Ч.14 «В чём секрет изгнанников?»

Спустя неделю Мотуфету был позади и мореплаватели продолжали свой путь в сторону Тоалиби. По подсчётам им оставалось ещё чуть меньше двух недель до того, что бы доплыть до него, правда по пути приходилось, и в будущем ещё придётся, делать пару остановок на встречавшихся островах для пополнения запасов, поэтому их расчёты были лишь примерными. Благо весь путь погода была на стороне людей, ибо ветер не бушевал и не поднимал высокие волны, которые могли бы сбивать с ног и укачивать из сторону в сторону каноэ. Лишь изредка лил дождь, но благодаря полотенцам, которые заранее подготовила Лото (спасибо ей), ребята могли быстро обсохнуть и не заболеть. В основном было солнечно, иногда даже убийственно жарко, от чего хотелось просто лежать и не совершать никаких лишних движений. Но для тренировок никакая жара или дождь не были помехой! Сильно жарко? Просто продолжай тренировки в воде и вся проблема решена! Единственное, что мешало Мауи нормально помогать подруге с тренировками - возможность тренироваться только по утрам и ночам, когда все спят, иначе был высок шанс того, что Моана выдаст себя как полубогиню. Хотя, казалось бы, можно было уже и признаться. Это ведь не твой народ, который может не так тебя понять и решить, что с этих пор он стоит не на первом месте, а чужой! Уж людям с Тоалиби будет не так важно, выберет Моана быть вождём или уйти в путешествия, ведь знают что у той есть сестра, которая, если вдруг что, займёт на Мотунуи статус вождя. Они просто устроят пир и праздник в честь пополнения в рядах полубогов, ведь теперь их целых два! Точнее, три, но, похоже, об этом знал только сам Мауи. А еще он знал, что сам же и помогает Моане всё больше отдаляться от народа, тренируя её в усилении связи с Океаном. А ведь чем сильнее связь с одной стороной, тем меньше она становится с другой. Та самая золотая середина была потеряна ещё неделю назад, когда новоиспечённая полубогиня впервые пробудила своё сознание в дельфине и встретилась в нём с самой собой…Так что да, его подруга, сама того не осознавая, уже сделала свой выбор, но вот как ей теперь прийти к осознанию этого и как скоро это случится? Вот Мауи в этом плане было намного легче, ведь тот самый выбор ещё с младенчества сделали за него, и его разлучили с людьми собственные родители, выбросив на попечение суровым волнам океана. И даже потом, через сотню лет, когда выращенный и поставленный на ноги Богами ещё юный полубог впервые вернулся к людям, остаться с теми не мог. Он был слишком рано отлучён от людей, что бы привязаться к ним и их жизни, ибо сердце его уже принадлежало не им, а вольному ветру. А внутри таилась горькая обида, что в детстве, по какой-то неизвестной ему причине, этим же людям он оказался не нужен и был выброшен как какой-то мусор. Но, несмотря на горькое и не успевшее начаться детство, Боги смогли вырастить из него хорошего достойного полубога, в чьём сердце не было зла и желчи, которую тому захотелось бы потом выбросить людям в отместку. Наоборот, все свои дела и подвиги Мауи совершал исключительно для людей, ведь чем старше он становился, тем больше понимал, что не все люди отрекаются от себе подобных и большая часть добра и светла друг к другу. И в их глазах хотелось быть героем, великим героем! Показать всему миру, что он по-настоящему чего-то достоин, и что Боги вырастили его и дали шанс на жизнь не просто так! И люди любили его, с уважением и честью принимая каждый его дар и слагая легенды и сказки о каждом его подвиге. Его любил каждый народ и на каждом острове ему были рады, когда тот навещал их. Полубог уже и знать забыл на каком именно острове был рождён…ведь к тому моменту ему было уже две тысячи лет, а народов к этому времени прибавилось. Человечество всё быстрее и усерднее расселялось по разным краям океана, покоряя новые земли и территории, а своим центром обозначили Мотуфету, который с тех пор объединял их течениями. Однако, периодически навещая все новонаселённые острова, только один из них навевал на него странные ощущения, отдающие тяжестью в сердце и странным предчувствием, от того именно там он появлялся заметно реже. А потом Мауи впервые совершил ошибку, украв сердце Те-Фити. Желая сделать жизнь людей лучше, подарив его им, тот своими же руками сделал только хуже, в результате чего потерял и сердце и свой крюк, оказавшись запертым на острове на долгую тысячу лет. Как оказалось, он теперь и не герой вовсе! Приплыла девчонка и давай его ругать, что он такой сякой, из-за него теперь все острова обречены гнить, рыба уплывать глубже, а деревья погибать! Ну откуда же он мог знать, что всё так обернётся? Один единственный раз совершил ошибку, как его тут же все возненавидели, классно, ничего не скажешь. Хорошо что она смогла его убедить пересилить своё упрямство и вернуть то что украл, помогла исправить давнюю ошибку и, вроде как, доверие людей к нему вернулось и никто не забывал его былых великих дел. Полубог был больше удивлён тому, что после освобождения не смог найти ни одного другого народа, из головы все пути к ним просто вылетели, а Мотуфету бесследно исчез под гневом Нало. Единственное место, путь куда хорошо закрепился в памяти - это Мотунуи, родной дом той самой девчонки Моаны, чьё изображение на груди каждый раз напоминало о ней. И опять, вот опять все его мысли вновь сводятся к Моане. Значит пора заканчивать с раздумьями и идти проверять как там кудряшка. Сегодня она впервые изъявила желание потренироваться днём, так ещё и самостоятельно, но не на глазах у всех, а под водой, в своей стихии так сказать. Он лишь иногда окунал руку в воду, что бы поинтересоваться как проходит тренировка, получая в ответ кивок поднимающейся волны «всё хорошо». Этот способ общения полубоги открыли пару дней назад, случайно поняв то, что девушка прекрасно ощущает сквозь воду эмоции других. Вновь опустив руку в океан, Мауи ждал ответа и спустя пару секунд поднялась небольшая волна и тот получил струю воды прямо в лицо. — «Понял, пора перестать отвлекать её каждые десять минут»

