Искры.

      Солнце безжалостно било в глаза, но Минхо даже не шелохнулся. Он лежал на диване в своем кабинете, закинув ноги на подлокотник, и досматривал сон, в котором он был королем, а ему приносили выпивку на золотых подносах. Реальность была менее щедрой, вместо подноса в дверь настойчиво долбились. —Хозяин!—голос Чонина пробивался сквозь пелену сна—Там эта...фурия с утра пораньше! С бумажкой!       Минхо открыл один глаз. Фурия? А, детектив Кан. Его котенок с острыми коготками. Он сладко потянулся, хрустнув позвонками, и лениво принял сидячее положение. Футболка задралась, открывая полоску подтянутого живота, но перед кем тут красоваться? Только перед Чонином, который видел его и в более плачевных состояниях. —Пусть заходит—зевнул Минхо—И свари кофе. Настоящий. А не ту бурду, которой ты поишь посетителей. —Я пою? Да это ты вчера сказал купить самый дешевый растворимый!—возмутился Чонин, но скрылся.       Через минуту дверь кабинета распахнулась без стука. Кан Сора ворвалась внутрь как тайфун в юбке, точнее, в узких черных брюках и легком свитере, который выгодно подчеркивал фигуру, но Минхо, конечно, этого не заметил. В руке она держала ордер и победный взгляд. —Подъем, сонная тетеря. У меня ордер на обыск.       Минхо даже не пошевелился. Он лениво перевел взгляд с её лица на бумагу, потом обратно на лицо. Остановился на губах. Потом снова на бумагу. —Детектив Кан—протянул он хрипловатым со сна голосом—А вы рано. Я думал, такие, как вы, спят до обеда, набираясь сил для ловли преступников. Или вы просто не могли дождаться момента, чтобы снова меня увидеть? —Мечтай—отрезала Сора, но краска бросилась ей в лицо. Всего на секунду. Она подошла к столу и шлепнула ордер прямо ему на грудь—Подписывай, что ознакомлен. И вставай. Мне нужно осмотреть подсобку и подвал. —Подвал?—Минхо приподнял бровь—Дорогая, туда даже я без фонарика не спускаюсь. Там пауки. И сырость. Испортишь свои красивые туфли. —Это не твоя забота. Вставай. Живо.       Минхо вздохнул с видом мученика, но поднялся. И тут же оказался к ней опасно близко. Он стоял босиком на холодном полу, чуть выше неё, и чувствовал запах её шампуня. Что-то свежее, с нотками цитруса. —А если я откажусь подписывать?—спросил он тихо, почти интимно—Что тогда? Наденете на меня наручники? Обыщете лично?       Сора оскалилась, по-настоящему, хищно. —С удовольствием.       И прежде чем Минхо успел среагировать, она ловко выхватила из-за пояса наручники, схватила его за запястье и защелкнула один браслет на нём. Второй, с разворота, пристегнула к трубе отопления, идущей вдоль стены. —Вот так—выдохнула она, глядя ему прямо в глаза—Посидишь тут, подумаешь о своем поведении. А я пока осмотрю всё сама. Чонин!—крикнула она в коридор—Проводишь меня!       Минхо моргнул. Потом дернул руку. Наручники звякнули, но труба держалась крепко. Он дернул сильнее–та же история. И вместо злости на его лице расплылась широкая, совершенно безумная улыбка. —Чёрт возьми—восхищенно выдохнул он—Да ты просто мечта!       Чонин, заглянувший в кабинет, округлил глаза. —Хён, ты в порядке? Она тебя пристегнула! —Чонин—голос Минхо был подозрительно спокоен—Иди покажи детективу подвал. И подсобку. И где мы прячем трупы. Всё покажи. —Какие трупы?!—Чонин побелел. —Шучу, иди уже—отмахнулся свободной рукой Минхо—Мы тут с детективом потом отдельно поговорим. С глазу на глаз.       Сора, уже выходя, бросила на него насмешливый взгляд. Ей явно нравилось видеть его прикованным. Но что-то в его глазах–тот самый опасный, кошачий прищур–заставило её на секунду засомневаться. Стоило ли оставлять его одного?       Через десять минут, пока Сора с Чонином осматривали пыльный подвал, Минхо скучающе ковырялся в замке наручников...отмычкой, которую достал из-под языка. Профессиональная привычка Гамбита–всегда иметь при себе маленький сюрприз. Щелчок–и он свободен.       