Часть 24

ГЛАВА 24.

«Дракон без своего всадника горюет.

Всадник без своего дракона мёртв».

/Ребекка Яррос/

      Чей-то голос настойчиво пробивался сквозь ее сознание. Лицо болело от жестких похлопываний.       Гермиона с трудом разлепила веки и вслед за ярким светом, попавшим на сетчатку глаз, ее сознание вернулось к ней, словно она вынырнула из под толщи вод Черного озера.       - Наконец-то!        Аврор Роуз подхватила ее подмышки, подняла с пола и усадила на кушетку. Рон подошел и наклонился, беспокойно вглядываясь в ее лицо.        Гермиона быстро огляделась, она не могла понять, где находится.        Реальность обрушилась на нее лавиной, сломав ей хребет.       - Драко.. - всхлипнула Гермиона. Попыталась встать, чтобы пойти к нему, но поняла, что ноги трясутся от страха и совершенно ее не держат.        В голове билась лишь одна мысль: «Как мне жить без него!? Как мне жить без него!?»       Она схватила себя за волосы и с силой потянула, захлебываясь слезами.        - Это моя вина! - она стала нервно раскачиваться. - Моя вина! Я впутала его в это, я его убила!        - Что с ней? - удивлено спросила Роуз.        - Да жив твой Хорек! Гермиона!        Окрик Рона заставил ее замереть.        - А?       - Возьми себя в руки! Жив твой Малфой!        Она моргнула и бросилась в операционную. Ни Рон, ни Роуз не успели ее остановить.        Дверь ударилась об стену и колдомедики обернулись от неожиданности.        Драко лежал белый, словно большая гипсовая копия самого себя. В его лице не было ни кровники. Даже обычно вздутые, голубые вены рук, сейчас выглядели ровными и бледными. Единственным ярким цветом на его теле была длинная, зияющая, красная рана, наискосок, от правой ключицы до паха, след рассечения от заклятия Картера. Он едва заметно дышал, хотя издалека казалось, что грудная клетка вообще не двигается.        Над его телом висел синий мерцающий шар, заполненный серебряными рунами. От каждой, в тело Малфоя, сверху вниз струилась прозрачная дымка. Шар удерживался магией колдомедиков.        - Он жив!?       - Да, мисс Грейнджер, - ответил пожилой медик. - Не прикасайтесь! Пока нельзя!        Гермиона отдернула руку.        - Но я не понимаю.. где его кольцо?..       Медики смотрели на нее, как на полоумную.        - Оно было ценным? Нам пришлось его срезать. Металл раскалился и причинял дополнительную боль пациенту. Иначе не получалось его снять. Все его вещи у медсестер, можете забрать.       Гермиона рассмеялась сквозь слезы.        - Вы все правильно сделали! Благодарю вас! Позвольте мне остаться, я буду стоять очень тихо! Не буду вам мешать!        Целитель поглядел на нее своими пронзительным взглядом. Видимо сильно бросалось в глаза, что она на грани нервного срыва, поэтому он тихо сказал:       - Принесите себе стул и садитесь в дальнем углу. Не надо стоять.        Колдомедики отвернулись от нее и снова сконцентрировались на своей работе.        Гермиона отошла в угол и опустилась на пол, привалившись спиной к белой больничной стене. Она никуда отсюда не уйдет, ни за каким стулом. Если надо будет, просидит тут всю жизнь, лишь бы он открыл свои прекрасные, холодные глаза и снова заговорил с ней своим насмешливым, высокомерным тоном.        Ее взгляд не отрывался от тихо поднимающейся и опускающейся  груди Драко.        Через два с половиной часа, обессиленные колдомедики наконец перебинтовали туловище Малфоя сверху донизу, укрыли его теплым больничным одеялом и вышли.       Гермиона села рядом с ним и осторожно коснулась пальцами его холодной руки, пульс легко прощупывался. Лицо Драко было усталое и осунувшееся от большой потери крови. Гермиона снова расплакалась.       - Мой смелый дракон.. - прошептала она, нежно гладя его белокурые волосы.       Дверь тихо отворилась и в палату вошли Нарцисса и Гарри.        Увидев сына в таком состоянии, она покачнулась и Гарри быстро подхватил ее под руку. Гермиона встала и усадила ее на стул. Нарцисса бледная, дрожащими пальцами обхватила руку сына.        - Что же ты делаешь! Сколько раз я уже была в шаге от твоих похорон! - вслух произнесла она и горько разрыдалась.       Гарри с Гермионой переглянулись.        - Миссис Малфой, он выжил, это главное. Не надо, чтобы он видел вас в таком состоянии. - Гарри ободряюще сжал ее плечо.        Она опустила голову.        - Я знаю, что вы сделали для Драко все, что в ваших силах, как и обещали. И я очень признательна за это, Гарри..       Гермиона удивлено посмотрела на своего друга.        Ни Гермиона, ни Рон не знали, но перед началом учебного года, Нарцисса Малфой попросила Гарри Поттера и Блейза Забини присматривать за Драко и Тео. К младшему Нотту она прикипела, как к члену семьи, потому что он рано остался без матери и практически вырос в ее доме, на ее глазах, а теперь и вовсе остался сиротой.        «У них двоих никого больше нет, кроме меня, но есть особый талант, попадать в неприятности. Пожалуйста, присматривайте за ними и держитесь все друг за друга. Сейчас не время для глупой, детской вражды - враги у вас теперь общие!» - сказала она, и Гарри и Блейз дали слово и пожали руки.       - Мисс Грейнджер, вы порядке?        - Теперь да. - тихо ответила Гермиона.        - Возвращайтесь в школу. Я останусь с сыном.. - устало сказала она.        - Я никуда не уйду! - горячо возразила Гермиона.        Нарцисса посмотрела на нее долгим, оценивающим взглядом и наконец кивнула.        Гарри неловко взял Гермиону за локоть:       - Пойдем, выпьем кофе, пока миссис Малфой здесь. Немного придешь в себя. Эти пять минут ничего не решат, он все равно спит.        Она согласно кивнула, кофе точно не помешает. Они тихо вышли.        В коридоре ждали Блейз и Тео. Рон спал, сидя на кушетке для посетителей, скрестив руки на груди и вытянув на полу свои длинные ноги. Гермиона с удивлением и нежностью отметила про себя, что его лицо во сне по-мальчишески безмятежное, а также то, что ему пора подстричься - рыжие вихры закрывали половину лица.         Видимо слизеринцы уже были в курсе состояния Драко, потому что ничего не спросили, а молча сели рядом.       Гарри принес кофе. После недолгого молчания, он сказал:        - Картер убил профессора Слизнорта.       - Бля, за что?? - удивился  Блейз.       - Чтоб подставить Малфоя.       - Ну охуеть! И для этого нанес девятнадцать ножевых безобидному старику?!       - Да, чтоб Малфой наверняка не выкрутился. Нож нашли под его матрасом в спальне мальчиков.       - Что? Когда?        - В тот же день, - спокойно ответил Гарри.        - Но обыск был при нас и они ничего не нашли! - теперь была очередь Тео удивляться.        - Потому, что Пэнси нашла его до них и забрала, по моей просьбе. А уже потом Невилл постарался, чтоб авроры обнаружили нож за теплицами. - Он подул на горячий кофе и сделал маленький глоток. - Как только стало известно о смерти профессора и пропаже Малфоя, я был уверен, что его попытаются выставить убийцей.       - И вы все молчали?? - Гермиона в ужасе уставилась на него. - Гарри! А если бы вас поймали?! Ты же понимаешь, как вы рисковали.       Поттер дернул плечом.       - Второй раз, даже ты не вытащила бы его из тюрьмы. Не хочу видеть твои слезы.        Блейз восхищено присвистнул:        - Не тот факультет прозвали Слизерином! Поттер, мое почтение! Я теперь твой навеки!        