Ты странный

Двор Рунного Камня постепенно успокоился. Когда стало ясно, что дракон не собирается жечь замок, люди перестали прятаться за стенами. Сам же Караксес устроился на склоне чуть ниже крепости, застыв там подобно огромной красной скале. Лиам стоял у каменного парапета, вглядываясь в очертания гор, и услышал шаги за спиной прежде, чем гостья успела заговорить. Рея Ройс подошла к нему спокойной походкой человека, привыкшего безраздельно владеть своим замком. Остановившись рядом, она спросила: — Итак, ты правда прилетел просто поговорить? Лиам медленно повернул голову, внимательно изучая её — на этот раз без прежнего удивления, совершенно спокойно. Рея была по-своему красива, но её облик не имел ничего общего с изнеженностью придворных дам. В ней чувствовалась иная природа: сильная осанка, уверенный взгляд и властность человека, привыкшего командовать, не спрашивая чьего-либо разрешения. Она казалась живой и пугающе настоящей. Лиам мысленно отметил это, и в то же мгновение в голове сама собой всплыла невольная мысль: «Но это не Рейнира». Он тут же чертыхнулся про себя и отвесил себе виртуального пенделя, силой вытряхивая этот образ из мыслей. Сейчас было не время для неуместных сравнений — нужно было прийти в чувства и сосредоточиться на женщине, которая стояла прямо перед ним, ожидая ответа Лиам слегка нахмурился, и это мимолетное движение не укрылось от проницательного взгляда Реи. — Что? — тут же спросила она. — Ничего. — Не похоже, — отрезала она, не давая ему так просто уйти от ответа. Лиам выдержал короткую паузу, прежде чем признаться: — Я пытаюсь понять тебя. Рея скептически скрестила руки на груди, переспросив: «Меня?», на что Лиам лишь подтвердил свои слова коротким кивком. — Память подсказывает, что ты меня ненавидишь. — Это не память, а неоспоримый факт, — с усмешкой парировала она. — Справедливо, — спокойно согласился Лиам. Между ними повисло молчание, нарушаемое лишь свистом ветра, гуляющего по стене замка. Рея подалась вперед, вглядываясь в него с нарастающим интересом: — Ты странный. — Я это уже слышал. Она некоторое время молчала, словно взвешивая его новые манеры, и наконец произнесла: — Раньше ты даже не пытался меня понять. — Раньше я был другим человеком, — Лиам пожал плечами, не отводя взгляда. Рея прищурилась, в её голосе скользнуло недоверие: — Это звучит как плохая шутка. — Возможно, — он снова перевел взгляд на далекие горы. — Но я всё равно решил посмотреть на тебя своими глазами. Рея тихо фыркнула, вскинув подбородок: — Ну и? — Ты красивая, — ответил он совершенно ровным, спокойным голосом. Она лишь удивленно вскинула бровь, не ожидая такой прямолинейности. — Смелое заявление, — отозвалась она, не сводя с него глаз. — И ты сильная, — продолжил Лиам, перечисляя то, что видел. — Это правда. — Властная. Рея лишь усмехнулась, принимая его слова как должное: — Тоже правда. Лиам на мгновение замолк, словно взвешивая, стоит ли произносить то, что вертелось на языке, но всё же честно добавил: — Но ты не Рейнира. Рея замерла, одарив его долгим, тяжелым взглядом, а затем внезапно рассмеялась. В этом смехе не было злобы — скорее искреннее изумление. — Боги… — Она покачала головой, переводя дух. — Теперь я понимаю, почему тебя считают самым опасным человеком в вашей семье. — Почему? — искренне удивился он. Она посмотрела на него с мягкой, почти одобрительной улыбкой: — Потому что ты говоришь правду. Развернувшись, она направилась к замку, и лишь спустя несколько шагов бросила через плечо: — Пойдём, принц. Лиам двинулся следом, провожая взглядом её уверенную фигуру. Именно в этот момент его кольнула неожиданная мысль: этот визит в Долину может оказаться куда полезнее и интереснее, чем он рассчитывал изначально. Рея шла по знакомым коридорам Рунного Камня, и звук её собственных шагов казался ей непривычно громким. В голове всё ещё эхом отдавался его голос — спокойный, лишённый того ядовитого высокомерия, к которому она за годы успела выработать иммунитет. Этот человек за её спиной не был тем Деймоном, которого она знала. Тот, прежний, прилетал лишь для того, чтобы задеть её, бросить очередное оскорбление в адрес «бронзовой суки» и исчезнуть в облаках, оставив после себя лишь горечь и ярость. Но этот... он смотрел на неё так, словно видел впервые. В его взгляде не было привычного отвращения — только странная, почти пугающая трезвость. «Раньше я был другим человеком», — сказал он. Рея крепче сжала пальцы, чувствуя холод металла своих колец. Она не верила в чудесные исцеления души и уж тем более не верила Таргариенам, но его честность сбивала с толку. То, как он просто, без прикрас, сравнил её с принцессой Рейнирой, не пытаясь ни польстить, ни ударить по больному, было почти вызывающим. Он не играл. И именно это делало его по-настоящему опасным. Зачем он здесь? Если не для того, чтобы требовать наследство или издеваться, то зачем? Его прилёт на Караксесе выглядел как начало войны, но его слова звучали как попытка заключить странный, ни на что не похожий мир. Рея чувствовала, как в ней просыпается азарт охотника: ей до смерти захотелось сорвать эту новую маску спокойствия и посмотреть, что под ней скрывается на самом деле. «Ты говоришь правду, принц, — думала она, чувствуя, как внутри ворочается забытое любопытство. — Но чья это правда? Твоя или чья-то еще?» Она вошла в обеденный зал и обернулась, ожидая, пока он переступит порог. Теперь это был не просто нелюбимый муж. Это была загадка, которую ей, как хозяйке этих земель, предстояло разгадать — или окончательно похоронить.