1

— …Запись идет? Я не понимаю… — Там должна мигать зеленая лампочка. — Нет, не должна, это же не камера, которой сто лет. — Подожди, все равно картинки нет… — А крышку с объектива ты снял? — Ой! Камера не сразу поймала в фокус вид из окна машины. Черное пятно сначала превратилось в белое, и только потом в экране стали появляться очертания дороги, деревьев, редких домов. Камеру перевернули — теперь в кадр попали Минхо, сидевший за рулем, и Хёнджин, досыпавший свои последние часы. Прямо, в лобовом стекле отражался капот машины, виднелся путь, который еще предстояло проехать. — Так, сколько нам еще осталось? — спросил Джисон, приблизив в кадре навигатор на приборной панели. Красная стрелочка медленно двигалась вдоль условной серой дорожки. — Еще минут двадцать, — отозвался Минхо, бросив взгляд в зеркало заднего вида. — Что ты делаешь? — Снимаю контент, — ответил Джисон. — Ликс говорит, что выпуск, где у нас были всякие бэкстейджи собрал больше просмотров. — Все еще возможно потому, что в кадр попало то, как вы едите из одной тарелки, — заметил Феликс. И тут же был пойман в кадр, но среагировал он быстро — натянул капюшон и прикрылся ладонью. Джисон повернул камеру к себе. Он проверил свое лицо в экране — вид показался ему удовлетворительным, хотя стоило немного причесаться. С другой стороны, небрежность добавляла какого-то колорита. — Привет, — протянул он в камеру. — На связи Хан Джисон, и сейчас я нахожусь в дороге. Со мной едут самые заряженные и бодрые люди, которые готовы ловить призраков. Ребята, вы готовы? Ответа не последовало. Джисон усмехнулся, переведя камеру снова на навигатор. — Нам осталось ехать еще двадцать минут… — Пока ты болтал, осталось уже десять, — поправил Минхо.  Джисон перевел камеру на его профиль — для этого ему пришлось практически слезть с сиденья, если бы не ремень безопасности, он бы перелез на приборную панель. — Хён, как оцениваеешь наши шансы поймать призрака? — спросил Джисон. Минхо бросил беглый, но очень выразительный взгляд в камеру. — Понял. Джисон перевел камеру на Хёнджина. Тот продолжал спать, надвинув кепку на глаза, чтобы мелькавшие лучи солнца не помешали ему. — Запомните, дорогие зрители, если бы не Хван Хёнджин, мы бы сейчас еще выезжали из Сеула, — проговорил Джисон. Он почувствовал, как Феликс тронул его за руку. — Не буди его, — попросил Феликс. Джисон снова поймал его в кадр, тот не стал закрываться в этот раз, но тяжело вздохнул. — Ёнбок-а — главный хранитель сна Хёнджини, — протянул Джисон. Феликс улыбнулся, покачав головой. — Как ты считаешь, мы найдем призрака? — Надеюсь, что нам никто не встретиться. Или мы найдем наконец-то доброго духа, — проговорил Феликс.  Джисон перевернул камеру к себе, картинно скривившись. — Добрые духи — это не очень интересно, — заметил он. — Но лучше, чем злые, — добавил Феликс. Джисон глянул на него, сидящего за кадром и смешно наморщил нос. Решив, что со зрителей будет достаточно контента с его лицом, Джисон повернул объектив к окну. — Хочу заснять несколько кадров с дорогой, — объяснил он, хотя никто его не спрашивал. — Что вы решили с помолвкой, Ёнбок-а? Не переживай, я обрежу звук на записи. — Ну… Мы взяли билеты на следующую неделю, — ответил Феликс, перебирая пальцами шнурки от толстовки. — Все должно быть в порядке, я думаю. Но родители хотят свадьбу. В традиционном стиле. — Ого, — присвистнул Минхо, бросив взгляд в зеркало заднего вида. — Хёнджин сказал то же самое, — тихо посмеялся Феликс. — Но ни он, ни я не хотим церемоний. Это… Долго. — И дорого, — добавил Джисон. — Ужас. Вот поэтому мы не женимся. — Конечно, именно поэтому, — сказал Минхо. — А что… Вы никого не пригласите? — Только наши мамы, — ответил Феликс, пожав плечами. — Сестры, если смогут. Но у Оливии экзамены, а Рейчел