***

Моане даже не обязательно превращаться в водных существ, что бы чувствовать себя в воде как дома, она прекрасно ощущает себя в своей стихии и в обычном человеческом обличии. Это никак не мешает ей уже около получаса задерживать дыхание и всё глубже погружаться на морское дно, которое до сих пор не было видно. Чем дальше девушка была от поверхности, тем меньше сюда проникало солнечных лучей и, несмотря на палящее дневное солнце в небе, на глубине был почти непроглядный мрак. Благо лёгкие её уже были натренированны на такое долгое время без воздуха, а тело никак не реагировало на перепады давления, благодаря чему девушка благополучно продолжала погружение. Ей пришлось вновь остановиться, так как почувствовала слабый сигнал откуда-то сверху. Сосредоточившись, она поняла что это Мауи в очередной раз опустил руку вниз и его эмоции через неё ощущались вопросительно беспокойно. Он же минут десять назад спрашивал! Махнув рукой, она отправила к нему волну и, что бы тот наконец перестал её отвлекать, заставила эту волну брызнуть в него водой. В туже секунду тот, похоже, убрал руку, так как его эмоции та больше не ощущала. — «Спасибо что волнуешься за меня, но мне нужна полная концентрация. Обещаю дать тебе знать, если вдруг со мной что-то будет не так» — С этими мыслями Моана продолжила грести руками и погружаться на дно, которое в этой части океана было ну слишком глубоко. Ей было интересно, каков её максимум и получился ли опуститься полностью, ведь по ощущению пространства вокруг себя, дно должно быть уже близко. Главное контролировать количество оставшегося воздуха в лёгких, что бы знать когда пора возвращаться. В какой-то момент ей вновь пришлось остановиться, ведь до ушей начала доходить постепенно приближающаяся песнь кита: словно звучащая отовсюду, пронизывающая уши, звучащая с разными тонами и мелодичностью, одновременно пугающая и влекущая к себе – именно так и звучали песни китов, одну из которых прямо сейчас Моане удалось услышать. Обернувшись, полубогиня увидела плывущий к ней огромный силуэт, он двигался прямо к ней. Девушка не ожидала, что встретит кого-то на такой глубине, однако, если так подумать, это было привычное расстояние от поверхности для них, так что ничего удивительного во встречи с ним не было. Просто весьма неожиданно. — «Оу, привет, дружище, ты хочешь мне что-то показать?» — Мысленно спросила девушка, положив ладонь на нос громадного морского создания и в ответ почувствовала его одобрительную трель. Кит сменил направление влево и медленно поплыл, а она плыла вместе с ним, держа свою руку у него на боку на тот случай, если он захочет ей что-то сказать. Можно было бы просто вникнуть в его сознание с его позволения, однако в таком случае её тело будет плавать само по себе и был риск того, что оно выпустит весь оставшийся воздух, что означало захлебнуться. Так что пришлось плыть самой. Спустя время пришлось ещё немного опуститься вниз и через пару минут её взору показалась скала. Протянув руку вперёд, она уткнулась в неё перед собой, и в ней, на первый взгляд, не было ничего странного. Но это только на первый. Подплыв ближе, сквозь тусклый свет, почти темноту, девушке пришлось сильно напрячь своё зрение что бы увидеть рисунок, выцарапанный чем-то на твёрдой каменной скале, что уже успела обрасти кораллами и прочими морскими растениями. И только потом заметила, что рисунок то не один. Их много. Проведя по ним той рукой, на которой была татуировка, она заставила рисунки светиться жёлтым, благодаря чему можно было больше не напрягаться. Жёлтый свет распространился по всей поверхности скал и девушка отплыла чуть назад, дабы лучше рассмотреть общую картину. А самих скал оказалось три и на каждой были свои изображения. «…Однако многочисленные рисунки на скалах говорили о том, что тот таки и был кем-то населён. Ровно три человека были изображены посередине скалы: двое взрослых и один поменьше, видимо семья с ребёнком. Они находились в кругу других людей, что были показаны отвёрнутыми от них…» Это он! Остров из рассказа Аймира! Так вот он, тот самый остров, про который он говорил? Тот, что Нало потопил перед Мотуфету? Он действительно существует? — «Надо срочно наверх!»

***

Мауи уже расслабился, сидя облокотившись о мачту и вытянув ноги вдоль пола. Сложив руки за голову, тот закрыл глаза и думал немного подремать, пока Моана сама разбирается со своими тренировками. Мони и Лото тем временем занимались управлением каноэ и следили за тем, что бы то не сбилось с курса течения, плывя рядом с судном Тоалиби. Те, в свою очередь, уже привыкли, что избранница океана часто находится в воде и стали воспринимать это как что-то обыденное, так что вопросов об этом больше никто особо не задавал. Прошло некоторое время и Моана наконец добралась до поверхности, выплыв достаточно далеко позади двух каноэ, которые во время её тренировки уж успели отплыть. Вновь глубоко вдохнув воздух, девушка нырнула и поспешила поскорее догнать их, быстро плывя в их сторону. Мысли о том самом острове никак не укладывались в голове, она до последнего думала что это просто обычная сказка! Это даже звучало так, будто это кто-то просто от скуки придумал. Но нет, ей удалось увидеть всё своими глазами и это была не игра воображения, а действительно самые настоящие рисунки на самых настоящих скалах самого настоящего острова глубоко-глубоко под водой. И они прямо сейчас уплывали от него. — Стойте! Остановите лодки… — Схватившись руками за край каноэ, полубогиня с тяжестью в мышцах, что словно в кашу превратились после такого интенсивного и долгого плавания, подтянулась вверх и залезла к ним, сразу же встав на ноги. Те немного подкашивались, но, в целом, стояла та вполне уверенно, согнувшись и опираясь руками о колени. — Что такое, Моана? — Лото остановила их каноэ и вместе с Мони повернулась в сторону пытавшейся отдышаться девушки, чья грудь быстро вздымалась и опускалась, жадно глотая воздух, словно его было критически мало. Тоалибейцы, видя что лодка соседей встала на месте, остановили рядом с ними и свою тоже, вопросительно глядя на дочь вождя. — Там… — Она слишком быстро плыла что бы успеть до них прежде, чем те отплывут слишком далеко, ведь тогда можно было легко потерять местонахождение этого острова. Всю свою энергию пришлось потратить на то что бы всплыть как можно быстрее, благо и сам океан старался периодически