«Мне милее всех живых»

° Эзоп едва заметно округлил глаза в бессловном удивлении, однако язык тела его не выдавал каких-либо значительных изменений, что были способны исказить его неподражаемый, непроницаемый, совершенно недоступный образ. - Выйти в сад? - тихий шероховатый голос сорвался с сокрытых за плотной тканью холодных бледных губ почти безразличным уточнением.