Глава 6

Есть люди — как ветер. Они появляются внезапно, легко, почти случайно. Приносят с собой смех, несколько ярких разговоров, пару воспоминаний, которые потом ещё долго всплывают в голове в самые неожиданные моменты. Но так же легко они и исчезают. Словно сквозняк, который на секунду распахнул окно, растрепал занавески и ушёл, оставив после себя только лёгкое движение воздуха. А есть люди, которые приходят как тайфун. Они врываются в жизнь резко, без предупреждения, ломая привычные границы, переворачивая всё, что казалось устойчивым и понятным. После них ничего не остаётся прежним. Даже если они исчезают, след их присутствия остаётся в каждом уголке памяти, в решениях, в страхах, в том, каким человеком ты в итоге становишься. И в жизни Одри однажды был такой тайфун. Тогда она была другой. Не лучше и не хуже — просто другой. Мир казался проще, понятнее. Будущее выглядело как длинная дорога без развилок и ловушек. Она училась, спорила, строила планы. Жила так, как умеют только люди, у которых впереди ещё слишком много времени. И именно в тот период в её жизни появился тайфун, встреча с которым вообще не должна была случиться. Студенческая вечеринка будущих медиков всегда была на удивление шумной. И этот раз не был исключением. Будущие медики собрались в уютном домике сестринства, чтобы снять груз долгих часов, проведённых за учебниками. Одри хорошо запомнила ту атмосферу: перегретый воздух, смешанный запах алкоголя и духов, чужие куртки, сваленные в кучу, и разговоры, которые одновременно велись в каждой комнате. Кто-то обсуждал исследования, кто-то спорил о системе обучения, а кто-то просто наслаждался отдыхом и пил. Одри же просто стояла со стаканчиком пива, разглядывая толпу будущих коллег. У каждого были свои мечты и надежды, цели, планы. Как и у неё. И знакомство с «тайфуном» в её планы на тот вечер уж точно не входило. Но жизнь не спрашивает, чего мы хотим — она просто подкидывает свой сценарий. И если в своём сценарии Одри была главной героиней, то он, озорной студент юрфака, явно претендовал на роль главного героя. Она не помнила, кто был на той вечеринке и от кого получила приглашение. Но она помнила его улыбку, его забавные кудри и заразительный смех. Она смутно помнила, как они попали в её общежитие и как её гость мастерски заговорил зубы охраннику. Но помнила тепло его тела, руки на своих бёдрах и жаркие, словно раскалённый металл, поцелуи, которыми он покрывал её кожу. Она помнила, как наутро у обоих страшно болела голова. Помнила, как делила последнюю таблетку обезболивающего на двоих и как рассыпался в благодарностях «тайфун». Помнила, как долго он искал свою футболку, которую сам же ночью закинул куда подальше. И помнила, как он вылезал через окно, не желая попадаться на глаза охраннику ещё раз. Одри помнит, как затрепетало сердце, когда она нашла его номер телефона, записанный на скомканной салфетке. И как радовался он, когда услышал её голос на том конце провода. Тогда всё было проще. И Одри отдала бы немало, чтобы хотя бы на один единственный миг вернуться туда — в то время, когда в её жизни ещё бушевал тот самый тайфун.