Гарри усмехнулся.        Тео устало потер свое лицо.       - Это просто пиздец.. если бы нож нашли у Драко, кто бы поверил, что он не убивал!? Он снова сел бы в Азкабан!       - Боюсь, он бы не добрался до Азкабана. Его спасло то, что они с Гермионой успели обручиться зачарованными кольцами. Если бы не ее истерика, Малфоя нашли бы только утром, раненным или убитым, на площади. Таков был план.        - Вы понимаете, что если бы замминистра не позарился на деньги Малфоев, и не стал вредить Драко, мы бы никогда ничего не узнали. Они просто спокойно раскачали бы министерство изнутри, и захватили власть. - Гермиона горько усмехнулась. - Их великие планы сгубила банальная жадность.        Слизеринцы задумчиво кивнули.        Через сорок минут Драко проснулся. Он не мог понять, где он. Все тело ныло. Любое движение вызывало острую боль. Нарцисса кинулась к нему, не давая встать.        - Мам, ты в порядке? Почему ты здесь? - он в панике заозирался. - Где Гермиона?? Она жива?        - Да, все хорошо! Она в порядке. Не вставай!       Он тревожно уставился в лицо матери, выискивая в ее взгляде обман.        - Ты говоришь правду? Где мое кольцо? - он начал нервничать.        - Я не знаю, может она сняла. Не вставай, Драко! - строго прикрикнула она на сына. - Ты весь разрезанный!       Он удивлено замер, потом откинул одеяло и уставился на бинты, на своем теле.        На голос Нарциссы, в палату ввалились и слизеринцы и грифиндорцы. В помещении сразу стало тесно. В глазах Драко мелькнуло облегчение, как только он увидел знакомые темные волосы из-за плеча Поттера. Она смотрела на него издалека и из ее глаз струились тихие слезы. Он нахмурился.        Блейз и Тео подошли и по очереди пожали ему руку, здороваясь.       - Хочется ударить тебя, чтоб мозги встали на место, но похоже, там нечему вставать, - проворчал Блейз.        - Я тоже по тебе скучал, моя сварливая жена! - криво усмехнувшись парировал Драко. - Поттер! - он поздоровался кивком.       - Выздоравливай, Малфой.       - Спасибо.        Парни что-то ему говорили, он кивал, но сам следил глазами за Гермионой. Она стеснялась Нарциссы и не подходила близко, стоя рядом с Поттером.        В течение получаса, в палате стало слишком людно. Вместе с Роном пришел старший аврор и изъял у Драко воспоминания. Показания брать не стали, пока он был в таком состоянии. Силы Драко быстро иссякали, ему было больно и остро хотелось домой.        Друзья заметили усилия, которые он прикладывал, чтоб бодро держаться при всех и стали собираться. Когда все вышли, Гермиона тихо предложила Нарциссе:        - Миссис Малфой, давайте будем дежурить по очереди. От нас двоих, одновременно, будет мало толку. Вы могли бы сидеть с ним днем, пока я на занятиях, а я ночью, сменять вас, чтоб вы могли поспать.        Нарцисса ласково посмотрела на нее.       - Хорошо. Я пришлю домового эльфа помочь.        - Не надо, миссис Малфой. Есть ему все равно пока нельзя, а все остальное я могу сделать сама. Отдохните немного.       Нарцисса поцеловала сына в лоб, пообещала прийти рано утром и ушла.        Драко скривился от боли.       - Грейнджер, иди уже сюда! Я соскучился, пиздец! Будто с того света вернулся, - тупо пошутил он, ухмыляясь.        Гермиона подошла и наклонилась к нему.       - Малфой, клянусь, еще один раз ты заставишь меня пережить такое, и я сотру себя из твоей памяти!        Он смеется.       - Угрожаешь мне?        - Предупреждаю!        - Ты забываешь, что я природный окклюмент!        - Ты забываешь, с кем ты связался! Я найду способ!        Он нахмурился и ухватил ее рукой за шею, притягивая к себе.        - Ты моя. Никто не может тебя стереть из меня. Даже ты сама! Я должен умереть, чтоб забыть тебя. Поняла?        - Я сделаю это, если ты еще раз так бездумно кинешься в опасность! Понял?!        Малфой злился.        - Грейнджер, заткнись и поцелуй меня!        Она впилась в его губы.       В отличие от сердитых слов, ее руки ласково гладили его волосы, пока их губы наслаждались бесконечной нежностью друг к другу.       Он забылся, приподнял корпус и сразу же охнул от боли, побледнев, как полотно. Гермиона сразу отодвинулась.        - Боже, извини! Позвать врача, чтоб обезболил?        Малфой кивнул. Его лоб покрылся испариной.        Молодой колдомедик влил в него обезболивающее зелье и двойную дозу зелья без снов.        Гермиона снова взяла Малфоя за руку и ласково погладила его пальцы.        - Ты так меня напугал, Драко.. я думала ты умер.. - она рассказала ему про кольцо.        Он слушал, потом тихо спросил:        - Ты же не уйдешь?        - Никогда.       - Ложись ко мне, сюда.       Он проваливался в сон и сильнее сжал ее пальцы пытаясь удержаться. Она дождалась, пока он уснул и не выпуская его руку, призвала из своей сумочки книгу и стала читать.        Ночью, ближе к трем, он проснулся и они поругались.       Драко хотел в туалет и упрямо пытался встать, наотрез отказываясь мочиться в больничную утку при Гермионе или при медсестрах. Вставать же целитель категорически запретил.         Гермиона вскипела и пригрозила, что сейчас же уйдет, если он не перестанет себя так вести. Только после этого, он страшно краснея позволил подставить ему утку.        - Подержать тебе?.. ну.. твой.. - смущаясь промямлила Гермиона.       - Бля, Грейнджер! У меня же не руки сломаны! - рявкнул он.        Тугой звук струи ударившей в металический поддон, в тишине прозвучал неприлично громко. Гермиона хихикнула. Драко мрачно посмотрел на нее, краснея еще сильнее.        - Ты понимаешь, насколько ты теперь мой?- смеясь спросила она.       - Никому не рассказывай об этом! - проворчал он, краснея, как подросток.       - Ой, как жаль! А так хотелось! - она расхохоталась. - Думала дать интервью, в специальном выпуске «Придиры».        - Прости за это.. - удручено сказал он.        Ее лицо стало серьезным.       - Драко, я чуть не потеряла тебя! Неужели ты думаешь, что можешь вызвать у меня негатив такими бытовыми вещами?        После, она помогла ему надеть на голое тело штаны от больничной пижамы, и укрыла обратно одеялом. Его глаза слипались, он ухватил ее за мизинец.       - Грейнджер, ты моя?        - Да, Драко. Спи.       Его взгляд расфокусировался, он больше не мог удерживать веки открытыми. Перед тем, как отключиться, он успел только подумать: «Какое идеальное чувство, когда она рядом. Как рассказать..»       Когда на человека долго сыпятся плохие новости, кто-то предал, кто-то обидел, дела не идут, мозг начинает метаться, считать, что все безнадежно. А потом вдруг человек слышит в предрассветной темноте пение дроздов, вернувшихся с зимовки. Мозг удивляется маленькому чуду, заземляется, успокаивается, и человек вдруг понимает - мир вокруг намного больше обид и он устроен так, что Всё плохое, Всегда заканчивается!       Внутри человека появляется целительная надежда и твердая уверенность в себе: «Ты, мать его, акула, ты хищник! Что бы ни случилось, ничто не может тебя сломать!».       Примерно так действовала рука Гермионы на Драко, заземляла его  мечущийся мозг. Все эти бессвязные мысли сумбурно метались в его голове. Наконец дыхание Малфоя выровнялось и он снова уснул.       Гермиона поняла, что молится Богу и благодарит его за еще один подаренный им шанс..