Часть 11

            Следующие две недели пролетели быстрее, чем я ожидала. Сначала мне казалось, что каждый день рядом с Егором будет тянуться бесконечно, что напряжение между нами будет висеть в воздухе тяжёлым, почти осязаемым грузом. Но работа постепенно затянула нас обоих настолько, что на лишние эмоции просто не оставалось времени. Проект оказался большим и сложным. Почти каждый день начинался одинаково: я приходила в офис рано утром, включала ноутбук, открывала презентации, таблицы, черновики идей и погружалась в работу. Иногда даже не замечала, как проходит несколько часов подряд. Мысли крутились вокруг концепции роликов, сценариев, рекламных форматов и стратегий продвижения. Егор обычно появлялся немного позже. Он входил в офис уверенной, спокойной походкой, здоровался с коллегами, перебрасывался парой шуток с ребятами из продакшена и почти сразу включался в процесс. Его присутствие ощущалось даже тогда, когда он просто проходил мимо — в нём была какая-то внутренняя энергия, которая заполняла пространство. Наши рабочие пересечения происходили постоянно. Мы обсуждали идеи, спорили из-за деталей, вместе смотрели черновые версии роликов. Иногда он вносил правки в мои тексты, иногда я критиковала его идеи для рекламных сцен. Но постепенно эти рабочие споры перестали быть напряжёнными. Они становились живыми, даже азартными. Мы оба хотели сделать результат лучше. Я ловила себя на том, что Егор очень внимательно следит за моей работой. Он подмечал мелочи, которые не замечали другие: как я строю структуру презентаций, как продумываю визуал, как связываю идею ролика с рекламной стратегией. Иногда он просто смотрел на экран моего ноутбука чуть дольше, чем нужно, словно оценивая, как я думаю. И всё это происходило очень спокойно, без попыток говорить о прошлом. Он больше не давил. Не поднимал тему наших отношений, не пытался устроить серьёзный разговор. Иногда его взгляд задерживался на мне чуть дольше обычного, но он тут же отворачивался и возвращался к работе. В какой-то момент я начала замечать и другое. Его маленькие, почти незаметные жесты. Иногда на моём столе появлялся кофе — именно тот, который я любила. Иногда он приносил распечатки материалов, которые могли пригодиться мне для проекта. Один раз я обнаружила в общем чате файл с аналитикой рынка, который очень облегчал мою часть работы, и по времени отправки было ясно, что он подготовил его глубокой ночью. Он никогда не говорил, что делает это для меня. Всё выглядело так, будто это просто часть его работы. Но я слишком хорошо знала его, чтобы не замечать этих вещей. Самым странным было то, что рядом с ним я постепенно перестала чувствовать ту злость, которая раньше буквально жгла изнутри. Она не исчезла полностью, но стала тише. Её место иногда занимала усталость, иногда лёгкое смущение, а иногда — опасное чувство, похожее на старую привычную близость. В офисе многие начали замечать, что мы работаем вместе. Иногда коллеги переглядывались, иногда кто-то шутил, что наш тандем неожиданно оказался самым продуктивным. Но никто не знал, сколько недосказанного скрывается за этой внешней рабочей гармонией. За эти две недели я научилась держать дистанцию. Не смотреть на него слишком долго. Не думать о том, как легко нам снова работать рядом. Не вспоминать, как раньше мы могли часами обсуждать идеи, сидя на кухне поздней ночью. Но иногда, когда я случайно поднимала глаза и ловила его взгляд, мне казалось, что Егор думает о том же самом. И тогда внутри появлялось тихое, тревожное ощущение, будто мы оба ходим по очень тонкому льду, который может треснуть в любой момент.       Проект постепенно подходил к концу, и это ощущалось во всём офисе. Последние дни работы были особенно насыщенными: финальные правки, согласования, звонки, бесконечные письма и обсуждения. Все немного уставали, но в воздухе витало приятное чувство завершения большого дела. К концу второй недели начальство объявило, что по случаю окончания проекта компания устраивает небольшое мероприятие. Ничего слишком официального — просто вечер, чтобы команда могла выдохнуть, отметить результат и наконец немного расслабиться после напряжённой работы. Вечеринку решили провести в одном из стильных залов в центре города. Планировалась музыка, небольшой фуршет, выступления артистов и, конечно, презентация итогового ролика и рекламной кампании, над которой мы все так долго работали. Для компании это был важный проект, поэтому руководство хотело сделать вечер запоминающимся. Когда об этом объявили на общем собрании, в офисе сразу началось оживление. Девочки обсуждали, что наденут, парни шутили про то, кто первый напьётся после официальной части. Даже самые серьёзные сотрудники выглядели немного воодушевлёнными. Я слушала всё это довольно спокойно, делая вид, что просто отмечаю дату мероприятия у себя в календаре. Но внутри всё равно появилось странное чувство. Такие вечера всегда были немного опасными. Когда музыка становится громче, люди расслабляются, границы размываются, а эмоции, которые днём удаётся держать под контролем, вдруг начинают вылезать наружу. Я невольно подумала о том, что на этом вечере будет и Егор. Мы научились работать рядом, почти не касаясь личных тем. Наши разговоры оставались деловыми, иногда с лёгкими шутками, иногда со спорами по поводу идей, но мы оба будто негласно договорились не заходить туда, где всё ещё было слишком много чувств. А такие вечера, как правило, легко ломают любые договорённости. В тот момент, когда я подняла голову от ноутбука, я случайно заметила Егора через весь кабинет. Он стоял у стола продакшн-команды, что-то обсуждая с ребятами, и выглядел совершенно спокойно. Но в какой-то момент он тоже почувствовал мой взгляд и посмотрел в мою сторону. Наши глаза встретились буквально на секунду. Ничего не произошло. Он просто чуть улыбнулся и снова вернулся к разговору. Но почему-то именно тогда у меня появилось странное предчувствие, что этот вечер, посвящённый окончанию проекта, может оказаться совсем не таким спокойным, как все думают. Егор       Вечер был спокойный и какой-то по-домашнему ленивый. Никаких студий, камер и бесконечных звонков — редкая роскошь. В квартире было тихо, только из кухни тянуло запахом кофе и пиццы, которую мы с Димой уже наполовину уничтожили. Дима сидел на диване, развалившись так, будто это его квартира, листал что-то в телефоне и иногда вслух смеялся над какими-то видео. Я сидел рядом, упершись локтями в колени и крутя в руках кружку с уже остывшим кофе. Мы болтали о всякой ерунде — о его новых съемках, о каких-то странных историях со студии, о том, как один знакомый