скоро улетает в командировку. — А как же мы? — Джисон оторвался от рассматривания дороги в экране камеры. — Нас не пригласите? — Думаю, мы можем отметить все, когда вернемся, — заметил Феликс, улыбнувшись. — Пригласим всех остальных…  — Каково это быть на свадьбе своих бывших, Хан Джисон? — спросил Минхо. — Ха-ха, — отозвался Джисон, выключая камеру. Он убрал ее в сумку, как раз в тот момент, когда машина свернула с шоссе не узкую дорожку. Послышался звук мелких камешков под колесами, пару раз машина подпрыгнула на кочках. Это заставило Хёнджина проснуться — кепка упала с его лица на колени. Не открывая глаз, он спросил: — Где мы? — Нас остановили полицейские за превышение скорости, сказали, что кто-то ночью гнал под двести километров, — отозвался Минхо, продолжая вести. Хёнджин открыл глаза и посмотрел на него, скривившись, потом сел, повернувшись к Феликсу. — Как ты себя чувствуешь? — спросил Феликс, убрав от лица Хёнджина несколько выбившихся из хвоста прядей. — Шея болит… — пожаловался он, и Феликс сочувственно погладил его по щеке. — Я не вижу, где тут парковаться, — сообщил Минхо. Он остановил машину и всмотрелся вперед. Узкая дорожка обрывалась прямо возле высокого деревянного забора. Поблизости были только деревья, мест для объезда нет. — Напишите Сынмину, — сказал Джисон. — Он разве не должен был нас встретить?

***

— …этот дом принадлежал моему деду. Но после его смерти тут никто не жил, кроме нескольких арендаторов, — объяснял высокий, очень интеллигентного вида молодой человек в кадре. Он и Хёнджин стояли в гостиной — очень чистой и даже не похожей на проклятое место. — Значит, арендаторы? — спросил Хёнджин, приподняв бровь. — Да. Арендаторы. — Спроси, были ли тут какие-нибудь странные звуки, — порекомендовал Джисон, удерживающий камеру. Хёнджин повернулся к Сынмину, но тот стал говорить сам: — Нет, никаких звуков не было. А если и были, то это потому, что дом старый… — Нет-нет, подожди, — Джисон оборвал его. — Так не пойдет. Люди будут смотреть это, думаешь, они заинтересуются, если сказать «Это самый обычный старый дом»? Сынмин посмотрел прямо в объектив, приподняв бровь. — Я думал, это ваша работа обманывать людей. — Не тебе говорить это, Ким Сынмин! — возразил Джисон почти оскорбленно. Но Сынмин невозмутимо пожал плечами. — Просто скажи, что здесь бывали странные вещи и все, — попросил Хёнджин, тяжело вздохнув. — У тебя не убудет. Хёнджин, Джисон и Минхо уставились на Сынмина в ожидании, но тот то ли издеваясь, то ли совершенно искренне упрямился. Он поджал губы, посмотрев куда-то в сторону. — Это же твой дом, Сынмини. Хани считает, что если у нас появится герой в кадре — будет интересно, — заметил Феликс. Сынмин удостоил его взглядом и медленно кивнул. Хёнджин закатил глаза, потерев переносицу. — Переснимем этот момент, — сказал Минхо. — Давайте. Заново. Сынмин и Хёнджин не шевелились, и Минхо пришлось похлопать в ладоши. — Что вы стоите? Отойдите. Хёнджин, иди обратно к двери. Сынмин, отойди туда. Джисон, двигайся, — раздавая команды, Минхо передвинул всех в их первоначальные позиции. Кроме Феликса, потому что он и так оставался на месте — сидел в кресле сзади, не попадая в камеру. Хёнджин вышел за дверь, а потом по команде Минхо, снова вошел, взглянув в объектив. — Добро пожаловать, — проговорил Хёнджин, обращаясь в камеру. — Наконец-то мы добрались до места назначения — этого дикого дома. — Диковинного! — поправил Джисон. — Кто говорит слово «диковинный» в двадцать первом веке? — фыркнул Хёнджин раздраженно. Он вытащил из кармана смартфон, пролистывая документ со сценарием. — Половина слов звучит не естественно. — Это добавляет аутентичности, — возразил Джисон. — Мы в доме, где стоит кондиционер, — спорил Хёнджин уже из принципа. — Эй-эй, все хватит, — Минхо