8.

      Фернвуд Плейс. Ксандр по-прежнему ненавидел эту улицу, но сейчас чуточку меньше.       Он снова ехал туда. В спортивной одежде, потому что сорвался с тренировки — переоделся, но выйти к тренеру не успел. Потому что Райна позвонила из ночного клуба, пьяная и, кажется, вполне счастливая. Но ясно дала понять, что вернется домой только с ним. Да и он бы не оставил ее одну в этом отвратительном месте.       Часы показывали начало одиннадцатого. Город уже погрузился в сумерки и светился неоном. Ксандр морщился, крепко обхватив руль и стараясь не смотреть по сторонам. Он не любил это время, потому что на улицы высыпала всякая грязь — то самое, от чего он тщательно оберегал Райну все это время. Теперь же стало ясно, что девушка и сама в силах за себя постоять. Это успокаивало. Мужчина поймал себя на том, что больше ее не контролирует, не пытается удержать любыми способами. Теперь же… доверяет.       Оставив машину подальше, Ксандр сунул в карман ключи и быстрым шагом направился в клуб. Охранник на входе тормознул его, бесцеремонно пихнув в грудь и перегородив дверь.       — Таким, как ты, вход воспрещен, — усмехнулся «шкаф», глядя на Ксандра маленькими, близко посаженными глазками. От него несло потом и раздутым чувством собственного превосходства. Хотя на деле в этой пищевой цепочке он ничего не представлял. — Проваливай отсюда. У нас строгий дресс-код.       Усмешка приподняла уголки губ Ксандра. Все слова он пропустил мимо ушей. Его это даже не задело, несмотря на то что отказ ему часто карался. Больно, очень больно.       — Новенький? — спросил ровно Ксандр. Даже интонацию сгладил, просто потому что не хотел марать руки. И даже желание загубить будущее этого парниши не возникло.       — И че? — набычился охранник.       На плечо его легла рука старшего. Невысокого, но коренастого мужчины, с тяжелым взглядом и явно авторитетного в этом блядовнике.       — Остынь, Картер, — сказал он и кивнул Ксандру. — Добро пожаловать, мистер ван Хейс.       Когда тот заходил, охранник отступил, но взгляд его говорил сам за себя. Таких, как Ксандр — слишком влиятельных — здесь не любили. Но новенький даже не подозревал, что перед ним человек, который лично может выбить дверь ногой или набить морду. И никого не попросит сделать это за него.       В помещении было слишком громко и тесно, а жар чужих тел мерзко лип к коже. Держась ближе к стене, чтобы любой контакт свести к минимуму, глазами мужчина искал Райну. Это было не так просто: разноцветные блики превращали это место в одну большую пытку для эпилептика, а отвратительная акустика заглушала все голоса.       И все же Ксандр знал, что найдет ее быстро, даже слишком для того, у кого пульс обычно зашкаливает от обилия блядства вокруг. Потому что сейчас внутри у него было тихо. Непривычно для его характера и убеждений, для всей его паршивой жизни.       Райна сидела на барной стойке, закинув ногу на ногу. Ее тонкие пальцы, словно змейки, обнимали бликующее стекло. Мужчина повел взглядом, оценивая невольно: короткое белое платье, не оставляющее простора фантазии, высокие черные сапоги, алая помада. Это было что-то из ее гардероба — личного, к которому он руку не прикладывал. Ксандр бы соврал себе, если бы подумал о том, что этот образ девушке не шел.       А себе он старался не врать.       Словно хищник, не замечая никого на своем пути, мужчина быстро оказался рядом. Обвил руку вокруг ее талии, заслонил собой двух ублюдков, слишком откровенно на Райну пялящихся. Потянул ее на себя, и девушка на мгновение повисла на его шее, пока ноги не коснулись пола.       — О, привет, — Райна улыбнулась и сделала большой глоток. Капелька задержалась на ее нижней губе, а затем медленно сползла по подбородку к шее. — Не думала, что ты приедешь сюда.       — Я приехал за тобой, а не сюда, — ответил Ксандр чуть громче, чем собирался. Музыка гремела. — Ты здесь одна?       Раньше бы мужчина спросил ее, почему не предупредила. Почему вообще допустила эту мысль — провести вечер под липкими взглядами и с дешевым алкоголем в бокале, а не с ним. Не просто спросил, а вытрахал любое будущее подобное желание.       Отныне он не допускал подобных мыслей. Райна была под его защитой. Он прятал ее, укрывал, ограждал — как угодно, но не удерживал, будто пленницу.       Капля исчезла между ее грудей. Ксандр сглотнул.       — Эй, расслабься. — Толчок в плечо вернул его в реальность. Ксандр моргнул, теряя фокус на влажной дорожке на фарфоровой коже. — Взять тебе что-нибудь? Я знаю здешнего бармена. Для тебя — лучший алкоголь.       — Насчет «лучшего» ты, конечно, погорячилась, — ответил мужчина.       Смех слетел с его губ, но музыка все заглушила. Райна продолжала обнимать Ксандра за шею, и когда ее пальцы скользнули в волосы, ногтями царапая кожу, дыхание на мгновение сорвалось. Пальцы невольно сильнее сжались на ее талии, сминая гладкую ткань платья. Расстояние между ними уменьшилось до одного вдоха.       Музыка глушила, цветные блики размывали картинку вокруг, но не сбивали фокус. Ксандр поймал себя на том, что не отвлекается. Ни на шум, ни на духоту, ни на тошнотворную смесь запахов. Только ее светлые глаза, ловящие каждый блик. Ее тепло, опаляющее даже через одежду. Линия ее губ, выгнувшаяся в усмешке.       Вдруг кто-то толкнул его в плечо, и расстояние между ними окончательно исчезло, а остатки коктейля в стакане прилипли к его коже мокрым пятном на футболке. Грубость почти сорвалась с губ, но Ксандр моментально осекся и, оттянув ткань, лишь поморщился.       — Ты уже здесь. Замечательно, — Адриана выглянула из-за Райны, чертовски пьяная, и пошатнулась, пытаясь устоять на высоких каблуках. — А я гадала, через сколько явишься.       Не нужно было быть супергероем, чтобы принять правильное решение. Мужчина только щелкнул автозапуском, тут же убрал ключ обратно в карман и, не выпуская Райну из рук, сказал всего два слова:       — Мы уезжаем.       Адриана было открыла рот, чтобы возразить, но даже внезапно вернувшаяся в реальность громкая музыка, ударившая по вискам, не подняла в нем раздражение. Ксандр только закатил глаза и взял девушку за руку, аккуратно сомкнув пальцы на ее запястье.       — Избавь меня, — произнес он громче, чем хотел.       Обе покорно шли за ним, протискиваясь сквозь толпу. Свежий воздух вовсе не отрезвил, только усилил действие алкоголя — смех девушек разбавил вечернюю тишину, но, к удивлению Ксандра, он не испытал ни мимолетного стыда. Только короткими репликами подталкивал подруг к машине. И уже внутри, в чистом, этим утром намытом до блеска салоне, даже бровью не повел, когда Адриану затошнило.       Пока мужчина провожал ее до двери, Райна, конечно же, в машине сидеть не стала. Не в самом лучшем районе Нью-Йорка, зато в самое блядское время, уселась на капот, закинув ногу на ногу, и прикрыла глаза. Прохладный вечерний воздух гладил раскаленную кожу, трепал волосы, но прикосновение своего мужчины она почувствовала сразу.       — Спасибо, что не дала мне повода поднять на уши весь город своим побегом, — произнес Ксандр с легкой усмешкой, даже без намека на упрек.       Райна тихо рассмеялась и протянула руку, чтобы погладить наклонившегося к ней Ксандра по чуть шероховатой щеке.       — Спасибо, что отвез Адриану домой.       Их взгляды зацепились друг за друга. Он прочитал в ее глазах ту самую благодарность, искреннюю, сердечную, которую все детство пытался выслужить у отца. Руки в кровь, наперекор своим принципам, преодолевая себя и закрывая глаза на собственные желания.       Неужели, чтобы это случилось, надо было наплевать на все и поддаться настоящему. Или все дело в правильном человеке? Перед которым не хочется выслуживаться, строить из себя угодного. А быть тем, кто ты есть.       В какой момент Ксандр стал тем, кого боятся больше, чем уважают?       — Я даже не хочу думать о том, что могло бы с ней случиться, останься она одна в этом блядовнике, — произнес он, прикрыв глаза и ластясь о ее ладонь, словно маленький щенок, нуждающийся в ласке ежесекундно.       — Не все мужчины такие человечные, — ответила Райна, и это неприятно ударило его в грудь.       Человечным он не был с того момента, когда… таким себя уже и не помнил.       Словно заметив, как замедлился его пульс и как застыл, остекленел его взгляд, девушка подалась вперед. Убрав руку, коснулась его щеки своей, скользнула носом по шее, уткнулась в плечо. Не сказала ни слова, будто позволяя ему самому остановить поток гадких мыслей, ведь он бы не хотел замарать ее в них. От Райны пахло виски себестоимостью не более одного доллара за стопку, его когда-то любимыми духами и домом. Не тем, в котором Ксандр родился и рос, — тем местом, куда он так хотел вернуться после того, как девушка и ее диагноз вычеркнули его из жизни и воспоминаний, из прошлого и настоящего.       Ее губы коснулись его губ. Мягкие, чуть терпкие, словно вобрали в себя вкус этого вечера. Ресницы мазнули по скуле. Его руки стояли по обе стороны от ее бедер, но отныне это была не клетка. Райна больше не пыталась выбраться, не билась, словно птица, о стальные прутья, потому что Ксандр сам протянул ей ключи.       