Блюз

      Высокий блондин в длинном чёрном пальто шагал по лондонским улицам. Солнечный осенний день плавно трансфигурировался в прозрачный вечер; ветерок - уже довольно холодный - обрывал с деревьев листья и нёс на зеркальную мостовую. Иногда они прилипали к безупречным ботинкам Драко, и Слизеринец брезгливо стряхивал их.       Малфой не любил природу. Точнее, она его совсем не интересовала. Человеку постороннему могло бы показаться, что его вообще ничего не интересовало. Но это было бы неправдой.       Например, Малфой хотел знать, почему его "осведомитель" всегда выбирает такие странные места для встреч. Да, в этот раз Блейз превзошёл самого себя: прежде чем Драко нашёл эту маггловскую забегаловку, ему пришлось изрядно попетлять по каким-то тёмным и косым переулкам. Рослый детина крикнул что-то оскорбительное, но Малфой ускорил шаг; а у последнего поворота ему повстречалась беззубая проститутка. Женщина скорчила свою самую доброжелательную физиономию и задрала юбки.       У входа в "подвальчик" Слизеринец вынужден был просочиться сквозь толпу хипстеров. Драко толкнул тяжеленную дверь и очутился в царстве табачного дыма, несмешных шуток и индифферентных официантов.       Блейз Забини помахал Малфою, и Драко направился к нему, пытаясь не вдыхать аромат дешевизны.       - Сколько веков прошло, а Лондон не меняется, - проворчал Слизеринец, отряхивая от влаги снятое пальто.       - Что стряслось, Драко? - с притворным участием поинтересовался Блейз - тебе отдавили ногу в автобусе?       Блондин пропустил эту шутку мимо ушей, но запомнил. Он оглянулся по сторонам. К их столику, покачивая бёдрами, двигалась настолько боди-позитивная официантка, что Малфой оторопел. На подносе у неё сверкали янтарём двадцать пять бокалов пива. Безразмерная грудь официантки становилась в дюйме от аристократичного носа Малфоя.       - Позволь мне позаботиться об этом, - официантка бесцеремонно выхватила пальто у Драко, не пролив при этом ни пинты пива - у, ты какой милашка!       Малфой пригнулся, поскольку женщина двинула свои телеса к вешалке.       - Дама - огонь, а? - сострил Блейз.       Драко сел напротив Забини, скорчив кислую мину:       - Моя палочка осталась в пальто. Когда она окажется у меня в руках, ты попляшешь!       Перед Блейзом стоял точно такой же бокал пива, какие носила на подносе Афродита от общепита. Приятель Малфоя отхлебнул немного и буркнул:       - Да не кипятись!       Драко упёрся локтями в стол и наклонился к нерадивому собеседнику:       - Давай-ка ближе к делу!       Забини выудил из-под стола папку и собирался открыть её, но в этот момент раздался какой-то грохот, и забегаловка притихла, точно простор перед бурей. Прямо посреди "подвальчика" возвышался полукруглый помост, на котором стояло ветхое фортепиано, несколько микрофонных стоек и электрогитара на подставке. У пианино уже сидел музыкант - чернокожий старик с седой бородой, подстриженной неаккуратно и нелепо. Его плечи дрогнули, а в зал полилась странная музыка, от которой Драко почувствовал себя не в своей тарелке. Ему вдруг захотелось обнять весь мир, несправедливый и несчастный.       Из темноты появился ещё один музыкант. Свет приглушили, оставив только луч, направленный на пианиста. В полумраке, второй взял гитару, накинул на шею ремень, будто хомут, и неземные, невыразимые звуки окутали публику.       Забини подмигнул Драко:       - В среду здесь выступает лучший дуэт Европы!       Драко процедил сквозь зубы:       - Признаю, что это - нетривиально для магглов. Но, я не люблю музыку.       Блейз отхлебнул пива:       - Это блюз, Драко! Музыка чужих страданий. Этот дуэт лучше всех осовременил жанр. Говорят, что гитарист - наполовину японец, сечёшь?       Малфой обхватил голову руками. Он представил себе девушку с каштановыми волосами, которая вынуждена общаться с рыжим обжорой и лохматым эгоистом. Девушка обнимала его за плечи, сзади, пока Слизеринец смотрел в пол. Губы её, способные свести с ума истуканов острова Пасхи, шептали:       - Дра-ако!       Малфой поднял на Блейза взгляд, полный ненависти. Забини отвернулся.       Губы Гермионы шептали:       - Драко! Дра-ако! Я вся твоя!