Ч.35 «Наследники» *

Надо было видеть лица родителей, когда Моана рассказывала им о своих приключениях. Утренние солнечные лучи освещали их хижину ярким светом, предоставляя хорошую и комфортную атмосферу для разговора в кругу семьи. Полубогиня не стала говорить им о том что вообще не спала всю эту ночь, беспокоясь о нескольких, особо тревожащих её, вещах. Они и без того сидят и слушают её разинув рты, а если узнают о напавшей на их дочь бессоннице, то будут волноваться. А заставлять родителей нервничать никогда не хотелось, особенно сейчас, когда после её возвращения ждёт много работы по организации праздника. Поначалу, стоило им только заговорить о нём, Моана уверяла что не стоит, но они настаивали на своём. Как же так? Их дочь вернулась спустя полгода путешествия и не отпраздновать это как подобает? Но подготовка будет позже, сейчас самое главное узнать через что вообще она прошла. Если вкратце, то пересказ включал в себя: Битву с Богом Нало. Ещё тогда, во время начала их путешествия и прощания перед отплытием, Сина не просто так упомянула его. Вот как же её мама чувствовала! Что не оставит он своих врагов так просто, что обязательно совершит свою нападку, захочет отомстить. И Моана почувствовала то же самое нехорошее предчувствие, стоило только каноэ отойти от берега и скрыть родной остров за чертой горизонта. Нало действительно напал, в моменте чуть не уничтожив их всех. Но благодаря общим усилиям им удалось его победить. Моана и Мауи лично лишили врага глаза! Спасли из заточения Матанги, которая теперь, как самый обычный человек, живёт на Тоалиби, обретя то самое человеческое спокойствие, о котором мечтала. С тех пор во всё остальное путешествие Бог Грома больше не тревожил и не объявлялся, даже когда ребята плыли назад. Было, конечно, пару дождливых грозовых дней, но вряд ли они были посланы им специально. Скорее, просто неудачные погодные условия, а не проделки завистливого Божества. Понял что тягаться с двумя полубогами ему не по силам, или же просто затаился на будущее? Будет ясно только в том самом будущем. Единственное что девушка утаила от своих слушателей, это то что битва их неплохо так потрепала, заставив залечивать сильнейшие ожоги. Той же Симее, самой маленькой в её семье, было бы очень неприятно и страшно слушать о том как Нало пытает в своих оковах Мауи, оставляя даже на его могучем теле глубокие следы, или же как молния поражает лицо старшей сестры, шрам от которого даже с её регенерацией заживал неделю. Да и не такая уж это и важная деталь, от шрамов и следа не осталось! Тоалиби. Тут рассказ занял особенно много времени. Моана даже не знала с чего начать. Ей казалось, что она достаточно отрепетировала речь, но как бы не так! Когда тебя слушают, уставившись, вся репетиция просто вылетела из головы. Пришлось собирать все приготовленные строки с самого начала, по крупицам разбитого пазла, и постепенно, потихоньку, да пересказывать о всей той красоте, что она повидала в гостях у соседей. Об их образе жизни, традициях, стиле одежды и украшениях. О самих людях и то, насколько они одновременно и суровы и невероятно добры. Ну правда, быть частью их жизни целый месяц было так приятно и хорошо, что даже уплывать было жаль! Если не учитывать несколько факторов, чуть не испортивших им всё времяпровождение ещё в самом начале… Матэкай – кровожадный змей-поглотитель. Здесь нужно было постараться не сболтнуть слишком много. Родители узнали из её слов, что он три тысячи лет пожирал жертв-детей. Что они с Мауи избавились от него, освободили жителей из под дьявольского гнёта и подарили им спокойную жизнь без страха в ожидании того что изголодавшийся демон вновь решит напасть. Похвасталась татушкой! Но Моана не рассказала о том, что одним из таких детей, брошенных ему в жертву, был Мауи. Вряд ли бы её возлюбленный захотел выявить эту историю всем. Пускай лучше люди сами продолжают придумывать легенды и сказки о его появлении на этот свет и том, кем могли быть его предки. Так ведь намного интереснее, правда? О яйце, которое они сохранили, вместо того чтобы убить, она тоже не рассказала. И, скорее, это сама Моана сохранила его, не позволив полубогу совершить уничтожение. Туи с Синой могли бы не поддержать этой идеи и поднять панику, что прямо сейчас на их острове отродье демона, чья предыстория кроме ужаса и страха больше ничего не вселяла. Она им расскажет, обязательно расскажет! Только позже, когда сама убедится в том, что выживший демон оправдает все возложенные на него ожидания и не поселит в своём сердце тот же бесконечный голод, что и его мать. Ваймири. Вот её родители приняли с улыбками. Сама девочка, пока что, находится в хижине Мони под присмотром историка и инженерки, но вожди уже очень хотят с ней увидеться. Ребёнок, чью судьбу успела спасти их дочь и без которой та не видит больше жизни, привязавшись как к родной дочери. Могут ли они отказаться от её желания приютить и удочерить малышку? Конечно же нет. Симея так же была