Он размял запястье, поправил футболку и бесшумно вышел в коридор. Встретил он их на выходе из подвала–стоял, прислонившись к косяку, с чашкой кофе в руке, и смотрел, как Сора отряхивает колени от пыли. —Нашла что-нибудь интересное, котенок?—мурлыкнул он.       Сора вздрогнула и резко обернулась. Увидела его свободным. Наручников нет. Её глаза расширились на долю секунды, но она быстро взяла себя в руки. —Как ты... —Магия Минхо пожал плечами—Или просто старые наручники. Тебе стоит купить новые, детектив. Покрепче—Он шагнул к ней, протягивая вторую чашку кофе—На, выпей. Успокойся. Ты там ничего не найдешь, я чист.       Сора недоверчиво взяла чашку. Пальцы на секунду соприкоснулись, и по коже Минхо пробежал разряд. Буквально. Искра статического электричества щелкнула между ними. —Ой—сказал Чонин.       Минхо и Сора замерли, глядя друг на друга. В её глазах мелькнуло что-то странное–не просто удивление, а вопрос. Она тоже это почувствовала. Слишком сильный разряд для простого статического электричества. —Это...—начала она. —Это у тебя свитер синтетический—быстро перебил Минхо, делая шаг назад. Серьезно? Его сила среагировала на неё? Обычно такое случалось только с заряженными предметами, а не с...людьми—И волосы распусти. А то так и будешь искрить.       Сора прищурилась. Она не повелась. Детективский нюх работал на полную. —Ли Минхо—сказала она медленно, отставляя кофе—А что ты вообще делал прошлой ночью между тремя и четырьмя утра? —Спал—соврал Минхо с абсолютно честным лицом. Хотя на самом деле в это время он как раз разбирался с тем самым артефактом, который искала Сора. Тот лежал сейчас в сейфе за его любимым бильярдным столом. —Свидетели видели мутанта с картами в районе Инсадон. Странный фиолетовый свет. И взрывы. —Фиолетовый?—Минхо сделал удивленное лицо—Наверное, какой-то к-поп фанат с лазерной указкой. Молодежь сейчас...       Сора шагнула к нему. Она была зла. Он видел это по тому, как сжались её кулаки, как пульсировала жилка на шее. —Не ври мне—тихо сказала она—Я чувствую, когда мне врут. И чувствую, когда рядом мутант. Ты один из них, да?       Минхо промолчал. Он смотрел на неё в упор. Искушение сказать правду было велико. Но пока–рано.       Он сделал шаг к ней навстречу. Теперь они стояли лицом к лицу, разделенные лишь парой сантиметров воздуха. —А если и так?—спросил он, понижая голос до бархатного шепота—Что ты сделаешь, детектив? Арестуешь меня? Прикуешь к батарее?—Он наклонился к её уху—Или воспользуешься ситуацией?       Рука Соры взметнулась сама собой. Ладонь впечаталась ему в грудь, останавливая. Но не отталкивая. Скорее, пробуя. Сквозь тонкую ткань футболки она чувствовала жар его тела. И тот разряд…он все еще вибрировал где-то под кожей. —Ещё одно движение—прошептала она, глядя ему в глаза—И я за себя не отвечаю. —О, я на это и рассчитываю—выдохнул Минхо.       Их взгляды встретились. Воздух между ними наэлектризовался до предела. Казалось, ещё секунда и произойдет что-то неизбежное. —Тут это...—раздался голос Чонина, который всё это время стоял в углу и чувствовал себя лишним—Кофе остывает.       Искра погасла. Сора резко отшатнулась, поправила свитер, хотя он был в полном порядке. Минхо усмехнулся, но усмешка вышла натянутой. Чёрт, он действительно хотел её поцеловать. Прямо здесь, перед Чонином. И это пугало больше, чем любой ордер на обыск. —Я еще вернусь—бросила Сора, направляясь к выходу—И найду доказательства. —Буду ждать, котенок—крикнул он ей вслед—И наручники свои захвати! Те, которые покрепче!       Когда дверь за ней захлопнулась, Чонин выдохнул. —Хён, ты идиот. Она же тебя посадит. —Посадит—мечтательно подтвердил Минхо, потирая грудь в том месте, где её ладонь оставила ожог—Но сначала...кое-что другое. Чонин, закажи новые шторы в кабинет. Поплотнее. И звукоизоляцию.

