Часть 1

      Дурацкая идея, полный провал, да чем она вообще думала, когда прикатила сюда? Вика ругала себя последними словами, сжавшись от холода на скамейке у его подъезда, уже темнело, и температура опускалась стремительно. Она достала из кармана куртки телефон, батарея показывала тридцать семь процентов, когда получится зарядить, было непонятно, но она всё равно включила музыку, кажется, стало чуть теплее, когда в ушах послышались первые биты и юный мальчишеский голос стал начитывать текст. Она сунула телефон обратно, заткнула наушники понадёжнее, натянула капюшон, и наконец спрятала озябшие руки в карманах куртки.       Она погрузилась в свои мысли, машинально подпевая голосу в наушниках и ритмично покачивая то ногой, то головой. Из-за музыки она и пропустила, когда на парковку у подъезда прикатил чёрный седан, из машины вышли трое парней. Они тут же закурили, передавая по кругу зажигалку, и, продолжая спор, начатый ещё в машине, двинулись к подъезду.       Девушка заметила их только, когда они остановились в шаге от неë, один из парней в натянутой на глаза вязаной шапке, шарил по карманам в поисках ключей. Вика подскочила со скамейки, и чуть не улетела, запнувшись о собственные закоченевшие ноги. Парни обернулись на неë, как будто только заметили, воцарилась неловкая тишина. Вика спешно дёрнула за провода, чтобы достать наушники из ушей, и судорожно пыталась сообразить, что сказать, чтобы задержать их. Парень в шапке, всё ещё копаясь в кармане куртки, нахмурился и сплюнул на дорожку. Двое других понимающе ухмыльнулись.       - Фоткаться не буду, - произнëс парень в шапке, наконец извлекая связку ключей, и решительно двинулся к подъезду.       - Могу я сфоткаться, - засмеялся один из парней, темноволосый в ярко-оранжевой куртке, паясничая.       - Я не одна из твоих фанаток...       - Все вы так говорите, - пожал плечами парень в шапке, даже не обернувшись.       - Я приехала к тебе, потому что ты изменил мою жизнь, - в отчаянии выкрикнула она, бросаясь за ним.       - Да-да, и это я уже слышал примерно тысячу раз. Спасибо, тронут. Пока!       - Глеб!       На её крик все трое опять обернулись, парни не скрывали глумливых усмешек.       - Что тебе надо? - почти по слогам произнёс Глеб, его лицо превратилось в бесчувственную маску.       - Я всё бросила, чтобы приехать сюда. Я просто хочу быть рядом, я сделаю, что скажешь.       - Самонадеянно. Очень. Ты не в моём вкусе, жирная, страшная, старая, - припечатал он, глядя исподлобья на растерянную девушку.       - Я не про это, - она даже не обиделась. И это насторожило Глеба, обычно девчонки очень трепетно относятся к оценке своей внешности, по крайней мере, те, с которыми он привык общаться. Он присмотрелся, на самом деле, она была не такой уж и страшной, просто реально взрослая, лет тридцать, не меньше, и неухоженная, как будто никогда не бывала в салонах красоты. Волосы естественного мышиного оттенка, ни один псих не стал бы краситься в такое убожество, так что точно, натуральные, просто длинные, явно давно не стриженые, ещё и грязные. Брови настолько светлые и невыразительные, что их и не видно толком, он привык, что с бровями тёлки носятся чуть ли не больше, чем с губами. А тут полный а-ля натурель, ни гилауроновых губ, ни точёных скул, ни перманента. Он уже и отвык от таких женщин, вернее перестал их замечать вовсе.       - Трахаться с тобой я не буду, мне столько не выжрать, - он опять сделал попытку дойти-таки до подъезда. Если торчать на улице слишком долго, набежит ещё с десяток таких долбанутых фанаток, и придётся опять переезжать, а ему пока нравился вид на Москва-Сити из окна.       - Мне некуда пойти, - тихо проговорила она, опуская голову, и, кажется, сдерживая слёзы.       - Мы что, благотворительная организация? А ты не обнаглела? - наконец отмер Макс, бородатый тип в капюшоне, вот спасибо, мог бы и раньше помочь ему.       - А мы с тобой земляки, - нерешительно сказала она, обращаясь к Максу.       - История обрастает подробностями, - заржал парень в оранжевом. - А я твой потерянный брат-близнец?       Парни издевательски засмеялись, Дима, докурив, метко кинул окурок в урну, а Макс неожиданно заинтересовался.       - Из какого ты города?       Она назвала, и тут же полезла во внутренний карман куртки, отчего парни напряглись, но она достала паспорт, показала Максу.       - Не врёт, землячка, - кивнул он, поглядев на страницу с фото. - Тихонова Виктория Юрьевна.       - Отлично, забирай её себе, а мне ещё надо сегодня поработать, - пожал плечами Глеб и, кивнув Диме, двинулся к подъезду. Раздался писк домофона и тяжëлая дверь распахнулась.       - Э, Глеб, я не могу её к себе, Дашка не поймёт, - вдруг сообразил, во что вляпался, Макс.       - Ага, а я, значит, устрою у себя питомник для заблудших душ. Неа.       Вика смело шагнула за парнями, ловля дверь негнущимися пальцами.       - Эй, давай дуй к себе, в это ваше Кукуево.       - Глеб, давай вот без этого! - возмутился Макс.       - Я могу делать всё по дому, не выгоняй меня, мне очень надо быть рядом с тобой, - зачастила Вика, - ты изменил мою жизнь, ты и твои тексты, я не думала, что так бывает, пожалуйста.       - Глеб, - неожиданно вступился за девушку Макс.       - Да вы сговорились что ли?! - психанул парень, вдавливая кнопку вызова лифта в стену.       Вика стояла чуть в стороне, но всё равно уже рядом с их компанией, она шмыгнула носом, и, кажется, собралась разреветься.       - Так. Переночуешь. И завтра свалишь поняла? Засветишь мой адрес в инете, я тебя с балкона на хрен выкину. Всё поняла?       Она закивала, как болванчик, нерешительная улыбка преобразила её невзрачное лицо.       Глеб закатил глаза и демонстративно отвернулся, он первым шагнул в лифт, игнорируя спутников, нажал на кнопку с цифрой "18", Вика зашла в лифт последней, поправляя рюкзак за спиной, забилась в угол, не поднимая взгляда.       Квартира оказалась огромной, Вика медленно шла по коридору, заглядывая в открытые двери комнат. Коридор упирался в ванную и туалет, направо и налево от него располагались две спальни, Глеб кивнул ей на ту дверь, что была справа, и Вика прошмыгнула внутрь. Комната оказалась небольшой и скудно обставленной, из мебели была только кровать, комод и огромное, очень мягкое на вид кресло. Нейтральные обои на стенах, ламинат в тон, абсолютно безликая обстановка выдавала, что квартира съёмная. Вика пристроила рюкзак у кресла и подошла к окну, город как на ладони, жаль, что Москва-Сити с другой стороны, наверно, в спальне Глеба должен быть шикарный вид.       Она тихо вышла в коридор. Из комнаты напротив раздавалась музыка и громкие голоса спорящих парней, тянуло куревом. Она заглянула в неплотно закрытую дверь, перед окном стоял монитор, на котором цветной эквалайзер отражал, видимо, композицию, которая звучала из огромных колонок, что стояли по бокам. В кресле перед компом сидел Дима, что-то переключая на пульте. Макс стоял рядом, смахивая пепел с сигареты в забитую окурками пепельницу, Глеб, так и не сняв шапку, развалился в кресле в самом тёмном углу.       В окне действительно открывался шикарный вид на небоскрёбы, и Вика застыла, изумлённо разглядывая башни, которые казались теперь такими близкими и реальными.       - В холодильнике пиво, принеси, - крикнул ей Глеб, показывая, что её маневр не остался незамеченным.       Вика направилась на поиски кухни. Попутно она наткнулась, видимо, на спальню Глеба, на кровати валялись вещи, как будто он перебирал одежду, выбирая, в чём идти сегодня. Плотные шторы глухо задёрнуты, на столе исписанный блокнот, какие-то бумаги, стакан с остатками сока, три кружки из-под кофе, на прикроватных тумбах два винных бокала, пустая бутылка от вина, Вика хмыкнула.       Кухня нашлась дальше по коридору, в огромном холодильнике еды не оказалось совсем, только пиво, несколько бутылок какого-то ещё алкоголя, пачки с апельсиновым соком, стекляшки с минералкой. Она выудила три бутылки пива, поискала пивные бокалы, но на полках были только кружки, стопки и бокалы для вина. Решила, что пиво можно пить из бутылок, и направилась по уже знакомому маршруту.       Глеб забрал своё пиво, даже не глядя на неë и не прекращая объяснять что-то Диме, Макс переместился на диван, ближе к Глебу, он кивнул, забирая пиво из её рук, димину бутылку она просто поставила на стол рядом с парнем.       - Пожрать бы, - задумчиво почесал живот Глеб.       - Я могу приготовить, только у тебя в холодильнике пусто, - предложила Вика, воспользовавшись тем, что трек кончился и музыка стихла.       - Пиццу закажи, в прихожей должны валяться буклеты. Хочу острую, и никаких на хер ананасов. Пинкод последние четыре цифры номера карты, - Глеб кинул ей карточку, и опять продолжил что-то объяснять парням.       На полке в шкафу действительно нашлись несколько буклетов пиццерии, и Вика погрузилась в их изучение, выбор был огромный, а с ананасами, кстати, оказалась только одна Гавайская, осталось, всего-то выбрать из десяти острых.       - Закажи эту, эту и эту, - раздавшийся над ухом хриплый голос, заставил её вздрогнуть, Макс деловито ткнул пальцем в яркие кругляши, Вика старательно повторила названия, чтобы не перепутать, и набрала номер пиццерии, благодарно улыбнувшись парню.       - Спасибо, - шепнула она, и тут же затараторила заказ оператору.       