Часть 2

Месяц назад. — Mano, a mano. I see you in slow‑mo. You know you’re in trouble. Ooh‑hoo‑hoo‑hoo. Внутри торгового комплекса, который уже давно был закрыт на ремонт, эхом разносился тихий поющий голос, перемешивающийся с непонятным шумом, напоминающим звуки борьбы. Голоса сменялись друг другом, а громкость и высота нот стремительно росли. — 눈을 뜬 순간 피어나. All eyes on me, 불을 질러라. Do or die on my life. Yeah, you ain’t seen nothing yet. — высокий голос закончил партию, подводя песню к резкому куплету. — Got them all going. Sheesh, sheesh. Sheesh, sheesh, sheesh, yeah, B‑A‑B‑Y‑M‑O‑N. Sheesh!* Голоса смолкли, а звуки борьбы растворились в воздухе, будто здесь никого и не было. Однако это было обманчиво: в одном из залов находилось несколько девушек — кажется, семеро, — а вокруг них — бездыханные враги, которые явно переоценили свои силы, встав на пути у группы молодых девиц, пускай и выглядящих на первый взгляд хрупкими. — Джопок* ослабевают и разбиваются на мелкие группировки, так что, думаю, вскоре мы и жители города сможем спать спокойно, — прощебетала одна из девушек — стройная японка в кимоно. По её голосу и нельзя было сказать, что пару секунд назад она сражалась с группой мужчин, которые в несколько раз больше неё. Радость команды была недолгой: одна из тех, кто оглушал противников своим высоким голосом, закашлялась и упала на колени, хватаясь за сердце. — Харам! — Я думала, что болезни пришёл конец, — с грустью проговорила самая младшая из девушек, помогая Харам подняться на ноги. — Рита, почему твоя сила не действует? — беспокойно спросила японка в кимоно, отчаянно пытаясь вспомнить все последние события, не упустив ни одной детали. Нет, она не могла припомнить симптомов в последнее время. Сила Риты росла с каждым днём, так что она могла «латать» каждую девушку после боя, но болезнь Харам прогрессировала на ином уровне, так что таиландке пришлось постараться несколько месяцев, чтобы излечить девушку. — Всё шло хорошо, но на крыше на нас напали, — проговорила Даин, чем шокировала всех присутствующих. Харам перестала кашлять, но всё ещё тяжело дышала, опираясь на стенку при помощи младшей, в то время как Чон что‑то тихо напевала, очевидно, пытаясь успокоить дыхание подруги своим даром. — Возможно, единственный удар, а затем пение раскрыли старую рану. — Мне всё ещё не хватает сил, чтобы полностью излечить её, так что я могу лишь поддерживать её состояние и не давать ему ухудшаться. Нужно ещё немного времени и опыта, чтобы у меня получилось, — старшая таиландка подошла к Харам, рисуя в воздухе какие‑то узоры. Девушка почувствовала себя в разы лучше, но всё же тяжесть в груди давала о себе знать, хоть и не так явно. — Мы не можем рисковать твоим здоровьем, Шин, так что на оставшееся время тура тебе лучше остаться здесь и пройти лечение в клинике. Мы вернёмся с багажом опыта, который поможет излечить тебя и даст силы для дальнейших сражений, но сейчас время сделать шаг назад, — старшая из девушек — вторая японка — всегда говорила с мудростью, которая была присуща ей не по годам, а по опыту. — Обсудим всё позже, сейчас разделимся: Рита и Ахён, проводите Харам до больницы и убедитесь, что за вами нет слежки и с Шин будет всё хорошо; Даин и Кенни, отправляйтесь домой и займитесь соцсетями, чтобы никто ничего не заподозрил. Впрочем, вы знаете, что делать. А мы с Каваи зачистим периметр и договоримся с ближайшей площадкой о концерте — пусть думают, что песня была репетицией, — отдала задание японка в кимоно — Энами. — Убедитесь, что за вами нет слежки, и будьте осторожны. Девушки обменялись быстрыми объятиями и разошлись выполнять каждая свой план действий.