—

      В университетской аудитории было душно. Профессор бубнил что-то про медиа-этику, но Джисон ничего не слышал. Он сидел через два ряда от Юны и смотрел на её затылок. Она сегодня распустила волосы, и они мягкими волнами лежали на плечах. Джисон представил, как трогает их, и его паучье чутьё взвыло сиреной–опасность, опасность, ты сейчас описаешься от страха! —Хан Джисон!—рявкнул профессор—Ваше мнение по этому вопросу?       Джисон подскочил, как ужаленный. —Э-э-э...этика важна, да. Особенно в интернете. Потому что там...э-э-э...много зла. И котиков. Котики это этично.       Класс засмеялся. Юна обернулась. Она не смеялась, она смотрела на него с любопытством. Её темные глаза изучали его лицо, его растрепанные волосы, его нервно дергающийся кадык. —Интересная мысль—сказала она спокойно—Особенно про котиков. А можно уточнить, при чем тут котики?       Джисон почувствовал, как горит лицо. —Ну...они...милые. И пушистые. И за ними нужен уход. Как за...информацией? Да!       Профессор закатил глаза и махнул рукой, приказывая сесть. Джисон рухнул на стул и закрыл лицо руками.       После пары его нагнал голос: —Эй, Человек-паук!       Он дернулся и чуть не влепил паутину в потолок. Обернулся–Юна стояла в двух шагах, скрестив руки на груди, и улыбалась. —Чего?—выдавил он. —Я сказала «эй, странный парень»— поправила она—Ты чего такой дерганый? Кофеина перепил? —Ага—соврал Джисон—Литров пять.       Юна хмыкнула. Ей было интересно. Этот парень вел себя так, будто вот-вот взорвется или улетит. И она готова была поспорить, что видела его вчера ночью...на крыше. Когда ехала на такси домой и смотрела в окно. —Слушай—сказала она, доставая телефон—Я снимаю курсовой проект про ночной Сеул. Мне нужен оператор. Ты не хочешь подработать? Плачу кофе и пиццей.       Джисон моргнул. —Я? Оператором? —Ну да. Ты вроде нормальный парень. И у тебя руки не дрожат—Она посмотрела на его руки. Они дрожали—Ладно, дрожат. Но камера стабилизированная. Так что?       Соглашаться было безумием. Проводить время с ней? В темноте? Где его чутьё будет сходить с ума каждую секунду? Где он сможет случайно ляпнуть что-то про пауков? —Да—выпалил Джисон раньше, чем мозг успел остановить язык—То есть...да, конечно. А когда? —Сегодня ночью. В два. На площади Кванхвамун—Юна улыбнулась шире, заметив его панику—Боишься темноты? —Я? Нет. Я...пауков боюсь—Он засмеялся нервно—Шучу. Люблю пауков. Они классные. У них восемь глаз и всё такое. И они...э-э-э...мух едят.       Юна расхохоталась. Искренне, звонко. Джисон почувствовал, что его сердце сейчас пробьет ребра. —Ты чокнутый, Хан Джисон—сказала она—Мне это нравится. До встречи.       Она развернулась и ушла, оставляя за собой шлейф легких духов. Джисон стоял посреди коридора и не мог дышать. —Я идиот—прошептал он—Полный идиот. Она думает, что я ненормальны.       В кармане завибрировал телефон–сигнал тревоги от его самодельного приложения, отслеживающего преступность в городе. Ограбление в районе Мёндон.       Джисон вздохнул, поправил рюкзак и пошел к выходу. Сегодня ночью у него двойная смена, сначала ловить преступников, а потом делать вид, что он нормальный человек перед девушкой мечты. —Человек-паук—пробормотал он, выходя на улицу—Великий супергерой. Боится признаться в симпатии. И пауков. Хотя пауков я не боюсь. Или боюсь? Чёрт, я запутался.

