бросают. Так? Она потянулась к нему сама. Поцеловала — нежно, но крепко, вкладывая в этот поцелуй всё, что не могла сказать словами. Когда они оторвались друг от друга, в саду стало ещё тише. Только ветер шелестел голыми ветками. — Значит, свадьба? — спросила она, всё ещё держась за его плечи. — Свадьба. — Он усмехнулся. — Ты не жалеешь? — О чём? — О том, что связалась со старым вдовцом, у которого ещё и дети есть. Она вновь посмотрела на него долгим взглядом. Потом взяла его руку, прижала к своей груди — туда, где билось сердце. — Слышишь? — Что? — Оно бьётся. И оно бьётся для тебя. Не для кого-то. Для тебя. Ты — тот, кого я выбрала. Ты — тот, с кем я хочу стареть. Ты — тот, кому я буду вытирать пот со лба, когда тебе будет худо, и драться с твоими демонами, когда они придут. Он смотрел на неё так, будто видел впервые. Будто не верил, что такое бывает. — Мелькор... — И я не меняю решений. — сказала она твёрдо. Он притянул её к себе. Уткнулся лицом в её волосы и замер. — Я люблю тебя, — сказал он в макушку. — Я тоже. Где-то в окне малой башни мелькнула тень — лорд Эддард смотрел на них. И, кажется, улыбался.