рада, что её новая подруга будет жить с ними. Можно сказать, что теперь она стала тётей в свои шесть лет? Забавно, но да. Самое главное держать их в убеждении, что тот змей, являющийся её питомцем, это самая обычная змея. А ни какой не демон. Моана бы не нашла в себе сил передать всё тоже самое народу, у которого, наверняка, вопросов будет не меньше чем у родителей. Поэтому они предложили дождаться праздника, на котором та им всё и поведает. А учитывая что подготовка к нему займёт не меньше пары дней, то будет достаточно времени на хороший отдых, уже после которого народ узнает всю историю её приключений. Каждый житель будет слушать её с неподдельным интересом, всё таки вернулась их наследница! Будущий…вождь… — Мам, пап, я хотела бы поговорить ещё кое о чём... — Начала полубогиня, несмотря на то, что даже понятия не имела как начать и с чего. Весь ранний разговор включал в себя только самое основное. Бесспорно, важное, но только основное. Самые главные вести ждали их только сейчас. Но как правильно начать? Как преподнести им эту информацию, чтобы те поняли и приняли её так как надо? — Да, дорогая? Мы тебя внимательно слушаем. — Сина приобняла руку стоящего рядом мужа и они вместе смотрели на свою дочь в ожидании того, о чём она хочет с ними поговорить. Симея, сидящая на плечах у отца, которая тоже до сих пор следила за рассказами своей сестры, выражала тот же интерес. И вот как им признаться? Когда на тебя вся семья смотрит в ожидании какой-то очередной радостной вести, озадачить их заявлением о нежелании идти «дальше» по своей роли, было бы не здорово…Но а как по другому? Тянуть до последнего, когда уже время восхода на пост настанет? Чтобы уже прям там отказаться и дать заднюю? Ясное дело, что чем раньше она это сделает, тем лучше. Лучше для неё, но для родителей точно нет. Но прежде чем полноценно сойти назад с привычной дороги, нужно сделать пару шагов вперёд к тем, кто тебе её проложил. Топчась на месте, сделать эти шаги девушка так и не не успела, как во входном проёме, в просвете ткани, показалась человеческая фигура. Она была бы рада, если бы это оказался Мауи, но его всё ещё нигде не было видно и куда тот пропал неизвестно. Вместо него послышался другой, уже знакомый со вчера, картавый голос. Владелец фигуры не оттягивал входную ткань и не заходил внутрь, но уже по одной манере речи можно было узнать гостя с Кинуити. — Прошу прощения за мой столь ранний визит. — Начал мужчина с довольной интонацией. — Хотел поинтересоваться, проснулась ли Моана, чтобы пригласить на прогулку. Сама девушка застыла на месте. Боги, нет! Она хотела перед этим поговорить с Мауи, дабы вместе с ним представиться перед родителями как возлюбленные. Но теперь ни об обретённой любви, ни о выбранном пути поговорить не удастся. — Кираро, конечно! — Оживился Туи и, похлопав дочь по спине, спросил чуть сбавив голос. — Или ты хотела сказать что-то важное? — Да! То есть… — Полубогиня вздохнула, окончательно потеряв настрой на важный разговор. — То есть…я потом скажу. И под довольные кивки родителей она вышла наружу, где её уже дожидалась протянутая ладонь мужчины, который, только девушка протянула ему свою в ответ, сразу же по-джентльменски поцеловал её тыльную сторону.

***

До того как уплыть с Мотунуи на поиски Мотуфету, Моане часто приходилось гулять с ребятами деревни. Ей, как будущему вождю, нужен был муж – тот, кто разделит с ней время правления до тех пор, пока на их пост не ступит их наследник. А чтобы быть уверенной в своём выборе, чтобы сам этот выбор был правильным, нужно присматриваться и приглядываться к потенциальным женихам. Таких было вполне достаточно, даже много. Ну кто не пожелает разделить свою жизнь с завидной дочерью вождя? Парни чуть ли в очередь не выстраивались, мечтая провести с ней хотя бы полдня, делали всё возможное, чтобы привлечь к себе её внимание. Понравиться – их главная цель. Но никто так и не смог её достичь. Никому из племени не удалось проникнуть хотя бы в частичку её души, найти путь к напрочь закрытому сердцу. Серьёзно, какие только попытки не были предприняты, чтобы её заинтересовать. Даже мужчины, имеющие особое внимание других девушек племени, не смогли перейти дальше порога дружбы. Она как недоступный цветок, который сколько не поливай, каким удобрением не корми, не расцветёт для тебя, если сам того не захочет. А Моана хотела, пыталась сблизиться хоть с кем-то, ведь у них столько замечательных ребят, многих из которых она знала лично и хорошо с ними общалась. Но общалась исключительно как с друзьями. И как бы она не желала, чтобы её сердце отозвалось хоть на кого-то, ничего не получалось. Неудобно было, что столько хороших вариантов – а никто не цепляет. В первую очередь перед родителями, так и желающих поскорее поздравить дочь с обретённой любовью, но вынужденных каждый раз только лишь понимающе кивать головой от очередного неудачного свидания. Им было грустно, что в свои годы она так и не смогла влюбиться хоть в