проталкивать её вверх. Благодаря этому добраться до поверхности удалось почти втрое быстрее чем опуститься ко дну. Почувствовав на плече большую ладонь Мауи, который вскочил со своего места сразу же как только увидел запыхавшийся вид подруги, девушка вздохнула и выпрямилась, оглядев ребят. — Давай-ка ты сначала отдышишься, а потом начнёшь говорить. — Спокойно произнёс полубог, не понимая что там такого она нашла, из-за чего пришлось так спешить? Может монстра какого-то увидела? В таком случае это вообще не проблема, с ним ему получится легко и быстро разобраться, он так десятки раз делал. — Мони, Лото, вы помните историю Аймира? — Получив в ответ непонимающие взгляды друзей, девушка добавила: — Я знаю что вы были там в тот момент, когда он её рассказывал. У него ещё рисунок был про остров, на котором жила семья изгнанников. Который Нало потопил первым…неужели не помните? — Что, прости? — Мауи не совсем понял о чём она им говорит. Оно и понятно, его в тот момент с ними не было. — Я вспомнила! – Воскликнула Лото и посмотрела на Кири, смотревшую на них с соседнего каноэ. — Помнишь, Аймир про него рассказал во время соревнования с Мони? — Да, я отчётливо помню. Но к чему вообще вся эта тема? — Про какой остров вы вообще все говорите!? — Полубог пытался выпытать хоть какую-то информацию. Что за остров, какие изгнанники, кто такой Аймир, причём тут Нало и в каком смысле «потопил первым»? Стоп. Нало и изгнанники? А не те ли самые…? Потому что если это так… — Если это то, о чём я думаю… — Он не успел договорить. — Я к тому, что он в самом деле существует. Прямо сейчас, под нами…ну, почти… — Обернулась и посмотрела куда-то в сторону, назад и правее, откуда только что приплыла. — Чуть дальше, вы успели немного отплыть прежде чем я вас остановила. — Указала пальцем в нужную сторону. Никто и представить себе не мог, что Моана вот так, по чистой случайности, обнаружит этот таинственный остров демонам известно где? Правда сама полубогиня понимала, что это нельзя считать полноценной случайностью – ей помог кит. Массивное мудрое морское создание, десятками лет бороздящее океан, словно знало то что приплывшая к нему в гости девушка слышала об этом самом острове. И ведь в голове его действительно родилась идея привести её к нему…поистине поразительное создание. Полубог подошёл ближе и, встав рядом с ней, всмотрелся туда же куда и она, прикидывая примерное расстояние где находится остров. — Похоже для меня нашлась работёнка! — Он хрустнул костяшками пальцев и размял спину, приняв решение сразу и без раздумий его поднять, а уже потом вспоминать что это за остров такой. — Так где, говоришь, он лежит? — Проследил за её взглядом и пальцем. — Ага, понял. — Ты уверен что верёвки крюка хватит что бы достать до него? Я плыла к нему довольно долго. — Хей, солнце, не недооценивай мой крюк, он ещё на многое способен! — Сжав покрепче своё оружие, полубог превратился в ястреба и со своим кличем резко взмыл в небо. — ЧИИИИИ–ХУУУУУ! — Как он меня только что назвал? — Моана с вопросом оглянулась на ребят в недоумении хлопая глазами, но те лишь с улыбками пожали плечами. Девушка закатила глаза и отвернулась от них, не желая показывать свои слегка зарумянившиеся щёки. Лучше пусть солнцем называет, чем принцессой. В это время Мауи уже долетел до возможного местонахождения острова и оглянулся на свою подругу, что бы та дала знак куда именно целиться. Она рукой показала ему чуть правее и кивнула, и после полученного знака тот принялся за работу. Полубог уже успел соскучиться по своему любимому делу и сейчас была отличная возможность наконец поразмять свои мышцы и заодно узнать, думает ли он про тот же самый остров что и они. Обратившись в воздухе в свой человеческий облик, мужчина замахнулся и с силой бросил крюк в воду, намотав на руку толстую верёвку, что была привязана к его концу, в несколько оборотов для лучшего сцепления, и крепко ухватившись за неё. Раньше ожидание того что крюк зацепится под водой за остров составляло пару секунд, сейчас же ему пришлось ждать целых десять и до сих пор не было никакого результата, словно тот никуда не попал. Мауи пришлось вновь стать ястребом и заработать крыльями что бы не свалиться вниз, схватившись за верёвку когтями задних лап. Он уже собирался поднять свой крюк из воды что бы попробовать перебросить, как вдруг почувствовал резкое натяжение верёвки. Есть зацеп! — «Отлично, дружище, ты меня не подвёл.» — Мауи вновь стал человеком и закинул вторую верёвку, появившуюся у него в руке, в небо, зацепив её конец за облака. Убедившись в надёжности, он принялся тянуть крюк на себя, прилагая всю свою выдающуюся полубожественную силу и напрягая мышцы, что ещё не потеряли своей мощи за столь долгое время бездействия. Облака вверху засияли, когда полубог для дополнительной помощи и равновесия стал тянуть за вторую верёвку, прикреплённую к ним. Татуировки его засверкали голубым, передавая своё свечение на прочные верёвки, что несмотря на такое сильное натяжение никогда не рвались – магия, ничего не скажешь. Остров стал поддаваться, медленно и неохотно поднимаясь из подводной глубины, в которой был заточён на долгие годы и скрыт от любых людских глаз. Землетрясение, вызванное таким быстрым поднятием большого куска земли, заставило каноэ людей отплыть подальше, ибо неизвестно, насколько этот остров огромен, не хотелось в итоге оказаться где-то посреди песка вместо океанских волн. И вот, когда верхушки трёх скал начали появляться из толщи воды, все люди в тот же миг разом ахнули. — Никогда в своей жизни я не видела ничего подобного… — С широко открытым ртом говорила Кири, наблюдая за работой полубога. Так вот как он это делает? — Всё почти так же как я и представляла. — Вождь Ивалани и его сын Тайкан с такими же завороженными взглядами смотрели на полубога в деле, что прямо сейчас находился в небе между облаками и волнами, с огромной невероятной силой вытаскивая целый остров со дна. Моана наблюдала за действиями друга и ей хотелось верить, что когда-нибудь, через многие сотни лет, или даже тысячи, она сможет сравниться с ним по силе. Это замотивировало её на будущее продолжать тренировки более усерднее, ведь теперь ей было мало просто уметь входить в