оборвал перепалку. — Еще раз. Скажи другое слово, если это не можешь запомнить. Хёнджин тяжело вздохнул, он развернулся и закатил глаза, надеясь, что Минхо это не заметит. Он вышел за дверь, а потом вошел снова. — Добро пожаловать, — произнес Хёнджин, посмотрев в камеру. — Наконец-то мы добрались до места назначения, — он развел руками, — этого необычного дома. Что в нем необычного? Продолжая идти, Хёнджин говорил: — О доме ходят разные слухи. Но последние утверждают, будто бы именно здесь водятся призраки, которые мешают жить простым людям. Правда ли это? Мы можем узнать у самого хозяина — Ким Сынмина. Джисон поспешил за ним, пока не остановился — Хёнджин встал возле появившегося в кадре Сынмина. — Вообще-то владелец — моя семья, а не я, — поправил Сынмин. — Ким Сынмин, ты станешь призраком этого дома, если будешь мешать процессу, — пригрозил Минхо. — Хёнджин, давай свои вопросы. Хёнджин скривился, покосившись на Сынмина, но потом принял дружелюбный и обаятельный вид. — Расскажите, как у вас оказался этот дом? — Это был дом моего деда. Он жил тут вплоть до своей смерти. Потом здесь было пусто, хотя иногда жили арендаторы, моя семья сдавала дом туристам пару раз, — ответил Сынмин, сложив руки за спиной. — А ваш дедушка жил один? — Да. — Вы с ним были близки? — Не особо, — ответил Сынмин, бросив сразу взгляд в объектив. Но его никто не попросил исправиться, поэтому он продолжил. — Жильцы, снимающие комнаты здесь, жаловались на шорохи и все такое. Они съезжали через пару дней, говорили, что тут есть злые духи, желающие всем смерти. — Невероятно, — протянул Хёнджин, но лицо его не было особенно впечатленным. — То есть… Прямо здесь? — Да, именно так. — Страшно, не правда ли? — Хёнджин посмотрел в камеру, сощурившись. — Призраки, которые желают зла всем, кто сюда приходит. Эта работа как раз для нас. Мы проведем ночь в этом доме, — Хёнджин сделал широкий жест рукой, едва не ударив Сынмина по лицу, но тот вовремя отклонился. — И поймаем призрака. — А… Если нет? — спросил Сынмин, после недолгой паузы. Хёнджин бросил на него недовольный взгляд. — Что? Вы же не думаете, что здесь действительно есть кто-то. На самом деле никто и никогда не жаловался на дом. Только один странный отзыв был, но вы все посмеялись над ним. — Сынмини, — Минхо вошел в кадр, положив руку на чужое плечо. — Мы разберемся. Не переживай. — Наверное, это можно даже оставить на финальном монтаже, — прошептал Джисон. Камера слегка дернулась. Джисон положил камеру обратно в сумку, усевшись в одно из кресел гостиной. Он смотрел на Сынмина, который в свою очередь следил за Минхо и Хёнджином, устанавливающими скрытые камеры. Джисон размышлял о том, как хорошо, что они обратились за помощью именно к Сынмину. В последнее время просмотры на их шоу были низкие, подписчиков становилось все меньше, и сколько бы Феликс ни пытался спасти положение своим милым заигрыванием с аудиторией, ситуация лучше не становилась. Деньги с рекламы были крошечные, поэтому даже свою задумку отправиться в заброшенную психиатрическую больницу в Европе, которую они подсмотрели у другого шоу, пришлось отложить в долгий-долгий ящик. А Сынмин с его домом (с домом его семьи, хорошо) был прекрасным решением. Джисон успешно составил сценарий, исходя из запросов публики: побольше драмы, побольше страшных моментов, не пытаться показать призрака с помощью графики, добавить много криков, желательно еще заставить кого-нибудь плакать на камеру (с этим проблем не возникнет, Джисон готов поплакать сам) — и все, все должно получиться. — Хани? Джисон вздрогнул, когда рядом услышал голос Феликса. Его умение ходить бесшумно иногда невероятно напрягало. — А? Что? — он поднял голову, чтобы рассмотреть Феликса, вставшего позади кресла. Но Феликс переместился и