Глава 2. Кошмар

POV Кита. Я проснулась от того, что меня разбудила Мари: — Кита, милая, просыпайся быстрее! Я неохотно открыла глаза. Мари смотрела на меня очень серьезным взглядом. А на часах не было и шести часов. — Мари, сейчас нет и шести утра, дай поспать… — Анна хочет, чтобы мы немедленно явились в Убежище. — Зачем? — Ну откуда я знаю? Она сказала, значит, мы должны явиться к ней! Только тут я заметила, что Мари опять одета в своё сектантское белое платье. — Да ну. Я хочу спать. Передай ей, что Кита заболела. Но Мари никак не отреагировала. Она просто не умела врать. — КИТА! — чуть не прокричала она. — Хорошо, хорошо, встаю. Волей-неволей пришлось вставать. Интересно, зачем Анне нас поднимать в такую рань? Когда я оделась, Мари взяла меня за руку (дело в том, что, если взять кого-то за руку, то можно вместе с ним телепортироваться) и произнесла заклинание телепортации. Мы оказались в Убежище. Хотя оно выглядело не так, как мы привыкли. Оно было каким-то темным, мрачным и негостеприимным. Раньше оно было не таким. Наше внимание сразу же привлёк длинный и тёмный коридор с синими стенами, которого не было прежде. На его полу был постелен длинный красный ковёр. — А тут был этот коридор? — спросила я. — Нет. Интересно, откуда он тут? Может быть, там Анна? Недолго думая, мы решили посмотреть, куда он ведёт. Мы шли по нему в течение получаса, но у него не было ни конца, ни края. Он всё тянулся и тянулся без каких-либо ответвлений. — Мари, а мы точно в Убежище? — Точно. Я прочитала заклинание правильно. А почему у меня на платье… Только тут мы заметили, что мы идём не по ковру, а по свежей крови! Нижняя часть платья Мари стала красной от этого! Мы обе были в ужасе. — Нам надо разыскать Анну. Срочно! Надеюсь, она знает, что тут случилось. Скоро мы наконец дошли до конца коридора, где была дверь. Мы открыли её и попали в большую, но тёмную комнату, где был накрыт стол, за которым сидели все наши сектанты. В центре сидела Анна. Она посмотрела на нас своими светящимися красными глазами, хотя обычно они карие и не светятся. — Наконец-то вы пришли, — сказала она, как только увидела нас, — добро пожаловать на пир! — Пир? — растерянно переспросила Мари, — Я не знала, что сегодня пир… — Садитесь уже за стол! Не стойте в дверях. Мы нашли два свободных стула и уселись рядом. Мы уже думали, что ничего страшного не случилось, но заметили, что наши друзья ели… человеческое мясо! Мы обе ужаснулись. — Простите, что прерываю вашу трапезу, — начала Мари, — но… почему вы едите человечину? — Ах да, — сказала Анна, отрываясь от «пищи», — начиная с сегодняшнего дня, вместо еды будет человечина. Она оказалась невероятно вкусной и питательной… Дело было даже не в том, чтобы есть человеческое мясо (хотя и в этом тоже!), а в том, чтобы убивать невинных людей ради этого! — Но зачем убивать и есть людей? Что они нам сделали? Разве мы раньше не хотели им помогать? — спросила Мари. — Люди слабые и глупые. Но в них содержится много мяса. Вы не представляете, как его приятно есть, особенно с живых людей, наблюдая, какую боль они испытывают и как их сородичи паникуют, безуспешно пытаясь спастись! А впрочем, сейчас вам подадут ваши порции, и вы сами во всём убедитесь. Анна бы никогда так не сказала. Это противоречило её идеалам. Только тут мы заметили, что в одном из углов комнаты находится целый склад обезображенных человеческих трупов! Меня чуть не стошнило. — Кита, немедленно уходим отсюда, — прошептала мне Мари. Но только мы встали из-за стола, как дверь, через которую мы вошли, сама закрылась. Мы не на шутку перепугались. — Значит, вы не будете есть человечину с нами? — громко спросила Анна, — Это может означать только одно: вы сопереживаете людям и, значит, хотите разделить их судьбу. Вы меня подвели! Так что вы обе очень скоро станете пополнением наших запасов пищи. Но сначала вы медленно и очень мучительно умрёте! Тут остальные сектанты встали и медленно, как зомби, пошли к нам, вытянув руки вперёд, на которых была видна свежая кровь. У всех поголовно рот был тоже перемазан в крови. Это было очень жутко наблюдать, особенно осознавая то, что ещё вчера они были нашими друзьями. — Кита, выламывай дверь и бежим отсюда. Мы не может тут больше находится! — приказала мне Мари. Я быстро сломала дверь, и мы убежали, но услышали Анну: — Не дайте уйти этим предательницам! Тут сектанты побежали на нас. — Кита, удираем отсюда! — только и успела мне крикнуть Мари. Но они бежали на нас настолько быстро, что убежать не было никакой возможности. Благо, Мари успела произнести заклинание телепортации, и мы с ней смогли телепортироваться к ней домой до того, как они настигли нас. Но как только мы оказались у неё в квартире, Мари упала на колени и начала тихо плакать. — Мари, ты чего? — всерьёз забеспокоилась я за свою подругу. Вместо ответа она обняла мои ноги и тихо сказала, всхлипывая: — Кита, мы только что потеряли всех наших друзей. Они теперь зомби, которые лишь убивают и едят невинных людей. Ты единственный близкий мне человек, который у меня остался! Увы, она была права. Я приобняла её и попыталась утешить: — Мари, я с тобой буду до конца. Можешь рассчитывать на меня. И мне неважно, служишь ты Анне или нет, куда ты — туда и я! Мои слова быстро её успокоили. Мари перестала плакать. Мы вернулись в спальню. — Что будем делать, Кита? — спросила Мари, — Я не могу быть в одной секте с людоедами. Нельзя это так оставлять. — Может позвоним в полицию? — предложила я. — Идея так себе. Полиция и без нас догадается об этих убийствах. А ещё они могут подумать, что мы тоже причастны ко всему этому, так что нас тоже могут арестовать. — А мы сами что будем делать? Мы же теперь больше не сектанты. Теперь можно отдыхать столько, сколько душе угодно! — Ну, найдём какую-нибудь работу, например в библиотеке, или в аптеке, или в типографии, или ещё где-нибудь. Не сидеть же нам дома всю нашу жизнь! Нельзя отдыхать так много. Это вредно для души. После этого разговора мы решили ещё немного поспать, потому что очень рано встали.