Пока она разговаривала, Макс вернулся к друзьям, и Вика снова осталась одна. Пиццу привезли через час, всë это время Вика провела на кухне, она поставила свой телефон на зарядку, и перемыла всю посуду, которую смогла найти в комнатах, в студию не заходила, чтобы не мозолить Глебу глаза лишний раз. Странно, в огромной кухне с шикарным двудверным холодильником, не оказалось посудомойки. Хотелось бы ещё навести порядок, но Вика не решилась хозяйничать в чужом доме. Состояние кухни наталкивало на мысли, что здесь не готовили в принципе, максимум, разогревали еду, плита была идеально чистой, а кастрюли и сковородки расположились в шкафах в строгом порядке, как будто их никогда не доставали.       При виде коробок с пиццей парни оживились, даже отошли от компа.       - Пиво кончилось, - Глеб помахал пустой бутылкой, Вика кивнула, собрала тару, и ушла на кухню за новыми.       После еды все трое потянулись в ванную, тщательно мыть руки, видимо, оборудование и компьютер пачкать было строжайше запрещено, это всё Вика слышала из своей спальни. Она вертела в руках полностью заряженный телефон, по хорошему, надо было позвонить домой, но она не могла. Записка, которую она оставила, уезжая, стала ещё одним подтверждением её трусости. И сейчас она слишком боялась расплакаться, услышав родной голос. Она сама не поняла, в какой момент всё пошло прахом, и остался только Глеб с его треками. Взрослая жизнь оказалась сложной штукой, и она не справилась с ней.       Вика сама не заметила, как заснула, проснулась она глубокой ночью, когда гости шумно покидали квартиру, потом она услышала шум воды в ванной, спустя время раздались шаги. Глеб остановился у её двери, Вика замерла, боясь дышать, он постоял с минуту и просто ушёл к себе. На часах было почти четыре. Из глубины квартиры раздалась негромкая мелодичная музыка, под неë Вика и заснула.       Она всегда, сколько себя помнила, была жаворонком, так что пробуждение в семь утра было не самым приятным, но неизбежным. Вика сразу вспомнила, где она. С ума сойти, Глеб спит в соседней комнате, кому скажешь, не поверят.       В спальне Глеба было настолько темно, что ей понадобилось несколько минут, пока глаза привыкли и он смогла разглядеть лохматую светловолосую голову на подушке, хотя бы спит он без шапки, из-под одеяла была видна только рука в татуировках. Ей очень хотелось присесть рядом и коснуться пальцами его волос, Глеб вызывал в ней столько всепоглощающей нежности, что это пугало. Она вышла из комнаты, чтобы не натворить глупостей.       Продуктовый нашёлся в соседнем доме, даже не пришлось далеко ходить, довольная Вика отвлеклась от грустных мыслей, пытаясь спланировать меню на сегодняшний день, приготовление еды всегда помогало ей снять стресс. В квартире царила тишина. Она порадовалась, что кухня находится близко ко входу и довольно далеко от спальни Глеба, можно было не бояться разбудить его.       Она успела прибраться в студии - опустошить пепельницу, выкинуть коробки из-под пиццы и пивные бутылки, их по углам обнаружилось штук пятнадцать. Ближе к полудню Вика взялась за приготовление завтрака, сама она перекусила ещё утром, и желудок уже как бы намекал, что время обеда близится. Вчера Макс занëс ей в спальню пару кусков пиццы, но говорить не стал, сразу вышел. Она возилась с яйцами, когда раздался громкий звук стандартного рингтона, Глеб заворочался, видимо, нашëл телефон и послал кого-то на хер. Телефон тут же зазвонил повторно.       Вика ускорилась, выливая смесь из взбитых яиц и молока к помидорам на сковородку. На второй сковороде жарились полоски бекона.       Она уже посыпала готовый омлет сыром, когда на пороге появился Глеб в одних трусах. Его худое бледное тело в чёрных метках татуировок, хаотично разбросанных по коже, невольно приковывало взгляд. Вика сглотнула.       - Какого хера ты тут делаешь? - зарычал парень.       - Завтрак. Омлет будешь? - Вика кивнула на сковороду, вжимая голову в плечи под его грозным взором.       - Ты должна была переночевать и уйти. Так какого хера ты тут делаешь? - он стойко игнорировал соблазнительные запахи, но его выдал заурчавший желудок.       - Мне некуда идти, Глеб, пожалуйста! - в её глазах было столько отчаянья, а бекон пах так хорошо, что Глеб сдался и, придвинув к себе ногой стул, рухнул за стол.       Вика, не задавая лишних вопросов, засуетилась, подавая нехитрый завтрак. Омлет, бекон, тосты с джемом и кофе - универсальный набор.       Ел Глеб молча, тщательно пережёвывал каждый кусочек и сохранял на лице надменную маску превосходства над всем миром. Потом также молча встал, и ушёл. Только тогда, Вика почувствовала, как дрожат от напряжения руки и ноги, и упала на соседний стул.       После завтрака он запер студию на ключ и ушёл со словами:       - Надеюсь, когда вернусь, тебя здесь уже не будет. Дверь захлопни, когда будешь уходить.