1

Это была идеальная ночь. Сквозь деревья над головой пылали звёзды, а на земле мерцала радуга глаз. Их не должно было здесь быть — люди были бы в ярости, если бы узнали, — но в этот миг? Им было всё равно. В эту тёплую летнюю ночь, когда вокруг них порхали светлячки, а луны освещали их своим молочно-белым светом, они больше не чувствовали себя рабами... они чувствовали себя свободными. Здесь не было ни священника, ни величественной церкви. Они были дронами, а не людьми, всё это им не было нужно. Эта формальность была лишь скопирована у их человеческих хозяев из чистого желания. Желания, которое было сильнее всего на свете, — доказать всем присутствующим свою любовь друг к другу. — В болезни и в здравии, в богатстве и в бедности... клянусь, — прозвучал двойной ответ. — Объявляю вас мужем и женой, — улыбнулся надзиратель. — Хан, можешь поцеловать свою невесту. Хан не стал медлить, тут же подхватил Нори на руки, закружил и крепко поцеловал. Она обвила руками его шею и ответила на поцелуй. Их белое и фиолетовое свечение окрасило всё вокруг в нежный лавандовый цвет, а собравшиеся Рабочие ликовали. — Вы же понимаете, что если люди об этом узнают, они будут в бешенстве, — предупредил надзиратель, когда Хан, с глупой счастливой улыбкой, опустил свою новоиспечённую жену на землю. — Мы знаем, — кивнула Нори. — Но... мне всё равно. Потому что с тобой... Она посмотрела на мужа и улыбнулась. — Я могу покорить весь мир. — И ничто нас не остановит, — согласился Хан.

***

Прошло несколько недель, и условия проживания Рабочих снова изменились. Кто-то, отвечающий за логистику… внёс… изменения и сумел поселить тайных супругов в одном блоке. Нори прижалась к мужу, положив голову ему на грудь, погрузившись в спящий режим. Хан нежно убрал волосы с её экрана, слегка улыбаясь, когда она что-то пробормотала во сне и вцепилась пальцами в его куртку. День у неё выдался тяжёлый: из-за обвала в шахте в ремонтный отсек поступило много раненых дронов, а люди были... не в восторге от идеи возможной замены некоторых из них. Скряги, все до одного... Вот почему Нори была одной из немногих незаменимых. По человеческим меркам её бы назвали врачом, но люди низвели это до звания «Ремонтного дрона»... не желая допускать и мысли, что Рабочие хоть чем-то похожи на них. А Нори была чертовски хороша в своём деле. Насколько он слышал, одного шахтёра доставили с повреждениями, которые люди посчитали не подлежащими ремонту. Нори приказали оставить его для разборки... но она отказалась. Десять минут спустя бедный дрон снова был в сети и в достаточно стабильном состоянии для полноценного ремонта. Её наказали за неподчинение... но повысили до статуса «Главного ремонтного дрона», что дало ей доступ к лучшим инструментам и прочему. Его самого тоже недавно повысили — до «Главного конструктора», хотя Хан считал, что правильнее было бы слово «Архитектор». Новая должность изматывала его, и он жил в постоянном страхе наказания после того, как предыдущего Главного конструктора отправили на разборку из-за обвала шахты. Но каждый раз, когда он смотрел на неё, свою дорогую жену, этот страх таял. Впервые за свою короткую жизнь он был счастлив. — Что бы я без тебя делал? — спросил он вслух, на мгновение прикрыв глаза. — Не знаю и не хочу выяснять, — прозвучал ответ, заставивший его слегка подпрыгнуть. Он посмотрел на жену, чьи фиолетовые глаза сияли от веселья. Она потянулась и нежно поцеловала его. — Давно проснулась? — спросил он. — Пару минут, — усмехнулась она. — Но если серьёзно... надеюсь, нам никогда не придётся это выяснять. — А если я пропаду? — Не пропадёшь, — покачала она головой. — Я бы ворвалась в компактор и вытащила тебя оттуда, если бы они только посмели тебя разобрать. Она положила голову ему на грудь. — Давай… не будем об этом думать, хорошо? — спросила она, слушая гудение его ядра. Она тихонько вскрикнула, когда он сменил позу, усадив её к себе на колени. Он переплёл свои пальцы с её и прижался к ней лбом. — Согласен, — кивнул он, вставая и беря её на руки. — А теперь… пора на подзарядку, м? Завтра у нас очень долгий день. Нори рассмеялась, положив голову ему на плечо, и счастливо улыбнулась, когда он поцеловал её в макушку и закрыл дверь в их комнату. Она не знала, сколько ещё продлится это счастье… но надеялась, что оно продлится как можно дольше.

***

Хан проснулся посреди ночи, когда что-то холодное схватило его за руку. Он перевёл взгляд на Нори. Её глаза, полные тревоги и напряжения, были устремлены на дверь. — Здесь кто-то есть, — сказала она. — Я слышала, как открылась дверь… Он моргнул, прогоняя пелену сна, и, нащупывая пальцами шнур зарядки, чтобы вытащить его, спустил ноги с кровати. — Я проверю, — зевнул он. — Оставайся здесь. Нори кивнула, но уже сама отсоединила свой шнур и выпрямилась. Хан мысленно вздохнул: похоже, сегодня им не удастся нормально подзарядиться. Он двинулся сквозь темноту их комнаты и, устало толкнув дверь, осмотрелся. Его встретила лишь темнота общей комнаты. В воздухе тяжело висела тишина… единственными звуками, которые он мог расслышать, и то если напрячь слух, были стрекот цикад и сверчков снаружи. Он прошёл туда, где в человеческом общежитии располагалась бы кухня, и взял из одного из отсеков две канистры с бензином. Хоть что-то, чтобы успокоить нервы, пока он возвращался в их комнату. — Там никого нет, дорогая, — сказал он, открывая дверь. — Думаю, тебе просто послыша- Он замер. Канистры выпали из его рук на пол, с треском открылись, и прозрачная жидкость разлилась по полу. Кровать была пуста. Нори нигде не было. — Нори?! — позвал он, вбегая в комнату и оглядываясь по сторонам. — Нори! Нори, где ты?! Но Хана встретила лишь тишина.