снова умудрился устроить скандал на тусовке. На столе стояли коробки из-под пиццы, пару банок колы, ноутбук с каким-то роликом на фоне, который никто толком не смотрел. Дима закинув одну ногу на другую, листал телефон и периодически показывал мне какие-то дурацкие видео. — Смотри, — он повернул экран ко мне, — вот этот тип решил ночью на кладбище челлендж устроить, а потом сам же первый убежал. Я усмехнулся. — Брат, ну это классика жанра. — Да не, ты послушай, как он орёт, — Дима уже смеялся. Я глянул мельком и покачал головой. — Я тебе говорю, люди ради контента иногда вообще с ума сходят. — Ты сейчас так говоришь, будто сам никогда так не делал, — ухмыльнулся он. — Делал, — спокойно ответил я. — Но хотя бы не визжал так. Мы ещё немного посмеялись, потом разговор как-то сам собой затих. Дима снова уткнулся в телефон, а я сидел, крутил в руках стакан и что-то завис. Через пару минут он поднял на меня глаза. — Слушай… ты чего такой тихий сегодня? — Да нормально всё, — отмахнулся я. — Ага, вижу я твоё «нормально». Ты уже минут пять сидишь как будто в голове фильм смотришь. Я выдохнул и потер лицо ладонью. — Есть одна тема. Дима сразу отложил телефон на стол. — О, ну наконец-то. Давай. Я чуть усмехнулся. — Помнишь, я тебе рассказывал про Вику? Он кивнул. — Та самая девушка, из-за которой ты в прошлый раз полвечера ходил мрачный? — Очень смешно. — Я серьёзно. Я опёрся локтями о стол. — Мы сейчас вместе работаем. — В смысле? — В прямом. Один проект. Почти каждый день пересекаемся. Дима присвистнул. — Вот это поворот. — Угу. — И как это вообще выглядит? Я немного подумал. Перед глазами сразу всплыли последние недели — она с ноутбуком, сосредоточенная, иногда усталая, иногда язвительная, когда мы спорим о какой-нибудь рекламе. — По-разному, — сказал я. — Иногда нормально. Иногда она на меня так смотрит, будто думает, чем бы потяжелее в меня кинуть. Дима тихо засмеялся. — Справедливо. — Очень. Он сделал глоток колы и снова посмотрел на меня. — И? Я провёл рукой по волосам. — Скоро у нас мероприятие. Типа вечеринка по окончанию проекта. — Так. — И я думаю… может предложить ей снова попробовать. Дима пару секунд молчал, изучая меня. — Ты про отношения? — Ну а про что ещё. Он откинулся на спинку стула. — А ты уверен, что она вообще готова это слушать? — Не знаю, — честно сказал я. — Но за эти две недели… она хотя бы перестала меня игнорить. — Уже прогресс. Я усмехнулся. — Иногда мы даже нормально разговариваем. Без сарказма. — Ого. — Иногда, — подчеркнул я. Дима снова усмехнулся. — Слушай, если честно… по тебе видно, что тебя эта история до сих пор не отпустила. Я тихо хмыкнул. — Да она меня вообще не отпускает. Он немного наклонился вперёд. — Тогда в чём вопрос? Я пожал плечами. — Не хочу снова всё испортить. Понимаешь? — Понимаю. Я покрутил стакан по столу. — Думаю, на этой вечеринке просто поговорить с ней. Нормально. Без пафоса. Сказать как есть. Дима кивнул. — Вот это, кстати, правильная мысль. — Думаешь? — Сто процентов. Только не начинай со своих фирменных речей, — ухмыльнулся он. — Типа «малая, судьба нас снова свела». Я рассмеялся. — Иди ты. — Я серьёзно, — продолжал он смеяться. — Просто скажи по-человечески. Я кивнул и на секунду задумался. — Да, наверное так и сделаю. Дима снова взял телефон. — Вот и всё. Видишь, как легко. Я посмотрел на него скептически. — Тебе легко говорить. Он ухмыльнулся. — Конечно. Это же не мне идти и признаваться. Я покачал головой и усмехнулся. Но где-то внутри уже крутилось одно и то же: мысль о том, что на этой вечеринке мне всё-таки придётся сказать ей то, что я давно должен был сказать. Вика       Вечер в квартире Даши начинался совершенно мирно. На кухне пахло свежим чаем, на столе стояла коробка с пирожными, а из колонки негромко играла какая-то попса, которую Лена включила «для атмосферы». Но мирная часть вечера закончилась ровно в тот момент, когда Даша распахнула дверцу шкафа и вытащила оттуда первую вешалку. — Так, — объявила она торжественно, — сегодня мы решаем судьбу субботы. Вика сидела на диване, поджав ноги, и уже начинала жалеть, что вообще рассказала им про вечеринку в честь окончания проекта. — Это просто рабочее мероприятие, — попыталась она ещё раз объяснить, — там будет презентация, партнёры, руководство… — Ага, — перебила Лена, перебирая платья так, словно искала сокровище. — И Егор. Вика тяжело вздохнула. — Причём тут Егор? Даша медленно повернулась к ней с платьем в руках и посмотрела так, как смотрят на человека, который только что сказал самую наивную вещь на свете. — Вика, — спокойно сказала она, — ты серьёзно думаешь, что мы будем выбирать тебе платье не думая о Егоре? Лена прыснула со смеху. — Это как делать макияж и не думать о зеркале. — Господи, — Вика закрыла лицо ладонями. — Вы невыносимые. Но подруг это только развеселило. Даша бросила на диван первое платье — чёрное, обтягивающее. — Примерь. — Нет. — Примерь. — Даша, я в этом даже дышать не смогу. Лена подошла ближе, оценивающе посмотрела на платье и покачала головой. — Не, это слишком. Вика в нём будет выглядеть как женщина, которая уже всё решила. — А она не решила? — удивилась Даша. — Она решила только то, что будет делать вид, что ничего не решила. Вика медленно подняла на них взгляд. — Вы вообще можете хоть пять минут не обсуждать мою личную жизнь? — Нет, — хором ответили они. Лена достала другое платье — светлое, мягкое, с открытыми плечами. — Вот это лучше. Даша сразу прищурилась. — Это слишком мило. — А что плохого в мило? — В мило то, что Егор подумает: «какая нежная девочка, надо срочно её снова добиваться». Лена пожала плечами. — А он и так это думает. Вика тихо простонала. — Боже, я вообще не должна была вам говорить, что он там будет. — Конечно должна была, — спокойно сказала Даша. — Мы же твоя группа поддержки. — Очень токсичная группа поддержки. Лена уже сунула платье ей в руки. — Иди переодевайся. — Нет. — Вика. — Лена. Даша скрестила руки. — Мы можем сидеть здесь всю ночь. Вика посмотрела на них, потом на платье и тяжело вздохнула. — Вы ужасные люди. — Мы знаем, — довольно сказала Лена. Через пару минут Вика вышла из комнаты в платье, поправляя волосы. Она выглядела… слишком красиво для человека, который хотел просто «прийти на рабочее мероприятие». Даша медленно осмотрела её с головы до ног. — О. Лена тоже замерла. — Подожди… стой… повернись. Вика повернулась. Лена хлопнула ладонью по столу. — Всё. Это оно. Даша кивнула. — Да. Сто процентов. — Что «оно»? — насторожилась Вика. Лена ухмыльнулась. — Это то платье, в котором Егор забудет, зачем вообще пришёл на эту презентацию. — Лена! Даша уже доставала туфли. — Осталось только подобрать каблуки и макияж. Вика снова опустилась на диван, смеясь и одновременно качая головой. — Вы реально ведёте себя так, будто мы идём не на презентацию проекта, а на какой-то романтический фильм. Лена с хитрой улыбкой посмотрела на неё. — Нет. Даша добавила: — В романтических фильмах всё обычно проще. И втроём они рассмеялись, продолжая перебирать туфли, украшения и спорить о том, какой именно образ «случайно сведёт Егора с ума», пока сама Вика делала вид, что это её совершенно не волнует… хотя где-то глубоко внутри она уже начинала немного переживать из-за субботнего вечера.             