кого-то. Но, разумеется, насильно никого ей не пихали – это было бы дурью! Их дочь должна сама выбрать! Жаль только, что даже все те возможные мужья, к которым они ей посоветовали особенно приглядеться, тоже не отличились удачей… В последние пару месяцев перед знаменательным путешествием внутри неё прокрался страх: а она вообще сможет влюбиться? Вдруг именно она из всего племени лишена такого важного чувства, как любовь? Не может же быть такого, что ни один мужчина не может захватить её сердце? Такого не бывает! Может, это она какая-то не такая? Неправильная, больная? Могли ли Боги наслать на неё проклятие, либо же она сама родилась такой…бесчувственной? Винить в этом Богов неправильно, но если дело не в них, не в мужчинах её племени и не в ней самой, то на ком или на чём лежит вина за все те неудачи в личной жизни? На времени. Как оказалось, ей не нужен был никто из всех тех мужчин, с горящими глазами желающих стать её супругом. Ей нужно было только немного времени, а точнее пять лет, для воссоединения с тем, кто навечно застрял в её памяти. Мысли о ком всплывали в самой обыденной повседневной жизни. Мауи был первым и будет единственным, кто покорил сердце принцессы Мотунуи, несмотря на то, что она сама не сразу это поняла. Но Тоалиби и их традиция с цветком открыли ей глаза на истину своих чувств. На любовь, что медленно загоралась внутри с каждой случайной встречей глазами или прикосновениями. Моана не была неправильной, не была больной. Она просто терпеливо ждала появление в своей жизни возлюбленного полубога и дождалась, получив ту самую награду, о которой так сильно мечтала и грезила – истинная взаимная любовь. С ним прогулки были иными. В них не было неловкости и неудобства, как с другими ребятами, и ей не приходилось чувствовать дискомфорт от невозможности подобрать нужных слов или мыслей. С Мауи она могла говорить о чём угодно, шутить о чём захочет, делать что душа пожелает – в ответ будет лишь его искренняя нежная улыбка, от вида которой хотелось растаять и подобно ребёнку радостно смеяться. С ним была свобода и лёгкость, с ним она была самой собой. Любила и была любима. Сейчас же Моана вынуждена гулять с Кираро…и, кажется, она что-то совсем задумалась о своём возлюбленном, из-за чего принц Кинутити как-то слишком внимательно следил за её улыбкой. Должно быть, подумал, что та была адресована ему? Как бы не так. Её улыбка принадлежит только Мауи, но от того ни слуху ни духу ещё со вчерашнего дня, даже весточки никакой не оставил, кроме слов Лото о его желании побыть одному. Накопилось много мыслей и теперь ему их нужно обдумать? Раз так, то она может его понять, всем порой необходимо время на размышления о жизни. Но что у него там такого скопилось, что он пропал на целый день? Всё ли в порядке? Если что-то плохое, то почему не попросил помощи у неё? Знает же, что она всегда готова выслушать и поддержать, может, посоветовать что-то, если есть такая возможность. Но, по всей видимости, ему действительно лучше побыть одному. Если честно…не вовремя. Полубогиня окончательно вылезла из мыслей, почувствовав, как мужская хватка на её руке слегка усилилась. Кираро за всю их прогулку по деревне держал её ладонь в своей и даже не думал отпускать. Ощущения были странные. Ей не в первой держаться за руку с мужчиной, опять же, разных свиданий было много, но она совсем отвыкла от чьей-то другой руки, кроме Мауи. Забыла, какого это проводить время за прогулкой с кем-то другим и, честно сказать, не хотела вспоминать. Ей всё ещё абсолютно не нравилась идея, что родители приметили его как жениха. Подумать только! Переплыл с острова на остров только ради встречи с ней и сватовства, прождал неделю её возвращения и не факт, что она вообще не вернулась бы позже. Если бы ему пришлось ждать месяц? Ждал бы, или всё таки уплыл назад? Только ради этого хотелось, чтобы они с командой приплыли на Мотунуи чуть чуть попозже, до тех пор, пока терпение принца не иссякло бы и он не вернулся домой. Моана бы могла спокойно рассказать родителям о Мауи, не пришлось бы составлять компанию Кираро и проводить ему сейчас экскурсию по деревне. Вообще странно, что он попросил провести ему экскурсию и рассказать о племени. Разве за неделю ему никто ничего не рассказал? Тот же Туи – её отец, который, судя по его хорошей реакции на приход наследника, сам неплохо сблизился с ним. От Кираро были самые разные вопросы о самых разных вещах и деталях, словно никто ему ничего не поведал. Моана догадывалась, что он просто хочет ещё раз услышать всё, только уже от неё лично. Ей должно было быть приятно такое внимание, что мужчина хочет услышать именно её, но…не было. Ничего не оставалось, кроме как с улыбкой отвечать на его вопросы, в надежде что он вскоре просто устанет их задавать, или получит ответы на все имеющиеся. Ну, или, хотя бы, отпустил уже её руку. Чем дольше они были сцеплены вместе и чем больше два наследника привлекали к себе улыбчивые взгляды односельчан, тем сильнее внутри