Битва умов

Проснувшись утром, я чувствовал себя выжатым как лимон. Во-первых, я отрубился в собственной одежде. А во-вторых, всю ночь меня преследовали кошмары. Разумеется, не такие, как летом, и Волдеморта там не было, но всю ночь я бегал по какому-то лабиринту, убегая от других участников, кричащих что-то про то, что я ребёнок. Стараясь не шуметь, я выбрался из кровати и, переодевшись, отправился проветрить мозги. Вставал я очень рано, так что никак не ожидал встретить в общем зале заспанную Пэнс, сидевшую в кресле и явно ждущую кого-то. – Пэнси? – тихонько позвал я девушку. – О, Гарри! Доброе утро. – брюнетка встала с кресла и потянулась. Черт. Если Тео перестанет наконец тупить, то он отхватит чуть ли не самую красивую девочку в школе. – Что ты тут делаешь? – спросил я, стараясь совсем уж откровенно не пялиться на Паркинсон, которая была одета в превосходно сидящие на ней брюки и обтягивающую водолазку. – Тебя жду. Хотела поговорить. – И давно ждёшь? – Нуу… Я знаю, что ты бегаешь по утрам, но не знала во сколько точно, так что я тут сижу уже час. Мне, правда, кажется, что я в какой-то момент заснула… – Ну давай поговорим. – я оглянулся вокруг, прикидывая, куда бы сесть. – Не-не. Не обязательно тут. Видишь, я подготовилась. – девушка демонстративно оттянула горло водолазки. – Так что я готова идти с тобой. Усмехнувшись, я повёл девушку за собой к выходу из замка. – Так о чём ты хотела поговорить? – спросил я её, едва мы вышли из гостиной. – Я хотела извиниться. – За что? – За всё. За то, что не поддержала тебя вчера публично, за то, что это из-за моих рассказов тебя ненавидят куда больше, чем могли. Прости, что опять оказалась бесполезна и… Девушка открыла рот, чтобы продолжить перечислять то, в чём её вина, но я мягко прервал её. – Пэнси, послушай. – я глянул на понуро идущую рядом подругу. – Ты ни в чём не виновата. Даже если бы не твои истории, сомневаюсь, что ненависть толпы была бы меньше. И драться со всем факультетом ради меня – это глупо. – Но Драко-то так и поступил! – Да. Но он Малфой. Сейчас его семья – одна из самых влиятельных в Англии. Он может снять штаны и наложить кучу перед всеми, и никто ему ничего не сделает. Такое не под силу ни тебе, ни мне, ни ещё кому-то. – Я чувствую себя всё время такой бесполезной. Когда что-то происходит, то всегда на помощь приходишь ты или Драко и всё решаете. Просто что будет, если кого-то из вас рядом не будет? Почему-то в этот момент я опять вспомнил слова Дафны про лидерство и ответственность. – Пэнс… – какое-то время я думал над ответом. – У каждого из нас своя роль. Драко хорош в политике, я… когда надо применить силу. Винсент – наш щит, а Грег – тяжёлая артиллерия. Тео прекрасен в науке, а ты – наши глаза, уши и голос. Без тебя мы никуда. Тот же Малфой вряд ли бы смог так надавить вчера на ребят, если бы ты не снабжала его информацией о них. – А что насчёт Дафны? – с хитрой улыбкой спросила брюнетка. – Какая роль у Дафны? – Ну… Дафна… – Шучу. Не отвечай. – Пэнс рассмеялась. – Не уверена, что готова выслушать, что ты думаешь о моей лучшей подруге. – Спасибо. – шутливо поблагодарил её я. – Кстати, раз уж ты наши «уши», то расскажи, какие у меня шансы? Что вообще слышно? – Тебе честно? Или чуть приукрасить? – Давай чуть приукрашенно. Хочу начать день хоть на немного более позитивной ноте. – Ну, если приукрашено, то… тебе пиздец. Я остановился и посмотрел на подругу. – А если не приукрашено, то как? «Полный пиздец?» – Всё верно! – с энтузиазмом закивала Паркинсон. И пошла дальше, вынуждая меня следовать за собой. – Начнём с того, что тебя ненавидит вся школа. И это мягко сказано. Пара человек с Хафлпафа заявили, что ты украл победу у их чемпиона, и это тут же подхватили. – Кто главный источник? – Угадай. Разумеется, твой любимый Гриффиндор. Ты нажил там слишком много врагов, особенно после того, как избил всеобщих любимцев. – Окей. А Равенкло? Стоило нам выйти за