Он углубил поцелуй, подхватил девушку под бедра, встав между ними. Ее пальцы смяли ткань его футболки, вцепились в нее, как в спасательный круг. А губы требовали ласки — касаний языка, внимания всецельного. Каждое прикосновение кончиков пальцев к его коже мгновенно откликалось. Мышцы горели, и касания ветра перестали ощущаться вовсе.       Это было не всепоглощающее желание, не та грязь, что обычно прожигала изнутри и рвалась наружу хриплым рыком. Ксандр хотел ее — близости, ее губ на своих губах, объятий, в которых чувствуется полное доверие, и вновь почувствовать на себе тот взгляд, который не осуждает, а принимает.       Отпрянув первым, разорвав поцелуй, мужчина уткнулся лбом в плечо Райне. Она коснулась его рук, каменных мышц, прикрыла глаза, стараясь дышать глубже.       — Уже поздно, — наконец произнес он, отстраняясь.       — Останусь сегодня у тебя? — взглянула на него девушка снизу вверх.       — Останься, — кивнул Ксандр, мысленно благодаря ее за то, что не пришлось упрашивать, вызывать охрану и отпускать ее с тяжелым сердцем.       Уже в пентхаусе она скинула сапоги на пороге, оставила на вешалке пиджак Ксандра, который теперь пах и ее парфюмом, и скрылась в коридоре. Мужчина нашел ее в гостиной на большом кожаном диване: шторы были распахнуты, открывая перед ними весь город в блеске ночи. Райна сидела, облокотившись на спинку и вытянув ноги. Но тут же обернулась, когда он выдал свое присутствие, уронив блистер с таблетками.       Губы тронула благодарная улыбка. Утром ей наверняка будет хреново, но не настолько — Ксандр об этом позаботился. Она осушила стакан разом и оставила его на подлокотнике, а затем похлопала по своим бедрам, приглашая мужчину лечь на них.       Он секунду колебался — это так по-детски, так неправильно для его привычного состояния. Но Ксандр вдруг для себя решил, что хочет быть достаточно честен с ней, позволит увидеть его уязвимым, не прислушивающимся к каждому шороху и… не думающим наперед.       Положив голову Райне на бедра, мужчина прикрыл глаза. Ее пальцы нырнули ему в волосы, убрали пряди со лба, очертили линии носа, скул, скользнули по губам. Напряжение медленно покидало мышцы, тиски на ребрах разжались, ушла привычная ему морщинка между бровей. Таким, каким девушка его не знала.       — Что тебя беспокоит, Ксандр? — произнесла вдруг она. — Постоянно думаешь о чем-то, будто просчитываешь ходы. Приставил ко мне охрану.       Их взгляды снова встретились, но в ее глазах на ожидаемое раздражение не было и намека. Девушка продолжала пропускать волосы Ксандра между пальцев, гладить, водить ногтями по коже. Грудная клетка тоже поднималась без рывков, плавно опускаясь.       — Уверена, что хочешь знать правду? Если расскажу, узнаешь обо мне много нового, после чего вряд ли захочешь задержаться здесь еще на секунду.       Последнее предложение он произнес на выдохе. Морщинка вновь залегла между бровей, а удержать дыхание ровным не удавалось. Ксандр понимал, что мгновение назад сам подтолкнул Райну к решению, которое может навсегда отвернуть ее от него. И сделал это потому, что не хотел скрывать от нее правду — отвратительную, грязную, даже опасную. Но ему казалось, что он заслужил ее доверие достаточно, чтобы открыть душу.       — Я хочу знать то, что не рассказывают о тебе в сети. Куда делся Макс Керроу? Мой сосед.       Нервный смешок слетел с губ мужчины. Он прикусил щеку изнутри, будто давая себе последний шанс уйти от разговора, но им не воспользовался.       — Ты этого не помнишь, но он сделал тебе больно. Не жалей его, этот урод заслужил.       — Зачем ты следишь за мной?       — Не слежу — защищаю. Это разные вещи.       — Мне грозит опасность из-за тебя?       — Да.       Произносить правду оказалось сложнее, чем он думал. Странный короткий приступ паники подчинить себе Ксандр не смог. Но Райна совершенно не поменялась в лице, лишь кивнула, и это мгновенно вернуло его в реальность. После минутного молчания мужчина вновь заговорил:       — Это мой брат. Ларс. После смерти отца ему не досталось ни цента. И он… не смог с этим смириться. Его щенки подрезали тебя на «рэндже», это из-за них ты пострадала. Целью был я… ты просто оказалась не в то время и не в том месте.       Ксандр почувствовал, как девушка глубоко вдохнула и, казалось, собралась что-то сказать. Наверняка выразить сожаление, но в этом он не нуждался. Уже очень давно. Но вместо этого Райна вдруг сказала:       — Что ему нужно? Деньги? Твоя компания?       Это вызвало у мужчины легкую улыбку, но не от ее слов совсем, а от того, что он собирался ответить.       — Ни то, ни другое. Он хочет отомстить.