***

— Я могу понять фуд-корт, могу понять арт-отель, — лицо Давида скривилось в отвращении. — Но прачечная самообслуживания, серьёзно? — Публичное место с кучей посетителей за день, — произнесла Одри. — В его духе. Небольшая прачечная расположилась на углу первого этажа старого кирпичного здания. Сквозь большие стеклянные окна видно почти всё помещение сразу. Яркий холодный свет ламп заливает пространство так равномерно, что внутри почти нет теней. Из-за этого помещение походило скорее на стерильную витрину, чем на место для стирки. К приезду Одри и команды полицейские уже натянули жёлтую ленту. — Что по камерам? — спросил Микаэль у проходящего мимо копа. — Внутри нет. Только на соседнем здании и на парковке через дорогу, — ответил тот. — Пойду проверю, чтобы полиция не забыла про них, — получив одобрительный кивок от начальника, Рафаил поспешил на улицу. Одри сделала пару шагов в сторону криминалистов, которые трудились в поте лица. Тело обнаружил один из утренних посетителей. Молодой парень, решивший постирать вещи с утра пораньше в свой выходной, был изрядно ошарашен, когда увидел в одной из машинок девушку. И после увиденного Одри была уверена: парню понадобится как минимум год психотерапии. Но даже так он вряд ли когда-нибудь сможет спокойно ходить в прачечные. — Этот ублюдок заходит всё дальше, — Одри вздрогнула от голоса Кассиэля за спиной. — Он, как и любой другой преступник, развивается, — ответила она, не отводя взгляда от жертвы. Внутри барабана в позе эмбриона покоилось тело молодой девушки. Как и прежде, преступник не оставил ей и лоскута одежды. Но и себе он трофеев не забрал: вещи, сумочка и туфли были аккуратно сложены на стиральной машинке. Однажды, ещё во времена учёбы в университете, Одри слышала о преступнике, который запихнул свою жертву в барабан. Но Творец зашёл дальше, переплюнув всех предшественников. — Как ты думаешь, она была жива, когда он сделал это? — спросила Одри Кассиэля без тени надежды. Мужчина тяжело вздохнул, не зная, соврать ему или ответить честно. — Не думаю, что он сделал для неё исключение. Одри тяжело сглотнула и посмотрела туда, где должны были бы быть глаза жертвы. Но вместо этого из двух глазниц торчали две бумажные розы — оригами. Впитав кровь, бумага, некогда белая, окрасилась в алый. Лицо же девушки, как и у предыдущих жертв, блестело от обильного слоя крема на нём. — Если в глазницах розы, то где её глаза? — Одри тут же пожалела, что озвучила этот вопрос. — В ладонях, — скучающим тоном ответил криминалист. Он аккуратно развернул руку девушки ладонью вверх и продемонстрировал. Одри сделала глубокий, рваный вдох в попытке сдержать приступ рвоты. В ладонях девушки были сделаны небольшие разрезы, в которые преступник вставил глазные яблоки. — И какой посыл может быть у этого? — спросил Кассиэль. Одри молчала. Она искала в своей голове ответ, но найти его так и не смогла. — Не знаю. Правда не знаю. — Следов борьбы нет, — сказал криминалист. — Кто бы сомневался, — Кассиэль цокнул языком. — Но есть кое-что ещё. Кассиэль и Одри с интересом посмотрели на криминалиста. Тот осторожно приподнял руку девушки, показывая участок кожи на предплечье. Старые шрамы. Неровные, слегка потемневшие следы ожогов. — Его типаж, — прошептала Одри. — Камеры на соседнем здании работают, — из-за спины у девушки вырос Рафаил. — Записи сейчас изымают. Кассиэль снова устремил взгляд к девушке в машинке. — Жизнь — такая сука, — покачал он головой. — Молодая ведь совсем. И такая ужасная смерть. — Не представляю, как ей было страшно, — добавила Одри. — Как думаете, они встретились тут случайно? Он сорвался? — спросил Рафаил у девушки. — Интервал между убийствами существенно сократился. — Слишком поздно для совпадений, — покачала головой Одри. — Шанс того, что это убийство импульсивное, ничтожен. Скорее всего, он заранее заманил её сюда и убил. В конце концов, не носит же он миорелаксант с собой? — Тогда логичный вопрос: зачем молодая девушка пошла с кем-то сама в прачечную? — Кассиэль взглянул на Одри. — Вы вот часто ходите на свидания в такие места? Одри слабо улыбнулась и посмотрела на коллегу. — Боюсь, Кассиэль, на свиданиях я не была уже очень давно и не уверена, что знаю, куда сейчас принято ходить. — Тогда я покажу вам хорошие места, — молодой помощник криминалиста лучезарно улыбнулся Одри. — Обещаю, прачечных там точно не будет. Громкий хруст заставил всех обернуться. Давид стоял, держа в руках сломанную пластиковую корзинку для белья. Он посмотрел на удивлённых коллег абсолютно спокойно. — Пластик дешёвый, — сказал он. — Легко ломается. В дверях показалась запыхавшаяся Фелония. Девушке понадобилось пару секунд, чтобы отдышаться. — Народ, пойдёмте-ка со мной. Все, не спрашивая причины, двинулись вслед за Фелонией. Идти далеко не пришлось. На противоположной стороне улицы висел большой рекламный баннер. Белый фон, яркие цвета и знакомый логотип косметического бренда. — «RealYou», — произнесла Одри. — Опять они, — прошипел Давид. — На что поспорим, что жертва пользовалась их косметикой?