разум морских обитателей, поднимать волны и долгое время существовать в воде без необходимости в кислороде. Должна же она уметь что-то ещё? Что-то такое же великое как поднятие островов? С последним подземным толчком горный скалистый остров наконец возвышался над океаном, сбросив с себя все растущие на себе кораллы и водоросли обратно в воду, вырастая на глазах у людей и оказавшись даже больше, чем был на дне. Всё ещё не таким большим как любой другой, где потенциально можно было бы жить большому племени, но гораздо массивнее чем какие-то мелкие острова. Мауи приземлился на лодку рядом с Моаной, ловко закинув крюк за спину, гордясь проделанной работой. Немного запыхавшийся, но, в целом, быстро приходящий в себя. — Это было так кру-уто-о-о! — Ликующе протянул Мони со своей широчайшей улыбкой, встав между двух полубогов с новым раскрытым полотном. Он уже успел изобразить поднимающего остров Мауи. Отряхнув ладони друг об друга, полубог поправил волосы назад и посмотрел в сторону берега. Проследив за его взглядом, дочь вождя начала вести каноэ в его сторону, дабы высадиться и получше рассмотреть наскальные рисунки. Вслед за ней последовали Тоалибейцы. Оставив лодки на воде, ребята поспешили выйти на сушу, подняв головы в сторону трёх высоченных треугольных скал. Одна – самая большая, находилась по середине, а по бокам пристроились две другие меньших и одинаковых по размеру. И именно на центральной был изображён тот самый рисунок с тремя людьми по середине, от которых отвернулись все остальные. Соседние же имели на себе просто разные узоры и символы, которые, возможно, тоже что-то означали, но не было ясно что именно. Важно было то, что абсолютно все эти узоры вместе сводились к тому самому кругу людей, окружая их вихрем внутри себя. — Так это всё по-настоящему было… — Лото прошла вперёд, осматривая голые, лишь в некоторых местах поросшие мхом и редкой растительностью, величественные камни. На их вершинах вообще ничего не росло и только по бокам острова, вокруг пляжа, можно было встретить редкие растения, коим единственным повезло уцелеть от когда-то пышного леса. Чем же так разгневан был Бог грома, решив с корнем повырывать большинство деревьев? — Так и изображу… — Историк достал новое полотно, принявшись переносить увиденное в рисунок как можно более точнее. — Аймир говорил правду… — Моана повернулась в сторону своего многоликого друга. — Ты слышал что-то об изгнанниках, чей родной дом Бог Нало потопил самым первым перед Мотуфету? — Слышал. — Може-ет…у тебя есть какие-то ещё детали об этой истории? — Уточнила девушка, покрутив пальцами, намекая ему о том что им было бы интересно послушать. Сам он не проявлял инициативу что-то рассказывать. — А с какого острова этот ваш Аймир? — Итуоту, а что? — Это всё объясняет. — Мауи вздохнул и прошёл вперёд всех, положив ладонь руки на голые камни главной скалы. Он постепенно вспоминал историю, которую услышал очень-очень давно от каких-то людей, с которыми довелось пересечься. Обернувшись к смотрящим на него мореплавателям, тот задал очередной вопрос: — А знаете, какой ещё остров связан с этой историей помимо Итуоту? — Выждал паузу, ещё раз убедившись в том что никто не в курсе. — Матарами. — Их давнишние злейшие враги. — Вождь Ивалани впервые заговорил, скрестив руки за спиной под плащом, получив подтверждающий кивок от полубога. — Но на собрании я не заметила между их вождями никаких споров… — Моана недоумевающе перевела взгляд на вождя Тоалиби. — А перекинулись ли они хотя бы парой слов? Хотя бы раз за всё время? — Вдруг добавил от себя его сын Тайкан, встав в ту же позу подобно своему отцу. — Тоже нет… — Потому что до сих пор помнят все те обиды, причинённые друг другу полторы тысячи лет назад. — Твёрдо ответил Мауи, наконец собиравшийся начать пересказ всплывающей в памяти истории. — Всё началось очень давно, ещё когда все народы имели свободный доступ друг к другу и спокойно сосуществовали, а Мотуфету неподвижно и гордо возвышался над океаном, объединяя всех своими течениями. Племена развивались, общались, плавали в гости и создавали крепкие союзы друг с другом, всё было как всегда спокойно. Острова Итуоту и Матарами были близлежащими и постоянно поддерживали общение, которое было очень сложно сохранять. Они абсолютно разные народы, с абсолютно разными обычаями и традициями, да настолько, что даже самый простой разговор между вождями мог быстро перейти в недопонимание…и споры… Повествуя о древней истории, полубог смотрел на выстроившихся возле него в полукруг людей, что с неподдельным интересом вслушивались в его слова. — Такое часто бывало, что люди с разных племён недопонимали друг друга в силу разницы воспитавшей их среды. Но случай между данными племенами был особенный, например: в племени Матарами не брезговали употреблять по праздникам помимо обычного мяса…ещё и человечину. Да, жутковато, но это так. — Каннибалы… — Кири широко раскрыла глаза от удивления. — Они самые. Но нет, не в том смысле в котором вы уже успехи их себе представить. Мясо себе подобных не было у них в постоянном рационе, а только во время самых важных мероприятий, одним из которых было…встреча гостей с других островов. — Итуоту..? — Вдруг спросил Мони, на что полубог кивнул. — Кажется я уже начинаю догадываться чем всё закончилось. — Прошептала рядом стоящему историку своё предположение изобретательница с Мотунуи. — В отличии от них, у Итуоту на людское мясо, как и на многое другое из Матарами, жёсткое табу, так что несложно догадаться, какие крики у них в итоге начались. И это только один пример из-за чего общение у них никак не шло в гору. Возьмём второй случай: подарки. — Мауи обратился к Ивалани. — Вот скажите, как бы вы отреагировали, если бы вождь соседнего племени решил подарить вам какое-то богатое украшение своего народа? — Хм, я поблагодарю за подобный подарок и с удовольствием его приму. Для Тоалиби украшение в качестве дара считается знаком уважения, особенно между высокопоставленными лицами. — Все его люди одновременно закивали головой, поддерживая слова вождя. — А вот для жителей Матарами – это самое возмутительное оскорбление! — Ответил полубог, резко расставив руки в стороны. — «Раз тебе подарили какое-то