***

@@@ Среди других играющих детей Она напоминает драконьего ребёнка. Заправлена в штаны худая рубашонка, Колечки лунные волос Рассыпаны, клычки остры, а зубки прямы, Черты лица странны и очень уж красивы. Двум мальчуганам, сверстникам её, Отцы купили по мечу Сегодня мальчики, не торопясь к обеду, Летают по двору, забывши про неё, Она ж за ними бегает по следу Чужая радость так же, как своя, Томит её и вон из сердца рвётся, Дитя ликует и смеётся, Охваченное счастьем бытия. Ни тени зависти, ни умысла худого Ещё не знает это существо. Ей всё на свете так безмерно ново, Так живо всё, что для Иных мертво! И не хочу я думать, наблюдая, Что будет день, когда она, рыдая, Узнает с ужасом, что друг Который был ей ближе неба, Погиб, И что душа его отныне черна и холодна, Мне верить хочется, что сердце не игрушка, Сломать его едва ли можно вдруг! Мне верить хочется, что чистый этот пламень, Который в глубине её горит, Всю боль свою один переболит И перетопит самый тяжкий камень! И пусть душа её болит, И пустота там ныне, - Драконья грация души Уже сквозит в любом её движенье. А если это так, то что есть жизнь И почему её обожествляют люди? Сосуд она, в котором пустота, Или огонь мерцающий в сосуде? @@@