девушки билось сердце. Далеко не от симпатии к своей нынешней компании, а от тоски, что на месте его не её возлюбленный. Что жители улыбаются, когда видят её с Кираро, а не с Мауи! Жаль воспитание не позволяет бросить всё и ринуться на поиски пропавшего полубога. Вся надежда остаётся за ним, что тот объявится хотя бы завтра и они смогут рассказать всем о том, кем являются друг для друга. Наследник слушал её не отрывая взгляда, словно прожигая насквозь своими зелёными глубокими глазами. Его интересовало множество вещей об их племени и по его виду было видно, как сильно тому нравились рассказы девушки. Дождавшись, когда девушка закончит отвечать на очередной вопрос, мужчина улыбнулся шире. — Ты очень интересно рассказываешь. Не пробовала себя в роли историка? Моана, старавшаяся избегать зрительного контакта с ним, от услышанного лёгкого комплимента всё таки перевела на него взгляд. — Спасибо. — К счастью он не заметил, что её нынешная улыбка была неловкой и через силу натянутой. — Я хоть и люблю рассказывать сказки и истории, но кое кто справляется с этим намного лучше меня. Ты ещё не успел познакомиться с Мони? Ей показалось, или на словах о Мони его взгляд немного напрягся, а широкая улыбка еле заметно дрогнула? — Ещё нет. Но после тебя слушать кого-то другого уже не захочется. — Мужчина не подал виду, продолжая идти с ней вперёд и как-то странно обходя всех идущих к ним навстречу парней, оттягивая девушку в свою сторону. Что ему так не нравится? Напряжённую, с её стороны, обстановку развеял маленький знакомый силуэт, выглянувший из-за угла чьей-то хижины. Поросёнок следовал за маленькой компанией цыплят, делая вид, что является неотъемлемой частью их жёлтой семейки. Но взгляд его отвлекла Моана и именно к ней он двинулся со всех копыт, чтобы похрюкать и поздороваться на утро, как делал это всегда при встрече с ней. — Пуа! Доброе утро! — Улыбка Моаны, наконец, стала искренней и она легонько помахала рукой к приближающемуся другу. Он только что спас её от тягостной обстановки рядом с Кираро. Хоть какая-то любимая компания будет! — Пуа? — Кираро завертел головой из стороны в сторону, не понимая какому человеку это имя адресовано. И отметив про себя, что для человека оно довольно странное… Но мужской взгляд в шоке округлился, когда до него дошло, что это и не человек то вовсе. Моана обращалась к поросёнку. Ладно к любому другому животному, но к свинье!? На него сию секунду нахлынул ужас с отвращением и он тут же отпрянул в сторону, от чего ладонь полубогини выскользнула из его собственной, тем самым позволив той нагнуться и поднять животное на руки. — Кираро, познакомься, это мой верный компаньон – Пуа! Возможно, ты видел, он плыл на каноэ вместе с нами. — Держа поросёнка под передними лапками, она повернулась к Кираро, с широкой улыбкой показывая ему своего друга. — А…ага…— Взгляд его с неприязнью сузился, но она не сразу это заметила. Как и то, что он сделал шаг назад, не желая видеть рядом с собой животное. Тем более такого вида. Поверить только, она держит его на руках… — Вообще, с нами был ещё и Хей-Хей, но он, судя по всему, где-то дрыхнет…как обычно. — Огляделась вокруг, в надежде приметить где-то петушка, дабы представить и его тоже, но тот, похоже, действительно ещё спит. — Ну, что-ж, тогда познакомишься пока с ним. — Повернулась обратно к мужчине, поднеся Пуа чуть поближе к нему в ожидании такой же умиляющейся реакции как и у неё. Глаза заблестели от надежды, что они поладят. Ну разве он не чудо? Маленький, мягкий, большеглазый, самый лучший поросёнок на свете. А сколько историй есть рассказать… Пуа хрюкнул, подобно человеку подняв копытце выше – поздоровался. — Нет-нет, убери его от меня! — Выставил руки перед собой в «защите» — Моана, он же свинья…разве его можно вот так брать на руки..? Боги… — Вопреки всем её ожиданиям, реакция мужчины оказалась резко негативной. Моана опешила, не веря своим ушам. Она не привыкла к подобной реакции на Пуа. В её племени его все обожают. Даже у него свои фанаты появились. Например, те же три девочки, копирующие образ Моаны, умудрились найти своего собственного «Пуа». Только чуть постарше, покрупнее и более уставшего. — Но…он же мой друг! Ты что, брезгуешь..? — Глаза с подозрением прищурились, а самого поросёнка девушка прижала к себе подобно ребёнку, подперев второй рукой его задние копыта, дабы те больше не свисали вниз и ему было удобнее сидеть на её руках. Дружить с животным? Да она, должно быть, с ума сошла! Кираро этого не озвучил, но его недовольство читалось в лице. В том, как высокомерно он вздёрнул подбородок верх при взгляде на этого «друга», словно перед ним не поросёнок, а какое-то отвратительное и омерзительное создание – именно таким он и был в его глазах. — А если он испачкает собой одежду? Ты ведь знаешь, что они в лужах грязи купаются? И в собственных…ты поняла меня. — Кинул взор вниз, нервно осматривая свои ткани, словно только что сам его на руках своих держал или в ту же лужу