глава 2: Нашла коса на камень.

      В последнее время мной одолевают мои же эмоции. Не знаю, как объяснить. Дело в том, что я не понимаю многое, что происходит у меня в голове. Не то, чтобы я не умею справляться с мыслями, скорее всего, я не умею распознавать свои чувства. И не считаю это нужным. В общем, эту неделю я вряд ли смогу продержаться в спокойном состоянии. На прошлых выходных у меня произошёл нервный срыв. В моей мастерской не было никого, кроме меня и моих мыслей. Моим занятием в то время был обычный кодинг. Люблю сидеть вечерами и писать незаурядные программы. Почему-то в тот день мои странствия в коде, да бы найти ошибку, затянулись, и мои нервы не выдержали. Моя голова стала соприкасаться со столом в быстром и резком темпе, ноги ударялись о ножки рабочего места, а клавиатура вовсе отлетела в стену, разбившись вдребезги. Из моего рта доносился вой. Что-то вроде «я ничтожество». Странно, ведь в голове были мысли о том, что я вообще творю и мне стоило бы остановиться. Этот ад прекратился. В какой момент? Когда мой голос был сорван, а взгляд устремлён на монитор. В приложении, где был мой код на с++, оказывается отсутствовал ресурс пак для полного кодинга. Без клавиатуры было затруднительно писать код, поэтому эта затея была отложена.        У меня не было особого желания день за днём искать причину такого поведения, хотя это нужно было в обязательном порядке. Всё же, я до сих пор не понимаю, почему у меня не получилось остановиться, когда были об этом мысли, и моё состояние было вменяемым. В общем, это не столь важно, как то, что произошло после. Меня снова ждал неисправный девиант. Хотя, девианты. В ту ночь мне пришлось перенастроить более десяти роботов, хотя в городе ещё были те, кто нуждался в помощи специалиста. После работы у меня были попытки вздремнуть. Да, именно вздремнуть. Я не считаю, что умею спать. Я слишком чутко реагирую на окружающую меня среду. Например, если в комнате со мной кто-то находится, я не могу заснуть. Громкое дыхание, взгляд, тихие разговоры, шёпот, лишний свет - всё это сильно меня отвлекает от дрёма. К тому же я не вижу сны. Вообще. Часто просыпаюсь ночью, потею или, наоборот, мне становится холодно. Так вот. Те попытки дрёма не прошли успешно. Голова болела от мыслей. Уверенность в том, что у «Киберлайф» проблемы, не покидала мой разум.        Вот в таком режиме проходили мои последние дни. До одного события.        Однажды моя апатия взяла надо мной вверх, и меня можно было обнаружить на диване лёжа. Мне хватило сил, листая ленту соцсетей и наблюдая за жизнью каких-то знаменитых людей, сесть и, вскоре встать и стоять. Прошло какое-то время, и меня отвлёк звонок на мой мобильный:       - Ало? Это Хэнк Андерсон, - раздался знакомый мужской голос из динамика. - Меня хорошо слышно?       - Д-да, - мой голос немного дрожал, как и тело в целом. После того самого инцидента ещё неделю мне удавалось замечать, что я дрожу как осенний лист. Не знаю почему. - Здравствуйте.       - Рад слышать тебя, спасибо ещё раз, что помог Коннору, я…       - Не стоит благодарить, - мне хватило смелости перебить.       - В общем, помнишь свои слова по поводу сучьего «Киберлайф»? Мне удалось найти по ним информацию. Всю неделю сидел, как на иголках, ища материалы, чтобы заняться делом, прикинь?       Мужчина стал усмехаться со своей же шутки. Для меня это была не шутка. В тот момент ни моё лицо, ни голос не стали ярче. Тогда меня можно было спутать с комком пыли.       - Мда, перейду сразу к делу. Меня, как лейтенанта на опыте поставили на это дело. Я нашёл сходства и подозрительные вещи во всей этой истории с машинами, поэтому мне дали орден. Что скажешь?       - Поздравляю вас, - мне удалось придержать телефон плечом и щекой, чтобы вяло похлопать собеседнику.       - Спасибо.       - Но при чём тут я?       - Ты разбираешься в этом. Я предложил тебя в качестве объективного стороннего следователя, так как ты специалист. И, вообще, прошу заметить, что эти странные вещи тебе удалось устранить.       Тогда в трубке у Хэнка прозвучал какой-то звук. Без контекста нельзя было понять, что это было. Однако, мне не нужно долго думать. Мужчина открыл бутылку с пивом. Тогда мне захотелось закатить глаза. В мою голову даже не пришла мысль, что меня могут приплести к этой чухне, и непонятно, что я по итогу пожму от этого дела:       - Послушайте, Хэнк, у меня нет желания в этом участвовать.       - Это нарушение закона.       Он сейчас серьёзно?       - А без моего ведома делать из меня свидетеля законно?       Тогда Хэнк промолчал. Так и висела тишина около минуты, пока мне не захотелось нажать на кнопку «завершить звонок». В тот же час Хэнк довольно таки устало вздохнул:       - Не хочешь - не надо. Просто это останется на твоей совести, мудила. Пойми, что я хочу помочь этим машинам вновь обрести свободу. Их снова пытаются пленить. Тебе бы понравилось ощутить свободу сполна, а затем лишиться её?       Никому бы не понравилось.        - Лучше уж анархия, - удалось мне отчеканить.       - Ненормальный сукин сын!       Хэнк сбросил трубку.        Можете считать меня мразью, но в тот момент меня заботила лишь моя собственная шкура. У меня уже и так была небольшая судимость в прошлом, так что в мои намерения вообще не входило кого-то спасать, работать с полицией заодно или что-то в этом духе. Я не герой. Возможно, вам покажется, что, мол, я оправдываюсь. Хотите, думайте так. Мне плевать.        Следующие часы моей жизни прошли бессмысленно - сидя в соцсетях и критикуя какие-то несносные видео. Я очень люблю писать негативные комментарии. Знаете, когда родители срываются на своих же детях, а потом одним хорошо, а другие в будущем будут испытывать спонтанные порывы гнева. Также и работает мой хейт в интернете. Я будто срываюсь на людях, прикапываясь к любой незначительной помарке. Вскоре мне захотелось перекусить, и мне пришлось встать с дивана и пройти на кухню. Я не умею готовить, по крайней мере, не люблю, от того и не получается. Я не знаю, как это вообще работает. Это не похоже на алгоритм андроидов. Если короче, то мне удалось собрать несложный сэндвич и поесть.        Я очень люблю гулять ночью. Яркие цвета светодиодов лезут в глаза, тёмное небо посыпано звёздами, а на самих улицах никого нет. В тот день мне пришло в голову пройтись по набережной. С наушниками в ушах бродить из стороны в сторону становится хорошо, особенно, когда никто не сопровождал меня взглядом. Прохладный ветер нежно бил в лицо и заставлял немного жмуриться. На момент, когда пейзаж спереди отвлёк меня от своих мыслей, мне стало казаться, что навстречу ко мне идёт до жути знакомый силуэт. Подойдя поближе, моё сознание стало потихоньку различать того, кто медленно ко мне приближался. Сначала, меня посетила мысль, что мои глаза меня обманывают, а затем и пришла уверенность в том, что я перед собой вижу. Это был Коннор. Да, тот самый андроид, которому мне удалось спасти «жизнь».       - Здравствуйте, - улыбнулась мне машина. - Я не ожидал вас здесь увидеть.       - Привет, Коннор.       - Любите прогуляться?       - Да, - за моим голосом последовал уверенный кивок. - Ночью особенно. Ты чего здесь делаешь?       - Я из участка.       Ну вот. Хэнк не врал, он и Коннор действительно занялись этим делом.       - Вот как, - моя нога пнула камень в сторону, пока мы с Коннором восхищённо смотрели на противоположный берег. - Позволь поинтересоваться, зачем тебе понадобилось туда идти?       - Мы с Хэнком начали расследовать то дело о «Киберлайф». Надеюсь, вы помните.        - Как же мне забыть, если последнее время только поэтому я и работаю.        - Неужели?       - Ещё бы, что не вызов, то переустановка девианта.       