глава 4

Пенелопа почувствовала, как в груди вспыхнула резкая боль. Её пальцы дрогнули, и она едва успела прикрыть рот рукой, прежде чем горячая жидкость прорывалась наружу. Кровь. Темно-красные капли скользнули между её пальцами, окрашивая тонкую перчатку. Мир вокруг поплыл, голоса гостей стали приглушёнными, словно она находилась под водой. «Проклятье…» Она знала, что с её телом что-то не так. Но не думала, что настолько. Ивонна заметила её состояние — Пенелопа видела, как уголки её губ дрогнули в лёгкой улыбке. Она ничего не сказала, но в глазах светилось удовлетворение. «Ты… Ты…» Пенелопа сделала шаг назад, но её ноги подломились. Она не помнила, как рухнула на холодный мраморный пол. Последнее, что она увидела перед тем, как провалиться в темноту, — это встревоженные лица гостей и бегущего к ней Каллисто. А затем мир исчез.

***

Без сознания В темноте не было времени. Только голос. — Не смей. Не смей бросать меня здесь. Голос был хриплым, напряжённым, полным боли. — Пенелопа… Она чувствовала чьи-то тёплые руки, их дрожь. Кто-то держал её, будто боялся, что она рассыплется в пыль. — Если ты… Если ты меня оставишь… Тишина. Тяжёлый, прерывистый вздох. — К чёрту этот мир. Если тебя в нём не будет… я сожгу его к чертям. Сквозь мрак она почувствовала, как что-то горячее капнуло на её руку. Слёзы. Но у кого хватит гордости плакать над ней? Пенелопа хотела открыть глаза, но тьма не отпускала.