Как столкнулись взгляды

***

      Вечер.       Падающий на удушающе узкую дорогу жёлтый свет от трещащей фонарной лампы слегка озарял кирпичную стену соседних советских пятиэтажек. В компании молодых людей, занявших две скамейки, одна молодая девица держалась в паре метров от основной массы. Прохожий, взглянув на её отстраненную позу, никогда бы не заподозрил, что ровно час назад она с несвойственным ей энтузиазмом делилась в чате историями о пьяных приключениях в центре города.       Да, судя по её виду, нетрудно было догадаться, что их третья подружка — выпивка — в ту ночь тоже была с ними.       На передней скамейке чувствовался дефицит свободного места. Пока одна сладкая парочка засасывалась так, будто на следующий день наступит конец света, интеллигенция оправлялась от вчерашнего матча. Сбившийся в кучу мужской коллектив с агрессией, естественной для среднестатистических английских фанатов прошлого века, обсуждал с треском проигравшую «Барселону». Между делом они вспоминали на чистом немецком имена и фамилии всех родственников по семейному древу тренера клуба, виновного в этом позоре.       Парень, для которого футбол годами ранее был таким же обыденным делом, как завтрак, иногда менял направление своих мыслей — поражаясь, как ни странно, неестественной атмосфере передней скамьи.       Дева, одетая как стереотипная готка, буравила бедного парня взглядом. Она сама, как ей казалось, перечитала не одну книгу из серии "Фрейдов и Юнгов".       Как же ему стало стрёмно, когда он осознал, что взгляд она переводила только на свой телефон — и то с необычайной неискренностью, лишь изредка, пытаясь скрыть явный интерес к Диме.       Это продолжалось десять минут. Актрисой ей точно не быть. И вот, когда наша подозреваемая повторила свой трюк с переводом глаз на телефон, Дима был наготове. Взгляды встретились.       Ужас своей глупости она осознавала очень долго. Секунды для неё длились как годы. Лишь истерическая улыбка заставила серьёзный взгляд Димы принять дружелюбный вид. Посчитав должным помахать ручкой, мадам вяло подняла свою тонкую руку, сделала крайне нелепый жест и вмиг, почти моментально, выдала все свои секреты и страхи Диме — по совместительству, как уже ему самому казалось, настоящему гению психоанализа.       Дима знал, что упускать такую возможность не будет. Уж очень ему не хотелось себя жалеть.       — А что ты на меня так смотришь?       Мисс, которая уже уткнулась в телефон, почувствовала, как её горло превратилось в Сахару, в ногах случилось девятибалльное землетрясение, а с ладоней ручьём, как с Ниагары, лился девственный, чистый пот.       — Да, смотрю... Так, блин, что-то тут не то. Вопрос вообще не требовал утверждения. Заверяю — Катька уже прокляла себя за эту титаническую оплошность. Звучало это крайне странно, неуверенно и очень кринжово.       Вот. Дима, кажись, просёк. Его гениальное расследование увенчалось успехом.       Уверенный в своём превосходстве джентльмен рассёк пространство между скамьями и подошёл к ступенькам, где к низкой стенке прислонилась мадемуазель. В её глазах он выглядел как поезд, готовый сбить её в ту же секунду.       Приняв ту же позу, что и она, Дима смотрел на девушку, сверлившую телефон тем же искусственным взглядом, что и минутами ранее.       — Как интересно, — сказал Дима, ясно видевший в её руках отключённый экран.       — Да... — пробормотала под нос уже ненавидевшая весь мир Катенька.       — Тут рядом есть бар. Тебя угостить?       Захваченный паникой разум Кати выбрал «наилучший» вариант. Убегать, как ей казалось, не имело уже никакого смысла. От бывшего футболиста не сбежишь. Димка, развивая успех, вдруг задумался. Казавшийся ему идеальным случай овладения женским разумом мог быть разрушен единственной, наитупейшей оплошностью.       Пока Катюха спускалась по ступенькам, её сапоги на высоком каблуке давали о себе знать. Стоило лишь не так поставить ногу — и она бы мигом полетела вниз головой. Дима тем временем не волновался. Он уже рыскал по карманам в поисках заветной карточки, которая оплатит его вечернюю интрижку. Дух злого "4D" шахматиста завершал свою тактическую рокировку.       Подойдя к бару, Дима уверенно проговорил:       — Два пива, пожалуйста. Два мне…       Так. Что он хотел сказать?       — Мне и моей девушке.       Какой, на**й, девушке, Дима? Катьку ты видишь второй раз в жизни.