пределы замка, как брюнетка недовольно посмотрела по сторонам. Очевидно, ей крайне не нравилась такая погода. – Пока не знаю. Но не думаю, что сильно позитивно. У Уизли там много друзей. Но как бы то ни было – ты токсичная персона сейчас. И любой, кто находится рядом с тобой, автоматически тоже попадает под удар. Ты должен понимать это. – Понимаю. И я не забуду, что ты готова идти через это вместе. – Спасибо, конечно, но я не про себя, а про твою подружку, Гарри. – Астрид? – Я удивлённо глянул на Пэнси. – Да не, с ней всё нормально будет. – Хорошо, если так. Просто это может быть нелегко для неё. Прямо сейчас каждый, кто хотел тебе навредить, но боялся это сделать, пойдёт в атаку. И бить будут не только в тебя, но и в тех, кто рядом. – Пэнс… – начал было я, но девушка меня перебила. – Я это говорю не потому, что она точно тебя бросит, а потому, что хочу, чтобы ты понимал, почему она может это сделать. – Пэнси посмотрела на меня и развела руками в стороны. – Встречаться с популярным и богатым Гарри Поттером – это одно, а быть в отношениях со всеобщим изгоем – это совсем иное. – Да ладно, разберёмся. – со вздохом сказал я. – Прости, не хотела тебя грузить с утра пораньше. – Пэнси виновато посмотрела на меня. – Зато я начала уже собирать информацию на всех трёх твоих конкурентов. – Пяти. – Чего?! – воскликнула девушка. О да, Пэнси, ты не всё на свете знаешь. – Того. Чемпионов шесть. Я предложил, директора согласились. От Дурмстранга какая-то Мила Стойчева, а от Шармбатона – Люсьен Фурнье. Девочка выглядит неопасной, но, имея возможность свободного выбора, он точно не выбрал кого-то слабого. – Я почесал затылок, вспоминая подробности вчерашнего вечера. – А вот Фурнье может быть проблемой. Помнишь огромного рыжего здоровяка? – Ага. – Девушка задумчиво кивнула. – Так вот, это он. – Мда-а-а. – протянула подруга. – Видать, у тебя и правда на роду написано драться с рыжими. – И не говори. Так какой у нас план? Что будем делать? – Ты – ничего. Сосредоточься на турнире и своих тренировках. Попробуй не выделяться. Знаю, ты привык делать всё наоборот, но в этот раз надо залечь на дно. Однако не смей бегать и прятаться. Просто веди себя как ни в чём не бывало и не твори новой херни. Я же попробую насесть всем на уши и что-то сделать с твоей репутацией. Попробую как-то продать то, что тебя подставили, и всё в этом духе. – Пэнси посмотрела в сторону озера, где нарезали круги Крам и рыжий здоровяк. – Нифига себе, какой он огромный! Короче. Да, я попробую что-то сделать с твоей репутацией и нарыть как можно больше информации про твоих оппонентов. – Спасибо, Пэнси. Правда. Чёрт, так приятно было чувствовать, что я не один. – Да не за что пока. – Девушка хлопнула меня по плечу и указала в сторону озера. – А теперь иди, бегай. А я посмотрю за тобой отсюда. Буду твоим тренером. Оставив девушку одну, я неторопливо побежал на свой привычный маршрут. Почти всё как обычно. Только бегал я теперь не один, а ещё было непривычно время от времени слышать Пэнс, которая то и дело кричала что-то в духе «Вперёд, Гарри!» и «Ты порвёшь их». Похоже, она уж слишком вжилась в придуманную себе роль. Когда мы, подшучивая друг над другом, вернулись в общежитие, много кто уже был на ногах. Первой моей реакцией было выйти обратно в коридор. Потом я подумал, что мог бы просто быстро промчаться в свою комнату. Но потом я увидел взгляд подруги и вспомнил её просьбу. Ладно, соберись, Гарри, не будь тряпкой! Максимально стараясь делать вид, что вчера ничего не произошло, я неторопливо пошёл через всю общую зону. По пути я непринуждённо здоровался со своими однокурсниками и каждый раз по их реакции пытался отловить их отношение ко мне. И, на удивление, оно в большинстве своём как минимум было нейтральное, а где-то даже… позитивное. Зайдя в спальню, я тут же обратился к Драко, указывая большим пальцем себе за спину: – А что ты им всем вчера рассказал? – И тебе доброе