украшение, значит намекают на твоё уродство» вот как они считали – пожалуйста, вот вам и очередное начало спора! Таких случаев десятки и в каждом из них была права и неправа одна из сторон. На самом деле оба племени хороши, ведь они даже не удосужились нормально разобраться в традициях друг друга, упрямо настаивая на том, что именно под их правила и обычаи должны прогибаться соседи. — Но как на счёт изгнанников? — Спросил кто-то из людей Тоалиби. — Да, изгнанники… — Вспомнив то, из-за чего начался весь этот рассказ, Мауи сделал небольшую короткую паузу прежде чем продолжить. — Поженить своих детей и по сей день, вроде как, у людей считается самым лучшим способом улучшить отношения между двумя племенами? Ибо именно к такому выходу пришли и они: оба вождя племён подумали и договорились выдать сына-наследника с Матарами за дочь-наследницу Итуоту. Вождь Матарами прибыл к своим соседям вместе с тем своим сыном, а так же самым приближённым другом сына в качестве поддержки. Но всё не так просто…дело было в том, что…как бы вам так сказать… — Говори как есть! — Мони достал полотно и был готов записывать самое важное и интересное. — Так как это был далеко не первый раз когда Итуоту принимал у себя гостей с Матарами, в том числе и приближённого к их наследнику друга, то у него и дочери-насдедницы было достаточно времени что бы успеть полюбить друг друга и скрывать произошедшую связь между ними, в результате которой та…забеременела от него. — Почему-то было неловко о таком говорить. — Что!? — Хором воскликнула половина слушателей и Моана в том числе. Как так? Она должна была выйти за наследника, но полюбила забеременела от его друга? — Ребят, я сам был в шоке когда услышал эту историю! Мне её в прошлом рассказали мореплаватели с Матарами, так что я просто-напросто цитирую их слова, и ничего более. — Объяснил Мауи, пожав плечами и скрестив руки на груди. — А что было дальше? Дальше то что? Хватит его перебивать! — Кири уже не могла ждать и хотела услышать развязку сей истории. — Когда пришло время свадьбы дочь вождя Итуоту была против неё, но ведь и выбора не было, ибо речь шла о будущем союзе. Как я понял, уговорить своего отца отменить свадьбу у неё не вышло, а рассказать о своей любви к другому и их будущем ребёнке не могла из-за страха гнева. Двум влюблённым ничего не оставалось кроме как…избавиться от сына-наследника…дабы его друг, в силу своей тесной связи с правящей семьёй, мог предложить себя на его место в качестве её мужа, ведь тот сын был единственным ребёнком вождя Матарами… Полубог опять сделал паузу, вспоминая остальные детали истории, дабы правильно всё изложить. Для него все эти политические союзы, правила наследования и браки между детьми вождей были неинтересными, ведь он мало что понимал в этих делах, даже сама история которую он сейчас рассказывал для него была максимально запутанной. Но, видя кивающих Ивалани, Тайкана и Моану, которые сами являлись представителями правящих семей, Мауи был спокоен. Похоже он рассказывает всё более правильней и понятней, чем кажется ему самому. Как же у людей всё сложно… — Возлюбленные не хотели пачкать руки в крови, поэтому договорились сделать всё максимально чисто – просто отравить наследника ядом растения, которое способно заставить перестать биться человеческое сердце, а после свести всё на «несчастный случай». Так и поступили. В ночь перед свадьбой сын-наследник не проснулся, в племени объявлен траур. Как и было задумано, доверенный друг сына вождя Матарами представил свою кандидатуру в качестве мужа для дочери вождя Итуоту и через неделю, после прощания с погибшим, между ними была сыграна свадьба с объявлением союза между двумя племенами, но! Путём расследования, которое было проведено знаменитым на тот момент Итуотовским лекаркем и его помощниками, тот обнаружил все улики отравления, ведущие к этим двоим. Был поднят совет, на котором он смог доказать причастность молодожёнов в гибели наследника. Мне не рассказали в деталях как именно лекарь смог понять что именно они и были виновниками смерти, но есть сам факт того, что их действительно спалили. Вождь Матарами ещё тогда не находил себе места, не сумев принять факт смерти своего единственного сына, а в сердце его крались сомнения, что это не было случайностью. Когда же его мысли подтвердились, поднялся скандал между вождями и те единогласно приняли решение казнить двух виновников, даже не смотря на то, что девушка была дочерью одного из них. Вождь Итуоту не мог настаивать на её помиловании, ведь понимал, что она так же причастна к гибели сына вождя и должна быть осуждена именно по обычаям того племени, к которому принадлежал убитый. А значит право принимать решение о её жизни полностью перешло в руки вождя Матарани и спорить с законом права у него не было. Однако, когда осуждённые наконец признались в ожидании общего ребёнка и в своей…искренней любви…вождь Матарами сжалился… Как же сложно ему было упоминать между изгнанниками тему любви не переводя свой случайный взгляд к Моане. А случайно ли их взгляды в этот момент сошлись? Не спроста ли сердце его так рвётся к той, кто постепенно всё сильнее пробуждает в нём это чувство, которое, как тот думал, давно угасло в душе? Мауи любил людей, это ощущение ему хорошо знакомо, но вот чувство именно к этой смотрящей на него полубогине…было другим – таинственным, приятным и разрастающимся с каждым новым днём. Он с трудом отвёл от неё свой взор и продолжил: — Оставшееся до родов время пара прожила взаперти, без любого доступа наружу. Еду и питьё им подавали, но выходить в свет было категорически запрещено. И вот, через месяц после того, когда девушка наконец родила…их изгнали с острова прочь, как можно дальше от родных земель. С тех самых пор им нигде не были рады, а весть об изгнанниках дошла и до других народов, которые так же были бы против принять их у себя. Единственное что им оставалось, это поселиться вместе со своей дочерью на отдалённом и пустом острове, что бы больше никогда с позором не контактировать с людьми…вот на этом острове они и поселились…эти рисунки – их рук дела. — Но чем же они, простые изгнанники, не угодили Нало? — Спросила Моана, что всё так же смотрела на него. — Хо-о, всё совсем