Часть 8

Снежная метель лютовала и завывала так яростно, что я не то что спать, мысли в голове слышать не мог. Задремал лишь под утро, в скрюченной позе между пустым сундуком и кроватью. Вьюга утихла и солнце, не сдерживаемое более мрачными тучами, вовсю играло лучами, отражаясь от ровно наметенных снежных барханов. Я брел по сугробам там, где некогда была тропа к Ветренному Пику. Животик тоскливо урчал, вспоминая горячие завтраки Ривервуда. Каша, жаренные яйца, горячий сбитень… Боги, я снова жертвую этим ради сраного человечества. Дай знак, что я на верном пути — дурачась, я остановился, посмотрев на небо. И это стоило мне жизни. Стрела, пущенная сверху воткнулась как раз там, куда я собирался сделать следующий шаг. Это точно хороший знак. Я моментально услышал ругань и улюлюканье разбойников, понявших, что засада не удалась, . Вот скоты. Подняв двуручный меч я прикрывался им, будто веслом, стараясь скорее прижаться к каменной лестнице. Щит нужен. Лук нужен. Длинный меч? Нужен, но дома. Мне нравится как он выглядит, однако слишком ситуативный предмет. И да. Тяжелые доспехи сейчас бы очень недурно компенсировали отсутствие щита. Проклятый выбор! Мысленно матерясь, я стал обходить лучников. Сыны блядей пещерных, а если бы я сейчас тоже, с арбалета бы в ваши морды гнилозубые стругал, как вам? Понравилось бы?! Мне бы точно понравилось. Ах, как же беззаботно было, с арбалетом, нисколько не запариваясь, ничего не боясь, заряжай, да спускай. Сейчас же спускали в меня. Навесом. Необходимо начать сближаться. Другого пути нет. Маневрируя, двигаясь зигзагами, я пошел по широкой, полуразрушенной лестнице вверх, откуда в меня вовсю сандалили стрелы. Издав боевой рык обиды и отчаяния, я рванул по ней, слыша как пара стрел точно проткнула кожаные обкладки меховой брони, одна запуталась в шерсти, две или три я отбил мечом. — Сдохните, проклятые прилипалы! — не знаю, почему я так сказал, но, оказавшись уже на самом Пике, хотелось как-то отметить своё героическое, не побоюсь этого слова, восхождение. Стрелков было двое. Босмер, с каким-то неуместным костяным пирсингом и дурная баба, грязная, со спутанными черными волосами. Первым хотелось располовинить босмера. Я бежал к нему, отрезая пути к маневрам. Коротышка понял, что дни его сочтены и выхватил из-за пояса… железный кинжал. На что рассчитывает недомерок, у меня меч выше чем он. По сути, с тем же успехом я мог бы махать задеревеневшим босмером. Убить босмера босмером, вот это сюжет достойный бардовских песен в таверне. Этот же босмер выставил свой металлический огрызок над головой, а я опустил свой двуручный дрын прямо на всё это непотребство. Располовинить не получилось, но часть руки отлетела, а меч увяз где-то в грудине несчастного, постепенно, будто просачиваясь из мелкой сетки, его покрывала багровая кровь. Мне, если честно, не очень приятно видеть подобные вещи. Тут как раз стоит порадоваться, что утром меня не ждал горячий ривервудский завтрак, иначе меня абсолютно точно вывернуло бы прямо сейчас. Руки обмякли, выдернуть меч не получалось, я подобрал лук и колчан. Прячась за колонной я несколько раз выстрелил в девку, что причитала по поводу моего зверского убийства её товарища. Лук был неудобный. Полочки нет, тетива будто из кишки злокрыса. Да уж, а ведь меня почти убили из такого лука! Стыдоба! Одеты разбойники были так же весьма убого — полуголые, в какой-то рваной сыромятине. Да это и не разбойники похоже! Просто безумные бомжи! Я перестал стесняться и вышел вперед, прикладывая кривые