***

      Камень хрустел под подошвой, и это был единственный звук в округе. Сумерки окутали Нью-Йорк, добрались и до самых отдаленных уголков, делая тени еще более зловещими. Старые склады тянулись далеко вглубь, заброшенные и проржавевшие. Высокие металлические коробки когда-то были под завязку забиты товаром, но после развала чьего-то бизнеса и бесконечных судебных тяжб остались бесхозными.       Ксандр шел один. Он бывал здесь несколько раз, когда надо было серьезно поговорить с кем-то наедине.       Но в этот раз собеседник уже ждал его в одном из помещений. Ждал как хозяин ситуации.       И все равно мужчина не боялся идти туда один.       Он знал брата слишком хорошо, чтобы думать, что тот захочет его пристрелить сразу, стоит ему переступить порог. Этот конченный ублюдок любит шоу — смотреть на чужие страдания, на стекающую по подбородку кровь и слушать рваные вдохи под сломанными ребрами. А над родным братом, читай как «главным врагом», Ларс стал бы точно издеваться по полной.       Да только в планы Ксандра это не входило. Ни умирать, ни позволять брату приближаться к нему слишком близко.       В одной из складских коробок, которая внешне казалась самой уцелевшей, горел свет. Металлическая дверь была распахнута, едва держалась на петлях. Мужчина услышал голоса раньше, чем те, кто внутри, узнали о его присутствии.       Кулаки непроизвольно сжались, но Ксандр моментально стряхнул с себя лишнее — никто не должен знать о том, что у него на душе, иначе эта встреча заведомо потеряет все шансы. Тем более, когда дело касается Райны. Все попытки выключить эмоции провалились, поэтому единственное, что ему осталось — перекрыть их равнодушием.       С ухмылкой на губах мужчина шагнул внутрь. Взгляд мгновенно оценивающе коснулся девушки, но это была лишь доля секунды. А после Ксандр отвернулся, чтобы удержать равновесие.       На Райне не было живого места: ссадины, царапины, рассеченная губа, блуза вся в грязи, крови и рваная, волосы спутаны. Грудная клетка едва двигалась, каждый вдох сопровождался хрипом и попыткой глотнуть побольше воздуха. Девушка сидела, сгорбившись, на прогнившем деревянном ящике. Руки ее были стянуты скотчем за спиной, лодыжки тоже перемотаны.       Ксандр искренне желал, чтобы все причастные сдохли. Ему уже не так важно было убедиться, что эти выродки выстрадают каждую минуту, которую Райне приходится проживать с болью, сколько просто лишить их жизней, которые они не заслужили.       Но на лице его не дрогнул ни мускул. Терпи, твердил мужчина себе. Даже если Ларс попробует вывести тебя из себя, а он обязательно это сделает — терпи. Даже если к твоему виску приставят пушку — не подавай виду. Даже если они попытаются надавить на тебя, используя Райну, — скрывай настоящие эмоции.       — Я не сомневался, что ты придешь, брат. — Голос Ларса, только его гребаный голос, уже пошатнул внутренности.       Он стоял за Райной, в компании двух амбалов с пушками на поясе. Ничего не боялся, потому что чувствовал численное преимущество. Взгляд его впился в брата так, как пума вгрызается в свою добычу и не отпускает, пока сердце той не остановится. А улыбка… скалился Ларс так, будто уже победил.       Несложно было догадаться, что в его планы отпускать обоих живыми не входило: не наигрался и не отступит, пока не поставит точку. Братец перестраховался, когда поставил условие Ксандру — никаких копов, никакого оружия, никаких координат. Да только этот урод всегда недооценивал людей. Брата в особенности.       — Отпусти ее, и тогда мы поговорим, — вышло чуть хрипло, но достаточно уверенно.       — Поздно разговаривать, — Ларс вдруг наклонился к девушке и, взяв за волосы, запрокинул ей голову. Райна издала стон, хриплый, обреченный, и для Ксандра он прозвучал слишком красноречиво.       Он дернулся вперед, словно хищник, рассчитав каждое движение. Собственный гнев застилал глаза алой пеленой. Смех брата и приказ, который он отдал своим вышибалам, мужчина слышал фоном.       Но грохот выстрела оглушил. Далее вас ждут две разные концовки. Листайте ниже.       Альтернативный финал/1       Ксандр резко сел, судорожно глотая воздух, будто выбрался из водного плена. Каждый вдох давался с большим трудом. Тело было покрыто бисеринками холодного пота. В голове раз за разом, как заевшая пластинка, с щелчком слетал предохранитель и гремел выстрел.       Когда Райна коснулась его — невесомо, осторожно, — мужчина дернулся, как от пощечины. Она произнесла всего три слова: «Ксандр, я рядом». Но эта короткая фраза вскоре вытеснила все лишнее из его головы.       Обернувшись, он еще несколько секунд отходил от кошмара, слишком реального и слишком пугающего. Ему еще никогда не было настолько страшно. Даже когда Ларс угрожал расправой, гавкая из своей будки, Ксандр не давал волю чувствам и мыслил даже слишком холодно.       — Это просто сон, — Райна обхватила его лицо, и ладони уколола щетина. Ксандр вновь закрыл глаза, зная, что этому человеку можно доверить даже собственную уязвимость.       