Часть 1

В начале была зима. И сейчас, отступая, она, разродится водой, и смешной бородой, как колючей иглой, в сердце мартовских зайцев вонзится, и сломается там, и останется там, в белом сердце – в трепещущей птице. И всегда, сколько будет вода, - и большая вода, и сухая земля, и пустыня, и та же гнилая водица, - столько будет зима до сердец ледяна и болеть ею будет сердечная птица. Ведь весна – не весна, если в сердце игла. Если мартовский заяц из чуткого сна в белом ветре студёном решил утопиться… Так мышь Соня смеялась, не ведая зла: «накорми свою голову». Это игра. А в игре всё возможное может случиться: зеркала станут окнами, окна – водой, а весна… - обернётся ушедшей зимой. И колючей иголкой под сердце вонзиться. И останется там. И останется нам заклинать зеркала, и ловить по углам зайцев желтых да белых. Да синюю птицу.