Визит в поместье Хенитюз

Кейлу двадцать два. У него восемнадцать детей, опасный дворецкий и полное отсутствие желания куда-либо ехать. Но Виолан настояла. Лили просила. А Дерут... Деруту, кажется, было всё равно. Как всегда. Теперь Кейл стоит на пороге родового поместья с толпой детей разного возраста — от восьми до семнадцати лет. Он, Хон, Раон, Лок, додори и тринадцать волчат. Все смотрят на дедушку, которого видят впервые. Дерут смотрит на них и не понимает, что происходит. — Это... твои дети? — спрашивает он. — Да, — отвечает Кейл. — Все? — Все. Дерут молчит. Дерут в шоке. Дерут не знает, что сказать. А потом дети начинают называть Рона «дедушкой». Лимонным дедушкой. Потому что он всегда даёт Кейлу кислый лимонад или чай с лимоном. Кейл ненавидит кислое. Кейл боится Рона. Но дети обожают. И Дерут чувствует, как внутри что-то сжимается. Их дедушка — не он. А он сам... он просто герцог, который когда-то игнорировал сына. →3дня назад — Я никуда не поеду, — заявил Кейл. Рон улыбнулся своей страшноватой улыбкой и поставил перед ним стакан с лимонным соком. — Вы поедете, молодой господин. — Нет. — Ваша мачеха прислала уже третье письмо. — Тц. — Лили просит познакомиться с вашими детьми. — Она может приехать сюда. — Граф Дерут тоже хочет их увидеть. Кейл хмыкнул. — С каких это пор ему интересны мои дети? Рон промолчал. Просто смотрел. Кейл выдержал его взгляд ровно три секунды. Потом отвёл глаза и залпом выпил лимонный сок. — Ты же знаешь что я ненавижу кислое, — прошипел он, морщась. — Знаю, молодой господин. Кейл вздохнул. — Скажи детям, пусть собираются. Мы едем в это чёртово поместье. Рон кивнул и вышел. Через пять минут в комнату влетел Раон. — Папа! Мы едем к дедушке Голди?! —Нет — К какому ещё дедушке? —Спросила Он — Ну, к твоему папе! Кейл поморщился. — Он не дедушка. Он просто граф. — А дедушка Рон поедет с нами? — Да. — Ура! Значит, лимонный дедушка тоже будет! — Лимонный... кто? — Лимонный дедушка! — радостно объяснил Раон. — Он же всегда даёт тебе лимоны! И чай с лимоном! И сок! И ты потом морщишься! Кейл закрыл глаза. — Раон. — Да, Человек? — Заткнись. — Хорошо, Человек! Раон улетел, а Кейл остался сидеть и думать о том, как быстро дети придумывают прозвища. «Лимонный дедушка». Рон это услышит — и улыбнётся. А Кейлу станет ещё страшнее. → немного ускорим время... Кареты подъехали к поместью Хенитюз ближе к вечеру. Кейл вышел первым. За ним — Рон. А потом из карет начали выходить дети. Он и Хон — первыми, как всегда. За ними Лок, который пытался выглядеть взрослым, но на самом деле ужасно волновался. додори высыпались следом, как разноцветные клубочки. Тринадцать волчат выстроились в шеренгу, стараясь держаться с достоинством. И Раон. Невидимый Раон, который тут же начал летать над всеми и комментировать. — Ого, какой большой дом! Папа, ты тут жил? А почему ты переехал? А здесь есть сад? А там кто? Кейл шикнул на него, но было поздно. На пороге стояли Виолан, Басен ,Лили... и Дерут. Граф смотрел на это столпотворение и, кажется, не верил своим глазам. — Кейл, — осторожно начал он. — Это... — Мои дети, — коротко ответил. — Все? — Все. Дерут открыл рот. Закрыл. Открыл снова. — Сколько их? — Восемнадцать. — Восемнадцать?! — Если считать дракона — девятнадцать. Дерут посмотрел наверх, где Раон махал ему лапкой. — Здравствуйте, Богатой герцог! — крикнул дракон. Дерут побледнел. Басен стоял столпом несколько минут но потом взял себя в руки (Весь в мать) Виолан Удивлённо вскинула брови но потом тихо кашлянула в кулак, пряча улыбку. А Лили уже бежала к детям.

