Тайна Гермионы

– Скажите мне, мистер Поттер. – интересно, а Снейпу правда прям в кайф выплёвывать мою фамилию с такой интонацией? – вы хоть как-то причастны к произошедшему с Фредом и Джорджем Уизли? – Ни в коем случае, сэр. Меня мало волнуют как сами близнецы, так и их восхитительные эксперименты над другими учениками. Декан уставился на меня немигающим взглядом. Ну давай, поиграем в гляделки. Мы сидели в его кабинете, который представлял собой небольшое помещение без окон, расположенное недалеко от класса зельеварения. Как-то так получилось, что я далеко не в первый раз оказываюсь в этом помещении. А учитывая «любовь» Снейпа к каким-либо изменениям, я мог с точностью до миллиметра восстановить убранство данной комнаты. Чем я и решил заняться от скуки, пока мы с профессором любовались глазами друг друга. Так, например, я сидел на, наверное, самом неудобном чёрном деревянном стуле. Справа от меня располагался невысокий шкаф с какими-то бумагами. Я как-то раз видел, как он там что-то ищет. На шкафу отлично бы смотрелись чьи-нибудь фотографии, цветы или прочий декор, но Снейп предпочитал хранить там пыль. Стены тоже были пустыми. Ни портретов, ни таблиц – ничего. В левом углу располагался шкаф с книгами. И готов поклясться, что одна из них точно называлась «Практические методы применения слизи желтолобика». Не знаю, почему я это запомнил, но я запомнил. Стол декана тоже отличался обилием деталей. Например, на углу стола вот уже как три года стояла фигурка ворона. Да, в принципе, и всё. Не считая стопки с ученическими работами да пары перьев, стол был абсолютно пуст. Не менее обыденным и невзрачным было даже кресло, на котором сидел Снейп. Обычное, чёрное, кожаное. Ни персонализации, ни каких-то деталей. Разве что слегка потёртое. Как-то раз мне подумалось, что это место настолько отрешённое и пустое, что если однажды декан Слизерина не придёт на своё рабочее место, то не будет ничего, что напомнило бы о нём. Кроме фигурки. – Профессор, скажите, пожалуйста – решил я прервать воцарившуюся тишину – а это ваша фигурка ворона или она досталась вам от предшественника? – Моя, Поттер. Но не помню, чтобы я разрешал вам задавать вопросы. Знаете, почему я вообще веду с вами этот разговор? – Потому что вы беспристрастный преподаватель, который изо всех сил стремится установить истину? Это у него сейчас глаз дёрнулся? – Потому что мистер Малфой почти час уговаривал меня выслушать вас, а не просто назначить месяц отработок. – Ну, мистер Малфой отличный друг. – ответил я, пожав плечами. – Но почему-то я думаю, что его дар убеждения не позволит мне совсем избежать наказания. – Всё зависит от вас, мистер Поттер. Так что, причастны ли вы к событиям, связанным с братьями Уизли? Я тяжело вздохнул. Ну реально? Зачем нам время тратить, а, Сальноволосый, мой друг? – Я скажу так. Благодаря тому, что кто-то пришёл с братьями Уизли к определённому взаимопониманию, уверен, что в школе станет спокойнее. А у мадам Помфри станет меньше работы. Как по мне, это позитивное событие. – Я буду откровенен. – Снейп скучающе сложил руки на груди. – Мне плевать на то, что случилось с Уизли. Одним больше, одним меньше – я ничего от этого не потеряю. Сразу видно, профессор года. Вон как об учениках печётся. Меж тем декан продолжал свою речь. – Меня волнует то, что профессор Макгонагалл, которая по совместительству является деканом Гриффиндора, а также заместителем нашего многоуважаемого директора, посчитала необходимым вынести мне весь мозг. И к моему величайшему сожалению, помятуя о её регалиях, я не мог просто отослать её, как мистера Малфоя. – Соболезную. Искренне. Никому не нравится, когда