Я начала собираться ещё днём, хотя сама себе пыталась внушить, что это обычный рабочий вечер. Ничего особенного — просто финальная презентация проекта, небольшая вечеринка после, коллеги, партнёры, музыка. Но внутри всё равно жило странное беспокойство, будто я еду не просто на мероприятие. Поскольку я еще жила у Даши уже какое-то время, и её квартира давно стала для меня чем-то вроде тихой гавани. В тот вечер кухня снова была наполнена запахом свежего кофе и привычным девчачьим шумом. Лена сидела на высоком стуле у стойки, листая телефон, а Даша стояла у шкафа, рассматривая моё платье, которое висело на дверце. — Я всё ещё считаю, что это платье слишком красивое для обычной рабочей вечеринки, — сказала она, слегка прищурившись. — Вика, ты там вообще презентацию делать едешь или людям жизнь усложнять? — Я еду работать, — спокойно ответила я, хотя сама понимала, что это звучит не слишком убедительно. Лена тихо хмыкнула. — Конечно. Мы верим. Особенно в то, что Крид сегодня вообще сможет нормально говорить, когда тебя увидит. — Лена… — Что? Я просто переживаю за психическое здоровье артиста. Они обе рассмеялись, а я только покачала головой. Но когда я наконец надела платье и вышла из комнаты, их смех вдруг резко стих. Лена медленно провела взглядом сверху вниз и присвистнула. — Всё. Я официально заявляю, что сегодня кто-то будет страдать. — И это не Вика, — добавила Даша с довольной улыбкой. Я подошла к зеркалу в коридоре, поправляя волосы. Платье сидело идеально — лёгкое, элегантное, но достаточно смелое, чтобы заставить чувствовать себя уверенно. Я провела пальцами по серьгам и на секунду задержала взгляд на своём отражении. — Вы не едете со мной, это точно? — спросила я, стараясь говорить как можно спокойнее. — Нет, — тут же ответила Даша. — Это ваша рабочая тусовка. Мы туда не вписываемся. — Но ты потом всё расскажешь, — добавила Лена. — В мельчайших деталях. Особенно те моменты, где один известный певец будет делать вид, что ему всё равно. Я тихо усмехнулась, взяла маленькую сумку и направилась к двери. Когда я вышла на улицу, вечер уже полностью опустился на город. Воздух был тёплым, мягким, а огни фонарей отражались в мокром после дневного дождя асфальте. Такси уже ждало у подъезда. Я села на заднее сиденье и назвала адрес. Машина плавно тронулась, выезжая на оживлённую улицу. Город медленно проплывал за окном — витрины, редкие прохожие, свет фар, который скользил по стеклу. Я опёрлась локтем о дверь и на секунду закрыла глаза. Сегодня была просто вечеринка по случаю окончания проекта. Просто работа. По крайней мере, я очень старалась убедить себя в этом. Но где-то глубоко внутри я всё равно знала, что этот вечер может оказаться совсем не таким спокойным, как я пытаюсь представить. Когда машина остановилась у здания, я сразу поняла, что организаторы решили не скромничать. Это был один из тех дорогих залов в центре города, где обычно проводят закрытые премьеры, светские вечера и презентации крупных брендов. Снаружи здание выглядело почти торжественно: высокие стеклянные двери, мягкая подсветка фасада, аккуратная дорожка из светлого камня, по которой гости медленно поднимались к входу. У дверей стояли администраторы в строгих костюмах, проверяли приглашения и вежливо встречали гостей. Я расплатилась с водителем, вышла из машины и на секунду задержалась на улице, оглядываясь вокруг. Несколько дорогих машин подъехали почти одновременно, из них выходили люди — кто-то в строгих костюмах, кто-то в вечерних платьях. Слышались негромкие разговоры, смех, звук каблуков по каменной плитке. Я глубоко вдохнула и направилась ко входу. Внутри зал оказался ещё красивее, чем я ожидала. Пространство было огромным, с высокими потолками и панорамными окнами, через которые открывался вид на вечерний город. По периметру стояли высокие столики из тёмного дерева, на которых уже были расставлены бокалы и небольшие композиции из белых цветов. Свет был мягкий, тёплый, словно слегка приглушённый — лампы и длинные подвесные люстры создавали уютную, почти камерную атмосферу, несмотря на масштаб зала. В центре находилась сцена с большим экраном позади — там позже должна была проходить презентация проекта. Сейчас на экране плавно сменялись кадры рекламной кампании, над которой мы работали последние недели. Чуть дальше располагался бар, подсвеченный мягким золотистым светом. Бармены ловко разливали напитки, смешивали коктейли, и над стойкой тихо звенел лёд в бокалах. Гостей уже было довольно много. Я сразу заметила знакомые лица из маркетинговых агентств, дизайнеров, продюсеров, людей из медиасферы. Кто-то оживлённо обсуждал работу, кто-то уже расслабленно смеялся, держа бокал шампанского. Музыка играла негромко — лёгкий электронный бит создавал фон, не перебивая разговоры. Я медленно прошла дальше в зал, чувствуя на себе несколько коротких взглядов. Не оценивающих, скорее просто любопытных. Такие вечера всегда собирали людей, которые привыкли наблюдать друг за другом. Я остановилась у одного из столиков, взяла бокал воды у проходящего официанта и на секунду позволила себе просто оглядеться. Всё выглядело красиво, дорого и идеально организованно. Но несмотря на это, внутри у меня всё равно было странное ощущение, будто этот вечер ещё только начинает разворачиваться — и самое важное впереди. Когда я вошла в зал, шум голосов и мягкая музыка сразу обволокли меня, словно я шагнула в другой мир. Огромное пространство было наполнено людьми — кто-то стоял у высоких круглых столиков с бокалами шампанского, кто-то оживлённо обсуждал проекты, кто-то просто наслаждался атмосферой вечера. Лёгкий свет люстр отражался в стекле и металле, создавая тёплое золотистое сияние, а за окнами уже окончательно опустился вечер. Я на секунду остановилась у входа, чтобы осмотреться. Сердце билось чуть быстрее обычного — возможно, из-за самого мероприятия, а возможно, из-за мыслей, которые я упорно старалась отодвинуть подальше. — Вика! — вдруг раздался знакомый голос. Я повернула