свалился. Взгляд полубогини потускнел, а поросёнок размяк от обиды, из-за чего того пришлось спустить обратно на землю. Вот Мауи никогда не брезговал её животными, абсолютно спокойно принимая факт дружбы с ними. Всё что он делал – шутил, что съест их, но, разумеется, те моменты были лишь шутками и полубог сам хорошо к ним относился, дорожа ими так же как и его возлюбленная. И кормил, и на руках держал, даже темы не поднимая о их чистоте, ведь сам видел, как Моана за ними ухаживала и тщательно следила за их состоянием. Сейчас же услышать подобные слова от Кираро было так неприятно и обидно, словно её саму только что назвали грязной. Ну какой Пуа свинья? Он поросёнок – это другое. Для кого-то, может, и нет разницы, но для неё она существенная. — Между прочим, Пуа всегда очень мягкий и чистый. А руки после него можно просто отряхнуть, если так сильно брезгуешь. — Именно это она показательно сделала, после чего скрестила руки на груди, явно дав понять, что его реакция ей не нравится и напрягает. И он, заметив это, поспешил выпрямиться и, слегка откашлявшись в кулак, поправился. — Кхм, да, прости. Я верю. Просто не бери его на руки и не подноси ко мне, пожалуйста…мне очень важна моя чистота! Дочь вождя тяжко выдохнула. — Я заметила. Но стоило им двинуться вперёд, как Пуа последовал за ними вслед за Моаной. Моана, конечно же, была только рада что к ним присоединится ещё кто-нибудь и она больше не будет чувствовать себя так одиноко, несмотря на то что не одна. Даже компания животного друга ярко скрасит обстановку и поможет времени пролететь быстрее и незаметнее. Может, Кираро всё таки захочет послушать пару забавных историй о нём? Но он, напротив, заметив движущееся за ними животное, отмахнулся. — Может, твоему другу лучше не идти за нами? — Даже не намекая, прямо спросил мужчина. — Тебе он настолько противен? — Моана нахмурилась от такой его просьбы, не ожидая что у него будет такая негативная реакция. Чем он его так сильно напрягает? Просто своим присутствием? Пуа даже рядом с ним не идёт, стараясь держаться со стороны девушки, ибо чувствует его недобрые эмоции по отношению к себе. Наследник пытался подобрать слова, как бы выразиться помягче. Несмотря на свою нелюбовь и брезгливость по отношению к животным, а особенно к свиньям, разочаровывать понравившуюся девушку крайне не хотелось. Было бы печально только прибыть для сватовства и провалиться на первом же свидании. Мужчина, привыкший что на его родине жители знают о его брезгливости и всех животных держат подальше от него, пытался держать себя в руках и не подать гневного виду. Не напугать Моану, не показать себя с плохой стороны. Пуа, понимая, что речь сейчас идёт о нём, с грустной мордочкой остановился, большими круглыми глазками смотря на высокого мужчину, одним взглядом упрашивая разрешить пойти с ними. Но Кираро был непреклонен и настойчив к своему мнению. — Моана, душенька, прошу пойми, мне просто не нравится компания животных. Разве ему не место среди ему подобных? — Прежде чем услышать её ответ, он сделал шаг ближе и положил руку на плечо, отводя ту подальше от зверька с лёгкой улыбкой. — Люди должны быть с людьми… — Оглянулся через плечо на Пуа, подняв одну бровь и надменно опустив уголки губ ниже. — А свиньи со свиньями. Боги, сколько же желания было внутри неё хорошенько поставить на место нахала, имеющего наглость так обращаться с тем, кто ей дорог. Ясно ведь дала понять с что Пуа её друг, но даже это не помешало ему так выражаться. Он даже не знает, через что этот поросёнок прошёл вместе с ней и какие трудности пережил. Да, на вид это просто свинья, как назвал его Кираро, но на деле это был такой же, хоть и маленький, путешественник, своими глазами увидевший поднятие Мотуфету и переживший нападение Нало. Он за всю свою звериную жизнь повидал больше, чем любой среднестатистический мореплаватель. И сейчас вот так грубо отмахиваться от него? Так ещё и при ней? Честное слово, если бы Кираро не был наследником с соседнего острова, Моана бы не сдержалась и хорошенько сказала бы пару ласковых. Всех своих жителей приучила хорошо и с уважением относиться к своему копытному другу, даже не позволяла думать о нём как о будущем источнике мяса. И Кираро бы к этому приучила. Но, к сожалению, он не был простым наглым сельчанином – он был гостем. И Моане очень не хотелось, чтобы когда он вернулся к себе на Кинуити, их вождь услышал о Мотунуи плохое. Этим она подведёт не только себя, но и своих родителей. Отца! Но что ей не хотелось больше всего, так это в итоге уплыть на его родину вместе с ним, в качестве супруги. От одной очередной мысли об этом по телу девушки прошли толпы ужасающих мурашек. Она не сможет и не хочет. Обязательно предъявит свой отказ перед родителями, нужно только кое кого дождаться. Всё что ей оставалось – это смириться с брезгливостью спутника и печально обернуться на Пуа, одним взглядом извиняясь и намекая, что лучше ему действительно оставить их. Тот всё понял, спустив