***

Одри стояла у стены, пока судмедэксперт заканчивал предварительный осмотр. Фелония рядом листала протокол на планшете и периодически сверялась с фотографиями, сделанными на месте. — Что там, Боб? Микаэль вошёл в помещение, пряча телефон в задний карман. Лицо мужчины не сулило ничего хорошего — начальство явно высказало всё, что думает о работе команды. Судмедэксперт аккуратно снял перчатки и бросил их в контейнер. — Способ обездвиживания тот же, — говорит он, не повышая голоса. — Никаких признаков борьбы. Фелония поднимает голову. — То же вещество? — Похоже на то. Но подтвердить пока не могу. Нужна дополнительная экспертиза. Он сделал паузу, надел свежую пару перчаток и осторожно коснулся обескровленной кожи на лице жертвы. — Крем тоже присутствует. Одри делает шаг ближе к столу. Под ярким светом ламп лицо девушки выглядит почти искусственным. Белёсый слой средства распределён неровно: местами тонко, местами плотнее. — Состав? — спрашивает Одри. Судмедэксперт качает головой. — Снова не так просто. Базу определить можно, но в составе есть компоненты, которые маскируют точную формулу. Нужно время. Фелония быстро зафиксировала это в протоколе. — Он уверен в своих действиях, — продолжил судмедэксперт. — Порезы на руках ровные. Одри кинула взгляд на руки девушки. Ещё одна загубленная жизнь. Ещё одна оборванная нить судьбы. Для неё, наверное, быть убитой в прачечной казалось чем-то нелепым, нереальным. Но вот она тут, мёртвая. А Творец всё ещё жив.

***

После холодного морга душный полицейский участок казался раем на земле. Всяко лучше среди живых, чем среди мёртвых. Однако радости облегчения не ощутила ни Одри, ни её коллеги — сложно радоваться, когда вас в очередной раз поимели. — Мы выгрузили всё из её облака, — сказал Давид и развернул ноутбук экраном к коллегам. — Узнаёте? Кассиэль тихо выругался себе под нос. — «RealYou». Давид коротко кивнул и клацнул пальцем по клавиатуре. — И это не одно фото. Их много. — Я думаю, стоит съездить потолковать в их главный офис, — Микаэль откинулся на спинку стула, не отрывая взгляда от ноутбука. — У меня к ним накопилось много вопросов. — Но больше, чем просто разговор, мы не можем себе позволить, — сказал Давид. — Скриншоты из Инстаграма не являются достаточным основанием для ордера на обыск. — Конечно, ты прав, — сказал Микаэль совершенно спокойно. — Но если они дадут мне хотя бы одно малейшее основание, я переверну их офис вверх дном. Мужчина наклонился ближе и понизил голос. — Лишь одно чёртово основание.

***

Одри скинула туфли у порога и метнула сумочку на кровать. Она плюхнулась на мягкое покрывало и позволила себе на секунду закрыть глаза. Дома, после рабочего дня, она легко могла заснуть так, одетой. Но сейчас сон не шёл, хоть было уже за полночь. Она рывком встала с кровати и включила ноутбук. Переодевшись в пижаму, девушка залезла под одеяло, поставила ноутбук на колени. Она открыла браузер и ввела интересующий запрос. Сайт «RealYou» был такой же минималистичный, как и дизайн их продукции. Одри открывала вкладку за вкладкой, листала и рассматривала каждое фото, словно там могла найти ответы. Описание кремов. Советы по уходу. Несколько рекламных баннеров с одинаковым слоганом. «Ты — искусство». Фраза простая. Почти банальная для рекламы косметики. Но после произошедшего в глазах Одри она приобретала совсем иной смысл — зловещий. На одну секунду Одри остановила взгляд на лице модели. Девушка на баннере улыбается, демонстрируя ряд идеально ровных, белоснежных зубов. Её гладкая, ровная кожа блестит под мягким светом. Из укладки не выбивается ни один волос. Чистота. Гладкость. Совершенство. В памяти Одри всплыли лица убитых девушек. Растрёпанные волосы, иногда — лёгкая седина. Морщинки в области глаз, неровности кожи. Шрамы, веснушки, круги под глазами. Она снова посмотрела на модель, которая скорее походила на идеальную фарфоровую куклу, чем на человека. Одри захлопнула ноутбук, забрав из комнаты единственный источник света. Просидев несколько секунд неподвижно, она потянулась за телефоном. Палец автоматически открыл галерею. Одри не сразу поняла, что именно ищет. Она просто листала старые фото: работа, университет, случайные кадры улиц и вечеринок. Чем дальше она уходила в прошлое, тем реже становились даты на экране. Палец завис над экраном. Концерт «Skillet». На фото она, ещё совсем молодая, среди толпы заведённых фанатов. Рядом с ней — молодой парень в чёрной футболке с надписью той самой группы. На лицах обоих — улыбка. Такая искренняя, настоящая, которая бывает лишь в момент абсолютного счастья. Одри долго смотрела на снимок, не в силах пролистнуть дальше. Качество оставляло желать лучшего, но, как это часто бывает, чем хуже качество снимка, тем важнее запечатлённое на нём. Одри тихо усмехнулась. Затем погасила экран телефона и положила его на прикроватный столик. Она точно знала, что приснится ей этой ночью.