Только сон. Единственное место, где мужчина позволил бы Ларсу приблизиться, — только собственный кошмар, и только потому, что не мог бы себя контролировать.       Его губы нашли ее губы. Не медля, не спрашивая, Ксандр сгреб Райну в объятия, чтобы кожей чувствовать, как бьется ее сердце. Повалил на подушку, придавил к матрасу своим весом, закрыл с обеих сторон руками, целовал жадно, отчаянно, пока кончики ее ногтей впивались в его спину.       Оторвавшись на секунду, чтобы заглянуть в ее сонные глаза, мужчина провел ладонью по ее щеке, скользнул к ключице, вновь поднялся к шее, где под пальцами постукивала вена. Ксандр медлил с поцелуем, давая Райне время все же прийти в себя и проснуться, но руки продолжали жадно, собственнически гладить, будто не могли насытиться.       Боль от ее прикосновений к спине отзывалась приятной дрожью, рассеивая остатки кошмара. Ксандр задрал майку на девушке и припал губами к ее груди. Он закусил нежную кожу, тут же провел языком, а затем подул — Райна зажмурилась, полностью отдавая себя ощущениям.       Его пальцы скользнули вниз по ребрам, коснулись мимолетом живота, отодвинули ткань трусиков в сторону, поглаживая пальцами горячую влажную плоть. Ксандр приподнялся на локте, заглядывая девушке в глаза. Его член уперся ей в бедро, пульсируя.       — Скажи, если я нарушу твои границы, — хрипло выдохнул мужчина. Свободная ладонь легла на ее щеку, большой палец надавил на нижнюю губу.       — Я люблю тебя, Ксандр, — сказала Райна почти неслышно и подалась вперед, пальцами зарываясь в его волосы.       Он вошел в нее одним неспешным движением. С губ сорвался сдавленный стон. Чем теснее был контакт, тем быстрее уходило это блядское чувство страха, сжимавшее горло. Но не потому, что это отвлекало — близость Райны, стоило просто признаться себе в этом давно, исцеляла.       Движения были медленными, глубокими. Его ладони скользили по ее телу, очерчивая каждый изгиб: от талии к бедрам, от бедер к груди, где большой палец непременно задерживался и обводил затвердевшие соски. Когда Ксандр чуть поменял угол, Райна выгнулась под ним, вцепившись ногтями в его плечи. Он зашипел и ускорился, чувствуя, как она сжимается вокруг него.       А вскоре замер, уловив, как ее тело начинает дрожать под ним — сильно и неконтролируемо. Их губы снова встретились, языки переплелись. Когда она кончила, выгнувшись и прикусив губу, Ксандр наконец позволил себе отпустить контроль. Два последних глубоких толчка, и он излился внутри нее, уткнувшись лбом в ее плечо.       Несколько секунд он просто лежал на ней, полностью расслабленный, чувствуя, как Райна пальцами перебирает его влажные волосы на затылке. Потом аккуратно перелег на свою половину. Девушка устроилась у него на груди и вскоре заснула.       Утром, когда солнце, пробившееся сквозь щель между шторами, коснулось ее лица, она медленно приподняла голову — Ксандра не было. Ни на второй половине кровати, ни в пентхаусе, который Райна обошла дважды, заглядывая за каждую дверь. На звонки он тоже не отвечал. На душе было странно тревожно, хотя она прекрасно знала, что мужчина мог просто уехать по срочным делам.       Готовя завтрак — нарезая овощи, обжаривая тосты и бекон, варя кофе, — девушка не могла сбросить с себя это дурацкое состояние. После всей правды, открытой Ксандром, невозможно было просто игнорировать все, что происходит вокруг. Ни охрану, следующую за ней по пятам, ни излишнюю осторожность мужчины, которая примножилась в ее воспоминаниях об их встречах.       Голова немного болела после резкого пробуждения. Райна никогда не видела Ксандра таким потерянным — слабости он предпочитал прятать глубоко за грудной клеткой, чтобы никто даже не подумал использовать их против него. Ночной секс, казалось, окончательно разрушил между ними все барьеры. И… все ее сомнения.       Они больше не будут друг другу чужими. Больше никогда.       Взяв с собой тарелку с завтраком и еще дымящийся кофе, Райна осела на диване в гостиной и подобрала ноги под себя.       Шел дождь, размазывая капли по стеклу, и городская панорама потеряла очертания. В пентхаусе было прохладно, и рука сама потянулась к оставленному на подлокотнике пледу.       Тишина вынудила вновь взять телефон и набрать тот же номер.       Ничего. Только гудки. И все же лучше они, чем вообще ничего, чем тишина и там.       В горло ничего не лезло. Только горький вкус на языке чуть приземлил мысли, и все же Райна не усидела. Оставила тарелку с нетронутым завтраком на мягкой коже дивана, а кофе допивала, пока одевалась.       Светлая блуза, джинсы, кеды — одновременно так, как нравится и ему, и ей. Это вышло само, девушка даже не задумывалась о том, что надеть, открывая гардеробную.       Ключи от машины Райна нашла в кармане его пиджака, висящего на спинке кресла в кабинете. От того самого «рэнджа», который перевернул все с ног на голову, разделил их жизни на то, что было «до» и что стало с ними обоими после аварии. Она уже не вспоминала тот день ни со страхом, ни с сожалением — наоборот, благодарила судьбу за то, что та позволила ей увидеть, что Ксандр за своей броней прячет… человека.       