наоборот – они были ему как раз кстати. — Усмехнулся полубог, опёршись спиной об скалу и подняв руку туда, где высоко вверху находились наскальные рисунки. — Сам он вечность охранять портал богов бы не смог, других дел что ли больше нет? А значит ему нужен был тот, кто смог бы это вместо него. Человек, которого достаточно просто наделить полубожественным бессмертием и заточить в гигантской устрице, где тот портал и находился. — Матанги… — Мони, Лото и Моана разом прошептали имя девушки-летучей-мыши, поражённые такой резкой и неожиданной информацией. Теперь то они всё поняли. — Кто такая Матанги? — Тайкан впервые слышал её имя, оно и понятно. Его вопросительный взгляд метался туда-сюда между Мотунуйцами и Мауи, пытаясь найти объяснение. — Выкрасть человека из какого-то племени без последствий сложно, а вот забрать ребёнка у изгнанников, которые итак уже больше никому в этом мире не нужны – задача легче лёгкого. И он потопил этот остров вместе с родителями девочки, повырывал все деревья, уничтожил дом, погубил тут всё! И забрал малютку с собой. Вырастил, одарил бессмертием и заточил в устрице на веки вечные, охранять портал…который всё равно, в итоге, открыли. У Мони на глазах выявились слёзы и он, вытерев их держащим в руках полотном, высказал: — Бедная! Всю жизнь просидеть в заточении после того, как на твоих же глазах убили родителей… — Этим же полотном он и решил вмиг очистить текущий от переизбытка эмоций нос. — То есть вот он – дом Матанги? — Моана встала из полукруга, в который люди спустя время сели слушая Мауи, и подошла к нему, положив свою ладонь на скалу. — Я и подумать не могла, что её история настолько трагична… — Такова истина Бога Нало, он никогда не жалеет людей и сделает всё возможное, что бы избавиться от них. Но, хей, выше нос! Мы не позволим ему это сделать! — Мауи хотел подбодрить свою подругу и всю остальную разом погрустневшую компанию. — То есть, погоди, получается что Матанги тре…кхм…второй полубог? — Обернувшись в своему другу спросила дочь вождя. — Ну-у, что-то вроде того? Она бессмертна, умеет левитировать, понимать живых существ и ходить по потолку. Татуировок я у неё правда не заметил, хотя в той устрице их и получать то не за что, какие там подвиги могут быть? Но да, я бы сказал что на полубогиню она вполне себе подходит. На половину. После очередного вопроса Тайкана об этой Матанги, Моана всё таки потратила некоторое время на объяснения ему и остальным членам его племени кто она такая. — Уже вечереет, может тут и переночуем? Разведём костёр…если найдём хоть какую-то древесину…пожарим рыбку на ужин, расстелем лежанки, да вздремнём хорошенько? — Предложила Кири. — Мы давно не останавливались поспать на острове. — Я согласна! — Ответила Лото, а с ней выразили своё «за» и все остальные. На этом и решили.

***

Ночь. Полная луна начала подниматься в небо, пока путники мирно спали, обогреваясь теплом костра, который без поддержки уже почти потух. Моана не спала, сидела у постепенно ослабевающего костра и смотрела куда-то вдаль, где волны отражают лунное небо. Со вздохом девушка перевела свой взгляд на маленький огонёк, что ещё всеми силами продолжает гореть где-то среди хвороста, но уже совсем скоро и его тусклый свет покинет их. Полубогиня чувствует, как искры его слабеют, подобно её связи с родным домом, и развеиваются на ветру, как душа Моаны по океану. С каждой ежедневной тренировкой её силы растут и крепчают, но душой и сердцем та всё дальше уходит от дома. Хоть бы кто-то ей сказал – что делать? Что ей выбрать? Даже Боги молчат, не подавая никаких подсказок на какую тропу ей окончательно вступить. А ведь они сами, наверняка, уже давно знают что выбрала их новая полубогиня, и теперь просто ожидают когда это случится. Проводив взглядом полностью потухший огонёк, девушка встала и собралась вновь уйти к своему месту, дабы наконец поспать, но взгляд её привлекла фигура полубога, спускавшегося с высокой центральной скалы. Забавно, что в эту ночь они оба решили не ложится спать вместе со всеми, а побыть наедине со своими мыслями. — Я нашёл тут одно красивое место, кудряшка, самое то в полнолуние. И, раз уж ты решила не спать… — Спрыгнув на землю, он окинул глазами девушку, которая единственная из всей компании, не считая его самого, отказалась от идеи хорошенько выспаться. — …то ты должна на это посмотреть. Идём, тебе понравится. — На этом острове разве есть что-то подобное? — Моана пошла вслед за Мауи, который вновь был готов взбираться на скалу. — Да, почти на самой вершине. Видишь, вон там сбоку вверху пещера? Вот туда нам и надо. — Дождавшись, когда его подруга подойдёт к нему, он сразу же поднял её и усадил себе на плечи, начиная подниматься вверх. Ловко прыгая с камня на камень и ухватываясь руками за малейшие уступы, полубог быстро и без проблем поднимался наверх. — Вообще-то я бы и сама смогла справиться. — Утвердила Моана, стараясь держаться за него покрепче. — Я не сомневаюсь. Но пока бы ты забралась, вся красота с той пещеры уже бы ушла. Так что оставь это дело профессионалу! — Усмехнувшись, Мауи сделал мощный рывок и с длинным прыжком перепрыгнул с одного уступа на другой, продолжая подниматься. Этот прыжок заставил девушку инстинктивно только ещё крепче обнять его за шею, боясь упасть. Она не стала говорить, что раньше ей хорошо удавалось взбираться на подобные возвышенности, так что так и быть, пускай сейчас это лучше сделает он, ибо у него это, всё таки, получалось быстрее и лучше чем у неё. Через пару минут полубоги добрались до входа в пещеру и, забравшись внутрь, Мауи снял с плечей девушку и аккуратно поставил на землю, указав ладонью вперёд, где сразу же из другого выхода, что был в метрах пяти от них, открывался вид на просторы океана. Из этого выхода было прекрасно видно яркую полную луну, что только недавно начала вставать и невероятно красиво откидывала своё отражение в дальней воде. Лунный свет пробивался и в пещеру, слабо освещая её, благодаря чему внутри было достаточно светло и можно было спокойно видеть друг друга. — Вау. Это действительно красиво… — Моана подошла к краю пещеры и села, свесив ноги вниз. Её глаза устремились вдаль, туда, где течение до сих пор светилось в воде и уходило