утро, Гарри. – проворчал блондин. – А что такое? – Ну, они не хотят меня убить. – Тебе не нравится? – Нравится, но просто это странно… Не, реально, что ты им наплёл? – Правду. – пожал плечами Малфой. И, увидев мой взгляд, полный недопонимания, продолжил: – Ну, что тебя подставили и что, возможно, кто-то пытается таким образом тебя убить. – И это помогло? – Не совсем. Ещё я напомнил, что ты не раз впрягался за многих из присутствующих перед другими факультетами. Да и вообще никогда не бросал никого в беде. – Короче, Гарри, твои действия принесли плоды! – сказал подошедший Гойл и хлопнул меня по плечу. – Кхм. Спасибо. – Но не особо радуйся, да, Винс? – Угу. – Крэбб кивнул головой. – Не все согласились с Драко. Уорингтон явно затаил обиду. А с ним и другие старшекурсники. Они с трудом приняли факт того, что выбрали Диггори, а ты для них вообще красная тряпка. – Так сказать, ты уязвил их гордость. – закончил за друга Грег. – Понятно. – задумчиво протянул я. Это проблема, но не сильная. Всё могло быть хуже. – Ладно, я в душ. Дождётесь? *** Когда Пэнси говорила, что вся школа меня ненавидит, она явно не преуменьшала. Стоило мне подняться из подземелий, как я тут же ощутил на себе десятки злобных взглядов. Помимо этого, я также заметил ещё одно новшество – многие ученики носили на мантиях значки с моим лицом, которое менялось на фразу «Потти – вонючка». Увидев такой креатив, Грег, недолго думая, схватил одного из учеников Равенкло и напрямую спросил, а кто такой у нас в школе умный. Ответ никого не удивил. Разумеется, авторами значков были братья Уизли, которые всего за одну ночь сделали сотни таких значков и теперь раздавали их бесплатно на входе в Большой зал. В который раз я подумал о том, что их мастерство – да в полезное бы русло… Собственно, там мы их и нашли – стоящих рядом с двумя огромными коробками. Едва они заметили меня, как сразу же приободрились и заулыбались во все свои зубы. – Привет… – начал один. – Потти! – закончил за него другой. – Привет, дерьмоеды. – поздоровался я с ними. – Мне казалось, у нас был договор. – Ты помнишь про какой-то договор, Фред? – правый близнец повернулся к левому. – Конечно помню, Джордж! – ответил левый. – И я помню. Кажется, там было что-то про то, чтобы не устраивать над другими розыгрыши и не пытаться навредить Великому Гарри Поттеру! – моё имя было чуть ли не пропето издевательским тоном. – Всё верно, брат. И что-то я не вижу, где бы мы делали что-то из того, что мы обещали не делать. Это просто карикатурное творчество. Что поделать, если мы просто творцы. – Так что, Потти, мы чисты! – ухмыляясь, произнёс тот, которого звали Джордж. – Или что, ты хочешь всей публике показать, насколько ты неуравновешенный психопат? Я смотрел на ухмыляющуюся морду рыжего утырка и вспоминал, как смачно мой кулак входил в его тупое лицо. Чёрт. Как же хорошо это было. И как же сильно я хочу это повторить. Но, к сожалению, вокруг нас действительно начинало собираться всё больше и больше людей. Но просто так я этого спустить всё же не мог. Я резко потянулся к левой руке и сделал вид, что пытаюсь схватить палочку, но в последний момент просто положил правую руку на левое запястье и, подняв сцепленные руки над головой, лениво потянулся. – Как хорошо, что вы, мои маленькие сучки, всё ещё помните, кто ваш папочка. – протянул я, глядя на отпрыгнувших и перепуганных близнецов, которые купились на мой манёвр. Неспешно подойдя к коробке со значками, я наклонился и взял один. На удивление, он был очень даже качественно сделан для игрушки, собранной на коленке за один вечер. – Неплохо. – искренне похвалил их я. – Оставлю его как трофей. С этими словами я прошёл в Большой зал, полностью игнорируя собравшихся людей. – Почему ты не сжёг значки? – спросил меня Гойл, едва мы сели за стол. – Всё просто, Грег. Ну сожгу я их, и что? Они налепят новых. Зато точно будут знать, что меня это зацепило. А так… – я показал ему