7 глава "день сурка в отчаянии"

Очередное утро без надежды. Кира проснулась от собственного крика. Кошмар, преследующий её, снова вернулся. Тот самый, где она видит, как Джордж падает в люк, а Альфред пытается добраться до неё через стены. Она села на своей койке, обхватив колени руками. За окном было всё то же голубое небо, которое сейчас казалось таким гадким и серым. Глейд казался мёртвым без смеха и голосов. Стивен не появлялся уже третий день. Он обосновался в штабе, где раньше они вместе собирали пытались искать выход из этого проклятого места. Парень сидел перед разбросанными обрывками бумаг, которые он вместе с друзьями когда-то тщательно расписывал. Его руки машинально перебирали листы, откидывая некоторые в сторону, на пол да и вообще куда угодно, но мысли были далеко. Он винил себя в каждой смерти, каждой ошибке. Кира бродила по опустевшим местам Глейда, проверяя запасы еды. Консервы покрылись плесенью, вода в резервуарах пахла железом. Никто не заботился о поддержании порядка. Стены Глейда словно давили всё сильнее. Стивен нашёл их общий старый дневник. Страницы были исписаны планами, мечтами, надеждами. Каждая строчка резала сердце. Он рвал страницы и бросал их в огонь. Дальше парень перестал спать. Его глаза ввалились, под ними залегли чёрные круги. Он бредил, разговаривая с тенями. Кира с трудом нашла в себе силы подняться на башню. Отсюда открывался вид на бесконечный лабиринт. Она знала - это их могила. Девушка постепенно начала понимать, что они оба умирают. Не от голода или жажды, а от ненависти друг к другу, от невозможности простить. Она нашла Стивена у входа в лабиринт. -Так не может больше продолжаться…прошу, давай поговорим. Вместе мы что-нибудь придумаем… Не оставляй меня одну наедине с болью и страхом… -почти умоляла Кира, пытаясь вернуть их прежние взаимоотношения. Он не ответил. Только посмотрел на неё глазами, полными боли и отчаяния. Глейд умирал вместе с ними, но они не замечали этого, поглощённые своей болью и виной. Два сердца погрузились в тьму боли, отчаяния и своих ран. Кира потеряла счёт времени. Она сидела в темноте, обнимая колени, и шептала имена погибших друзей. Стивен где-то там, в темноте, делал то же самое. Они существовали в параллельных мирах боли и отчаяния, не замечая, как их реальность рушится. Они оба знали, что Глейд скоро падёт. Но им было всё равно. Они уже умерли внутри, оставив лишь пустые оболочки, которые продолжали дышать. Но даже в этом хаосе что-то продолжало мерцать. Слабый огонёк надежды, который они ещё могли разжечь, если бы нашли в себе силы посмотреть друг на друга и увидеть не врагов, а людей, переживающих такую же боль. Кира перестала следить за временем. Дни слились в одну бесконечную ночь. Она ела, когда чувствовала голод, спала, когда накатывала усталость. Всё остальное время она просто существовала. Стивен замкнулся в себе окончательно. Он перестал выходить из штаба, перестал разговаривать. Иногда девушка слышала его приглушённые крики, но не шла проверить. Так тянулись дни, недели, а затем и месяца. Время словно остановилось в Глейде. Это был бесконечный цикл боли и страданий, который всё никак не мог закончится. Кира сидела у потухшего костра, глядя в пустоту. Она знала, что должна что-то сделать, но не могла найти в себе сил. Стивен лежал на полу в штабе, глядя в потолок. Он понимал, что они оба погибают, но не мог заставить себя двигаться. В один из бесконечных дней девушка услышала странный звук. Она не сразу поняла, что это чей-то крик. Или стон. Или зов. Кира медленно побрела на звук, преодолевая сопротивление собственного тела. И замерла на пороге бывшего штаба. Парень лежал на полу, свернувшись калачиком. Его тело содрогалось от беззвучных рыданий. И в этот момент что-то внутри неё надломилось. Она опустилась рядом с ним, не говоря ни слова. Просто села и обняла его. И впервые за долгое время они оба заплакали, не сдерживая все те эмоции, которые так долго копились в глубине души, которые разрывали их на атомы каждую чёртову секунду. Они вдвоём сидели обнявшись, пока солнце не село. Не говорили ни слова, но впервые за долгое время почувствовали, что не одни. Они всё ещё были в Глейде, всё ещё были ранены, но впервые за долгое время они были вместе. И это давало им крохотную надежду на хоть малейшее улучшение.