Часть 8. Эпилог

Торн ехал по пыльной дороге, ведя лошадь размеренным шагом. Ветер трепал его волосы, солнце грело спину, и всё было как всегда. Кроме голоса в его голове. — Почему ты ничего им не сказал? — мягко поинтересовалось проклятие. Торн усмехнулся, не сбавляя хода. — А должен был? Прийти к Эри и сказать: «Знаешь, я тут слышу голоса в голове, не хочешь обсудить?» Думаю, она бы только обрадовалась. Проклятие хихикнуло, хотя смех его был сухим и чужим. — Она бы испугалась. — Вот именно, — лениво отозвался Торн. — Зачем мне это. Пусть радуются, что все сработало. Он поёрзал в седле, ослабляя поводья. Лошадь нетерпеливо мотнула головой, но не ускорилась. Голос замолчал на время, давая наемнику побыть наедине с собой. Он въехал в лес, тень деревьев прикрыла его от солнца. — Ты думаешь о лешем? - вдруг спросило проклятие. — Не подслушивай. Оно усмехнулось — Торн почти почувствовал это. — Как же не подслушивать, если ты громко думаешь? — проклятие лениво протянуло слова, будто развалившись у него в голове. — Ты ведь не из тех, кто копается в прошлом. Что тебя так зацепило? Торн хмыкнул, натянув поводья. — Может, мне не нравится, когда мне заявляют, что я неживой. — Но это же правда, — прозвучало мягко, почти ласково. — Хочешь узнать больше? — Нет, — отрезал Торн. Проклятие фыркнуло. — Лжёшь. — Я не лгу, — ответил он, чуть раздражённо. — Мне просто плевать. — Правда? — в голосе прозвучала усмешка. — Тогда почему ты всё ещё думаешь об этом? Торн не ответил. Проклятие терпеливо подождало, а потом заговорило снова: — Я могу показать тебе. Твои собственные воспоминания. Хочешь увидеть? — Нет, — повторил он. — Но ты ведь знаешь, что я всё равно это сделаю. Торн сжал зубы, но промолчал. — Вот и хорошо, — довольно протянул голос в его голове. — Расслабься, Торн. Это всего лишь воспоминания. Мир вокруг потемнел. Он был ребёнком. Маленьким, босоногим, в рваной рубашке. Ночь, тёмный лес, ему холодно. Отец грубо сжимал его запястье, мальчик упирался. — Тише, парень, — сказал отец, продолжая волочить его вперед. — Всё будет хорошо. Торн замер. Он не помнил этого. Или… не хотел помнить? Проклятие тихо засмеялось. — Продолжай смотреть. — Куда мы идём? — спросил мальчик, но отец не ответил. Ветки хлестали по щекам, мокрая трава липла к коже. Вскоре деревья расступились, открывая тёмную поляну, залитую лунным светом. Отец остановился. — Папа? — позвал Торн. — Всё будет хорошо, — повторил тот и, прежде чем мальчик успел что-то сказать, резко толкнул его на колени. Торн вздрогнул, почувствовав, как острая сталь вонзается в его грудь. Воздух вырвался из лёгких с хрипом. Он упал на спину, глядя в чёрное небо. Листва над головой колыхалась, а где-то вдали завывал ветер. Отец сделал шаг назад. — Бери его, — сказал он в темноту. Голос звучал глухо. — Как и договаривались. Торн не мог двинуться. Холод растекался по телу. — И ты умер, — довольно прошептало проклятие. — А потом духи леса тебя вернули, похоже, ты им не понравился. Торн молчал. Лес перед его глазами расплывался, сливался с воспоминанием. Он чувствовал, как холодное лезвие вновь пронизывает его грудь, как дыхание становится рваным, а пальцы леденеют. Но ведь этого не было. Не могло быть. — Чушь, — тихо выдохнул он. — Правда, — усмехнулось проклятие. Торн стиснул зубы. — Даже если так… это было давно. Мне плевать. — Ты уверен? — голос в голове стал мягким, почти заботливым. — Ты не задавался вопросом, почему магия на тебя не действует? Она тебя не видит, ее засасывает пустота, которая стоит за тобой. Торн резко осадил лошадь. — Хватит, — рыкнул он. — Я существую. Я жив. — Нет, — прошептало проклятие. — Ты просто продолжаешь двигаться. Он молчал. — Но я могу исправить это. Я могу дать тебе то, чего у тебя никогда не было. Настоящую силу. Настоящую жизнь. Всего-то и нужно, что перестать сопротивляться. Торн усмехнулся — дерзко, вызывающе. — Прости, но не в этот раз. Он ударил каблуками в бока лошади, заставляя её ускориться, как будто мог ускакать от голоса в голове. — Торн, ты упускаешь возможности, — проклятие звучало почти укоризненно. — Ты мог бы стать сильнее. Мог бы стать великим. Он только фыркнул. — Лапшу мне не вешай. — Я могу сделать тебя таким, что ни один маг не сравнится, — голос в голове обволакивал, шептал, проникал под кожу. — Ты ведь чувствуешь, как легко меня принял? Как я тянусь к тебе, словно возвращаюсь домой? Я пришел из той же пустоты, Торн. Торн поморщился, но не остановился. — Чушь. — Ты мог бы взять все, что хочешь. Без страха, без слабости. Торн сжал челюсти, но промолчал. — Например… Эриану. Он резко натянул поводья, лошадь всхрапнула и встала. — Ты довольно предсказуем, — радостно протянуло проклятие. — Сейчас ей нет дела до тебя, ведь рядом Рейвен. Сильный, мудрый, влиятельный. Он ей подходит, а ты… просто наемник. Годишься только как развлечение на пару ночей. Торн не прерывал, и проклятие воодушевленно продолжало. —  Ты мог бы забрать её. Навсегда. Сделать так, чтобы она смотрела только на тебя. Чтобы ни один маг, ни один человек не имел над ней власти. Сделать ее своей. Торн медленно выдохнул, глядя в темноту леса. Потом усмехнулся. —  Пошел ты. —  Мне некуда идти, Торн, - немедленно отозвалось проклятие. - Ты не тянешься к силе, но сила всегда тянется к тебе. Подумай об этом. А я подожду.