Глава 1:Идеальный порядок и конфетный беспредел

В «Бравл Старс Парке» царило утро. Солнце ласково касалось верхушек аттракционов, а птицы, кажется, специально подстраивали свои трели под ритм работы автоматов с газировкой. Менди, поправив идеально отутюженный фартук с логотипом своей закусочной, удовлетворенно оглядывала результаты своего труда. Ее закусочная сияла. Салфетки в салфетницах были сложены треугольниками (под углом ровно 45 градусов), соломинки для коктейлей отсортированы по цветам и длине, а кетчуп и горчица на столах стояли этикетками строго на север. — Идеально, — прошептала она, заправляя прядь волос за ухо и чувствуя успокаивающий хруст свежего фартука. — Сегодня будет отличный день. — О, Мэнди! — раздался жизнерадостный голос, и в закусочную впорхнул Поко с гитарой за спиной. — Доброе утро! Мне, пожалуйста, как обычно. — Доброе утро, Поко, — улыбнулась Менди, уже протягивая руку к идеально выстроенному ряду стаканчиков. — Твой любимый ванильный коктейль. С зонтиком. — Ты просто чудо! — восхитился музыкант. Идиллия длилась ровно до того момента, как дверь закусочной распахнулась с такой силой, что жалобно звякнул колокольчик. На пороге, размахивая ярко-фиолетовым леденцом на палочке, стоял Честер. Его фирменная разноцветная прическа торчала в разные стороны, будто он только что сунул пальцы в розетку, а на лице сияла та самая улыбка, от которой у нормальных людей начинал дергаться глаз. — УТРЕЧКО, СЛАДКАЯ! — проорал он, запрыгивая на высокий стул у стойки и крутанувшись на нем три раза. Менди вздрогнула, но сохранила королевское спокойствие. Только бровь едва заметно дернулась. — Честер. Доброе утро. — Она говорила подчеркнуто ровно, каждым слогом выскабливая воображаемую грязь. — Что будешь? — Мне? — Честер театрально задумался, почесывая леденец о подбородок, оставляя там липкие фиолетовые следы. — Мне, пожалуйста, самый большой коктейль. Со вкусом «Честер». Такого в меню нет, но ты будь креативной! Добавь туда лжи, побольше сахарного сиропа и немножко хаоса. — Он подмигнул. — У нас есть ваниль, шоколад и клубника, — отчеканила Менди, чувствуя, как начинает пульсировать жилка на виске. — И точка. — Ску-у-учно, — протянул Честер и положил леденец прямо на идеально чистую стойку. Менди сделала глубокий вдох. Она взяла леденец двумя пальцами, как дохлую мышь, и протянула обратно. — Салфетка, Честер. Используй салфетку. Вон они, в салфетнице. Треугольником. — Ого, ты даже салфетки пытаешься дрессировать? — хохотнул он, но салфетку взял. И тут же, скомкав ее в шарик, идеальным броском отправил в урну. — ГО-О-ОЛ! — заорал он, вскидывая руки. И в этот момент произошло неизбежное. Его рука, взметнувшаяся вверх, задела его же рюкзак, который висел на спинке стула. Рюкзак с глухим стуком упал на пол, и из него, как конфетти из хлопушки, высыпалась целая тонна... мусора? Нет, хуже. Честеровского барахла. Фантики, пустые пачки от чипсов, комиксы, мячики для пинг-понга, рогатка и, кульминация всего этого безобразия, — надкусанное яблоко, которое покатилось прямо к ногам Менди, оставляя на безупречно чистом полу липкий влажный след. В закусочной повисла тишина. Даже Поко перестал втягивать коктейль через соломинку. Менди медленно, очень медленно, опустила взгляд вниз. Потом так же медленно подняла глаза на Честера. Ее лицо не выражало ровным счетом ничего. Абсолютная пустота. Это было страшнее любого крика. — Честер, — голос её звучал обманчиво мягко, как у ведуньи перед тем, как превратить нахала в жабу. — Я сейчас закрою закусочную, возьму швабру, ведро, тряпку, дезинфицирующее средство, пылесос для мелкого мусора, специальный спрей для липких пятен и полироль для пола. Я приведу это место в порядок. Это займет у меня 47 минут. — Она сделала паузу. — Ты будешь сидеть здесь все это время, не двигаясь, сложив руки на коленях. А потом ты извинишься. А затем соберешь весь этот ужас обратно в свой портал в другое измерение, который ты называешь рюкзаком. Ты меня понял? Честер на секунду опешил от такой тирады, но его улыбка быстро вернулась на место. Она стала только шире. — Ого, Менди, — присвистнул он. — А ты, оказывается, горячая штучка, когда злишься. Прямо как фейерверк! Слушай, а давай я тебе помогу? Я умею разводить беспорядок профессионально, но и убирать немного умею. Ну, теоретически. — Ты? Помогать? — фыркнула Менди, но в её голосе проскользнули нотки удивления. Она ожидала, что он просто рассмеется и сбежит. — Ты даже леденец на стойку положить не можешь нормально. — Могу! Но не хочу, это скучно. А с тобой... интересно, — он склонил голову набок, изучая её. — Ты так забавно дергаешься, когда что-то идет не по плану. — Я не дергаюсь, — отрезала Менди, чувствуя, как краска начинает заливать щеки. Это было неправдой. Внутри неё всё кипело от его наглости и этого дурацкого, самодовольного, но почему-то такого яркого взгляда. — Ладно, не дергаешься. Ты пульсируешь. Негодованием, — усмехнулся Честер и слез со стула. — Давай швабру, командор. Покажешь своему новому разнорабочему, как наводить этот твой... идеальный порядок. Он протянул руку ладонью вверх. На его ладони, на секунду, мелькнул маленький, совершенно целый и не надкусанный леденец. Розовый. Мятный. Менди терпеть не могла мятные, но почему-то именно этот, в его грязной ладони, выглядел... почти милым. Это было странно. Это было неправильно. Это нарушало все её правила. Но, против своей воли, Менди почувствовала, что уголок её губ предательски дернулся вверх. Может быть, в этом беспорядке, который принес с собой Честер, было что-то... заманчивое?