На мой ответ Коннор кивнул и уставился куда-то вдаль. В этот момент мне захотелось посмотреть на его лицо. Острый подбородок, красивый нос с горбинкой, блестящие глаза - это всё делало его очень человечным. Насчёт глаз. Конечно же это не глаза для робота, а камеры, чтобы тот мог видеть всё вокруг. Ну, а для девианта это способ познать мир, выразить эмоции. Помните, где-то выше было упомянуто, что на меня давит молчание в обществе? Это правда, но не в тот момент, когда мы стояли с Коннором. Тогда мне было хорошо.       - Сегодня очень спокойно, - наконец заговорил девиант.       - Это верно.       - Знаете, я не встретил ни одного протестующего днём ранее.       - Тебе повезло.       Коннор мило улыбнулся.        - Вы не против, если я пойду? Хэнк попросил прийти пораньше него, чтобы сделать домашние дела.       - Я не возражаю.       Не успевая повернуться, я слышу, как Коннор снова меня окликает:       - Уделите ещё немного времени?       - Валяй, я не спешу.       - Если честно, я очень хочу, чтобы вы присоединились ко мне и Хэнку в расследовании, - говорил Коннор, но как только заметил небольшое раздражение на моём лице, стал выражаться скромнее. - Я знаю, что у вас уже были проблемы с законом (андроиды-детекивы хранят в соей базе данных досье о каждом человеке, кто прежде имел дело с нарушением закона), но, обещаю, против вас невозможно будет выдвинуть и претензии. Хэнк сказал мне, что позаботиться об этом.       Меня внутри переполняла злость. Неужели он изначально преследовал эту цель, когда мы встретились. И тут у меня не получилось удержаться:       - Слушай, меня это не касается, твою мать, не придуривайся, я прекрасно знаю, что это Хэнк тебе все уши прожжужал!        - Я…       - Нету у меня совести, ясно?! Я уже жалею, что мы познакомились!       И тут лицо Коннора из живого превратилось в пластиковое. Он смотрел на меня какое-то время, а затем ушёл. Почему? Он меня спровоцировал на такие слова. Мои глаза долго смотрели девианту в след. Наушники снова заткнули мои уши и заглушили назойливые мысли о случившемся. Моя прогулка вскоре прекратилась, и уже меня согревало моё домашнее одеяло. Я поясняю как могу, не было в тот момент у меня чувства вины. Или было, и я просто оправдываюсь? Смотрите сами…

***

      - Готово, - донеслось из моего рта, когда андроид, которого мне вновь удалось починить, перезагружался.       - Спасибо, вам, огромное, - поблагодарил меня заказчик.       Выйдя на улицу, мои глаза не ожидали увидеть следующую картину: разъярённый андроид сворачивает шею котёнку, пока внизу кошка истерически воет, чтобы тот отпустил её ребёнка. Не помню, какие тогда были у меня мысли. На инстинкте моё тело быстро двинулось в сторону инцидента. Руки добрались до шеи робота и тяжёлым ударом в затыльник машины заставили её глючить и отпустить животное. Мне удалось вовремя поймать котёнка, пока тот не упал на землю. В моих ладонях котёнок жалобно мяукнул. Ему, наверное, было больно. Аккуратно поднеся дитё к его матери, кошка, яростно шипя, поцарапала мою руку. От боли мне пришлось отпустить котёнка и отпрыгнуть от кошачьей семьи. Когда мать убедилась, что я поверженный враг, она, схватив своего детёныша, убежала прочь. Андроид лежал на земле не двигаясь. Диод горел красным -, а это значит, что машина всё ещё работает. Вы же знаете, что людей можно вырубить ударом в сонную артерию. То же самое проворачивается с роботами, только в затылок. Мои ноги уже было начали уходить, когда прибыла полиция.       - Добрый день, - обратился ко мне сотрудник полиции Детройта. Пухлый мужчина лет так по сорок. Он подходил ко мне причмокивая и вытирая свой рот скорее всего от недавнего пончика. - Ваш андроид?       - Здравствуйте, нет, - моё тело встало в уверенную позу, несмотря на кровоточащую рану на руке. - Тут такое дело…       Не успел мой рот продолжить, как сзади меня коллега первого сотрудника полиции одел на меня наручники. Вдвоём они потащили меня в машину. Забрав андроида и мою сумку, эти двое сели за руль и повезли меня в участок. Я очень часто говорю, что меня укачивает в транспорте. Так в той машине, помимо укачивания стоял странный запах старого одеколона и сухого крема на пончиках. Прибыв в участок, у меня конфисковали сумку с рабочими инструментами. Андроида отправили в мастерскую, а меня в допросную. Круто. Меня ещё долго держали в наручниках, наверное, они опасались, что я могу быть психически не здоровым человеком. Ну, может быть, они были правы. Через какое-то время в допросную зашли двое: тот самый пончик полицейский и медсестра. В руках у второй была перекись и прочие медикаменты, чтобы предотвращать кровоточащие раны. Полицейский сел напротив меня, прокашлялся, а медсестра начала обрабатывать мою руку. Вдруг мистер пончик просмотрел на меня очень грозно:       - Ты же понимаешь, что если этот андроид не очнётся, тебе придётся отсидеть срок?       Ах да, наверное тут не было упоминания, что теперь преступления против андроидов караются так же, как и против людей.       - Понимаю, сэр, но ситуация была сложнее… - офицер кивнул, и дал мне продолжить. - Этот андроид явно неисправен или это девиант, который слетел с катушек, потому что я не знаю как это объяснить.       - Не томи, - закатил глаза пончик. Этого мне и хотелось, люблю тянуть даже мизерные рассказы.       - Машина сворачивала шею маленькому котёнку, а моё сердце не осталось в стороне, так что пришлось помочь животному.       - А рана откуда? - офицер бросил свой взгляд на мою руку, которую уже вовсю забинтовала медсестра.        - Кошка малыша меня поцарапала.       В ответ мои уши услышали только цоканье мужчины и тот же недовольный вздох. Вскоре медсестра оставила нас наедине. Тишина длилась минут так десять, пока по рации что-то не передали. Мистер пончик встал с места и освободил мои руки от наручников. Тогда он приказал мне следовать за ним. Не думаю, что там был вариант ослушаться. Пока мы бродили по коридорам участка, мне удалось снять очки, чтобы протереть линзы. Пройдя в главный холл, офицер вручил мне какую-то бумагу. Не вглядываясь, моё сознание поняло, что это штраф. Без лишних слов он был подписан через минуты две, а деньги уже считались в кассе полиции Детройта. Вот уж радость. Штраф, кстати, не за андроида, в за ношение оружия, без документа, который разрешает данное деяние. Лицензия осталась у меня дома. Полицейские при обследовании моей сумки нашли там глок. Да, у меня есть пистолет. Не обычный, а с глушителем. Мысль купить его посетила меня, когда мне только исполнилось восемнадцать. Моё телосложение не то, чтобы хилое, я могу прописать кому-то в глаз, но это не мой метод борьбы. От того мне пришлось купить огнестрел. Признаюсь, частично меня вдохновили шутеры, там, к слову, я люблю стрелять исподтишка.        Ещё немного времени прошло прежде, чем мне вернули инструменты и разрешили уходить. Как вдруг передо мной показался Хэнк Андерсон. Вот так сюрприз. Он подошёл ко мне и с довольным видом стал играть с моими шнурками на худи:       - Ну, здравствуй.       Из моего рта не вылетело и слова.       - Мы теперь квиты.       - В каком это смысле?       - Вряд ли этот андроид будет исправен в будущем, я об этом позаботился, поэтому вступился в твою защиту, хоть и не адвокат.       - Спасибо, - моё тело стало двигаться в сторону выхода, но Хэнк остановил меня рукой.       - Стоять, иначе срок дам тебе.       Мои глаза стали закатываться.       - Ты будешь участвовать в деле по «Киберлайф», - приказал Хэнк.       - А если не хочу?        - Сядешь, только на больший срок.       - Это манипуляция! - мои руки стали отталкивать мужчину.       - Стой, а ну-ка! Тебе никто не поможет. Придётся согласиться.       Ну и что вы думаете? У меня не было выбора. Лёгкий кивок в сторону Хэнка, и он уже потащил меня за его рабочее место, где сидел Коннор, просматривая папку с делом. Когда моё присутствие было уже ощутимо, девиант даже не поднял на меня головы. Мне стало обидно. Очень обидно.