На парковке ждали двое — те мужчины, которые все это время охраняли ее. Девушка запомнила их лица и узнала без труда. Но теперь эти двое не пытались выглядеть, как «местные», и черные костюмы придавали им особого сурового шарма.       — Извините, мисс Рэйн, нам приказано вас никуда не выпускать, — ровно произнес один, и второй лишь качнул головой. — Иных распоряжений мы не получали.       — Тогда поедем вместе, — цокнула Райна. Охрана переглянулась. — В офис к Ксандру. Ну?       Фары приветственно моргнули. Девушка села на заднее сидение, доверив руль тем, кто работал на ее мужчину. Сомнений, что они послушают ее, почему-то не было. Холодная кожа салона немного остудила ее собственную.       Но уже в дороге ее телефон завибрировал — на экране высветилось имя лучшей подруги. Откинув голову назад и массируя левый висок, Райна нажала «ответить».       — Ты уже с ним? — привычно, без приветствия, спросила Адриана.       — Еду к нему.       — В Плейнсборо?       — Причем тут Плейнсборо? — Райна выпрямилась. Дыхание сбилось.       — Если он привез тебя туда, значит, он этой больнице доверяет, — ответила подруга.       — Ничего не понимаю.       Секундное молчание сопровождалось полным отсутствием вдохов и выдохов. Райна поймала взгляд охранника за рулем в зеркале заднего вида, но в его глазах не отражалось абсолютно ничего, словно он годами тренировался держать эмоции в узде.       — Подруга… значит, ты еще не в курсе. Ночью была перестрелка. Твоего ненаглядного подстрелили. Все соцсети на ушах с самого утра.       Несколько раз моргнув, Райна отключила вызов и убрала телефон в карман. Она позволила себе один вдох, чтобы собраться, и громко, почти командным голосом, произнесла:       — Едем в Плейнсборо. Не обсуждается.       Не было сомнений — Ксандр жив. При мысли о нем в груди разливалось всепоглощающее тепло. Не было ни намека на пустоту, что разверзлась бы несомненно, почувствуй Райна неладное. Несколько часов назад они были вместе: разговаривали по душам, занимались любовью. Удивительно, как все резко поменялось.       Девушка знала, что этот человек заслуживает быть любимым. Заслуживает внимания, не дежурного, а искреннего, бескорыстного. Заслуживает каждое счастливое воспоминание. И в будущем их ждут еще тысячи таких мгновений. Заслуживает, чтобы его ждали, про него думали, о нем заботились. Заслуживает легкой несамостоятельности, чтобы можно было выдохнуть, отпустить контроль и доверить свои переживания и напряжение любимому человеку.       В сводке криминальных новостей имя брата Ксандра числилось среди убитых. Сам Ксандр, конечно, тоже не был подарком, и Райна его не оправдывала, но верила — этот ублюдок, который внес разлад в семью, подставлял близких, никогда никого не жалел и поставил своей целью кровавую месть, должен быть наказан.       Но Ксандр хотел, чтобы вся его шайка села в тюрьму, чтобы все было по букве закона. Что же пошло не так?       Выйдя из машины на парковке больницы Нью-Йорк Плейнсборо, девушка на мгновение остановилась, запрокинув голову и всматриваясь в белую дымку облаков. Теперь, когда пазл прошлого и настоящего сложился, когда воспоминания вернулись в полной мере и позволяли провести параллели, она была всецело уверена в своем решении.       Быть с ним. Всегда и вопреки.              Альтернативный финал/2       Ксандр распахнул глаза и сел. Кожа была липкой и холодной от пота. Легкие судорожно сокращались, не давая сделать полноценный вдох. Когда глаза привыкли к темноте, мужчина спустил ноги на пол и зарылся руками в волосы, оттягивая их, чтобы болью вернуть себе ощущение реальности.       Только сон. Единственное место, где мужчина позволил бы Ларсу приблизиться, — только собственный кошмар. Эта мысль проводила жирную черту между тем, что ему приснилось, и тем, какой могла бы быть действительность.       Экран лежащего на тумбе телефона засветился. Бросив на безмятежно спящую девушку мимолетный взгляд, Ксандр вышел из спальни и прикрыл за собой дверь. Он не хотел ее беспокоить, ведь вчера и так вылил на нее слишком много правды.       Пожалел об этом? Нет. Но не мог не заметить, как наполнились тревогой ее глаза и как она старательно пыталась скрыть это.       Когда эта девушка стала ему настолько дорога? Не просто как напоминание о том, что вся власть в его руках, и по щелчку пальцев перед ним любой встанет на колени. Не просто красавица рядом с ним, чудовищем.       Прекрасный цветок, хрупкий и нежный, который нужно держать под хрустальным куполом и беречь особенно тщательно. Только у этого цветка показались не такие уж и безобидные шипы.       — Слушаю, — Ксандр вошел в кухню и налил себе воды.       — Мы нашли его, — в голосе Зейна не было ни намека на то, сколько времени. Ровно, четко, будто отчитывался.       Глянув мимолетом в окно, где город, утонувший во тьме, постепенно светлел, мужчина тяжело, даже с сожалением выдохнул.       — Выезжаю, — ответил он. — Жду координаты.