голову и увидела нескольких коллег из нашей команды. Они стояли у одного из столиков, и, заметив меня, сразу начали махать руками. — Наконец-то! Мы уже думали, ты решила сбежать в последний момент, — улыбаясь, сказал один из ребят, когда я подошла. — Да я почти так и сделала, — тихо усмехнулась я, поправляя прядь волос. — Но совесть и дедлайны оказались сильнее. Коллеги засмеялись. — Вы только посмотрите на неё, — сказала одна из девушек из нашего отдела, оценивающе оглядев меня с головы до ног. — Пока мы тут бегали с презентациями и таблицами, Вика решила всех просто добить. — Да, серьёзно, — подхватил другой парень. — Если клиент не подпишет контракт после твоего выступления, значит он вообще ничего не понимает в жизни. Я чуть смутилась, но улыбнулась. — Ребята, вы преувеличиваете. — Мы? — девушка подняла брови. — Вообще нет. Мы две недели смотрели, как ты вытаскиваешь половину этого проекта на себе. Кто-то протянул мне бокал шампанского, и я автоматически взяла его, благодарно кивнув. — Сегодня можно просто расслабиться, — сказал один из коллег уже более спокойно. — Проект закрыт, презентация готова, начальство довольное. Мы выжили. — Это звучит как тост, — усмехнулась я. — Так и есть. Мы слегка подняли бокалы, и на секунду всё стало очень лёгким и спокойным. Люди вокруг смеялись, музыка стала чуть громче, а в воздухе витало ощущение праздника и облегчения после долгой работы. Кто-то начал рассказывать смешную историю про один из первых дней проекта, когда презентация почти не открылась перед клиентами, и все снова засмеялись. Я слушала их, улыбалась, иногда отвечала на шутки, но где-то внутри всё равно чувствовала странное напряжение. Потому что, несмотря на весь этот шум, свет и разговоры…где-то в глубине зала я всё равно подсознательно ловила себя на мысли, что ищу глазами одного человека. Я стояла среди коллег, слушала их разговоры, иногда смеялась, отвечала на шутки, но в какой-то момент поймала себя на странной мысли. За последние две недели всё же между мной и Егором что-то незаметно изменилось. Не резко, не громко, без каких-то громких признаний или обещаний — просто тихо, день за днём. Сначала я держалась настороженно. Каждый раз, когда он появлялся рядом, я автоматически выстраивала между нами стену. Мне казалось, что если я хотя бы немного расслаблюсь, снова позволю себе поверить ему, то снова окажусь в том же месте, где уже однажды была — с разбитым сердцем и ощущением, что меня не услышали. Но он ничего не требовал. Не давил. Не пытался объяснить всё сразу. Он просто был рядом. А именно это проявлялось в совсем мелочах. В том, как он спокойно слушал мои идеи на встречах, не перебивая, а потом неожиданно добавлял что-то, что делало концепцию ещё сильнее. В том, как он иногда приносил кофе утром — не демонстративно, не как жест, которым пытаются впечатлить, а так, будто это совершенно естественно. В том, как он иногда смотрел на меня, когда думал, что я не замечаю. И самое странное было в том, что он почти не говорил о нас. Ни одного давления, ни одного разговора, где он пытался бы снова убедить меня в чём-то. Он просто работал рядом со мной, иногда шутил, иногда спорил со мной по поводу каких-то деталей проекта, иногда защищал мою позицию на обсуждениях так спокойно и уверенно, будто это было чем-то само собой разумеющимся. И постепенно я начала ловить себя на том, что напряжение, которое жило во мне рядом с ним, начинает медленно ослабевать. Это не было полным доверием. И уж точно не было прощением. Но иногда, когда я смотрела на него во время работы, во мне появлялось тихое, осторожное чувство… будто я снова начинаю узнавать того человека, которого когда-то любила. И это пугало меня почти так же сильно, как и радовало. Потому что если честно признаться самой себе, где-то глубоко внутри я всё ещё хотела верить, что он может быть тем самым Егором, которого я когда-то знала. Тем, с кем рядом было спокойно. Тем, кому я могла доверять.        Я всё ещё стояла рядом с коллегами, держа в руках бокал шампанского и стараясь не погружаться слишком глубоко в собственные мысли. Музыка в зале стала немного громче, люди постепенно расслаблялись, смех звучал чаще, разговоры становились свободнее. Атмосфера вечера наконец перестала быть рабочей и превратилась в настоящий праздник. Я уже собиралась отойти к бару за водой, когда почувствовала рядом движение. — Вика, привет, — раздался голос. Я повернула голову и увидела Игоря. Он работал в партнёрском агентстве и тоже участвовал в нашем проекте, правда, мы пересекались не так часто, в основном на общих обсуждениях. Он улыбался довольно спокойно, но рядом с ним стоял ещё один человек, которого я заметила сразу. Арман. Моё тело на секунду слегка напряглось, хотя я постаралась этого не показать. — Привет, — ответила я, сохраняя ровный тон. Игорь дружелюбно кивнул, держа в руке бокал. — Хотели тебя поздравить. Проект получился действительно сильный. Сегодня на презентации все были довольны. — Спасибо, — я слегка улыбнулась. — Там половина работы всей команды, так что поздравления можно делить на всех. — Всё равно, — Игорь усмехнулся. — Некоторые идеи были именно твоими. Арман всё это время стоял рядом, почти не вмешиваясь в разговор. Его лицо было спокойным, но взгляд оставался внимательным. Я чувствовала, что он будто оценивает меня заново — не так, как раньше, когда между нами уже возникало напряжение во время работы. Через пару секунд он всё же заговорил. — Надо признать, — сказал он, слегка качнув головой, — результат получился лучше, чем я ожидал. Я чуть приподняла бровь. — Это звучит почти как комплимент. Игорь тихо усмехнулся. Арман на секунду посмотрел на меня внимательнее. — Это и есть комплимент, — спокойно ответил он. — Я иногда бываю резким на работе, но это не значит, что я не вижу результат. Я на секунду задумалась, пытаясь понять, искренне ли он это говорит или просто сглаживает углы после той ситуации в офисе. — Ну… тогда спасибо, — сказала я мягче. Неловкость между нами всё ещё немного висела в воздухе, но она уже не была такой острой, как раньше. Игорь, словно чувствуя это, решил перевести разговор. — Кстати, ты уже видела программу вечера? После официальной части будет музыка и… кажется, даже небольшой лайв. — Нет, я только приехала, — ответила я. — Тогда лучше держись рядом, — усмехнулся он. — Сегодня тут половина индустрии. Я чуть улыбнулась, но в этот момент почувствовала на себе чей-то взгляд из глубины зала. И почему-то почти сразу поняла, кто именно смотрит.       