стрелы к кривому луку. Пальцы уже саднили от боли, но вот один, второй выстрел и я попал! Попал в эту отбитую дуру и та, чтоб её, свалилась нахуй с руин! Я услышал мерзкий хруст, и, добежав до края, глянул вниз. Пиздец. На камнях месиво почище того босмера. Хотя бы не мучилась. Представив, что нужно было бы спускаться и добивать искалеченную, корчащуюся от боли женщину, какой бы она не была, меня передернуло и я всё же срыгнул прямо в низ, на труп несчастной. Блядь. «Почтив» убиенных мною горе-разбойников я подошел к тому, что можно было назвать их лагерем — спальные мешки, потухший костерок. Нехитрый быт, однако, мне пора было отправляться туда, в глубины огромных ворот. И что встретит меня там? Крысы? Духи? Пауки? Скорее всего, всё сразу. Я опытный расхититель гробниц, так сказать. Нежить, крысы, пауки — мои верные враги. Боги смилуются, по крайней мере там не будет какого-нибудь некроманта, лича, вампира или еще чего похуже. Битва с бомжами меня довольно помотала, что говорить о серьезных соперниках? Босмер лежал в луже крови, меч застрял в нем и мне было ужасно стрёмно идти за своим оружием. Что ж, грабь награбленное — решил я и пошел с луком и стрелами внутрь. Хорошо что Алвор не видит этого позорища. Осторожно ступая, я, чуть пригнувшись, заглянул внутрь Ветренного Пика. Огромный зал, в центре которого, о чудо — простой костер и придурок в такой же убогой защите. Стоит, варит в котелке что-то вонючее. Я продолжил красться. Обмотав пальцы сыромятной кожей, чтобы было не так больно стрелять я прицелился и … Схватившись за горло мужик упал на колени, пытаясь зажать рану. Я подскочил сзади и уже кинжалом добил бездарного дозорного. Грязно. Кроваво. Снова начало тошнить. Ещё и вонь этого мерзкого варева. Я насчитал четыре спальника. Где-то должны были быть ещё бандиты. И скрижаль. И коготь. Повсюду паутина, значит, на счет пауков я не ошибся. Совершив небольшой обход я наткнулся на труп полуголого разбойника и тела трех злокрысов. Ага и крысы на месте. Ждем нежить. Обыскав пожитки бичей, я раздобыл увесистый деревянный щит, с кованными вставками и обтянутый кожей и стальной длинный меч. Лук приладил за спину, стрелы на пояс. Ох, как-то не сходится с образом воина в доспехах, с двуручным мечом, который я себе расписал в фантазиях. Ну и скамп с ним! В конце концов, я всего лишь человек и следовать стереотипам вообще не моя забота. Я снова склонился и прокрался вниз, в длинный, круглый проход. Паутины становилось всё больше. Я не жалел, что взял щит. Пауки умеют плеваться своим желудочным соком, а щипается он, скажу я вам, похлеще мыла слоад в глазах. Корни покрывали полуразрушенные коридоры, один переходил в другой. Однако, в углах то и дело стояли жаровни. Так же я наткнулся на стеллажи, шкафы, с урнами, тряпками и инструментами для бальзамирования. Что это, получается, древний храм для захоронений? И населен кем? Бандитами? Довольно расточительно бросать такое сооружение со стороны Ярла. Тем более, что тут может находиться какая-то там скрижаль. А если она спижжена сто раз и продана? Надеюсь хоть коготь найдется. Вдруг, в одном из проходов я заметил бандита. Здоровый, полуголый мужик, как положено. На поясе топор, в руке факел. Я натянул тетиву, готовясь подстрелить засранца, как он возьми да дерни за рычаг в центре залы. В следующую секунду мужик завопил от боли — тысячи стрел или, вернее сказать, болтов прошивали его насквозь как тряпичную куклу. Он повалился на землю, а я подошел осмотреть его и тот самый рычаг. Блядские головоломки!