1

      В некотором царстве, в некотором государстве существовало давнее предание, как Матушка Судьба сводила Души влюбленных. Души жили рука об руку, всегда слушались друг друга и поддерживали. Лишь вдвоем спев искренне и взаимно свою часть предназначенной им песни, Судьба благословляла их неразрывными утонченными метками-браслетами на правом запястье. Не было и случая, когда Судьба ошибалась в выборах — испокон веков влюбленная пара жила в гармонии и любви. Но могла ли Судьба ошибиться?       Герои нашей сказки — семнадцатилетняя дéвица Анна и восемнадцатилетний молодой пастух Тимофей, дружат со школьной скамьи. Они неразлучны, всегда поддерживают и весело проводят время, но, к сожалению, у каждого из них была своя песня. Они тужились, но продолжали поддерживать дружбу. Как Вы могли догадаться, дорогие читатели, Судьба одарила их вторыми половинками. В деревушке, где жили герои, Тимофей благодаря песне нашел свою суженную — пышную, статную барышню Варвару с каштановыми кучерявыми волосами, небесными очами, пухлыми губами и розовым личиком. Она не славилась истинной красотой, в отличие от её сестрицы, первой красы в деревне, Алёнушки, с рыжими густыми волосами и большими глазами цвета свежей травы. Варвара унаследовала отцовские гены, за что невзлюбила его. Тимофей готов был любить ее всем сердцем и ухаживать за ней, лишь бы она не знала печали, но дéвица отказалась и пригрозила, что никогда не выйдет замуж за простого пастуха.       — Уж лучше я умру, чем выйду замуж за бедняка!       Пронзительный крик доносился по всему округу. Любопытные соседи, испугавшись, подглядывали, что же все-таки произошло.       В тот день Варвара пролила много слез, но ее матушка и батюшка не стали сводить их ради благополучия доченьки. Так Тимофей остался один-одинёшенек. Он посвятил свои дни заботе о стариках и младших братьях и сестрах. Семья переживала за него, что он до конца дней останется одиноким дряхлым стариком. Но дни, проведенные с прекрасной Анной, были для него раем на Земле. Он отдал бы всё, чтобы быть ее суженным, вопреки планам Судьбы.       Аннушке недавно исполнилось семнадцать лет и ее терзали мысли, что она скоро станет старой, никому не нужной девой. Никто из ее суженных, будь молод нее или стар, не откликался на ее песню. Она была опечалена и делилась своими чувствами с Тимофеем. Лишь он мог ее понять и утешить. Девушка верила, если бы не предназначение Судьбы, давным-давно призналась бы в чувствах юноше. Аннушка понимала, если она встретит своего суженного, больше не сможет дружить с ним. И от этого на душе стало дурно.

***

      Сидя на печи после тяжелого дня на поле, Аннушка вспоминала слова Матушки, когда та плела ей пышные косы.       — Матушка, почему Судьба сводит Души?       — Матушка Судьба всеведущая. И лишь она знает, что будет в будущем и что нужно люду.       — А Судьба никогда не ошибалась? — девочка задавала вопросы, играя с любимой самодельной куклой.       — Не было и случая, солнышко моё. Матушка всегда сводила влюбленных и у них был крепкий союз. У нас с твоим отцом тоже крепкая семья. Родились четверо прекрасных детей, трое старших сыновей и ты, наша младшенькая и любимая доченька, — женщина с любовью поцеловала ее в висок. Аннушка дернулась и хихикнула.       — Матушка, а как понять, кто мой суженный?       — Лишь вдвоем искренне и взаимно спев отрывок предназначенной вам песни, Судьба благословит вас метками-браслетами, — ответила она и показала дочери метку на запястье. — Они останутся с вами до конца ваших дней.       — А как понять, какая моя песня?       — Обычно песни передаются по наследству или, если спеть как колыбельное. В детстве, когда ты была малюткой, я пела тебе песенку "Так вот это любовь". Это о нашей с твоим отцом любви. Сыновьям пела «Это моя любовь», «Волшебный мир», «Однажды во сне»       — Какая удивительная традиция! — Аннушка охнула и её очи заблестели.       — Однажды, моя любимая Аннушка, и ты найдешь своего суженного. И будете вы жить долго и счастливо, и родите много прекрасных детишек! — закончила она и пощекотала доченьку по бокам.       — Хи-хи-хи, матушка, мне щекотно! — сложилась пополам и задорно посмеялась девочка.       Анна пустила слезу. Ее матушка ушла в иной свет уже как пять лет. Весь бытовой груз и забота о семье спали на ее хрупкие плечи. Ее старшие братья обзавелись своими родственными душами, лишь она одна осталась да и старик. Она ухаживала за ним и помогала по хозяйству.       Так больше жить Аннушка не могла. Она обратилась к своему отцу после ужина.       — Отец, милостивый мой, я так больше не могу жить. Я должна найти своего суженного. Мне нужно покинуть деревню, пока не найду его.       Глаза Батюшки округлились и дрожали от страха. Он с тоской смотрел на свою дорогую и единственную доченьку. Годы брали свое, и он уже не был молод да и передвигался еле-еле. Он опустил глаза, не мог смотреть в грустные очи девоньки. Сжав ее гладкие и тонкие пальцы, он произнес:       — Дитя, я переживаю за тебя и боюсь отпускать одну. Мир полон страшных тайн и чудовищ. Одну отпустить тебя я не могу.       — Отец, я обязана. Не могу больше в старых девах ходить! Я уверена, мой суженный ждет меня, в другой деревне.       — Аннушка, кровинушка моя, возьми Тимофеюшку хоть. Чтоб сердце мое спокойным было. Не доживу до твоего возвращения, коль одна решила скитаться.       — Тятя, у Тимофеюшки семья. Он единственный кормилец, родители его уже немолоды. Как они без него?       — Аннушка, у них есть младшенькие. Пусть они позаботятся о них, пока тебе помогает. Он не оставит тебя одну. Поговори с ним. Ради меня.       Дéвица вздохнула. Отец был прав, у Тимофея есть младшие братья и сестры, которые смогут позаботиться о родителях, а у нее все трое братьев остепенились.       — Так и быть, поговорю с ним. Сию минуту. Тятя, я вернусь поздно, не жди меня, - нежно поцеловав в щечку, она накинула епанчà, надела лапти и помчалась к другу. Путь был неблизкий, но времени остановиться не было. Отец посмотрел в потолок, помолился за ее здоровье и прошептал:       — Милая моя женушка, побереги ее от препятствий и стань её ангелом-хранителем. Пусть она вернется домой целой и невредимой. Стань опорой нашей единственной дочери.       Старик какое-то время смотрел в одну точку и попивал чаи, пока усталость не накрыла его. Он погасил свечу, улегся на печку, сомкнул глаза и, услышав тихий аккуратный шорох, уснул с облегчением.