встал напротив. — Все хорошо? — спросил он, скрестив руки на груди. — Конечно, — ответил Джисон. — Ты переживаешь? — Если ты говоришь, что все в порядке, то нет, — Феликс улыбнулся. — У нас, кстати, семь новых подписчиков после того видео. В подтверждение он достал из кармана смартфон и показал Джисону статистику. — Вау, — Джисон действительно был удивлен. — Это хорошо, очень хорошо… Может, нам снять что-нибудь подобное? Что-нибудь трендовое? — Да-да, — Феликс закивал, забирая свой телефон из рук Джисона. — Я поищу, что мы можем сделать. Думаю, Минхо-хён хорошо будет смотреться в кадре… — Феликс обернулся на мгновение, чтобы посмотреть на Минхо. Тот сидел возле сумки с камерами и проверял их крепления. Джисон тоже посмотрел на Минхо.  Его сосредоточенный вид был крайне привлекательным. Как и любой его вид, подумал Джисон. — Ты абсолютно прав. Не говори Хёнджину, а то он начнет ревновать, — согласился Джисон, усмехнувшись. Он заметил, как Феликс снова улыбнулся ему. Сынмин подошел и встал возле кресла. Джисон поднял на него глаза, ожидая, пока Сынмин что-нибудь выскажет. — Я еще нужен вам? — спросил он наконец, вознаградив ожидание Джисона. — М-м-м, нет, — ответил он. — В целом мы сами справимся. Главное, скажи еще раз: тут есть электричество, вода и все такое? Знаешь, не хотелось бы ловить призрака без базовых удобств. — Я надеюсь, что однажды на вас снимут разоблачение, — вздохнул Сынмин. Но говорил он неискренне, Джисон прекрасно это знал. Сынмин сам был поклонником их шоу, да и он был их лучшим другом, вряд ли стал бы желать им провала. — Разоблачение принесло бы нам новых просмотров, — заметил Джисон в ответ. — Ужас, — Сынмин закатил глаза. — Здесь все есть. Только, пожалуйста, приведите все в порядок и не делайте ничего такого, за что мне потом будет стыдно. Уточнять Джисон не собирался — едкая усмешка Сынмина говорила все то, что он не произнес вслух.  — Мы клянемся все сохранить в чистоте и порядке, — сообщил Джисон, подняв руку. Сынмин хмыкнул. Он отправился за своими вещами, чтобы наконец покинуть их. Шоу нужно было снимать, и Сынмин действительно не нужен сейчас, свою работу он уже выполнил — за что получил огромную благодарность. До начала съемок оставалась куча времени, и на самом деле спешка в дороге была ни к чему. Но Минхо сказал, что лучше они приедут и поспят в доме Сынмина перед началом съемок, чем будут неудобно спать в машине. Правда от сна в машине совсем это не спасло, часть пути они ехали ночью — Хёнджин был за рулем, дав выспаться Минхо. Феликс даже поменялся с Минхо местами, пустив его на заднее сиденье к Джисону, пока сам, видимо, всю ночь развлекал Хёнджина (хотя тот никогда не страдал от отсутствия сна по ночам). В доме Сынмина было две спальни на втором этаже, которые, конечно, разделили еще до приезда. Спальню с большими окнами и старомодными занавесками себе отвоевал Хёнджин, а спальню с одним узким окном и большой кроватью — Минхо. Джисону и Феликсу оставалось принять выбор своих партнеров, потому что иначе и быть не могло. Хотя Джисон был уверен, если он достаточно хорошо попросит, то Минхо поспорит с Хёнджином за ту спальню. Переодевшись в легкую пижаму, сложив одежду для съемок в гостиной, Джисон улегся на кровати возле Минхо. Камеры были расставлены, но не включены, так что можно не беспокоиться о том, что на них попадет то, что видеть не стоит (даже на монтаже). Джисон прижался щекой к плечу Минхо, прикрыв глаза. Спать не хотелось. Он нормально выспался в машине, однако знал, что все остальные в команде устали, особенно Минхо с Хёнджином, которые все это время следили за дорогой. — Как ты думаешь, — Джисон не был бы самим собой, если бы не начал перед сном вести разговор с Минхо, — у нас получится снять хороший выпуск? — Конечно, — Минхо