ушки вниз и отходя от людей мелкими шашками назад, от чего у девушки больно кольнуло в сердце при виде такого опечаленного вида хрюшки. Он всегда всё понимал, читал эмоции лучше любого, самого мудрого, человека. Ну разве можно его называть «животным»? Главное ведь душа – она была человеческая. Человечнее многих. Надо будет потом угостить его чем-то вкусным после прогулки. Поскорее бы только она закончилась…а ведь всё только началось. Сама того не замечая, Моана потихоньку выводила их прогулку подальше от деревни. Ей не нравилось, что на них начинают смотреть всё больше и больше народу, что именно такая компания в виде Кираро сейчас цепляет жителей, чьё количество глаз растёт с каждой минутой приближающегося дня. Люди просыпаются, начинают свою привычную жизнь и всё больше начинают замечать, как два наследника проводят время вместе. Нет. Такое Моане не нравится. Вот если бы сейчас рядом с ней был Мауи! Вот с ним она могла бы гулять хоть в центре деревни на показ всем. Но не с Кираро… Возлюбленный всё никак не выходил из головы. Гость с Кинуити не противился, когда они начали менять курс и постепенно выходить из деревни. Похоже, ему самому не нравилось привлекать большое внимание народа? Точнее, по наблюдениям Моаны, ему не нравилось что чьё-то внимание привлекает она. Стоило только любому мужчине пройти рядом с ними и поздороваться с дочерью вождя, как Кираро был готов гневно сверлить его взглядом, словно любой из них мог забрать её и увести за собой. Такое его поведение не ушло от внимания девушки. Серьёзно? Они меньше дня знакомы и уже испытывать такую ревность? Между прочим, она знакома практически с каждым человеком племени, среди которых добрая половина является мужчинами. Он собирается ревновать каждого? Даже к лучшему, что сейчас они идут вглубь пальмового леса, в который уже сам Кираро начал их заводить. Тут было тихо, не мешали лишние глаза и уши – в этом был плюс. Но кое какой существенный минус всё это перекрывал и ещё больше выводил из себя, ведь теперь всё внимание окончательно пришлось отдавать мужчине. Глазу было просто не зацепиться за какого-то другого человека из деревни, а мозгу не отвлечься на любую иную мысль, ведь вокруг вместо хижин были только растения да пальмы. А ещё насекомые: жужжащие, назойливые, вылетевшие в самый разгар жары и готовые окружить со всех сторон, высасывая кровь с последними оставшимися нервами – именно они были самой надоедливой компанией в лесу (после Кираро, конечно же). Ей бы не так сильно мешали кружащие вокруг них насекомые, от которых можно просто пару раз отмахнуться ладонью, за которую, благо, её уже не держали, как именно рука наследника, мельтешащая перед её лицом, дабы самому отогнать от неё мелких тварей. Она бы и сама справилась, но тому хотелось лишний раз оказать ей свою помощь и «храбрость», если можно так выразиться, в борьбе с мелкими мошками. К счастью, вскоре они ушли от территории с насекомыми и рука мужчины перестала закрывать обзор. В моменте он задал первый, действительно вовлёкший её в разговор, вопрос: — А как ты стала полубогиней? — О.. — Моана словно оживилась, но не настолько сильно, дабы рассказывать максимальные подробности произошедшего. Кираро не тот человек, для которого хотелось бы уточнять и в красках говорить каждую деталь. — Это долгая история. Если вкратце, то это произошло во время битвы за Мотуфету, когда мы сражались против Бога грома Нало. — Начать не успела, а взор собеседника уже отвлёкся от неё куда-то вверх. Неинтересно? Тогда зачем спрашивал? — Пока мы переняли всё его внимание на себя, Мауи начинал поднимать остров, но, в какой-то момент… Она не успела договорить, как наследник, всё ещё смотрящий вверх, выбежал вперёд и поймал падающий с пальмы кокос, тут же скорчившись в лице, когда плод своим падением сильно ударил по пальцам. Это не ушло от внимание Моаны, выгнувшей одну бровь вверх в непонимании того, что ему действительно больно от такого незначительного удара, учитывая что сама же при сборе кокосов ловила их руками ещё с самого детства. Однако, тот быстро исправил выражение лица и, держа плод на ладони, с гордым видом и ухмылкой повернулся к ней. — Фух, успел! Хаха. Ещё бы чуть-чуть… — Намекал он на то, что только что спас её от удара кокосом по голове. — Вау. — Моану это не впечатлило, потому что кокос даже близко к ней не падал. Он успел бы встретиться с землёй задолго до того, как она пройдёт под пальмой. Но, что бы не обижать его, ей пришлось натянуть благодарную улыбку. Если он так сильно этим гордится, то неудобно будет его разочаровывать. Пусть порадуется своим «подвигом». Но это было далеко не последнее, чем он будет горд. Тема о полубожественном начинании Моаны закончилась, так и не успев начаться. Кираро решил, что как раз подходящий момент заговорить о том, как он славится в своём племени всем, чем только можно. Например, той же ловкостью и скоростью, которую только что продемонстрировал девушке. Моана вмиг поникла лицом, ведь