куда-то за горизонт, куда завтра утром нужно будет продолжать свой путь. Мауи присел рядом и поинтересовался у неё: — Сегодня был долгий и насыщенный день, почему ты не спишь? — Просто хотелось побыть наедине со своими мыслями, поразмышлять о своём, хах, полубожественном… — Усмехнулась избранница океана, чей вздор до сих пор был прикован к своему верному бескрайнему другу. — И человеческом одновременно… — Это как так? — Во мне всё ещё томятся муки выбора… — Оу…ты до сих пор так переживаешь об этом? — Мауи знал о том, что его дорогая подруга уже неделю как думает о том, что никак не может выбрать между свободой и долгом, ведь на её плечи легла двойная ответственность: долг перед народом и долг перед океаном. И оба они были равноценно важными для неё, но выбрать можно было только один, ведь сразу по двум тропам, ведущих в разные стороны, идти невозможно. — Я не хочу вновь нагружать тебя своими переживаниями… — Ей действительно было бы неудобно в очередной раз изливать ему душу и всю ту тревогу, копившуюся в душе. И от пристального взора Мауи эта тревога в её глазах скрыться не смогла. — Хей, меня это не нагружает, я буду только рад помочь тебе прийти в себя. Ты можешь мне высказать всё, что тебя тревожит. Я ведь уже говорил, Мауи - лучший слушатель в мире! — С гордостью произнеся последнюю фразу, мужчина встретился с её глубокими карими глазами, отражающими всю ту красоту океана, которую можно было разглядеть только в них: они отражали желание всегда находиться рядом с океаном и плыть по нему наравне с морской пеной, хоть прямо сейчас взять и спрыгнуть вниз, только бы ещё раз почувствовать ту свежесть волн и солёный привкус на губах. Мауи видел, как Моана чувствует к своему верному и молчаливому другу непомерную любовь, привязанность и заботу. А полубог чувствовал всё тоже самое к ней… В неспокойном сердце полубога теснились все те многочисленные эмоции и чувства, что пробуждала в нём когда-то простая смертная, а теперь пробуждает полубогиня. Все они копились в нём каждый день медленно и постепенно, и теперь уже начинали его переполнять, от чего сдерживать их внутри становилось всё сложнее и сложнее. Ему хотелось верить, что хотя бы доля всех этих ощущений хранятся и в её сердце тоже, точно так же греют душу, разливаются теплом по телу, заставляя ощущать жар внутри даже от простой улыбки. Раньше он думал, что не способен испытывать к кому-то что-то подобное. Он! Великий полубог ветров и морей, преданный только свободе и любящий только самого себя! Но теперь он окончательно убедился в обратном. И та самая причина, заставившая его переубедиться, прямо сейчас сидела рядом. Хотелось, что бы этот момент длился вечно. — Спасибо. — Спустя долгие минуты молчания вдруг сказала Моана. — За что? — За то что ты рядом, Мауи. За то что понимаешь меня как полубог полубогиню и что ты единственный, кому я могу выговориться обо всех своих чувствах. За то что возишься с обучением такого «новичка» в виде меня и тратишь на это свои силы и время… — Моана продолжала держать на нем свой взгляд, полный тепла и искренности. Она действительно была благодарна ему за всё что он для неё сделал и делает до сих пор, ведь он не был обязан…но оставался вместе с ней. Рядом. Хотелось наплевать на всю возможную неловкость и просто обнять его в такой тихий и спокойный момент, прижаться к широкому плечу – оплоту безопасности и защиты, в котором она себя чувствовала в компании с ним. — Я ведь обещал что буду рядом, кудряшка. Или ты уже забыла? — Вновь с озорной улыбкой усмехнулся полубог, гордясь тем, как отлично он исполняет данное ей обещание. — Но я так же боюсь, что из-за этого обещания уже ты не чувствуешь себя достаточно свободным. — Вдруг неожиданно выдала девушка и взгляд её потускнел, потеряв свой блик. Мауи опешил. — Что за глупость ты говоришь? Моана, хаха, тебе точно надо выспаться… — Он решил отшутиться, поправив волосы с неловкой улыбкой, действительно подумав, что эту ерунду она сказала просто из-за сонливости. Но Моана говорила всерьёз. — Сам посуди: ты всегда путешествовал один и только туда куда ты сам захочешь. Ты, свободолюбивый полубог, не был ни к кому привязан!…пока не появилась я, пока не стала полубогиней и пока из-за своей обиды на то, что когда-то была покинута тобой… — Короткая пауза. — …не заставила обещать тебе быть рядом со мной! — Моана… — Он глубоко вздохнул, собираясь прервать её и успокоить. — Нет, дослушай! — Она не позволила себя перебить, настаивая на том, что бы закончить мысль. — Из-за меня тебе приходится сейчас плыть вместе с какими-то малознакомыми тебе людьми на какой-то остров, к какому-то народу…вместо того что бы там..! — Она указала рукой высоко в небо. — Там! Далеко на просторах неба! Творить свои полубожественные дела и подвиги, как ты делал это ранее…Если меня манит свобода океана, то тебя зовёт за собой ветер...а он никогда не стоит на месте. — Моана! — В этот раз голос его звучал уверенно твёрдо, заставив девушку в молчании уставиться на него. — Ты сейчас сама себя слышишь? Что ты мне сейчас говоришь? — Я просто не хочу что бы ты жалел об обещании данном мне..! Его брови в непонятках нахмурились, неужели она действительно считает, что он жалеет о том, что обещал быть с ней рядом? Что то обещание было дано исключительно ради её спокойствия? И Моана заметила это напряжение в его глазах. Неужели она не права? Разве если бы не обещание, он бы не улетел вновь, оставив её одну? — А ты не подумала, что я дал тебе это обещание, потому что сам захотел этого? Это было моё решение… — Он указал пальцем на себя. — …сказать тебе те слова и пообещать, что всегда буду рядом с тобой. Да, я сделал это из-за тебя, но по своему личному желанию, без твоего принуждения. — Тяжёлый взгляд мужчины дал ей понять, что он больше не хочет слышать подобную ерунду. — И это никак не влияет на мою свободу. Я чувствую себя так же хорошо как и раньше. Даже, я бы сказал, лучше… Его глаза смягчились, ведь он был не в силах злиться на неё за те эмоции, что она испытывает. На Моану, бедную, итак слишком много легло в последнее время и очень много разных мыслей всё никак не покидали её голову. Ему лишь оставалось просто помогать ей справляться с ними, по возможности. — Прости