***

      Когда Ксандр вернулся, солнце давно встало, а город сковали привычные утренние пробки. Он зашел тихо, но Райна уже не спала и крутилась у плиты. В воздухе витал сладковатый аромат панкейков и терпкий кофейный.       Взгляд ее прошелся по нему с ног до головы. Мужчина готов был поклясться, что почувствовал ее тревогу кожей. Между ними состоялся короткий немой разговор, глаза в глаза, но все упреки так и остались в этой тишине.       — Ты уезжал из-за Ларса? — спросила Райна, когда Ксандр, все еще стоя в дверном проеме, стянул футболку. — Я прочла сообщение. В пять утра, серьезно?       — Да, — ответил он. — Мне нужно в душ. Сильно голодная?       — Я подожду тебя, — девушка мотнула головой.       Под ледяной водой он оставил последние мысли о брате, смыл их с себя навсегда. Ровно так и покончил с этим ублюдком — самолично швырнул в руки копам, как и всех его щенков, которых пришлось долго отлавливать поодиночке. Теперь Ксандр мог наконец отпустить контроль и насладиться этим моментом, свободой от решений и фоновой тревоги о том, что от одного неверного движения может рухнуть все.       Что может снова пострадать Райна. Это дурацкое чувство вины ослабевало, конечно, но мужчина до конца не мог себе простить, что втянул ее в это.       Ксандр поймал девушку в гардеробной — застал врасплох, прижавшись к ней со спины всем телом. Ладони девушки уперлись в металлический каркас, как в единственную опору, а шелковая блуза так и осталась на ее плечах незастегнутой. Его дыхание обожгло ей шею, и по коже побежали мурашки.       — Теперь тебе ничего не угрожает, — произнес он хрипло, пройдя носом по ее позвонкам.       Его руки были разбиты, вены выпирали, костяшки — в крови. Но ее это отнюдь не пугало, не после вчерашних откровений. Все это время Райна словно собирала образ Ксандра как пазл из кусочков своего прошлого и настоящего, а вчера приложила последнюю деталь.       Почему же на полотне вместо страшного чудовища она увидела… человека?       — Мне никто никогда не угрожал, — произнесла Райна, не поднимая взгляда. — Потому что ты всегда был рядом.       Он уткнулся носом в изгиб ее плеча, вдыхая запах духов, и пальцы скользнули под шелк рубашки, погладили живот. Навис над ней, готовый закрыть собой от этого гребанного мира, будто его спина неподвластна пулям.       — Может, останешься голой сегодня? — Его голос завибрировал у ее уха.       Развернув девушку к себе лицом, Ксандр прижал ее к полке с аккуратно сложенными поло. Его колено скользнуло между ее бедер, раздвигая их, и он наклонился, почти касаясь ее губ своими. Оба кожей почувствовали мгновенно сбившееся дыхание друг друга, легкую дрожь в теле и желание, выплескивающееся через край.       — Тогда раздень меня сам, — сказала Райна, наконец заглянув в его глаза.       Усмешка, слетевшая с его губ, вышла низкой, гортанной, обещающей все, что она попросила, и даже больше. Его пальцы уже потянули ее рубашку вниз медленно, дюйм за дюймом, обнажая плечи, кружево бюстгальтера, поясницу.       — С удовольствием, моя маленькая мисс Рейн.       Костяшки его пальцев коснулись ее ключицы, и девушка вдруг перехватила кисть. Губами прижалась к алой воспаленной коже, не отрывая от мужчины взгляда. Поцеловала нежно, невесомо — так, как он никогда ее не касался.       Щелкнула застежка бюстгальтера, бретельки скользнули по плечам, обнажая грудь. Райна усмехнулась и закусила губу, наблюдая, как Ксандр опускается перед ней на колени. Его пальцы зацепились за резинку ее трусиков, стягивая их медленно. Когда ткань упала на пол, он задержал взгляд на ней, полностью обнаженной.       — Черт, — выдохнула она, когда кончики его пальцев скользнули вверх по внутренней стороне ее бедра. — Я опять ставлю тебя на колени, — улыбнулась, хитро прищурившись.       И опять перехватив его руку, Райна потянула Ксандра за собой. Мужчина послушно встал и пошел следом, позволяя вести себя через всю гардеробную в спальню. Его взгляд скользил по ее обнаженной спине, по изгибу поясницы, по тому, как двигались бедра при каждом шаге. Внутри все горело от желания, но он сдерживался, позволяя девушке взять контроль.       Когда она остановилась у кровати и развернулась к нему, он замер. Толчок в грудь — Ксандр рухнул на спину, даже не пытаясь смягчить падение, и его руки сами легли ей на бедра, когда она села сверху. Даже сквозь ткань домашних брюк он в полной мере чувствовал жар ее тела, и это сводило с ума. Руки сами потянулись избавиться от своей одежды.       