Часть 1

Очередное приключение было позади. Теперь их цель – уже не поиск того-неизвестно-чего, там-непонятно-где, где по дороге обязательно придётся в очередной раз истреблять популяцию плесенников или Каэнрийских механизмов. Теперь - всего-то вернуться в город Сумеру, чтобы отдохнуть – просто и понятно. Шли молча. Обычно Паймон бы тут же начала болтать о чём-нибудь, а Итэр, неохотно поддерживая беседу, отвечал бы какими-нибудь колкостями на потеху себе и всем вокруг. Но сейчас оба молчали. «Аранары сказали, что мы с путешественником всегда будем вместе»- думала Паймон, - «Но сбудется ли это? Он всё-таки не из этого мира и, вполне возможно, когда найдёт свою сестру, улетит с ней из Тейвата…» А ведь Паймон никогда не спрашивала о его планах – планы явно не были её сильной стороной, ей больше нравилось жить и действовать здесь и сейчас, чем продумывать и просчитывать всё наперёд. Но это не значило, что будущее её совсем не волновало. Жить в моменте – это хорошо, но этот мир слишком быстро меняется. Ведь пару часов назад они вместе с Араной уничтожали Марану плечом к плечу, как настоящие боевые товарищи, а сейчас он… Как бы жив, но как бы нет, в общем, уже не такой, каким был раньше – больше с ним не поболтать и не повеселиться. Неужели и они с Итэром тоже однажды расстанутся? Насовсем? Желая тут же получить ответ на свой вопрос, Паймон вылетела чуть вперёд, заглядывая в золотистые глаза своего спутника. Итэр смотрел куда-то под ноги, размышляя о чём-то своём - таком же, видимо, неприятном и пугающем. - Эй, ты чего? – поинтересовалась Паймон. Путешественник поднял на неё взгляд. Ей редко приходилось видеть его таким – привычная миловидность и непринуждённая улыбка совсем испарились. Их знакомые наверняка бы не узнали Итэра - такого мрачного и серьёзного. Но это было не удивительно, ведь он посетил множество миров, и эти путешествия не всегда оставляли хороший отпечаток. «Сколько ему вообще лет?..» Паймон стало даже немного неловко от того, что она не знает таких простых фактов о своём спутнике, хотя они провели вместе уже кучу времени. Но сейчас было не до этого – так потерянно и отстранённо Итэр выглядел лишь в одном случае – он думал о Люмин. Паймон, необычно для себя, терпеливо выжидала, пока мысли путешественника распутаются, и он соберётся с силами, чтобы какую-нибудь из них озвучить. - Помнишь то убежище? – вопрос явно был риторический, но Паймон просто устала молчать. - А, которое странный аранара сделал? - Да, - Итэр всё ещё смотрел куда-то в пустоту, - Там были рисунки на стенах... - Да, про то, как начался Катаклизм и аранары вместе с Золотой нарой переселились в новую Варану… - Золотая нара – это Люмин, - перебил Итэер. - Да ну! Почему ты так думаешь? – Паймон приложила пальчик к губам, призадумавшись, - Хотя, Паймон тоже описание Золотой нары напомнило о твоей сестре… Ведь она постоянно говорила о своём брате… Да и энергия от вас должна быть похожая… - Вот и я про то… - Но… Это же было 500 лет назад! – воскликнула она, - Неужели твоя сестра прожила так долго… - «Как и Дайнслейф… Может, она тоже проклята бессмертием?!» - почти продолжила Паймон, но Итэр снова перебил. - Меня волнует не это, - он остановился и присел на упавшее рядом с дорогой дерево, - Мы не из этого мира, но не очень-то отличаемся от здешних жителей. А долго живущие существа здесь все до одного подвергаются эрозии… - Думаешь, Люмин тебя забыла? – Паймон неподвижно застыла перед ним – такой тон путешественника заставлял её начать волноваться. - Нет, она меня узнала тогда… В прошлую встречу. Но что если… Эрозии подверглась не её память, а чувства или разум? – Итэр бессмысленно смотрел в темнеющее небо, - Та ли это вообще Люмин, с которой я столько пропутешествовал?.. И, если даже отбросить эрозию, 500 лет – срок немалый, она уже столько всего пережила… Возможно, она уже совсем другой человек. И всё это время меня не было рядом… - Эй, не вини себя! – Паймон подлетела почти вплотную, пытаясь поймать наконец взгляд золотых глаз, - Ты же ничего не мог сделать! Ты не виноват, что всё вот так вышло… Да, мы ещё слишком многого не знаем, но это не повод отчаиваться и всё бросать! Я уверена – ты со всем справишься! Она видела его разным. С другими он милый, всегда готовый помочь, наедине с Паймон – ворчливый и неразговорчивый… Ко всем этим его формам она привыкла, но видеть его в печали было невыносимо. Паймон всегда считала, что грустить плохо – вместо этого лучше заняться чем-нибудь другим, переключить внимание – и печаль сама уйдёт. - И вообще… - не придумав ничего лучше, она брякнула, - Я есть хочу. Приготовишь что-нибудь? «Какая же она глупая всё-таки…» - подумал путешественник, доставая из рюкзака оставшееся мясо. Прежде чем бросить его в оставленный пустынниками котёл, Итэр увидел в воде своё отражение и обнаружил на лице улыбку.