Я слушала Игоря и кивала в ответ на его слова, но в какой-то момент поймала себя на том, что почти не слышу, о чём именно он говорит. Музыка в зале стала чуть громче, люди вокруг двигались, кто-то проходил мимо с подносами бокалов, где-то неподалёку раздался смех. Всё выглядело обычным, живым, праздничным… но моё внимание вдруг зацепилось за что-то в глубине зала. Сначала это было просто ощущение. То самое странное чувство, когда ты вдруг понимаешь, что на тебя смотрят. Я машинально перевела взгляд в сторону, словно просто осматривая зал, но уже через секунду поняла, что ошибиться невозможно. В самом дальнем углу, возле одного из высоких столиков, стоял Егор. Он разговаривал с какими-то мужчинами — судя по всему, из организаторов или партнёров мероприятия. Один из них что-то активно рассказывал, жестикулируя рукой, другой кивал, держа в руке бокал. Сам Егор стоял чуть боком к ним, слушал… но его взгляд был направлен совсем не на собеседников. Он смотрел на меня. Не мельком. Не случайно. Так, будто весь этот огромный зал вдруг перестал для него существовать. Наши взгляды встретились всего на пару секунд, но этого оказалось достаточно, чтобы внутри меня что-то предательски сжалось. В его взгляде не было улыбки. Не было показной лёгкости, которой он обычно пользовался на людях. Он смотрел внимательно, почти хищно, словно пытался запомнить каждую деталь — моё платье, волосы, то, как я стою, как держу бокал. И это был именно тот взгляд… от которого раньше у меня по коже всегда пробегали мурашки. Я почти сразу отвела глаза, делая вид, что продолжаю слушать разговор. — …в общем, думаю, после презентации начнётся самая интересная часть вечера, — говорил Игорь, не замечая, что я уже на секунду выпала из разговора. — Да, — тихо ответила я, возвращаясь в реальность. Но всё равно, словно против воли, через несколько секунд снова посмотрела в ту сторону. Егор всё ещё стоял там. Он что-то ответил мужчине рядом с собой, коротко кивнул… но его глаза снова на мгновение нашли меня в толпе. И от этого взгляда у меня внутри всё странно перевернулось. Потому что он смотрел так… будто за эти две недели никуда не исчезло то напряжение между нами. Будто всё это время он просто ждал момента, когда снова окажется со мной в одном зале. Я заставила себя снова сосредоточиться на разговоре. Игорь всё ещё что-то рассказывал о презентации, о том, как много гостей сегодня пришло и как удачно в итоге получился весь проект. Арман стоял рядом, молча слушая и иногда кивая, будто и не было тех неприятных сцен на работе, о которых я до сих пор помнила. Я старалась выглядеть спокойно. Даже сделала вид, что внимательно рассматриваю экран на сцене, где организаторы уже готовили презентацию, хотя на самом деле краем сознания всё ещё чувствовала тот тяжёлый взгляд из другого конца зала. — Вика, ты сегодня какая-то слишком серьёзная, — вдруг усмехнулся Игорь, слегка наклонив голову. — Это же праздник, а не защита диплома. Я чуть улыбнулась. — Просто устала. Эти две недели были… насыщенные. — Это точно, — хмыкнул он. — Зато результат того стоил. В этот момент рядом с нами остановился официант с подносом. На нём стояли высокие бокалы с шампанским, пузырьки в них тихо поднимались вверх, ловя свет люстр. Игорь сразу потянулся к подносу. — Так, это надо исправлять, — сказал он с лёгкой улыбкой и взял один бокал. — Нельзя стоять на такой вечеринке с таким видом. Он протянул бокал мне. — Держи. Немного шампанского тебе точно не повредит. Я на секунду посмотрела на бокал, потом взяла его из его рук. — Спасибо. Холодное стекло приятно коснулось пальцев. Я слегка покрутила бокал, наблюдая, как пузырьки поднимаются вверх. — За успешный проект, — сказал Игорь, поднимая свой бокал. Арман тоже взял шампанское и коротко кивнул. — За проект. Я слегка коснулась своим бокалом их бокалов. — За проект, — тихо повторила я. Мы сделали по небольшому глотку. Шампанское оказалось лёгким, немного терпким. — Вот так уже лучше, — улыбнулся Игорь. — Теперь ты хотя бы выглядишь как человек, который пришёл на вечеринку, а не на допрос. Я тихо усмехнулась, но в этот момент снова почувствовала то самое странное ощущение. Словно на меня опять смотрят. Я не удержалась и на секунду снова посмотрела в сторону зала.Егор уже не стоял у того столика.И по какой-то причине это заставило моё сердце на мгновение забиться быстрее. Потому что я вдруг поймала себя на мысли, что совершенно не понимаю, где он сейчас.И почему у меня появилось ощущение… что он уже где-то совсем рядом. Я как раз собиралась сделать ещё один глоток шампанского, когда рядом с нами вдруг возникло движение. Сначала я услышала знакомый голос, спокойный, чуть хриплый, тот самый, который я уже научилась узнавать среди десятков других. — Ну что, уже начали без меня праздновать? Я подняла голову. Егор стоял рядом так естественно, будто всегда был частью этого круга. На нём был тёмный костюм, который сидел идеально, без всякой показной роскоши, но именно из тех вещей, которые сразу выдают вкус и уверенность человека. Рукава слегка закатаны, верхняя пуговица рубашки расстёгнута, волосы чуть растрёпаны, будто он только что провёл по ним рукой. Он выглядел расслабленно, но его взгляд сразу нашёл меня. И задержался на секунду дольше, чем следовало. Игорь первым нарушил тишину. — О, вот и главная звезда вечера, — усмехнулся он. — Мы как раз обсуждали проект. Егор перевёл взгляд на него и кивнул. — Я слышал часть презентации. Неплохо получилось. Арман рядом слегка напрягся, но ничего не сказал. Я это заметила. Егор тоже заметил, хотя никак это не показал. Он спокойно взял с подноса проходящего официанта бокал с шампанским и только после этого снова посмотрел на меня. — Мои поздравления . Сказал он это так просто, будто мы только что встретились утром в офисе, а не стояли на вечеринке после двух недель напряжённой работы и всего того, что происходило между нами раньше. — Благодарю, — ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал так же спокойно. Он на секунду задержал взгляд на моём лице, потом медленно провёл им ниже — по волосам, по плечам, по платью. Не нагло, не демонстративно. Скорее так, как смотрят, когда хотят убедиться, что человек действительно здесь. Или просто хотят его… — Кстати, — вдруг сказал Игорь, слегка повернувшись к Егору, — должен признать, ваша совместная работа с Викой вытянула половину этой кампании. Клиент вчера был в полном восторге. Егор чуть усмехнулся. — Вика вытянула. Я просто не мешал. Я посмотрела на него с лёгким прищуром. — Скромность тебе сегодня очень идёт. Он тихо хмыкнул. — Сегодня? То есть обычно нет? Игорь рассмеялся, явно наслаждаясь этим лёгким обменом реплик. — Ладно, я пойду проверю, как там наши дизайнеры живы после