—

      В два ночи площадь Кванхвамун была пустынна, если не считать пары пьяных туристов и Джисона, который спрятался за статуей и пытался успокоить дыхание. Он пришел за час. На всякий случай. Проверил окрестности на наличие преступников, чисто, проверил, не торчит ли из-под футболки костюм, чисто, но на всякий случай он надел самодельный компрессионный слой, имитирующий паучью сетку на удачу.       Юна появилась ровно в два. С огромной сумкой наперевес и камерой в руках. —Ты рано—сказала она, заметив его. —Я...мимо проходил соврал Джисон. —В два ночи? Мимо статуи? —Бессонница.       Юна хмыкнула, но спорить не стала. Она быстро настроила камеру на штативе и начала снимать. Джисон стоял рядом и пытался не смотреть на то, как лунный свет падает на её лицо. Получалось плохо. —Знаешь—сказала она, не отрываясь от видоискателя—Я вчера видела тут парня. Он летал. —Что?—Джисон похолодел. —Ну, не летал. Прыгал. С крыши на крышу. Наверное, показалось. Темно же.       Она повернулась к нему и посмотрела прямо в глаза. —А ты не знаешь, здесь правда есть супергерои? Ну, типа...Человек-паук?       Джисон поперхнулся воздухом. —Ч-чего? Паук? Нет. Не знаю. Может. Я вообще не смотрю новости. Я только учусь. И сплю. Много сплю.       Юна улыбнулась той самой улыбкой, от которой у него подкашивались колени. —Ты очень плохо врёшь, Хан Джисон. —Я не вру!—возразил он слишком громко. Паучье чутьё заныло: опасность, раскрытие, беги! —Ладно-ладно—она подняла руки—Не хочешь–не говори. Но если вдруг встретишь этого паука...передай ему, что у него классный костюм.       Джисон кивнул, чувствуя, что краснеет до корней волос.       Они снимали до рассвета. Говорили о кино, о музыке, о дурацком профессоре. Джисон забыл о том, что он супергерой. С ней он был просто парнем. Нервным, странным, но просто парнем.       Когда солнце начало вставать, Юна свернула камеру. —Спасибо—сказала она просто—Ты очень меня выручил. —Не за что—ответил он.       Она шагнула к нему. На секунду ему показалось, что она хочет его поцеловать. Но она просто протянула руку и поправила ворот его бомбера. —У тебя там...торчит—сказала она тихо—Какая-то красная тряпка. Как маска.       Джисон замер. Маска. Он сунул её в карман бомбера, и она, видимо, вылезла. Красная тряпка с прорезями для глаз. —Это...шарф—выдавил он. —Шарф—повторила Юна с непроницаемым лицом—Весной. —Я мёрзну.       Она кивнула, пряча улыбку. —До встречи в универе, Хан Джисон. И...будь осторожен там. На крышах.       Она ушла, а он остался стоять с маской в руках и глупейшей улыбкой на лице. —Она знает—прошептал он—Или не знает? Чёрт, она знает. Или нет? Паучье чутьё, твою мать, работай!       Чутьё молчало. Оно было согласно с одним–этот день вошёл в историю как самый странный и самый лучший в жизни Хана Джисона.       Чутьё внезапно активировалось, взывая Джисона к действиям. Послышались крики со стороны парка. Моментально оказавшись на месте шума, парень увидел…ничего, абсолютно ничего. Только вдалеке виднелось фиолетовое свечение.