им выносят мозг. – Особенно это неприятно в те моменты, когда это происходит в результате действий другого лица. – Я понял, профессор. Сколько мне отрабатывать и как? – Я недоговорил, Поттер. Так уж получилось, что ко мне, после мистера Малфоя и профессора Макгонагалл, пришёл ещё один человек, желающий пообщаться со мной касательно вашего проступка. – И кто это был? – Директор. – Снейп сделал паузу перед ответом. – И он попросил не назначать вам наказание. Сказал, что сам разберётся в случившемся. Пиздец. А вот это уже очень плохо. Наставник явно зол на меня. Я догадывался об этом, так как за ужином он был не в самом радужном настроении. Но до последнего надеялся, что это не связано со мной. Похоже, на моём лице всё-таки как-то отразились мои переживания, так как Снейп довольно усмехнулся. – Думаю, эта новость вас не обрадовала, мистер Поттер. Что ж, хоть не мне возиться с вами на этот раз. Да, он определённо был доволен полученным эффектом. – Я вот только в толк не могу взять: зачем вы в это ввязались? Я не припомню, чтобы вы ранее проявляли признаки альтруизма. – А его и не было, профессор. Уверен, вы слышали от Драко про полёт Нотта по лестнице. – Да, он писал мне об этом происшествии. Вместо ответа я просто пожал плечами. – Ладно. Вы свободны. Остальное, уверен, вам выскажет директор Дамблдор. Не желая продлевать совместное времяпрепровождение, я встал со стула и, пожелав хорошего вечера, двинулся в сторону гостиной. И всё-таки декан та ещё сука. Мог просто сказать, что наказание вынесет директор, но решил потянуть время. Так сказать, устроил целое театральное представление. Ему и правда заняться нечем? Однако факт вмешательства Наставника пугал. До этого он не особо активно вмешивался в мою студенческую жизнь, держась на дистанции. Вполне возможно, его вывело из себя то, что я навредил именно Уизли, чья семья была его ближайшими союзниками. А может, он просто не в восторге от того, что я избил других учеников. Ладно. Узнаю. До гостиной оставалось всего пара поворотов, как из тени навстречу мне выступила жуткая фигура. Не ожидавший такого поворота, я инстинктивно отпрыгнул и выхватил волшебную палочку, нацелив её на незнакомца, готовясь к бою. – Неплохо, Поттер, неплохо! – проскрипела «тень». Незнакомец вышел на свет от факела, демонстрируя своё покрытое шрамами стремное лицо. – Добрый вечер, профессор Грюм. Прошу простить за свою реакцию. – поздоровался я с преподавателем, попутно пряча палочку в кобуру. – Ха, парень, отличная у тебя реакция. Будь я на твоём месте, я бы ещё и жахнул подкравшегося ко мне ублюдка чем-нибудь болезненным! Помнишь ведь: ПОСТОЯННАЯ БДИТЕЛЬНОСТЬ! Прокричав последнее, лже-Грюм засмеялся своим лающим смехом. Чокнутый. – Да, точно. – я притворно тихо рассмеялся. – Что вас привело сюда, профессор? – Да так, думал поговорить с этим вашим Снейпом. Обсудить пару… как их… педагогических методик. Ага, конечно, верю. Только совсем конченный пойдёт за таким к Снейпу. Хочешь стырить пару ингредиентов, не так ли? – Что ж, профессор Снейп как раз закончил отчитывать меня. Так что, уверен, он в отличном настроении. – Ха. Учту. Ладно, Поттер, пойду тогда. Не буду упускать возможность. – Хорошего вечера, профессор. Я обогнул преподавателя и продолжил идти в сторону гостиной. Я не боялся поворачиваться к нему спиной. Даже если это человек Волдеморта, то вряд ли бы он вредил мне в замке. – Кстати, Поттер! – окликнул меня лже-Грюм. Я обернулся и посмотрел на него. – Кхм. Вряд ли мои слова одобрят другие, но ты хорошо сработал. Чисто. – Э-э… Спасибо. Но я тут ни при чём. – Да-да, конечно. Как бы то ни было, можешь зайти ко мне в понедельник