Apocalypse

С характерным треском бита расколола череп. За месяцы скитаний он научился разделять людей на «до» и «после», и бледная женщина со ломанной шеей и выцветшими глазами была из последних. Так что он замахивался вновь и вновь, пока хрипы не сменились на чавкающий звук намотанных на гвозди мозгов, а собственное дыхание не сбилось, будто он пробежал марафон. Закинув голову и шумно выдохнув, Гилберт прикрыл глаза, слыша в ушах биение собственного сердца. Каждый раз это было несравнимое ни с чем чувство