свой трофейный значок. – У меня есть это! – Круто. У тебя есть херовина, которая тебя же и оскорбляет. Поздравляю. – язвительно протянул Драко. А затем встрепенулся и с огоньком в глазах посмотрел на меня. – Погоди. Ты хочешь… – Ага. – прервал я блондина. – Только не я, а Тео! С этими словами я кинул Нотту значок, который тот от неожиданности едва поймал. – И что мне с ним делать? – недоумённо спросил брюнет. Крутя в руках металлическую хреновину. – Сожрать, разумеется. – съязвил я. – Я вообще серьёзно спрашиваю! – Ладно, ладно. Тео, ты помнишь, как как-то раз все уши прожужжал про зачаровывание одинаковых предметов? – Это то, где если наложить определённые чары на какой-то один предмет, то можно настроить, чтобы они повторились на все дубли этого предмета, которые оказываются в радиусе пары метров? – Ага. – кивнул Малфой. – Всё верно. Бьюсь об заклад, что Уизли сначала сделали один значок, а потом просто размножили его. А значит, по всей школе находятся сотни одинаковых предметов. – Понял! – воскликнул Нотт. – И вы хотите, чтобы я как раз наложил такие чары и чтобы они как «вирус» поразили остальные значки, верно? Дождавшись наших с Драко утвердительных кивков, слизеринец продолжил: – Ладно, я сделаю так, чтобы значки отключались, не проблема. – Не-не. Не надо, чтобы отключались. Давай-ка просто поменяем содержимое. – На что? – Это я потом скажу. – с озорной улыбкой ответил я. – Мне сначала надо дизайн нарисовать. У нас сейчас двойная история магии. Ты сможешь за это время разобраться с чарами? – Но… – Мы всё законспектируем, не волнуйся. – Ладно. – сдался Нотт. – Давайте сделаем это! Как Тео и обещал, к концу второй истории магии наш особый значок был готов. Вообще, я и сам мог бы попробовать это сделать, но, во-первых, у меня не получилось бы настолько хорошо, как у брюнета, а во-вторых, я чувствовал, что было необходимо дать слизеринцу возможность самостоятельно поднасрать близнецам и отомстить за лестницу. Более того, Тео в какой-то момент так вошёл во вкус, что сам предложил немного изменить наш значковый вирус так, чтобы он менял содержимое не сразу, а лишь через пять минут после контакта. Ну а дальше – дело техники. Нам оставалось всего лишь пройтись по школе с нашим значком в кармане. Так как, следующим уроком у нас были зелья, то и идти до подземелий нам как раз и надо было через добрую половину замка. Впрочем, даже не это было главным. Зельеварение у нас, как водится, шло вместе с гриффиндорцами, а у них почти у всех, за исключением Невилла, Грейнджер и, на удивление, младшего Уизли, на груди уже красовались значки. Мы специально тянули до последнего и зашли в класс буквально за минуту до начала урока, чтобы не дать значкам времени среагировать раньше, чем нужно. Расчёт оказался почти идеальным. Когда влетевший с небольшим опозданием Снейп повернулся лицом к классу, перед ним предстала кучка гриффиндорцев, у которых на мантиях болтались значки, где сначала вылетала надпись: «Братья Уизли представляют», а затем она сменялась криво нарисованным, но тем не менее легко узнаваемым лицом декана, которому в рот запихивалась огромная пиписька. И подпись: «Гомоснейп». В тот момент Гриффиндор потерял очень, очень много баллов. Ну а я никогда в жизни не видел профессора настолько бешеным. Он орал, краснел, плевался, грозил директором, довёл Лаванду Браун до слёз, а остальных гриффиндорцев – чуть ли не до седых волос, и остановился только когда услышал робкий стук в дверь. В открывшийся проём протиснулся ещё один гриффиндорец, которого, кажется, звали Колин Криви. Он хотел было что-то сказать, но вот беда: на его мантии тоже болтался злополучный сувенир от братьев Уизли. И пока Колин мялся у двери, не решаясь войти внутрь, его значок уже успел вступить в реакцию с остальными значками в кабинете. Так что, когда львёнок набрался храбрости и зашёл внутрь, и без того разъярённый Снейп лицезрел ещё один свой «сосущий» портрет.