после уроков. Покажу тебе пару чар не из школьного курса. Чтобы кулаками махать не пришлось в следующий раз. Он сам зовёт меня? Чёрт, да, конечно. Тысячу раз да. Стараясь не выдать своей радости, я попробовал максимально спокойно ответить: – Да, конечно. Спасибо, профессор. Буду рад. – Отлично, Поттер! Тогда до встречи. Грюм развернулся и поковылял в сторону кабинета Снейпа. А я отправился дальше по своему маршруту. Пока я шёл, я всячески обдумывал произошедшее. Безусловно, я был чертовски рад возможности начать выполнять задание Наставника. Особенно с учётом того, что он потенциально может быть недоволен мной. Однако как-то всё очень странно. Ну кто будет хвалить ученика за избиение других учеников? И даже предлагать дополнительные уроки? Только если… Я остановился как вкопанный посреди коридора. На спине выступил холодный пот, и я почувствовал прилив адреналина. Я развернулся на сто восемьдесят градусов и выхватил палочку. Изо всех сил я стал вглядываться в полумрак коридора. Действия притворщика имели смысл только в одном случае – если у него тоже была задача сблизиться со мной! И он только что нашёл хоть какой-то повод! Сука. Да, Наставник предупреждал меня, но просто услышать это со стороны и убедиться самому – совершенно разные вещи. Только что я осознал, что человек, который притворялся Грюмом, действительно может быть Пожирателем смерти. Перед глазами всплыл образ смеющегося психопата с чемпионата. Дерьмо.  Время шло, а из коридора так никто и не показался. Я ослабил хватку вокруг палочки и убрал её в кобуру на левой руке. Какого чёрта, Гарри? Чего ты так психуешь? Сам же сказал, что он не будет трогать тебя в замке. Ну да, возможно, он – Пожиратель. Но это не значит, что он попытается тебя убить здесь и сейчас. Пиздец. А распереживался-то. Самообладание потихоньку возвращалось ко мне. Нервы стали ни к чёрту. То девчонок чуть не сжёг, то это. Может, спросить у Астрид про успокаивающие зелья? Я продолжил идти по коридору. Ладно, допустим, я прав. И прав во всём. Но даже в таком случае лучше всего будет поступить в духе Наставника и не совершать никаких резких движений. Тем более ничего глобально не поменялось. Никакой новой информации я так и не узнал. А значит, продолжаем двигаться по сценарию. В понедельник идём на дополнительные занятия. И диадему пока тоже не снимаем. Ещё не время. Зайдя в гостиную, я оглянулся в поисках одного конкретного лица. И оно достаточно быстро обнаружилось – сидящим в компании пятикурсниц Гертруды Мидс и Хейли Квентин. Судя по самодовольному выражению на лице Драко, тот в очередной раз втирал девчонкам какую-то хрень. Прости, друг, но тебя сейчас ждёт облом. – Привет, девочки! – поздоровался я со слизеринками, когда подошёл ближе. Будучи наглым от природы, я сел на диван между пятикурсницами и с усмешкой посмотрел на одиноко сидящего в кресле напротив Драко. – Привет, Гарри! – чуть ли не хором поздоровались со мной Гертруда и Хейли. – Да, привет, Гарри. – коверкнув голос, сказал Драко. – Кстати, да, я тут. Спасибо, что поздоровался и со своим лучшим другом. – Да, прости, Драко. Я хотел, правда. Просто оказался настолько очарован красотой твоих собеседниц, что совсем про тебя забыл. – Говоря это, я повернулся сначала к одной девушке, затем к другой, улыбнулся им своей самой очаровательной улыбкой и каждой слегка поклонился. Последнее было сделано сугубо для того, чтобы незаметно и не вызывая осуждающих взглядов оглядеть их. А посмотреть там было на что. Особенно у Гертруды. Девушки, не заметив моего манёвра под напускной галантностью, смущённо засмеялись. – Ой, да ладно тебе, Гарри. Убеждена, что мы с Гертрудой далеко