Глава 11. 12 лет спустя.

      Гл 11. 12 лет спустя.              Сегодня случилось ужасное — я нигде не могу найти Мурку. Когда проснулся, его рядом не было. Когда в теплице был, тоже его не видел. Я начал повсюду искать. К вечеру нашёл на пороге у выхода… Он лежал, тяжело дышал медленными короткими вздохами. Пена изо рта шла. Я к нему подбежал с криком:       — Мурка, что с тобой?       Его глаза приоткрылись, а голову поднять у него сил не было… Он смотрел на меня слезящимися глазами.       — Мурка, не плачь, всё будет хорошо, — говорил я, а у самого слёзы бежали ручьём.       Я его хотел поднять, упал на колени, протянул трясущиеся руки. И заметил, как он перестал дышать и его глаза прикрылись.       — Нет! Нет! Мурка! — кричал я, всхлипывая.       Я его аккуратно взял на руки, он не дышал, и сердце не билось. В горе и печали я плакал… Сидел с ним на руках, не знаю, сколько времени… Читал я, что кошки чувствуют свою смерть. И, когда этот момент подходит, они уходят от хозяина, чтобы тот не видел, как они умирают.       Двенадцать лет Мурка прожил со мной… Я его похоронил, ходил неделю как зомбированный, постоянно пересматривал фотографии. Ни на какие дела не было сил…              От истины не убежишь, я уже давно понял, что я, скорее всего, последний живой человек… А когда умерла Мурка, то тогда и навалилось осознание. Ведь, пока был интернет, никто так и не написал мне. Хотя я во всевозможных странах на сайтах писал… У меня получилось украсть несколько спутников. И я через спутники тоже искал выживших людей. Не нашёл. Написал программу для отслеживания передвижений и программу для распознавания людей. Но чаще всего это были обезьяны, волки и другие животные, просто несильно отчётливо сфотографированные.       Но я старался не думать об этом, а спокойно занимался своими делами.       Я заметил, что у меня стали всё медленнее и медленнее расти волосы и ногти. Да и есть, и пить я стал намного меньше. Спустя время я решил: нужно прекращать хандрить и двигаться дальше.       Я подстригся. Сбрил усы с бородой. Посмотрел в зеркало.       — Ахахаха, — засмеялся я истерически со слезами на глазах. Ведь я не постарел. Хоть мне уже за сорок, но выглядел я так же, как и в начале апокалипсиса.       Да, я это предчувствовал, поэтому и не брился… Зрение теперь у меня стало отличное, я это понял, когда смотрел в зеркало. Я вышел на улицу — всё заросшее. Я достал инструменты и два месяца вырезал на скале огромные буквы: «Я ЕДИНСТВЕННЫЙ ЖИВОЙ». После этого решил поехать к морю, ведь никогда не видел его вживую. Так что начал собираться, распаковал вездеход с чёрными технологиями, загрузил его всем необходимым.       За годы, прожитые здесь, остался один рабочий ветрогенератор, запасные солнечные панели сейчас использовались, и два рабочих водяных генератора. Железо в компьютерах я менял.       Половина морозилки заполненная. Но там почти не было мяса, а только фрукты, ягоды. Фильтры многие я поменял, но ещё в запасе была парочка. Оружием я почти не пользовался.       Дневник скопировал и фотографии многие распечатал и заламинировал. Теперь они не испортятся. Копии замотал плёнкой обычной, плёнкой с пупырышками — и так на несколько слоёв, положил в железный сейф. Ведь пластик долго разлагается. Заламинированные оригиналы забрал с собой.       Базу закрыл.       Определился с маршрутом и поехал. Проезжал я по разрушенной деревне, зверей тут до сих пор не было. Видел я скелет в машине, которая в столб въехала.       Проехал мимо костей зомби-коровы. Выехал из деревни. Дороги заросли. Но всё равно видно, где они были проложены.       Отъехал я от деревни на пару километров, как вокруг закипела жизнь. Но все бежали подальше от транспорта.       За три месяца я добрался до моря. Ехал я в основном по заросшим дорогам, редко, когда нужно было объезжать. Как-то я в город заехал — так одни скелеты и находил, все зомби сгнили… Даже в домах. Скелеты. Пару мумий видел, но они не шевелились.       Но природа брала своё: везде всё зарастало, здания разрушались.       Лежал я, загорал, купался. Смотрел, как солнце садилось за горизонт. Да, я не боялся стать зомби, поэтому купался. И думал я: «Что мне дальше делать?!» Решил попутешествовать.       Читал я как-то о том, что есть монахи, которые ввели себя в стазис, они в пещере, в горах. Может быть, они живы. Нужно пойти и проверить. И вот я отправился опять в путь. Около года искал я эту пещеру… Но всё-таки нашёл. Но вот почти все монахи мумиями стали, от некоторых только скелеты остались в позе медитации.       Пока искал пещеру, заметил я, что все животные, птицы, насекомые, рыбы сторонились меня. Даже если я подкрадывался. В радиусе полукилометра они меня как-то чувствовали и бежали куда подальше. Только те, кто убежать не мог, оставались, но если я к ним прикасался, то их тоже начинали обходить стороной. Только по земле, по которой я ступал, всё равно ходили. Так что я обмазался грязью — она не помогла, но радиус сократился примерно до ста метров.       Я ел всё меньше и меньше, и на мне это почти никак не отражалось.       Я начал везде путешествовать, отыскал пару секретных объектов. Пробрался внутрь. Но не нашёл я там ничего такого сверхъестественного. И никаких записей об апокалипсисе.       Я переплывал на другие континенты. Там тоже находил лишь разрушение, исчезновение цивилизации.       Много лет я путешествовал по миру.       Поэтому решил вернуться в деревню, на базу.       Вернулся, еле открыл ворота, тут теперь тоже царила разруха. Автоматический полив сломался, и всё в теплицах засохло… Морозилка разморозилась, и внутри всё сгнило…       Пчёлы тоже умерли.       Достал я свою биту.       Стоял я перед могилкой Мурки. Проводил пальцами по вырезанным словам. Слёзы текли…