презентации, — сказал он, хлопнув Армана по плечу. — Арман, идёшь? Арман на секунду посмотрел на меня, потом на Егора. — Да, сейчас. И они отошли, оставив нас вдвоём. Я сделала ещё один небольшой глоток шампанского, пытаясь сохранить спокойствие, но чувствовала, как рядом со мной словно меняется воздух. Егор стоял совсем близко. Он слегка повернулся ко мне и тихо сказал: — Ты сегодня прекрасна . Это не прозвучало как комплимент для вежливости. Он сказал это спокойно, почти буднично, но в его голосе была та самая мягкая серьёзность, от которой внутри у меня снова появилось странное ощущение. Я чуть подняла бровь. — Спасибо, ты тоже красиво выглядишь . Он усмехнулся и слегка покачал головой. — Вот это уже похоже на честный разговор. На секунду между нами повисла пауза. Вокруг продолжала звучать музыка, люди смеялись, кто-то фотографировался у сцены, но в этом маленьком пространстве рядом с ним всё словно стало чуть тише. Он снова посмотрел на меня, чуть внимательнее. — Нервничаешь? Я тихо выдохнула. — Немного. — Из-за презентации? Я покрутила бокал в пальцах и посмотрела на пузырьки. — Из-за всего. Он ничего не сказал сразу. Просто стоял рядом, опираясь рукой о край стола, и смотрел на меня так, будто пытался понять больше, чем я говорю вслух. А потом тихо добавил: — Всё пройдёт нормально. И почему-то именно в этот момент я впервые за весь вечер почувствовала, что, возможно, действительно так и будет. Я едва успела моргнуть, как вдруг ведущий вечера, улыбаясь и оживлённо размахивая руками, обратился ко мне. — А теперь на сцену приглашаем Вику, — сказал он. — И, разумеется, вместе с ней человека, без которого этот проект был бы совсем другим! Сердце внутри дрогнуло. Я оглянулась по сторонам, и в толпе сразу же увидела Егора, который спокойно стоял внизу у сцены. Его взгляд нашёл меня почти мгновенно, и на секунду мне показалось, что весь шум зала вокруг исчез. Я глубоко вдохнула, поправила платье и почти машинально пошла к сцене. Каждое движение ощущалось одновременно неловко и остро — все эти глаза, все эти улыбки, аплодисменты, камера, свет. Но Егор стоял там, внизу, и казалось, что его спокойное присутствие даёт мне опору. — Вика! — ведущий слегка подтолкнул меня вперед. — Расскажите нам немного о том, как проект создавался! Я кивнула, взяла микрофон, пытаясь найти правильный тон. Но когда взгляд снова встретился с Егора, на душе стало легче. Его улыбка была тихой, уверенной, и в ней было что-то вроде невысказанной поддержки. — Всё началось с идеи, — начала я, стараясь говорить ровно, — и с командой, которая не побоялась рисковать. И, конечно, без моего коллеги Егора этот проект никогда бы не получил тот результат, который мы видим сегодня. Он кивнул, почти улыбнулся, и в этом маленьком жесте была вся та привычная лёгкость, которую я начала узнавать в нём снова. С каждым словом я чувствовала, как сцена, свет и внимание публики перестают быть чем-то пугающим. С ними рядом был Егор, и это чувство будто обрамляло меня теплом. — А теперь мы покажем вам финальный ролик проекта, — сказал ведущий, — и, конечно, мы хотим, чтобы Вика и Егор оставались на сцене. Я вздохнула, немного улыбнулась и посмотрела на него. Его взгляд говорил одно: я рядом, и мы вместе. И, несмотря на всю официальность и блеск зала, я впервые за долгое время почувствовала, что могу спокойно быть собой рядом с ним.  Когда финальный ролик завершился, свет зала снова стал мягким, приглушённым, а музыка — плавной, медленной, почти шёпотом — заполнила пространство. В этот момент я ощутила, как напряжение постепенно спадает: гости всё ещё аплодировали, но воздух стал теплее, почти интимным, несмотря на толпу вокруг. И вдруг я заметила Егора. Он шагнул ко мне с лёгкой улыбкой, взгляд его был мягким, почти озорным, но в нём было и что-то такое… обещающее, что трудно было игнорировать. — Потанцуй со мной, — сказал он тихо, словно это был наш маленький секрет. Я замерла на мгновение. Танцевать здесь, перед всеми? На сцене? Но в его глазах не было давления, только спокойная уверенность. Он протянул руку, и моё сердце невольно ускорило ритм. — Сейчас? — тихо спросила я, слегка смущённая. — Почему бы и нет? — он улыбнулся, чуть наклонив голову. — Медленная музыка же играет. А мне кажется, это наш момент. Я вздохнула, позволила себе слегка улыбнуться. Его рука была тёплой и уверенной, пальцы легко обвили мои. Он подвёл меня ближе, так, что мы почти соприкоснулись, и я почувствовала, как всё остальное вокруг теряет значение. — Не надо волноваться, — тихо добавил он, когда заметил моё напряжение, — просто держись за меня. Я кивнула. И когда мы начали медленно двигаться в ритме музыки, взгляд его снова встретился с моим. Там было всё: лёгкая игра, доверие, мягкая забота, то чувство, что можно быть собой. И, хотя вокруг нас всё ещё находились десятки глаз и камеры, я впервые почувствовала, что здесь и сейчас мы одни вдвоём. Музыка играла медленно, почти как дыхание зала, и с каждым шагом на паркете я ощущала, как Егор рядом с нами создаёт свой маленький мир — словно всё остальное перестало существовать. Его рука на моей спине была уверенной, но мягкой, пальцы слегка скользили по линии талии, а взгляд постоянно находил мой, будто проверяя, что я рядом, и что мне комфортно. Мы двигались по залу, почти не замечая гостей. Я чувствовала, как он слегка наклоняется ко мне, шепчет что-то тихо, почти шёпотом, чтобы никто вокруг не услышал. Его голос был мягким, уверенным, и в нём не было ни пафоса, ни давления — только он и я. Я невольно улыбнулась, когда он слегка притянул меня ближе к себе, и мы начали подстраиваться друг под друга, как два человека, которые давно знают друг друга, хотя события последних недель оставили свои отпечатки. Каждое движение, каждый шаг были почти инстинктивными, естественными, будто мы всегда умели танцевать вместе. Он играл со мной взглядом, слегка наклоняя голову, когда ритм музыки менялся, а я отвечала на его улыбку мягкой игривостью. Я заметила, как он иногда касался моей руки чуть сильнее, когда я слегка отступала, будто проверяя, что я рядом, что я не боюсь этого момента. — Ты такая красивая , — тихо сказал он, и его слова были больше чем комплимент. Я ощутила тепло от этого голоса и почти сразу расслабилась, позволив себе довериться. Я прижалась к нему чуть сильнее, чувствуя лёгкое сердцебиение и осознавая, что вокруг нас всё ещё толпа, но для меня этого не существовало. Мы смеялись тихо, иногда лишь обменивались лёгкими шёпотами, шутя друг с другом, и в этот момент мне показалось, что мы снова можем быть теми, кто мы есть на самом деле — без страхов, без недоверия, просто вместе. И каждый его взгляд, каждый лёгкий контакт с моими руками, плечами и спиной говорил мне о том, что он снова здесь для меня — и что я могу позволить себе быть рядом с ним без масок.       