Глава 37

      Хоть Анри и помогала Танис, её собственных обязанностей от этого меньше не становилось. Как моя главная исследовательница магии, она должна была разбирать и препарировать любую магию, которая казалась мне интересной или полезной для Илсту. А ещё, разумеется, следить за тем, чтобы производство подрывных зарядов в сумках сохраняло нынешние объёмы. Так что помимо личного проекта на ней висели ещё исследовательский и административный.       Будь она живым, дышащим человеком, которому нужны сон и отдых, я бы сказал, что и этих трёх работ ей более чем достаточно.       Но, к её несчастью, она Лич, а я совершенно не хочу, чтобы кучка подростков-магичек, которых никто не пожелал брать к себе, пустила мою провинцию под откос.       Так что, увидев, во что превратилось общежитие, которое я выделил этим отвергнутым, пока Анри яростно распекала их прямо посреди улицы, я остался, мягко говоря, не в восторге.       Общежития просто... не было. На его месте стояли пятьдесят големов, выстроенных в идеальные ряды, плечом к плечу и, само собой, совершенно голых. Если верить тому, чему меня учила Анри, големы – это как зомби, только не из трупов. Нечеловеческая сила, рефлексы и выносливость – всё это отличный бонус, но расплачиваются они за это мелкой моторикой, навыками и умственными способностями. Иными словами, строй красоток из дерева, камня и железа, раскинувшийся передо мной, был бы неплохой заменой целому общежитию... если бы у меня хоть кто-то спросил разрешения их делать.       Пятьдесят сверхчеловеческих рабочих и живых орудий, сделанных из здания, которое я заказал для Илсту и на которое у меня были планы после того, как ведьмы съедут, и подчиняются эти трудяги не мне, а ведьмам, с которыми я познакомился буквально только что?       Мда уж.       Совсем не та сделка, которую можно назвать выгодной.       Вообще-то она была настолько паршивой, что я уже подумывал вышвырнуть их всех, влезть в свои фонды и нанять настоящий Ковен – такой, на который есть спрос у других дворян Сородичей. Естественно, если стараешься нанять кого-то как можно дешевле, причина низкой цены обычно одна: иначе этих людей никто бы не взял. Доставшийся мне Ковен – это самое дно бочки, сборище тех, кого не захотел бы даже самый жалкий покупатель, так что вполне естественно, что я с самого начала должен быть готов при необходимости избавиться от них и взять кого получше.       Но сперва я всё же решил посмотреть, сумеет ли Анри превратить мусор в сокровище, потому что зачем хорошие кадры, если можно просто загнать работой очень талантливую сотрудницу?       — Вы... вы, тупые идиотки! Это должно было стать вашим домом хотя бы на месяц, прежде чем вам была бы ПРЕДОСТАВЛЕНА чародейская башня для занятий!       Ого. «Тупые» и «идиотки» в одном предложении. Анри в куда худшем настроении, чем я думал. Для лича, который разгуливает в кружевном, почти прозрачном белье под плащом с капюшоном, ты, когда захочешь, умеешь орать на редкость внушительно, да?       — Эти големы помогут в строительстве вашей башни? Я ЖЕ СКАЗАЛА ВАМ: МАТЕРИАЛЫ ДЛЯ БАШНИ ЕЩЁ НЕ ПРИБЫЛИ. Дело не в нехватке рабочих рук... ЕЁ ПРОСТО НЕВОЗМОЖНО ПОСТРОИТЬ!       Из Ковена Островерхих Шляп посыпались нытьё, жалобы и самовосхваление, но весь их совместный натиск не дал ровным счётом ничего. Даже если Анри и правда пасует перед людьми, которые просто режут правду-матку, у этих слов должно быть хоть какое-то основание. Я разрушил её башню, принудил её работать на себя и приютил на своих землях её бывших подданных – так что право говорить у меня есть, даже если всё это сделал именно я. А вот кучка дур, которые схватили чужие ресурсы ради проекта, о котором их никто не просил, и вдобавок создали ей проблемы? Ну как бы да. У них и с самого начала не было ни крохи права, а теперь они ещё и по уши в долгах.       Естественно, от этого мой Лич разозлилась только сильнее.       — Я... я сделаю вид, будто эти слова не вылетели из тех никчёмных отверстий, которые вы именуете ртами. Уже сам факт того, что заклинания будут плестись словами, сходящими с ваших языков, есть сущий позор.       О-о-оу, А'Бель, запиши это. Отличная фраза. У меня почти не было шанса как следует унизить мага словесно – обычно я просто убиваю их как можно быстрее и с тем количеством насилия, какое потребуется, так что опыта у меня маловато. Придётся мне наверстывать хотя бы в теории.       — Вы здесь потому, что вы отвергнутые, потому, что всем прочим Сородичам вы не нужны и нежеланны, и всё же, едва получив кров, пищу и жалованье, вы вообразили себя лучше и способнее того, кто принял вас к себе на службу?!       Несколько ведьм попытались было возразить, но у безликих NPC в стычке с главным героем исход может быть только один.       Полное и мгновенное поражение.       Анри, ну почему ты не мужик? Мне бы тогда меньше приходилось волноваться из-за того, что у меня все подданные сплошь Сородичи.       — Право на исследования, право заниматься собственными проектами и право пользоваться ресурсами Илсту – всё это вам не принадлежит. И никогда принадлежать не будет, если вы не докажете свою ценность и будете отказываться исполнять то, что от вас ожидается.       Осторожнее, Анри. Будешь и дальше так говорить, и я начну думать, что тебе, чего доброго, нравится ходить под чужой пятой, пахать до изнеможения и получать задачи запредельной сложности. Просто знай: если я пойму, что тебе это по вкусу, работы я тебе прибавлю столько, сколько ты уже не осилишь.       — Мне неведомо, из каких убогих, захолустных деревень вы все повылазили, где вас, быть может, и превозносили, но здесь и сейчас вы не более чем смутьяны, вверенные мне, дабы я переделала вас в полезных членов общества!       Бывшая аристократка, ставшая Личом, даже не дала им раскрыть рот, прежде чем обернуться к ним и выплеснуть на них свою магию. Иногда я забывал, что передо мной женщина, которая годами удерживала владения на землях Империи и собиралась однажды обрушить на неё чудовищную месть. Когда кто-то каждый день расхаживает в одном белье – причём, я готов поклясться, этого белья на ней становится всё меньше и меньше, – это сильно режет любые очки устрашения. Но когда Лич вспыхивает силой, да ещё такой, что солнечный свет и вправду тускнеет, улицу под её ногами затягивает инеем, а из-под плаща выползают десятки костей... да, это довольно хорошо напоминает, что с Анри лучше нахуй не шутить.       Если, конечно, у тебя нет отряда устойчивых к магии амазонок, которые могут с наскока взять её башню и протаранить всё, что у неё есть, летающими таранами.       Пример: Я.       — Вы уже исчерпали ту единственную крупицу снисхождения, какую я была готова вам оказать! Отныне одна-единственная ошибка любой из вас обернётся изгнанием, и так будет до тех пор, пока не останутся лишь те, кто готов учиться, слушать и делать то, что им велено!       Какое напыщенное заявление. И палец наставлен, и плащ красиво развевается. Опять же, Анри-сан, со всем этим особым морозом, тенями и гремящими костями ты выглядела бы куда внушительнее, если бы носила что-нибудь помимо кружевного белья. Кружевные сиськи и задница, просто чтобы ты знала, сильно режут устрашение. Похабность даёт штраф в минус сто к запугиванию, если только ты не настолько сильна, что этот штраф превращается в плюс тысячу. Но ты до этого не дотягиваешь.       — Всем всё ясно?       В общем, после того как NPC понурили головы, покорились и побрели к палаткам, которые им ставили на время, пока не будет готово новое жильё, Анри наконец подняла взгляд на меня.       — Следовало бы вышвырнуть их всех уже за одно то, что они даже не способны распознать Демона, лорд Хикигая, — проворчала Анри, пока А'Бель спускала меня вниз, а Райзер присоединилась к нам, просто спрыгнув с крыши. Анри на миг настороженно покосилась на А'Бель, потом покачала головой и подошла к Райзер. Моя каштановолосая псевдоэльфийка напряглась, но расслабилась, когда Лич всего лишь велела ей поднять руки и осмотрела её кандалы. — Ковен, который ты приобрел, если выражаться твоими словами, полное фуфло. Это сборище особ с силой и потенциалом, но с такими характерами и нравами, что брать их никто не пожелал.       — Если они полная хуета, выбрасывай их. Нормальных оставь. Если оставшихся не хватит на то, что мне нужно, я доберу ещё, — сказал я.       Отмахиваться от А'Бель, которая суетилась с моей одеждой и волосами, было бессмысленно, так что я даже не пытался, пока она разглаживала на мне одежду, снимала шляпу и поправляла волосы после спуска. Понял я, понял: выглядеть прилично я должен всегда. Но дай уже мне поговорить с подчинённой, которая занята делом, пока мне самому приходится водить тебя по округе, дрессировать идиотку и искать, что бы ещё улучшить.       — Что ты будешь делать с этими? — спросил я, указывая на големов.       — Их судьбу решать тебе. Их создали, используя сумки с взрывчаткой, которые я оставила этим дурёхам для изучения, и то здание, что ты велел возвести и собирался потом пустить в дело, когда они наконец устроятся.       Анри протянула мне руку и предложила простое кольцо из гладко отшлифованных дерева и камня. Оно засветилось, и на големах вспыхнули печати управления. Ну разумеется, это оказался витой стилизованный узор в виде сердечка прямо у них на паху, а каким ему ещё быть? Они буквально сделаны из дерева, камня и магии... твою мать, большая часть этой магии ведь ушла на то, чтобы они могли трахаться, и больше ни на что, да?       — Даже с твоим ограниченным запасом магии ты должен быть в состоянии пользоваться этим...       — Не хочу. Сломай. Если от этого они не сдохнут.       Хм? И с чего это такое удивлённое лицо? Ты думала, что потеря одного здания и немного взрывчатки внезапно сделает меня не против рабовладения, Анри? Вот тут-то ты ошибаешься. Так что перестань так таращиться, закрой рот и раздави эту чёртову побрякушку у себя в ладони.       — Если из-за этого они погибнут, передай Ковену: у них месяц, чтобы придумать, как освободить рабынь, которых они хотели мне подсунуть. Иначе я поступлю с ними так, как и следует поступать с работорговцами.       — Хикигая, эти големы гораздо эффективнее, когда ими управляют напрямую...       — Мне поебать. Ты что, не слушала? Не понимаешь? Пока существует это кольцо, они рабы, а рабы мне не нужны.       И вообще, сколько големов работает на Сородичей? Уже сам факт, что этот Ковен решил, будто такая идея мне понравится и поможет втереться в доверие, наводит на мысль, что их немало. Надо будет мне потом связаться с Розанной по этому поводу, потому что если ей кажется, что она может использовать мои идеи в государстве, построенном на горбах рабов... что ж, тогда придётся нам посмотреть, к чему всё это приведёт.       — Даже если для них это сраный фетиш, я не потерплю подобной херни у себя. Ты поняла, Анри?       К счастью, Анри намёк уловила, робко кивнула и отвернулась от меня. Она подошла к выстроившимся неприлично развратным искусственным формам жизни, которыми Ёко Таро наверняка мог бы гордиться, и начала плести магию. А поскольку я понятия не имел, что именно происходит, мне пришлось обратиться за объяснением к А'Бель.       — Ах, разумеется, мой дорогой призыватель! С радостью всё объясню, — эй, а галстук, очки и указка у тебя откуда взялись? Если ты умеешь вот так добавлять к костюму детали, почему бы тебе не надеть блузку и брюки и не прикрыться как следует? Формально на тебе, конечно, есть одежда, но я почти уверен, что в любом цивилизованном государстве тебя за такой наряд загребли бы за непристойное обнажение. — Сейчас Лич снимает печать с големов, позволяя им перерасти стадию простых автоматонов, состоящих из грубых материалов, и начать развиваться как личности. По своей природе такие существа лишены души, цели и самоидентичности, пока печать не снимет их возлюбленный или госпожа.       — Значит, среди Сородичей они не редкость?       — Обычно на создание големов уходит слишком много магии, но у тебя ведь налажен массовый выпуск этих чудесных ёмкостей. С таким обилием прочных материалов и твоими сумочками для любого достаточно способного мага, считай, детская игра собрать для тебя целую армию солдат... если бы ты, конечно, не возражал против рабов.       — А я возражаю, так что этот вариант отпадает.       Что ж, похоже, о големах как о скрытом низшем сословии Сородичей можно пока не переживать. Розанне ещё потребуется время, чтобы подмять под себя всех, кто ниже рангом, да и наладит она их производство не скоро, ведь у неё есть и другие способы нарастить огневую мощь, на которые не нужно вливать столько ресурсов и денег. Хотя, наверное, стоит как можно скорее дёрнуть Танис и попросить отправить ей письмо, просто чтобы такого не случилось.       — Для них куда лучше работать на меня, — продолжил я, — платить налоги и покупать у меня вещи, за которые я тоже беру налоги.       — Мой дорогой призыватель, в ваших устах общество звучит куда хуже, чем есть на самом деле.       — Неправда. Общество это говно говна, но, по крайней мере, ты можешь ныть, заняться чем-то другим и свалить, если тебе не нравится. А я, между прочим, ещё и обязан работать так, чтобы вы все не передохли.       А'Бель тихо рассмеялась. Райзер едва заметно улыбнулась. Ого. Какая неожиданность. Оказывается, там всё-таки есть мозг, способный распознавать юмор. Воистину великое открытие, которое навеки войдёт в историю науки.       — Да-да, смейтесь сколько хотите. Даже если то, что я делаю, неидеально, я бы посмотрел, как вы покажите мне место получше. Мне не нужно, чтобы мой способ был лучшим. Мне нужно всего лишь быть лучше остальных.       Нет ничего лучше пары лет рабства и бесконечных боёв, чтобы вбить эти слова себе в голову ещё крепче. Может, в другой, лучшей жизни я и произносил их мимоходом не раз, но в этом мире это абсолютная, неоспоримая истина. Всё, что я предлагаю тем, кто живёт в Илсту, идёт с оговорками, ценой и налогами, – но взамен они получают вещи, которых не получили бы нигде больше. То же самое и с войной. Мне не нужны самые лучшие солдаты на свете. Мне нужно много тех, кто способен делать свою работу, а всё, чего им не хватает, можно компенсировать непревзойдённой мобильностью, огневой мощью и снабжением.       Поэтому я лучше возьму пятьдесят потенциальных граждан, которые научатся полезному, останутся здесь и, возможно, перерастут черновую работу, чем пятьдесят рабынь, которые никогда не изменятся, даже если мне не придётся им платить. Пятьдесят посредственных людей с потенциалом к переменам в городе, который я построил, лучше пятидесяти бездумных тел.       Поэтому я повернулся и впился взглядом в единственный неприкрытый глаз Райзер, пока Анри буквально тонула под кучей големов, слишком уж мягких и развратных для созданий из скалы и камня.       — К твоему несчастью, никакая магия так просто, блядь, тебя не исправит. Не найдётся мага, который явится, закружит тебя в воздухе, щёлкнет пальцами и в одно мгновение сделает тебя другой.       Если бы люди могли меняться просто потому, что им этого захотелось, лучше был бы не только этот мир, но и тот, который я оставил позади. Человечество появилось потому, что мы жестокие приматы, отрастившие себе мозги лишь затем, чтобы стать ещё более эффективными жестокими приматами. Мы такие, какими нас сделали, и чтобы стать иными, нас должны вынудить – либо мы сами, либо кто-то другой. К счастью для Райзер, я из тех, кто не забывает обид, так что я изменю её, хочет она этого или нет.       Во что бы то ни стало.       — Всё, что у тебя есть, это человек, который тебя до глубины души ненавидит.       В ответ Райзер лишь слегка кивнула, но и этого было достаточно.       Я предпочту это любым пустым обещаниям и клятвам в любой день недели.       Доказывай себя поступками, потому что только в них я от тебя когда-либо и поверю.