думала что ему, в конце то концов, стало хотя бы немного интересно услышать о ней, ведь, как никак, свататься приплыл. Можно было и постараться вникнуть в её рассказ-ответ на его же собственный заданный вопрос. Хотя бы ради уважения. Но стоило только родиться этому самому уважению, как оно тут же рухнуло под самовлюблённой натурой принца. Рассказывать о себе любимом ему нравилось гораздо больше. — О, да меня за это все девушки обожают! — В особенности о своей популярности среди дам. — Что не день – то комплименты моей внешности. Все говорят, что мне повезло родиться таким невероятным и да, пожалуй, я с ними соглашусь. — Мужчина не унимался, постоянно поглядывая на с трудом натягивающую наигранную улыбку девушку, в то время как его собственная была шире некуда. Его вообще абсолютно не смущал тот факт, что он хвастается любовью других девушек к нему рядом с другой девушкой, которую в жёны себе рассматривает. Кираро серьёзно думал, что это сделает его выше в её глазах, что она почувствует гордость и радость от внимания того за кем бегают дамы, мечтая оказаться на её месте. Может стоит сказать, что его идея провальна? — Даже тут, на Мотунуи, у меня появились свои фанатки. Моана кивками подтверждала все его слова, но не описать словами, какое сильное отторжение было в её голове и мыслях. Настолько самовлюблённых людей она ещё не встречала в своей жизни. Ну, хех, был один кое-какой полубог, но даже ему не потягаться в этом с Кираро! Тем более был кое-кто, кого Мауи смог полюбить сильнее чем себя – Моана. Кираро же только и делает, что говорит о своей невероятности и красоте. Может, он действительно неплох внешне, но не настолько, чтобы гордиться этим и упоминать в каждом предложении. Ему действительно нужна жена? Кажется, ему и с самим собой вполне себе хорошо. Поверить только, чем он вообще смог понравиться её отцу? Удивительно, что Туи не вычислил в нём эту неприятную личность сам, прежде чем дал ему добро на прогулки со своей дочерью. Либо же Кираро делал всё возможное, чтобы казаться идеалом в его глазах? Была это двойная игра принца или простая ошибка Вождя? Ошибаться и не замечать каких-то деталей свойственно всем, но и о наследнике Кинуити мало что известно, кроме невыносимого характера. — Кажется, по числу фанатов я могу потягаться даже с полубогами. Кстати о полубогах… — Он был мастером быстро менять темы. Было это плюсом или же очередным минусом? — Мне интересно, как давно вы с Мауи знакомы? — Слыша множество раз это имя и прекрасно зная о нём, а так же что Моана полубогиня как и он, мужчина просто не мог не спросить об их взаимоотношениях. Её даже не сразу удивил заданный вопрос, ведь прямо сейчас все её мысли вновь были о своём любимом полубоге. Слова принца прозвучали где-то в голове, а озвученное им имя любимого слилось с внутренними размышлениями о нём. Он бы мог сейчас очень к стати появиться и спасти её из этого удушающего и ужасно отторгающего плена, как делал ещё на Тоалиби, когда вокруг неё были толпы фанатов. Встать между ними, усадить девушку на плечо и «украсть» прямо из под носа принца, унося возлюбленную куда душа пожелает. Она бы мигом стала самой счастливой девушкой на свете, а не загнанной в угол и обязанной составлять компанию тому, кто тебя даже ни во что не ставит! Она без сомнения нравилась Кираро, это было понятно по его горящим глазам при взгляде на неё, но он делал всё противоположное тому, чтобы понравиться ей в ответ. Наоборот отторгал всё больше. Привыкший к тем девушкам, что сами лезут к нему со своим вниманием, наследник Кинуити совсем не понимал того, что сейчас стараться нужно по-другому. Они продолжали идти вперёд, так и не получив ответа со стороны девушки. Это заметно напрягло наследника. — Хей, цветочек, я задал вопрос. — Мужская рука медленно потянулась к женским волосам, заведя спадающую кудрявую прядь за ухо, открывая себе вид на задумчивое лицо девушки. Этот жест быстро вытащил её из мыслей и заставил толпу мурашек пройтись по спине. Но далеко не из-за того, что ей понравилось его прикосновение, а вообще абсолютно наоборот. Его решение коснуться её волос было столь неожиданным, что девушка слишком быстро оглянулась на него, оторвавшись от очередных раздумий. А то, как он её назвал и каким мелодичным мурчащим голосом это прозвучало…ей бы определённо понравилось это прозвище, если бы его ей дал кое-кто другой. Но не тот, кто за всю их прогулку не дал о себе ни одного хорошего впечатления. Он не тот, чьи прикосновения ей приятны. Не тот, чей ласково называющий её голос хочется слушать без конца. — Ох, извини. — Девушка мотнула головой, как бы «случайно» смахивая его руку со своих волос. — Мауи… — Почему он вообще задал вопрос о нём и о том, сколько они с ним знакомы? Простой интерес, либо за ним что-то скрывается? — Мы знаем друг друга давно. Лет пять так точно. — Сделала небольшую паузу, вздохнув. — Из которой эти же пять лет мы и не виделись. — Что же вас разлучило на такое долгое время? — После