повернулся к нему. — Сценарий хороший. Хёнджин почти запомнил текст. — Это большое достижение, — тихо посмеялся Джисон. — Он старается, — кивнул Минхо. То ли серьезно, то ли в шутку. Джисон все равно улыбался. — Ему запоминать речь клятвы еще, — проговорил Джисон. — С этим он не справится. Я гарантирую. Поэтому они никого не пригласили, — усмехнулся Минхо. Джисон засмеялся снова, уткнувшись носом в плечо Минхо. Раздался звук вибрации, и Минхо поднял руку с часами. На экране всплыло уведомление о том, что пора принимать лекарства. Выразительно Минхо повернулся к Джисону. Ворча, он встал с кровати и вытащил из своей сумки таблетницу и бутылку с водой. В это время Минхо отключал уведомление на часах и своем смартфоне. — Все еще не понимаю, зачем тебе напоминания о моих лекарствах, — протянул Джисон, проглатывая капсулу. — Я прекрасно помню о том, когда их принимать. — Отлично, — согласился Минхо. — Поэтому я не сомневаюсь в том, что ты запомнишь слова клятвы. Джисон с минуту смотрел на Минхо молча, а потом прыснул от смеха. Он почувствовал мягкое тепло внутри. Немного, совсем немного он завидовал Феликсу с Хёнджином, но прекрасно знал, что Минхо — самый завидный парень из всех, что только может быть. За дверью комнаты послышались приглушенные голоса. Джисон повернул голову, но, конечно, ничего не увидел — дверь была закрыта. Минхо засыпал быстро. Джисон успел пролистать свою ленту в соцсетях, лайкнуть пару постов и написать злой комментарий с закрытого аккаунта к тем постам, которые показались ему глупыми. Он просмотрел комментарии под их роликами (еще раз). У них не было хейтеров, но были те, кто считал их шоу глупым, постановочным и активно пытался доказать это другим зрителям. Обычно такие комментарии удалял сам Джисон, но в последнее время перестал. Пусть люди пишут, что хотят и думают, будто бы они умнее других. Конечно, в шоу никогда не было настоящих призраков. И Джисон был не тем человеком, который верил в то, что они действительно смогут когда-нибудь повстречать злого духа. Мир вокруг был неприятным и без паранормальных сущностей. Но Джисону нравилась эта тематика, он смотрел фильмы ужасов с Минхо, погружался в них и всегда мечтал создать что-то подобное. К счастью, у него получалось. Джисон понимал свой талант и совсем скоро его нелепые и простые сценарии, позаимствованные из комиксов и кино, превратились в полноценные оригинальные истории; а его друзья-помощники стали самыми колоритными персонажами, которым можно было дать множество ролей. Джисон открыл на телефоне сценарий и пробегался по нему глазами, чтобы удостовериться в том, насколько текст хорошо написан, насколько грамотно он распределил роли. В этот раз ему все казалось особенно удачным. Минхо, как и во многих выпусках, выступал в качестве мудрого старшего, который готов был встать на защиту. В одной из сцен Минхо должен был встать прямо перед камерой и закрыть собой объектив, когда раздастся неприятный скрежет. Но Джисону нравилось, когда Минхо немного выходил из образа, и превращался в капризного подростка, который готов спорить из принципа, даже если он не прав. Он мог говорить двусмысленные вещи, обращаясь к Джисону, заставляя Феликса из раза в раз показывать в камеру знак «ножниц» и с уставшим видом качать головой. Джисон наоборот в последнее время стал оставлять таких моментов с Минхо больше. Все и так догадываются, что их команда состоит из двух встречающихся парочек (правда, не все могут легко определить, кто с кем встречается), поэтому отбирать у людей хлеб в виде контента, который разойдется на эдиты Джисон не собирался. В новом сценарии Джисон сделал несколько сцен, где личность Минхо раскрылась бы наиболее хорошо. Он с удовольствием ждал момента, когда они это заснимут. Хёнджину досталась роль