Музыка уже почти стихла, но мы всё ещё стояли рядом. Люди вокруг начали снова двигаться, кто-то аплодировал, кто-то возвращался к столикам, разговоры постепенно наполняли зал привычным шумом. А мы с Егором будто на секунду выпали из этого движения. Он не спешил отпускать меня. Его рука всё ещё лежала у меня на талии, чуть расслабленнее, чем во время танца, но достаточно близко, чтобы я ощущала его тепло. Я только собиралась сделать шаг назад, когда Егор чуть наклонился ко мне ближе, и я услышала его тихий голос почти у самого уха. — Что хотели от тебя эти два типа? Я на секунду не сразу поняла. — Какие два типа? Он чуть приподнял бровь и кивнул в сторону зала. — Ну те, с кем ты там мило стояла и болтала. Игорь и этот… Арман. В его голосе не было злости, но была та самая знакомая нотка, когда парень вроде говорит спокойно, а по интонации ясно — ему это вообще не нравится. Я тихо усмехнулась. — Мы просто разговаривали. Они поздравили с проектом. Егор чуть прищурился, рассматривая меня, словно проверяя, серьёзно ли я это говорю. — Какие же они милые, прям хочется разукрасить рожу.  — Егор! Он тихо хмыкнул и на секунду провёл рукой по затылку, будто пытаясь выглядеть спокойнее, чем на самом деле. — Особенно этот Игорь. Стоит, улыбается, шампанское тебе предлагает… — он на секунду замолчал и снова посмотрел на меня. — Он всегда так старается рядом с тобой выглядеть? Я не удержалась и закатила глаза. — Боже, ты сейчас реально ревнуешь? Он слегка наклонил голову, смотря на меня внимательнее. — А должен не ревновать? Я на секунду растерялась от прямоты этого ответа. Я посмотрела на него серьёзнее. — Всё нормально. Мы просто разговаривали. Егор пару секунд молчал, потом тихо сказал: — Мне всё равно не нравится, когда какие-то типы крутятся рядом с тобой и делают вид, что им есть до тебя дело. Я мягко усмехнулась. — Ты уже в не доступа таких разговоров. Он на секунду улыбнулся, но взгляд остался внимательным. — Ну извини. — Он слегка развёл руками. — Когда девушка, которая мне нравится, стоит с двумя мужиками и мило с ними общается… я начинаю задаваться вопросами. Я подняла бровь. — Серьёзно? Я всего лишь поговорила с коллегами. Он на секунду посмотрел на меня, потом тихо добавил: — Я знаю. И после короткой паузы, чуть тише: — Просто мне не нравится, когда кто-то начинает думать, что может занять моё место рядом с тобой. Я смотрела на него несколько секунд, пытаясь понять, серьёзно он это сказал или просто позволил ревности вырваться наружу. В его голосе не было шутки, и именно это меня немного задело. Я медленно выдохнула и покрутила бокал в пальцах. — Егор, — сказала я спокойнее, чем чувствовала на самом деле. — Ты сейчас говоришь так, будто всё по-прежнему. Он нахмурился чуть заметно. — А что не так? Я подняла на него глаза. — То, что твоего места рядом со мной сейчас нет. Между нами на секунду повисла тишина. Шум зала вдруг стал громче, будто кто-то повернул звук. — Мы расстаались, — продолжила я уже мягче, но твёрдо. — И ты не можешь вести себя так, как будто ничего не произошло. Он смотрел на меня внимательно, не перебивая. В его взгляде мелькнуло что-то тяжёлое, но он всё равно молчал. Я чуть пожала плечами. — Поэтому, если я разговариваю с коллегами… это просто разговор. Ничего больше. Егор медленно провёл рукой по волосам, словно собираясь что-то сказать, но слова так и не вышли сразу. — Вика, я не… Но я слегка покачала головой. — Не надо. Правда. Я не говорила это резко. Скорее устало. Слишком много всего между нами было, чтобы сейчас делать вид, будто мы просто пара, которая немного поссорилась. Я сделала шаг назад. Он инстинктивно сделал движение, будто хотел остановить меня, но всё-таки не стал. — Вик.. Я мягко улыбнулась — той самой улыбкой, которая больше была про дистанцию, чем про тепло. — Всё нормально, Егор. Просто… давай не будем путать прошлое и настоящее. После этого я развернулась и медленно пошла в сторону панорамных окон, где было меньше людей и немного тише. Сердце всё ещё билось быстрее обычного, и я чувствовала его взгляд на своей спине, но всё равно продолжала идти, стараясь не оборачиваться. Я сделала небольшой глоток шампанского и позволила себе просто выдохнуть.       Вечеринка тем временем окончательно набирала обороты. Музыка стала громче, диджей сменил спокойные композиции на более ритмичные, и центр зала постепенно превратился в танцпол. Люди уже не держались за столики и деловые разговоры — кто-то смеялся слишком громко, кто-то обнимался, кто-то танцевал так, будто вокруг вообще никого нет. Где-то у бара компания маркетологов спорила о чём-то, размахивая бокалами. Две девушки из дизайнерского отдела снимали видео на телефон, смеясь и пытаясь повторить какие-то танцевальные движения. Официанты всё так же спокойно скользили между гостями с подносами напитков. Я заметила Игоря — он стоял у бара с несколькими людьми и что-то оживлённо рассказывал, периодически смеясь. Егор тоже мелькнул в толпе, но всего на секунду. Он разговаривал с кем-то из организаторов, но я быстро отвела взгляд. Чем ближе становилась ночь, тем более расслабленной становилась атмосфера. Пиджаки у многих уже лежали на спинках стульев, галстуки ослабли, разговоры стали громче и свободнее. Я как раз собиралась вернуться в зал, когда рядом со мной вдруг появился знакомый голос. — Решила сбежать от праздника? Я повернула голову. Арман стоял рядом, держа в руке бокал виски. Он выглядел так же аккуратно, как и всегда — идеально выглаженный костюм, спокойное выражение лица. Но в его улыбке была та самая скользкая вежливость, которая всегда заставляла меня настораживаться. — Нет, — спокойно ответила я. — Просто решила немного отдохнуть от шума. Он слегка кивнул и встал рядом, опираясь локтем о столик. Несколько секунд он молчал, наблюдая за танцующими людьми. — Интересный вечер получился, — наконец сказал он. — Особенно для тебя. Я чуть приподняла бровь. — Для меня? Он улыбнулся — вежливо, но как-то слишком тонко. — Ну конечно. Проект успешный, аплодисменты, сцена… — он сделал небольшой глоток из бокала. — Не каждый специалист так быстро оказывается в центре внимания. Я почувствовала знакомое раздражение, но постаралась сохранить спокойствие. — Это работа всей команды. — Безусловно, — мягко согласился он. — Но знаешь… иногда интересно наблюдать, как некоторые люди очень быстро поднимаются. Он говорил спокойно, будто рассуждал о погоде. — Иногда думаешь: вот человек ещё недавно был просто одним из многих… а потом вдруг оказывается на первых ролях. Я посмотрела на него внимательнее. — Ты что-то хочешь сказать, Арман? Он чуть усмехнулся. — Нет-нет, что ты. Просто наблюдение. Он покрутил бокал в пальцах. — В нашей сфере ведь редко всё зависит только от таланта. Иногда людям… немного помогают. Он не смотрел на меня прямо, но я прекрасно понимала, куда ведёт разговор. Я медленно поставила бокал на столик. — Если ты хочешь что-то сказать, лучше сказать прямо. Арман наконец повернул голову ко мне. — Я ничего не утверждаю, Вика. — Его голос оставался вежливым. — Просто иногда интересно, как удачно складываются обстоятельства у некоторых людей. Связи, знакомства… поддержка влиятельных людей. Он слегка пожал плечами. — Такое тоже часть карьеры. Я почувствовала, как внутри медленно поднимается злость. Потому что он всё делал именно так — не говорил ничего напрямую, но каждое слово было намёком. Скользким, неприятным. И именно поэтому к нему так трудно было придраться. Он снова сделал глоток и добавил почти невинно: — Но, конечно, возможно, ты просто очень талантлива. Арман ещё несколько секунд стоял рядом, будто просто наблюдая за танцполом. Музыка становилась всё громче, люди смеялись, двигались под ритм, кто-то проходил мимо с бокалами. Со стороны всё выглядело как обычный разговор на шумной вечеринке. Но потом он вдруг сделал шаг ближе. Настолько близко, что я почувствовала запах его одеколона и алкоголя. Я слегка отодвинулась, но он почти сразу наклонился ко мне, словно собирался сказать что-то, что не должно было быть слышно никому вокруг. — Знаешь, Вика… — тихо произнёс он почти у самого моего уха. Я напряглась. Он говорил спокойно, даже лениво, будто обсуждал какую-то мелочь. — Я всё пытаюсь понять одну вещь. Я не ответила. Он чуть усмехнулся и, не отстраняясь, продолжил уже совсем тихо, так что его слова слышала только я: — Как у тебя так быстро получилось вылезти вперёд. У меня внутри всё сжалось. Он слегка повернул голову, и его голос стал ещё тише. — Хотя… — протянул он. — В нашей сфере это обычно довольно просто объясняется. Я уже знала, что он скажет что-то мерзкое, но всё равно не была готова услышать это так прямо. Он наклонился ещё ближе, почти касаясь губами моего уха, и тихо произнёс: — Обычно такие карьеры делают не на таланте… а в чьей-то постели. На секунду я просто замерла. А он спокойно добавил, будто ставя точку: — Просто интересно… с кем именно ты трахаешься, чтобы ТАК быстро двигаться. Кровь ударила в голову. Я резко отступила от него. — Вы отвратительны, — тихо сказала я. Арман выпрямился и лишь слегка пожал плечами, будто его это совершенно не задело. Этого было достаточно. Я больше не собиралась оставаться рядом ни секунды. Развернувшись, я быстро пошла через зал. Музыка гремела, люди танцевали, кто-то смеялся, кто-то пытался что-то сказать мне, но я почти ничего не слышала. В голове всё ещё звучали его слова. Я подошла к столу, где стояли менеджеры и организаторы. Они что-то обсуждали, смотрели в телефоны. — Вика? — один из них поднял голову. — Всё в порядке? Я заставила себя улыбнуться. — Да… просто я, наверное, уже поеду. — Уже? — удивился другой. — Вечеринка только разгоняется. — У меня завтра ранний день, — спокойно сказала я. — И я немного устала. Они понимающе кивнули. — Конечно. Спасибо тебе за сегодняшний вечер, всё прошло отлично. — Спасибо. Я взяла свою сумку, коротко попрощалась и направилась к выходу. Когда двери закрылись за моей спиной, шум вечеринки остался позади. Ночной воздух оказался прохладным и свежим, и только тогда я почувствовала, как сильно дрожат мои руки. Я глубоко вдохнула. Ночь была тёплой, но свежей, город вокруг жил своей обычной жизнью — где-то проезжали машины, вдали слышались голоса людей. Всё казалось таким обычным и спокойным, будто ничего неприятного только что не произошло. Я достала телефон и вызвала такси. Пока машина ехала, я стояла у входа, глядя на освещённую улицу. Несколько гостей выходили покурить, кто-то смеялся, кто-то разговаривал по телефону. Я старалась держаться чуть в стороне, чтобы никто из знакомых меня не заметил. Через пару минут экран телефона тихо загорелся. Егор. Я на секунду замерла, потом открыла сообщение. «Почему ты ушла?» Через несколько секунд пришло ещё одно. «Всё хорошо?» Я посмотрела на светящиеся слова и почувствовала странную смесь эмоций — усталость, раздражение, и где-то глубоко под этим всем… тепло. Я несколько секунд просто держала телефон в руках, не отвечая. Телефон всё ещё был в руке. Сообщения от Егора оставались на экране. Я провела пальцем по клавиатуре, немного подумала и наконец написала: «Просто устала. Решила поехать домой.» Я уже собиралась убрать телефон в сумку, когда увидела, что он почти сразу прочитал сообщение. И через несколько секунд на экране снова появилась печать… Телефон снова завибрировал в руке. Экран засиял именем Егора. Я невольно сжала его немного сильнее. «А что хотел тот ублюдок от тебя? Это из-за него ты ушла?» — прочитала я сообщение. Секунда, и я почувствовала, как сердце слегка подпрыгнуло. Он всегда так быстро замечает, когда что-то идёт не так. Я опустила взгляд на экран, потом снова на улицу, где огни города мягко скользили мимо. Медленно набирая ответ, я пыталась сохранить спокойствие, хотя внутри всё ещё бурлили эмоции. «Ничего , всё нормально. Ничего важного.» Сообщение сразу прочиталось. Такси медленно катилось по ночным улицам, огни фонарей отражались в мокром асфальте. Я сидела, облокотившись на стекло, телефон лежал в руке, а мысли пытались прийти в порядок после вечера, полного шумных залов, глупых намёков и чужой наглости. Сообщения Егора всё ещё мелькали на экране, но я не спешила отвечать. Наконец машина свернула на тихую улицу, ведущую к дому. Перед подъездом она притормозила, и я расплатилась с водителем. Выйдя из машины, вдохнула прохладный ночной воздух. Он пахнул свежестью и одновременно чем-то знакомым — спокойствием, которого так не хватало за последние часы. Я прошла по освещённому тротуару, коротко взглянула на окна дома, где редкие огни продолжали гореть, и поднялась к двери. В руках сумка, а в голове — смесь усталости, раздражения и облегчения, что наконец можно закрыть за собой этот вечер. Когда я вставила ключ в замок и открыла дверь, на меня накатила тихая домашняя тишина. Шаги эхом отдавались в коридоре, а лёгкий запах кофе и домашнего уюта заставил плечи немного расслабиться. Я положила сумку, глубоко вдохнула и на мгновение закрыла глаза, позволяя себе просто быть дома. Весь вечер позади, а впереди — ночь и долгожданный покой.