Местный

В жизни происходит огромное количество встреч. И некоторые кажутся бессмысленными, забываются на следующее утро. Но порой случайный взгляд, мимолетный разговор перерастают во что-то масштабное, что переворачивает любые планы вверх тормашками. Так вышло и с Даниилом Андреевичем Холодовым. Он перелетел в другую страну в погоне за своей женой — женщиной, которая все же решила, не добегая до полиции, сразу смотаться подальше. Наивная. Такая же, как и раньше. Думала, начнет жизнь спокойно, найдет убежище там, за океаном. Даниил смог отследить её рейс, узнал гостиницу и даже номер, где она будет ночевать. Но вот он столкнулся с проблемой: город был чужой, оживленный, и незаметно похитить человека здесь было нелегко. Надо было сделать всё аккуратно: не поднимая шума, не попадаясь на камеры, не привлекая внимания местных. Сидя в баре, он пытался продумать план, учитывая неожиданные обстоятельства. Пальцы тихо отстукивали дробь по пустому стакану из-под виски. Мысли лихорадочно перебирали варианты: подкараулить у черного входа, переодеться в обслуживающий персонал... Всё рискованно. Слишком людно, слишком много свидетелей, везде эти «глаза». Он был настолько погружен в свои расчеты, что даже не заметил, как на соседний барный стул кто-то подсел. Человек лет чуть за тридцать, ниже его, довольно таки коренастый, с широкими плечами и тяжелыми руками, которые он спокойно сложил на стойке. Даниил, вероятно, не обратил бы на него внимания, если бы тот не заговорил. Голос был низким, с тягучим, гортанным немецким акцентом: — Вы выглядите очень озадаченным. И одиноким. Ein charmanter Mann? Не местный? Первая мысль Даниила была просто проигнорировать — он пришел сюда не языком трепать с первым встречным. Он бросил на мужчину холодный, давящий взгляд, ясно давая понять, чтобы тот пошел куда подальше. Немец, казалось, ни капли не был задет. Наоборот, угол его рта медленно расползся в странной, чуть кривоватой улыбке. В ней не было ни тени обиды, ни осуждения — только искренняя с виду заинтересованность, как у экскурсовода, который присматривает растерянного туриста, чтобы втюхать прогулку по местным достопримечательностям. И в то же время эта улыбка заставила Холодова вспомнить деда — тот изредка одаривал его похожей, даже когда Даниил по юности бывал невежественным. Это воспоминание заставило его невольно задержать взгляд на незнакомце дольше, чем следовало. Эта секундная заминка стала для незнакомца зеленым светом. Он лишь махнул рукой, привлекая внимание бармена, и сказал с тем же четким, рубленым акцентом: — Две кружки пива — мне и этому... an einen müden Jugendlichen. Даниил хотел резко отказаться, чтобы навязчивый тип наконец отстал. Но подумал: бесплатная кружка пива — не так уж плохо. Денег в обрез — прибыль с фермы минимальная, едва хватило на билеты, чтобы добраться сюда, и неизвестно, что придется есть в ближайшие дни. Поэтому он все же взял угощение, но смотрел на мужчину настороженно и с плохо скрываемым презрением. А тот лишь продолжил, ничуть не смущаясь: — Ах... на чем мы остановились? Ах да..вы выглядите потерянным. Это абсолютно нормально — чувствовать себя так в незнакомой среде. Genau... Особенно если вы один? Ist das so? Даниил не понимал немецких вставок, но суть вопроса уловил. Ответил резко, рублеными фразами: — А вам-то что за дело? Немец, услышав его голос и акцент, тихо хмыкнул и непринужденно отпил глоток пива, снова игнорируя грубый тон. — Грубость ни к чему, Junge. Порой местные знают то, что тебе нужно. И могут быть... полезны. — Он поставил кружку и чуть склонил голову, словно рассматривая какую-то диковинку. — Ах да, я не представился. Прошу прощения, совсем из головы вылетело. Стрейд. Может, я могу быть полезен? Я, как любой местный, очень хорошо знаю этот город. Даниил с одной стороны не хотел лишних ушей и любопытных глаз в своем деле, но понимал и очевидную выгоду. Кто, как не местный, будет знать тихие, малолюдные места и подходящее время, чтобы там находиться. Но нужно быть осторожным. Он посмотрел на кружку пива, так и не сделав глотка, и сказал кратко, решив сразу перейти к делу, не позволяя прощупывать себя дальше: — Даниил. Я заметил — здесь довольно людно. Нет ли здесь хотя бы подобия тихого места? Или времени суток, когда не так много людей? Стрейд, казалось, быстро уловил суть. Он посмотрел на собеседника с