не первые, кому ты это говоришь. – Не первые. – не стал спорить я. – Но первые, кому я говорю это настолько искренне. – Ну ты льстец! – тихо рассмеялась Гертруда своим чудесным, но звонким голосом. – Да-да, Поттер. Ты тот ещё льстец. – проворчал Драко. Он явно был не в восторге от происходящего. – Скажи, ты какого чёрта припёрся? – По причине того, что наш декан – редкостный… нехороший человек. – Ой, это правда? – затараторила Хейли. – Говорят, что тебя обвиняют в избиении близнецов Уизли! Мне Чжоу Чанг с Равенкло рассказала, а ей Джастина Бритнелл с Гриффиндора, что якобы Кэтти Белл видела тебя в крови недалеко от того места, где нашли братьев. – Да и теперь поговаривают, что тебя собираются исключить! – вторила ей её подруга. – Так, дамы! – откинувшись на спинку дивана, я оказался зажат между девушками. Пожалуй, я мог бы закинуть им руки на плечи, но боюсь, это могли бы счесть уж слишком похабным жестом. Вот если бы мы выпили… – Запомните! Из Хогвартса никогда не выгоняют людей, которые совершают праведные и справедливые поступки. – Так значит, всё, что говорят. – это правда? – И ты действительно это сделал? – Да. Но давайте оставим это нашим маленьким секретом. – Я подмигнул Хейли и улыбнулся Гертруде. Ага. Секретом. Как же. Судя по их горящим глазам, им уже не терпится отправиться разносить эту информацию по всей школе. А так как эта информация уже не то чтобы была секретом, я ничем не рисковал. Зато какой красивый жест получился. «Наш общий секрет». – Да, конечно. Хорошо! – закивала головой Хейли. Вот врёт в глаза и не краснеет. – Супер! – я хлопнул в ладоши и посмотрел на скучающе облокотившегося на руку Малфоя. – Вообще, я на самом деле хотел украсть у вас Драко. Вы не против? Слизеринки покачали головами, как бы подтверждая, что они не против. Я встал с дивана и ещё раз окинул взглядом гостиную, высматривая моих однокурсников. Тео сидел и, вот сюрприз, читал книгу у камина. Рядом с ним расположились Винс и Грег, которые играли партию в шахматы. Забини же сидел на другом конце гостиной и, судя по всему, делал домашку. Окей. Хорошо. – Пойдём, Драко. Надо поговорить. Я дождался, пока блондин с тяжёлым вздохом встанет с кресла, и повёл его в нашу спальню. – Ну и ради чего такого важного ты, как последний подонок, обломал мне восхитительное общение с двумя очаровательными девушками? – чуть ли не простонал Драко, плюхаясь на свою кровать. – Ты знаешь, что становишься всё более и более невыносимым в последнее время? – Да, догадываюсь. – с сарказмом ответил я и скорчил Малфою рожу. – Вообще, Драко, этот разговор скорее нужен тебе, а не мне. – Неужели? – блондин равнодушно улёгся на спину, положив руку под голову и уставившись в потолок. – Да. – коротко ответил я. После чего достал палочку и наложил на дверь чары против подслушивания. – Это касательно хроноворота. Драко моментально оживился и сел на край кровати. От предыдущего равнодушия не осталось и следа. – Хроноворот? – он глянул на дверь и, как я думаю, тоже примерно прикинул, сколько у нас есть времени, чтобы что-то обсудить. – Выкладывай. – Я поговорил сегодня с Астрид и аккуратно расспросил про прошлогоднюю историю с Гермионой. Сам понимаешь, в лоб я спросить не мог. – Да, понимаю. – нетерпеливо перебил меня Драко. – Что ты узнал? – Немного. У неё было не просто тяжёлое состояние, а крайне опасное. – начал делиться информацией я. – По словам Астрид, её принёс на руках Хагрид, и она была в компании Лонгботтома. Вроде как они были у лесника в хижине, и та просто упала на пол и забилась в конвульсиях. Коул ещё упомянула, что Невилл очень странно описал эти конвульсии. Словно… словно она дёргалась