Алкоголь вредит здоровью, а-та-та!

Раннее утро. Митрофан пробудился с болезненным стоном и схватился за голову. Голова раскалывалась, хотелось зверски пить. Поначалу он даже не понял, где находился и на чём лежал. — О, проснулся? – раздался голос. Кто-то сидел рядом на, как Митя понял, диване. Послышался вздох. – М-да...вот что творит алкоголь... — Во-ды... – хрипло простонал мужчина. В ответ последовал лишь очередной вздох вместе со скрипом дивана. Отдаляющиеся шаги, звяканье стакана, плеск воды из крана и вот снова шаги, но уже приближающиеся. Скрип. — На. – за руку потянули. Митрофан наконец-то открыл глаза и оторопел. – Э...всё хорошо? Перед глазами Ворон видел его: худого парня-альбиноса в белоснежной рубашке и голубых джинсах. Лицо выражало недоумение, а в руках тот держал стакан с заветной водой. Эрик..? Однако тут же в голове щёлкнуло и он вспомнил. — Да...да, Шур, всё... – Митя приподнялся на локтях, ощущая себя не в самом лучшем состоянии. – нормально... — Угу, я вижу... – парень укоризненно посмотрел на него и приподнёс стакан к его губам. – Пей давай. Митрофан даже не сопротивлялся. Он прильнул к холодному стеклянном краю и начал жадно глотать освежающую жидкость, взявшись одной рукой за стакан. Как только последняя капля коснулась языка, Митя убрал от себя стакан, тяжело дыша. Чёрт, не стыдно? Взрослый дядька, тридцать два года, чтоб тебя, а нажрался в эту ночь как свинья. Ей богу, если бы это увидел Эрик- Эрик... В груди тут же что-то сжалось. Воспоминания нахлынули на него, вперемешку с ностальгией, гневом и болью. Болью, что была вызвана не похмельем, а вещью гораздо хуже него. — Митя? – голос Шурика вытянул того из забвения. — А? – он ошарашенно повернул голову в сторону парня. — Всё точно в порядке? Могу принести какие-нибудь таблетки или- — Не надо.. – Митрофан тут же остановил его. – Просто...не до конца пришёл в себя. – Шурик недоверчиво покосился на него, но решил не давить на того. — Ты как? Есть что-то будешь? — Я...не знаю. – мужчина лёг обратно. Парень же поднялся и засобирался. – А ты... куда? — Как куда? На работу. – в голосе читалось раздражение, которое Шурик явно пытался подавливать, списывая на то, что человек не отошёл от похмелья. – Если захочешь есть, то можешь полазить в холодильнике. Там немного, но на бутеры и яичницу точно что-то будет. В морозилке лежат пельмешки, а в нижних шкафчиках — макароны. Сам понимаешь, что делать. – Шурик, теперь одетый в ветровку, уже стоял у выхода, как тут же добавил. – Дома буду к девяти-десяти, не раньше! Скрежет замка, скрип двери, щелчок, проворот ключей и квартира погрузилась в тишину, оставляя Митрофана наедине со своими мыслями.