неким интересом. В голове промелькнуло: либо этот человек просто интроверт, нелюдимый турист, либо что-то большее. Он отпил еще глоток, давая себе время подумать. Русский. Крупный. Напряженный. Спрашивает про безлюдные места, но не уточняет зачем. Либо бежит от кого-то, либо ищет кого-то, чтобы решить вопрос без свидетелей. Максимально интересный экземпляр. В качестве жертвы для контента, конечно, было бы интересно. На первый взгляд холодный и непокорный, сильный и высокий. Для снафф-трансляций почти сокровище. Тихие, травмированные жертвы уже как-то наскучили — все в конце концов ломались, рыдали, молили о пощаде либо не выдерживали и умирали. А представить такого громилу в такой обстановке. Быстрее он сломается физически или морально? И насколько долго вообще продержится? Однозначно физически дольше многих, а это уже означало более долгосрочную перспективу, если он будет все это время интересен. — Хм... — Стрейд улыбнулся чуть шире. Он решил аккуратно узнать правду, не напрямую, просто чтобы составить набросок. — Смотря с какой целью вы ищете это место. Есть тихие места с виду, но за ними следят очень пристально... Если вас это не смущает, то я могу назвать парочку таких. Он смотрел прямо в глаза. Вопрос с подвохом: если человеку нечего скрывать, он просто пожмет плечами и скажет «да какая разница». Если есть что прятать — либо напряжется, либо начнет оправдываться, либо, наоборот, сделает вид, что ему все равно. Любая реакция — информация. Даниил хотел было просто встать и уйти — прекратить этот допрос, пока не поздно. Но вдруг его словно жаром обдало: а если она уже узнала? Если почуяла, что он рядом, и прямо сейчас заказывает билет на другой конец страны? Или, не дай бог, перебирается в более безопасное место — туда, где её не достать? Каждая секунда на счету. Если это действительно шанс — и он его упустит... Даниил сжал стакан так, что костяшки побелели. Выбора нет. Точнее, выбор есть, но цена отказа слишком высока. — Мне нужно кое с кем побеседовать, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Без любопытных ушей и глаз. Стрейд внутренне усмехнулся. Русский не тупой — во всяком случае, легко заманить его не выйдет. Но он заметил и другое: этот человек заинтересован. Значит, надо бить по тому, что откликается. — Понял. — Стрейд задумчиво потер подбородок, выдерживая паузу. — Слушай... у меня есть гараж в промзоне. Совсем тихое место — ни камер, ни соседей. Мне на днях нужно уехать по делам, а оставить вещи не с кем. У меня шаурмичная есть, а прошлый поставщик некачественный товар решил поставлять — много кто отравился, продажи упали. А он смотался в соседний город... Arschloch. Стрейд разочарованно цокнул, разводя руками. Ничего подобного, конечно, не было — но это создавало иллюзию, что он делится личным, а значит, тайных умыслов не имеет. Просто человек с обычной бытовой жизнью. — Посидишь пару дней, присмотришь — и я в долгу не останусь. А заодно и город покажу, объясню, где и когда тихо бывает. — Он сделал паузу и посмотрел Даниилу прямо в глаза. — Ты выглядишь честным, Дэ-ни-эль. — Немец протянул имя, четко выговаривая каждый слог с тем же гортанным акцентом. — А честные люди мне нужны. Даниил молчал, сверля его взглядом. В голове проносились варианты: согласиться — рискнуть попасть в ловушку; отказаться — остаться одному в чужом городе без плана. Гараж. Пара дней. Присмотреть за вещами. Звучит как разводиловка, но... выбора особо нет. — И где твой гараж? — спросил он наконец. — Тридцать минут от силы на машине, — пожал плечами Стрейд. Голос звучал расслабленно, непринужденно. — Если хочешь — можем прямо сейчас съездить, посмотреть. Не понравится — я подброшу тебя обратно. Даниил допил пиво одним глотком и поднялся. — Поехали. Дорога действительно заняла не больше получаса. Ехали молча — и эта тишина немного успокаивала Холодова. Допросов он терпеть не мог, а здесь хотя бы можно было просто смотреть в окно и прикидывать в голове план. Когда фургон остановился, Стрейд вышел первым и махнул рукой в сторону ворот. — Проходи. Даниил выбрался из машины, оглядываясь. Место выглядело безлюдным — старые склады, ржавые контейнеры, ни души. Он шагнул вперед, в полумрак распахнутой двери... И не успел увидеть ничего, кроме тени сзади. Глухой удар по затылку. Резкая боль — и темнота накрыла его раньше, чем тело коснулось бетонного пола.