***

Лили было двенадцать. Она давно хотела познакомиться с детьми брата поближе. — Привет! — она подбежала к Он. — Я Лили! Он улыбнулась: — Я знаю. Ты моя тётя, да? — Тётя? — Лили моргнула. — Я? Тётя? — Ну да. Ты же сестра моего папы. Лили посмотрела на Кейла. Кейл пожал плечами. — Папа? — переспросила она. — Папа, — кивнула Он. — А что? Лили вдруг улыбнулась. — Ничего. — Пойдём, я познакомлю тебя с остальными! И Лили потащили в садовою гущу детей. Она знакомилась со всеми. С Хоном, который пытался познакомить её с пойманной ящерицей. С Локом, который краснел, но старался держаться вежливо. С додори, которые облепили её со всех сторон. С волчатами, которые сначала стеснялись, а потом начали наперебой рассказывать о своих подвигах. И с Раоном, который материализовался прямо перед её носом. — Привет! Я Раон! Я дракон! Я самый сильный! Я защищаю папу! А ты кто? — Я Лили. Я сестра твоего папы. — Сестра? — Раон задумался. — Значит, ты тоже моя? — Твоя? — не поняла Лили. — Ну да! — Раон обнял её. — Тётя! Лили замерла. А потом рассмеялась. — Тётя, — повторила она. — Мне нравится. Кейл смотрел на это со стороны. Рон стоял рядом. — Они её приняли, молодой господин. — Вижу. — Вы не рады? Кейл молчал. Но уголки его губ чуть приподнялись. Рон заметил. Улыбнулся. — Лимонад будете? — Ха-а , Что б тебя Рон.—В ответ на слова Кэйла Рон только тихо посмеялся. →Снова играется со временем За обедом дети сидели за огромным столом. Рон, как всегда, обслуживал Кейла. Поставил перед ним чай. И отдельно — дольку лимона. — Рон, — процедил Кейл. — Я не буду это есть. — Это полезно, молодой господин. — Ненавижу кислое. — Знаю. Дети наблюдали за этим с интересом. — А почему дедушка Рон всегда даёт папе лимон? — спросил Хон. — Потому что он лимонный дедушка, — важно объяснил Раон. — Лимонный? — переспросил Лок. — Ну да. Он же всегда с лимонами. Дети переглянулись. — Дедушка Рон! — крикнула Он. — А можно нам тоже лимонного чая? Рон улыбнулся: — Конечно, маленькая госпожа. — А можно мы будем называть вас лимонным дедушкой? Рон замер. Посмотрел на Кейла. Кейл сделал вид, что очень занят чаем. — Если хотите, — мягко сказал Рон. — Хотим! — заорали все хором. И с этого дня Рон стал официально «лимонным дедушкой». Дерут сидел во главе стола и молчал. Его никто не называл дедушкой. Никто. После обеда Дерут ушёл в кабинет. Он сидел в кресле и смотрел в одну точку. «Лимонный дедушка». Они придумали прозвище для слуги. Для человека, который когда-то просто приглядывал за Кейлом. Для того, кто был рядом, когда Дерута не было. А его самого никто не называл дедушкой. Дерут почувствовал, как внутри что-то сжалось. Он сам виноват. Он игнорировал Кейла. Не интересовался его жизнью. Не пытался узнать, кто эти дети, откуда они, почему называют его сына папой. Он просто... молчал. Как всегда. В дверь постучали. — Войдите. Зашла Виолан. — Дерут, ты чего здесь сидишь? Там дети играют, Лили с ними... — Я знаю. Она подошла ближе. — Ты обижен? — Нет. — Дерут. Он вздохнул. — Я не обижен. Я... не знаю, что я чувствую. Виолан села рядом. — Ты можешь пойти и познакомиться с ними. Они хорошие дети. — Они называют слугу Кэйла дедушкой. — Потому что он заслужил. Дерут посмотрел на неё. — Я знаю, — тихо сказал он. — Я знаю, что сам виноват. Виолан взяла его за руку. — Ещё не поздно. Дерут молчал. Он не знал, поздно или нет. Но впервые за долгое время ему захотелось попробовать.

***

Вечером дети устали и начали засыпать прямо в гостиной. Кейл смотрел на эту картину и думал, как затащить их всех в выделенные комнаты. — Папа, — подошёл Лок. — А мы можем сегодня спать все вместе? Как тогда? Кейл посмотрел на него. Лок стеснялся. Но очень хотел. — Тут нет больших кроватей, — сказал Кейл. — А мы можем сдвинуть? Кейл вздохнул. Через полчаса в одной из гостевых комнат стояли четыре сдвинутые кровати. Дети уже тащили туда подушки и одеяла. Кейл лёг посередине. Справа — Он и Хон. Слева — пятеро додори. На груди — Раон. Лок пристроился сбоку, и Кейл, как в прошлый раз, притянул его ближе. Тринадцать волчат разместились вокруг, кто где смог. В дверь тихо постучали. — Войдите. Зашла Лили. В пижаме, с подушкой в руках. — Можно? Кейл посмотрел на неё. — Места мало. — Я маленькая, — улыбнулась Лили. — Влезу. Она забралась на кровать и устроилась рядом с Он. — Спокойной ночи, Кейл. — ...Спокойной. Лили улыбнулась и закрыла глаза. Кейл смотрел в потолок. Вокруг него спали девятнадцать детей. Его дети. И одна младшая сестра, которая наконец-то почувствовала себя частью семьи. « И как я до такого докатился», — подумал он.

***

Утром Дерут решил зайти в гостевую комнату. Просто проверить. Просто посмотреть. Он открыл дверь и замер. Огромная кровать. Дети. Много детей. И посередине — Кейл. Спящий. Спокойный. Счастливый. Рядом с ним — Лили. Которая пришла сюда ночью и теперь спала, обняв Он. Дерут смотрел на эту картину долго. А потом тихо прикрыл дверь и пошёл на кухню. Там уже был Рон. Готовил завтрак. Ставил чайник. Рядом стояла долька лимона. — Доброе утро, граф, — улыбнулся Рон. — Доброе, — ответил Дерут. Он сел за стол. — Рон. — Да, граф? — Ты... ты хорошо с ними. Рон улыбнулся. — Они хорошие дети. — И с Кейлом. Рон помолчал. — Он тоже был хорошим ребёнком. Просто никто этого не замечал. Дерут опустил голову. — Я знаю. Рон поставил перед ним чай. — Ещё не поздно, граф. Дерут взял чашку. И впервые за долгое время подумал: «А может, и правда не поздно?»

***

Дети провели в поместье три дня. Лили была с ними всё время. Она уже стала своей — тётей Лили, которая играет, читает сказки и защищает, если кто-то обижает. Рон был лимонным дедушкой, который всегда рядом с чаем и лимонами. Кейл был папой, который ворчал, но никогда не отказывал. А Дерут... Дерут пока просто смотрел. Но впервые за долгие годы ему захотелось стать кем-то больше, чем просто графом. Кем-то вроде дедушки. Настоящего.