если заставила понервничать, в последнее время я сама не своя… — Она всё таки отступила и согласилась с тем, что немного перегнула палку. — И, знаешь, я бы не хотела что бы ты переживал о том, что я никак не могу сделать выбор. Я должна сама к нему прийти… — Она собиралась вновь отвернуться к океану, но Мауи не позволил ей это сделать, неожиданно и мягко накрыв её руку своей. И она всё таки задержала на нём свой взгляд. Она видела как он на неё смотрит. То, сколько тепла и мягкости было в его глазах, обращённых на неё. Как лунный блеск отражал нежность в них: мудрых, вдумчивых и многое повидавших. Ей не скрыть от самой себя то что ей нравится, и хотелось бы и дальше, ловить на себе такой его взгляд. Ночное светило переливалось на волосах смотрящих друг на друга полубогов голубыми и белыми цветами, освещая их лица друг другу и оставляя пещеру позади них в лёгкой уютной полутьме, лишь некоторые камни отблёскивали, ловя на себе его лучи. Перехватило дыхание и сердце залилось жаркой теплотой лишь от одного прикосновения его руки к её. Это было первое их подобное прикосновение в такой располагающей и доверительной обстановке, что становилось даже немного неловко. Было удивительно, как такая крупная и сильная рука, по сравнению с её маленькой и аккуратной, могла так ласково и нежно прикасаться к ней, что вообще не вписывалось в описание сильного и могучего полубога. Такой жест с его стороны мог легко взять и выбросить из головы все терзающие мысли, оставив её расслабленно и спокойно смотреть на него с лёгким румянцем на щеках. — Ты можешь не рассказывать мне всё что творится у тебя на душе, но позволь мне кое что спросить… — Тихо начал Мауи, стараясь дойти своими словами до глубины её души, вглядываясь в зеркала-глаза. — Ты всё ещё хочешь продолжать тренировать свои силы полубогини? — Конечно! У меня только-только начало что-то получаться, я не собираюсь это бросать. И полубог тепло улыбнулся. — Значит свой выбор ты уже сделала. Девушка широко раскрыла глаза, словно только узнала ответ на великую загадку, что скрывался всё это время так близко и так далеко одновременно. До Моаны, наконец, дошла та самая истина – она сделала выбор ещё тогда, в самом начале пути, когда попросила Мауи обучать её. А ведь могла начать отрицать в себе силы или вообще отказаться от этого плавания, оставшись на Мотунуи, ибо никто её не заставлял идти в этот путь. Кири просто пригласила, а Моана…сразу же, без раздумий, согласилась. — Я…сделала выбор..? — Всё ещё не веря в это спросила девушка. — Да! Я сделала выбор! — На лице сразу же засияла широкая улыбка. Если бы Мауи ей сейчас это не сказал, то она бы так и продолжила выбирать между двух троп, не осознавая что уже смело движется по одной из них. — Да, Моана. Ты выбрала бескрайнюю свободу океана. — Полубог заразился широкой улыбкой подруги и сам проявил её на своём лице. О да, у него вновь получилось поднять её настроение и это будет покруче всяких там подвигов. — И, знаешь…я очень рад что именно к такому выбору ты пришла. — Ведь это значит что теперь, если раньше он хоть и был свободен, но одинок, то теперь эту свободу полубог сможет разделить с ней. Всё ещё накрывая её руку своей ладонью, Мауи наконец решил набраться смелости. Он же полубог! Просто возьми и скажи ей, хватит мучиться от этих мыслей в тайне от неё. Она должна знать что он к ней чувствует. — А я то как рада! Ты не представляешь! — Девушке хотелось вскочить и прыгать от счастья, но нашла в себе силы продолжать сидеть. Она смогла определиться! Спустя столько времени! О том как правильно будет признаться в этом родителям она подумает позже…сейчас же девушка была просто счастлива, что смогла определиться хотя бы для себя. — Но ты то почему этому так рад? — Моана вмиг замолкла, видя что взгляд Мауи, обращённый к ней, вдруг стал серьёзнее и решительнее. — Моана… — То, с каким трепетом он произносил в очередной раз её имя, вновь заставило приятным мурашкам пробежать по её спине. — Ты должна кое что знать. Мысли, которые долгое время не покидают меня… — Мауи? — Её взгляд стал вопросительным и не понимающим. Что это за мысли такие, о которых он только сейчас может ей поведать? Ей уже начинать волноваться? И, видя вопрос в её глазах, полубог замер на полуслове, ровно как и замерло его сердце. А что ему говорить? Как люди вообще говорят другим о своих чувствах? Он ведь полубог, ему то откуда это знать? Как правильно начать, может, просто намекнуть? Или сказать прямо, как есть? Тысячи мыслей и вариантов смешались у него в голове и мужчина прикусил губу в глубоком мученном вдохе, пытаясь связать хотя бы пару слов. Его можно было понять, всё таки Мауи впервые за три тысячи лет готов признаться к кому-то в своих чувствах. Такое долгое молчание с его стороны насторожило девушку, однако та вдруг резко отвела от него взгляд куда-то в сторону океана. — Нет, Моана, погоди. Посмотри на меня. — Нет, Мауи…посмотри туда!! И он повернул свою голову туда же куда и она, поражённый увиденным: Облака вокруг острова медленно объединяются в тёмные грозовые тучи, в которых бушевали фиолетовые молнии, готовые вот вот вступить в бой. Воздух стал тяжелее, затрудняя дыхание, мощные порывы ветра собираются воедино, образуя ураганы с разных сторон, медленно приближающихся к только недавно поднятым со дна океана скалам. Сквозь прорези в тучах, закрывших собой луну, на них смотрели яростные, полные жажды мести, глаза. — Нало всё таки объявился. — Злобно выплюнул Мауи, резко встав с сидящего места и покрепче сжав свой крюк в руке. В какой-то мере он был даже немного благодарен, что такой момент его искренности прервали. Всё таки Мауи поспешил с решением признаться ей…он оказался не готов. — Я до последнего надеялась, что нам не придётся с ним сражаться... — С ужасом глядя вперёд сказала Моана, вскочив с места вместе с ним. — Кому это «нам»? — Вдруг спросил мужчина, переведя на неё взгляд. — Мне и тебе! Кому же ещё? — О нет, кудряшка. Сражаться будем не мы, а я! — Буйный ветер с силой ворошил его волосы, а стойка и решительный взгляд говорили о том, что многоликий воин вот вот был готов ринуться в бой. В бой против противника, что в разы сильнее всех предыдущих. В бой с самим Божеством.