человека с красивым лицом и вкрадчивым голосом. Джисону всегда нравилась способность Хёнджина быть красивым настолько, что это страшно. Хёнджин не только становился ведущим многих выпусков, но и обычно играл роль пугающих страшилищ, с которыми они «общались» через радиоприемник. Людям в комментариях нравилось, когда Хёнджин появлялся в кадре, как он эмоционально реагирует на происходящее — закатывает глаза, морщит нос, кривится… Поэтому Джисон и стал записывать больше моментов «за кадром», это можно включить в основной выпуск, если у Хёнджина хватает ума не говорить о вымышленных призраках. А еще Хёнджина очень легко напугать, потому что он быстро забывает о прописанных скримерах в сценарии. Самому Джисону это приносило невероятное удовольствие: наблюдать за тем, как холодная красота Хёнджина моментально сменяется живым испугом и визгом, а он сам отпрыгивает обычно за спину Минхо — зрелище потрясающее. Главное, чтобы он не перетягивал на себя внимание — Джисон не позволял Хёнджину иметь экранного времени больше, чем Минхо. Хотя не то чтобы Хёнджин претендовал на это, наоборот, он много раз просил удалять комментарии, где его выделяют, но пишут гадости про других. Наконец, Феликс. Как и Хёнджин, Феликс появлялся в те моменты, когда нужно было создать красивую картинку и задержать внимание зрителей. Красивый человек с низким красивым голосом стоит и рассказывает бессмыслицу (например, рекламную интеграцию), все слушают, слушают и, конечно, не проматывают. Джисону было почти жаль пугать Феликса, потому что из всей их команды, он был единственным, кто вроде как верил в призраков и действительно опасался встречи с ними. Сколько бы его не убеждали в том, что это все выдумки, Феликс хмурился и говорил, что никогда нельзя исключать то, что паранормальное может быть. Джисон был с ним с этим согласен, но не до такой степени, чтобы убедить самого себя в существовании призрачных существ. Пугался он искренне, закрывал глаза или уши, когда кто-нибудь зачитывал на камеру выдуманную историю призрака, которого они нашли. Иногда Джисон думал, что Феликс перестанет принимать участие в съемках, он был уверен, что тот остается только из-за Хёнджина. Но Феликс сам не раз признавался в том, что ему действительно нравится процесс съемок, нравятся их поездки. Поэтому Джисон продолжал чувствовать некоторую вину, когда делал все, лишь бы напугать его (но реакции Феликса были хорошими). В новом сценарии Джисон не написал ни об одном скримере, сказав Хёнджину и Феликсу, что это нужно для более живой реакции. О скримерах знает только Минхо, чтобы вовремя запустить их во время съемок. Можно сказать, это подарок Джисона им на помолвку. Пусть вспоминают свое предцеремониальное путешествие так: как они кричали от страха в доме их общего друга. Когда Джисон почувствовал, что Минхо уснул, он приподнялся, осторожно вытащил свою руку из объятий, и отошел к сумке с камерой. Он достал ее и быстро включил. В кадре оказалась комната. Серые стены, белые шторы; скромный интерьер казался уютным. Джисон повернул камеру к себе и посмотрел на собственное изображение на экране. Все еще удовлетворительно. — Это комната, в которой мы отдыхаем перед началом съемок, — шепотом проговорил он. — Многие спрашивали нас о том, что мы делаем до того, как начинаем снимать. Вот, готовимся. Очень устали с дороги. Джисон на секунду задумался, прикусив губу. Точно ли это стоит снимать? Вообще-то он только что признался, что они спокойно легли спать в доме с призраками. Но ответ быстро пришел ему в голову: — Вы думаете, почему мы можем спокойно спать в доме с призраками? Все просто — мы знаем, что они активны только ночью, а сейчас мы… Установили несколько защитных оберегов. Вот. Ладно, увидимся. Он закрыл объектив ладонью и отключил запись.