Мужчина смотрел на нее снизу вверх, и в его взгляде не было ни капли привычной власти — только обожание. Райна чуть приподнялась, опираясь ладонями на его крепкую грудь, а затем так же плавно опустилась на него до самого основания. Ресницы ее задрожали, губы приоткрылись.       Вверх, почти теряя контакт, и вниз, глубоко, заставляя его низко застонать. Ее бедра двигались плавно, дразняще. Ксандр откинул голову назад, и перед глазами была только эта Райна. Настоящая. Не тень из их общего прошлого, которое он и сам хотел бы забыть.       Большой палец скользнул по ее нижней губе, а после опустился между ног — то надавливая, то поглаживая, то слегка нажимая и заставляя Райну вздрагивать от переизбытка ощущений.       Ее тело содрогнулось в оргазме, но Ксандр не дал ей опомниться, сорвав с ее губ протяжный сиплый стон. Крепко сжал бедра так, что пальцы впились в кожу, оставляя под собой белые следы, и резко притянул девушку к себе, насаживая глубже. Целовал жадно, рвано.       Приближалась разрядка, напряжение собралось внизу живота, и мужчина прикусил губу, чтобы сдержать себя, но ее стоны и то, как она отдавалась ему, просто сводили с ума. С низким, гортанным стоном он кончил, изливаясь глубоко внутри нее, и неохотно отстранился.       Приподнявшись на локтях, Райна коротко взглянула на Ксандра из-под опущенных ресниц.       — Пойдем завтракать, — не открывая глаз, произнес он. — Теперь и я проголодался.       — Я догоню, — лениво зевнув, девушка перекатилась на спину.       Когда он вышел из спальни, Райна села на край кровати и свесила ноги. Пальцы нырнули в волосы, оттягивая их, чтобы приземлить мысли. Старательные глубокие вдохи ничуть не спасали ситуацию.       Все это время после аварии девушка только и делала, что придумывала себе поводы злиться на этого человека. Чтобы в очередной раз убедиться в его бессердечности, негасимом желании все контролировать и принижать ее желания и сомнения, дабы возвысить свою роль в ее жизни.       Чтобы однажды, когда найдется повод, порвать с ним раз и навсегда, избавиться от его «заботы» и тяжелого взгляда.       Она действительно забыла. Прошлое, этого урода Макса Керроу и проблемы с деньгами. Но не Ксандра, не его прикрытую манипуляциями заботу.       Почему же сейчас так скребло под ребрами? Почему он перестал быть тем, кого она так ненавидела, но держалась рядом ради собственной безопасности, пряталась от своего же прошлого?       Подпускать его настолько близко к себе не входило в ее планы. Держать на расстоянии, тормозить, обламывать специально — да. Раздражать, ломать привычки — да.       Любить его — нет.       Быстро одевшись, Райна, ступая на цыпочках, пошла к входной двери. Уйти тихо казалось единственным верным решением, учитывая, что решение она приняла давно и менять его не собиралась.       Обхватив пальцами холодную металлическую ручку, она медленно надавила, но голос за спиной заставил мгновенно выпрямиться. Вдоль позвоночника пробежали мурашки. Райна зажмурилась, про себя ругаясь, однако обернуться не решалась.       — Уходишь? — повторил Ксандр.       — Остаться с тобой было ошибкой, — голос ее дрогнул.       — Я ведь сказал: никто не посмеет к тебе приблизиться. Ты в безопасности, — ровно произнес он, но девушка почувствовала, как напряжение сковало его тело.       — Не в этом дело!       Она резко развернулась, и в уголках ее глаз Ксандр заметил слезы. Нижняя губа дрожала, ногти впились в ладони, плечи опустились.       — Это ты, Ксандр! — бросила Райна. — Я не знаю, что случилось с тем человеком, который обращался со мной как с… как с… — ком в горле царапал изнутри, лишая полноценного вдоха. Девушка провела ладонью по лицу, смахнув с ресниц влагу. — Но я не хочу, чтобы тебя опять переклинило, и ты откатился до своих гребаных заводских настроек.       Он не двигался. Смотрел на нее в упор, не моргая и едва дыша. Догадался, к чему она клонит, и не смог принять правду. Сердце неприятно сжалось.       — Не было никакой амнезии? — только спросил он.       — Тебя я не забывала.       — Почему сразу не прогнала?       — Проучить хотела.       Ее щеки были влажными от слез, лицо покраснело, руки дрожали. На его лице не отражалось ни одной эмоции, но Ксандр только внешне выглядел равнодушным. Казалось, стук собственного сердца уступал в громкости разве что ее голосу.       Он ждал, что Райна передумает, что останется с ним — поклялся себе больше никогда не вести себя с ней, как полный ублюдок.       Но девушка толкнула дверь и, словно безмолвно прощаясь взглядом, быстро вышла.       Она боялась передумать, ведь была в шаге от этого, несмотря на все, что пережила с этим человеком. Именно поэтому боялась.       Ксандр усвоил важный для себя урок — уважать ее решения.