|

*** Тёплый весенний вечер, лес пах дымом. Угасающий день окрашивал деревья в мягкие золотистые оттенки. Где-то вдалеке потрескивал костер, наполняя воздух теплом. Сынмин глубже вдохнул, поправляя лямку рюкзака, и посмотрел на Минхо, который, запыхавшись, догнал его. — Ты уверен, что мы идем правильно? — спросил Минхо, сверяясь с картой в телефоне. — Если что, будем бродить до темноты — усмехнулся Сынмин. Ли лишь фыркнул на слова друга, но спорить не стал, продолжая путь. *** Когда они вышли на небольшую поляну, перед ними возник старый дом. С покосившимся крыльцом, выцветшими стенами и пустыми окнами. — Вот это да… Друзья одновременно переглянулись. Было что-то в этом месте — не жуткое, но странно притягательное. После несколько минутного ступора Сынмин шагнул вперед. Внутри пахло пылью и сыростью, половицы поскрипывали под ногами. Минхо разглядывая интерьер комнаты, заострил внимание на старый потрепанный стол, рядом с котором валялись пожелтевшие газеты и какие-то фотографии. Слегка помешкавший Минхо все же поднимает одну. На ней была группа подростков, которые улыбались во все зубы, ярко давая понять, что он разглядывает чей-то счастливый момент жизни. Перевернув фото виднелась дата – снимку больше двадцати лет. — Интересно, кем они были — пробормотал парень. Стоявший сзади Сынмин молчал. В этих снимках было что-то странное — не в мистическом смысле, а в человеческом. Как будто они запечатлели не просто моменты, а чью-то жизнь, которую теперь никто не вспомнит. Он перевел взгляд на фотоаппарат, который лежал рядом – молчаливый свидетель чего-то, что когда-то было важно, и о чем помнит только он. *** На следующий день после позднего завтрака, Сынмин в процессе изучении местности замешкавшись, но все же достает небольшой фотоаппарат, который до этого, по мнению своего друга категорически не хотел брать. — Ты же не хотел его брать — удивился Ли. — Хотел. Просто не знал зачем. Ким не спеша включил камеру, а затем навел объектив на небо и нажал кнопку. — Что снимаешь? — Просто облака. Минхо усмехнулся. Его позабавило резкое желание влечение друга запечатлеть окружающую среду, с фактором, что раньше он этого никогда не делал. — Дай сюда. Парень отобрал фотоаппарат, перевел фокус на Сынмина и быстро щелкнул. — Эй! — Ты выглядишь смешно. — Неправда! — Потом посмотришь! Так начались их снимки. Они фотографировали все подряд: — Минхо сидит у костра, растрепанный, с лукавой улыбкой. У него в руках ветка, с которой он только что сорвал обугленный зефир. — Сынмин, растянувшийся на траве, разглядывает звезд запрокинул голову назад. — Минхо, размахивает руками, пытался объяснить, почему в их походной лапше слишком много соли. — Костер, который они разожгли, и руки, протянутые к теплу. Им не нужно было искать красивые местности для запечатления момента, они сами их создавали. *** Последний вечер перед отъездом был наполнен тихими разговорами, запахом костра и легкой грустью. Сынмин сидел на старом деревянном настиле у реки, опустив ноги в прохладную воду. Минхо устроился рядом, раскачивая ногами и лениво перебирая камушки в руках. — Не хочется уезжать, да? — спросил Ли. — Не хочется. Они молчали. Вода мягко плескалась о берег, а ветер шелестел в листьях. — Никогда не думал, что простая поездка может значить так много — наконец подал голос младший. Минхо слабо улыбнулся. — А я всегда знал, что важные моменты — это те, которые не планируешь. Сынмин посмотрел на него и вдруг поднял фотоаппарат. — Последний кадр — тихо сказал он, на что Ли, что лежал в самом удобном положении лениво повернулся к собеседнику. — Давай, только без дурацких ракурсов. Ким рассмеялся и щелкнул затвором. Щелчок. На снимке — Минхо, слегка растрепанный, с легкой улыбкой и отражением закатного света в глазах. — Я тоже хочу сделать последний кадр, — сказал Ли, забирая камеру. Он поднял объектив и навел на друга. Сынмин не позировал, просто смотрел в сторону реки, слушая ветер и запоминая каждый звук. Щелчок. Два снимка. Когда друзья возвращались в лагерь, Минхо оборвавший тишину вдруг сказал: — Мы ведь забудем на сколько были счастливы всю эту поездку. — Может, и забудем. Но теперь будет вещь, которая будет отражать все счастье которое было с нами сегодня. Сынмин коснулся фотоаппарата, чувствуя, как его вес больше не кажется грузом. Теперь это была память. « На этой киноплёнке запечатлены мы с тобой. Я сохраню её, чтобы она не выгорела. Буду беречь её вечно. И в каждое мгновение буду петь вместе с тобой.» — Lyrics by «Cinema» - Lee know, Seungmin.