так быстро, что он видел сразу несколько её версий. – Фазовое смещение. – Что? – Фазовое смещение. Это побочный эффект использования артефакта. Что-то вроде того, что тело путешественника во времени накапливает слишком много временных образов. Короче, дико сложная херня. – Драко помотал головой. – Суть в том, что для этого надо использовать хроноворот не только много месяцев подряд, но ещё и запустить сразу несколько возвратов в рамках двадцати четырёх часов. – Не понял. – честно ответил я. – Я тоже не до конца понимаю. Книги по хроноворотам не валяются на каждом углу. А у той, что читал я, был придурошный автор и очень тяжёлый слог. Короче, там было что-то про то, что при каждом использовании хроноворота на твоё тело вроде как цепляется временная проекция. Эта проекция каким-то образом загрязняет твою магическую ауру. И если очень сильно загрязнить ауру и… – по Малфою было видно, как он изо всех сил старается вспомнить крайне сложный материал из книги. – и вернуться подряд несколько раз, не успев завершить предыдущую петлю, то проекции начнут… типа прорываться. Или как-то так. Но именно это состояние называется «фазовое смещение». – То есть… – я тоже изо всех сил напряг голову, пытаясь вникнуть в то, что говорит Драко. – Грейнджер на протяжении года использовала хроноворот, а затем в один день несколько раз вернулась в прошлое? – Почти. Только она не просто несколько раз вернулась за один день, а, находясь и так в прошлом, делала ещё один прыжок в прошлое. И по итогу должна была сложиться ситуация, при которой в рамках одного оборота хроноворота одновременно находилось от трёх Грейнджер. – Она конченая? Нахрена она это делала? – моё удивление было искренним. Я правда не понимал, кем надо быть, чтобы на такое пойти. – Без понятия. Но, зная эту придурошную. – для учёбы. Как раз был период экзаменов. Не суть. Мотивация Грейнджер заботит меня тут меньше всего. Что ещё рассказала твоя подружка? – Завидуешь? – пошутил я, но, увидев серьёзный взгляд Драко, мигом вернулся к рассказу Астрид. – По сути, это почти всё. Грейнджер то была в отключке, то блевала. К ней каждый день приходили из Мунго и за ширмой что-то делали. Но Астрид туда не пускали. В Мунго Грейнджер не отправили, потому что, типа, было опасно. Что ещё? Я замолчал, припоминая подробности. – А! Ещё когда Грейнджер очнулась, приходил какой-то мужик из министерства. Лысый и худой. Лица Коул не видела. Беседовал он с Макгонагалл и Грейнджер. – Та-а-а-ак. – Драко откинулся на спину и лёг поперёк кровати. Я молча сидел на своей и ждал очередного озарения от друга. Если честно, то мне было глубоко плевать и на Грейнджер, и на хроноворот. У меня своих забот полон рот. От размышлений меня отвлёк привычный щелчок пальцами Драко, который вернулся обратно в сидячее положение. – Мы точно уверены в том, что это был хроноворот. Симптомы это подтверждают. – Ага. Только улик нет. Астрид вряд ли пойдёт давать какие-то показания. – Да я понимаю. Ладно, я напишу об этом отцу. Он точно найдёт применение этой информации. Спасибо, Гарри. Правда. Драко протянул мне свою руку. Ха. Знакомо. Только в этот раз я крепко пожал её не раздумывая. – Всегда рад. Затем я снял глушилку и отправился готовиться ко сну. После душа ещё немного поболтал с ребятами о всякой ерунде, а потом задвинул полог кровати, нацепил диадему и, думая о завтрашней пробежке, закрыл глаза, приготовившись тут же открыть их утром. И я их открыл. Но сделал это не утром. Меня вырвало из темноты чудовищной болью, пронзившей голову. Я кричал, стонал, метался по кровати. Казалось, артефакт на моей голове плавится и прожигает кожу. Мне казалось что я попал в Ад.