возвращения сердца Те-Фити Мауи полетел свершать свои полубожественные подвиги. — Девушка слегка улыбнулась. — Я на тот момент ещё была человеком и не могла к нему присоединиться. Мужчина хмыкнул. — Даже не навестил? — Он… — Моана запнулась. — У него не получалось… — Перевела неуверенный взгляд на собеседника. Ну не могла же она сказать настоящую причину? Что Мауи не возвращался, ибо боялся что уже поздно и её забрало время. — Ну да-а. — Кираро усмехнулся, глядя в женские очи со скрещенными руками на груди. Подойдя на шаг ближе к ней, он положил одну руку ей на плечо, приобнимая. — Вот я бы так не поступил. Как может не получаться быть рядом с такой невероятной красотой? Да я бы на его месте… — Неотрывно держал на ней взгляд. — …желал провести с ней всю свою жизнь. Моану передёрнуло от его слов и она увильнула от него и его объятия в сторону кустов с растениями, делая вид что просто хочет насладиться их запахом. Но, пока он не видел её выражение лица, оно выражало все самые неприятные эмоции. Пожалуйста, пусть он перестанет намекать на свадьбу! Боги, ну не надо! Шагая рядом с растениями и проводя по ним пальцами руки, девушка отвечала, стараясь подавить в голосе все нотки недовольства. — Ну, вообще-то, у него были на то причины. — И какие же? — Не унимался наследник, вновь скрестив руки на груди и идя на том расстоянии от неё, которое она сама им создала. — Прости, но я не могу сказать. — Ну каков упрямец! — Сейчас тех причин уже нет, поэтому он остался со мной на Мотунуи. — Надолго ли… — Кираро подметил, как в пальцах полубогини хрустнула ветка кустарника и мигом заткнулся. Внутри него было огромное желание, чтобы этот полубог вновь свалил и оставил Моану одну. Чтобы она перестала думать о своём друге, в котором наследник видит своего серьёзного конкурента на внимание девушки. Всё таки тот полубог, как и Моана. Какая сильная между ними может быть связь? Он даже не представляет насколько эта связь сильна. И что Мауи ей далеко не просто «друг». Время шло дальше, как и наследники вдаль по тропинке. Впереди слышалось журчание ручейка, к которому совсем скоро те и подойдут. По пути, Кираро пытался ещё хоть что-то вытянуть у Моаны на счёт Мауи, но та ни в какую не говорила ничего из того, что его действительно могло заинтересовать. Либо рассказывала какие-то незначительные вещи, либо просто переводила тему на любую другую, никак с полубогом не связанную. Что-то скрывает? А вот что он допытывается? Ну в самом деле? Моана была в ужасно неудобном положении, но наследник словно вообще этого не замечал, продолжая крутить тему о полубоге. Даже начал интересоваться деталями их путешествия, и только Моана начинала радоваться, что ему интересно само их приключение, как тот разговор вновь свёлся к Мауи. Она могла просто взять и сказать ему в лицо, что полубог – её возлюбленный? Могла. Но первыми об этом должны узнать родители, ведь на то они и самые близкие ей люди, чтобы всё самое важное, как учили её с детства, должны в первую очередь знать они. Ручей уже виднелся рядом и наследники, немного постояв возле его берега, решили перебраться на другую сторону. Кираро оглянулся на девушку, мелькнув в голове кое-какой мыслью, странно приблизившись ближе к ней. Но в моменте решил отвергнуть появившуюся идею и отошёл обратно, ловко перепрыгнув на другой край берега. — Давай помогу. — Он с улыбкой протягивает ей руку, предлагая свою помощь в преодолении ручья. Полубогиня несколько раз непонимающе моргнула глазами. Ей не была известна причина, по которой Кираро подошёл к ней, не знала что он собирался делать и почему не решился. Но что-то ей подсказывало, что это было к лучшему. — Спасибо. — Протянув руку в ответ она взяла его за ладонь и сделала широкий шаг к нему на другой конец. Но только она перешагнула, как мужская рука скользнула к её спине, приобнимая её, дабы та случайно не соскользнула и не упала в воду. Вроде обычный жест помощи, который предпринял бы любой, чтобы предохранить от неудобного случая, но именно от Кираро это движение отозвалось неприятными волнами по телу. Встретившись глазами, в мужских зрачках сверкнул довольный блеск, а уже смущённая улыбка заметно стала шире, в то время как щёки выявляли эту эмоцию своим соответствующим цветом. Щёки Моаны так же окрасились, но, опять же, никак не от смущения, а от жуткого стыда и отрицания. Ей не хотелось его прикосновений. После прогулки обязательно будет нужно отмыться от них. К её огромному облегчению, мужчина отпустил её довольно быстро и они смогли пойти дальше. Их встретил участок с довольно высокой травой, на котором ещё остались капли утренней росы, не успевшие растаять под солнцем. Кираро сразу же поднял подол своей юбки, дабы случайно не замарать одежду, а вот Моана, понимая что роса это просто вода, а не грязь, не стала так сильно печься об этом. Шедший чуть впереди неё мужчина не видел, но девушка закатила глаза от его столь излишнего волнения за свои ткани. Если бы он знал, сколько раз полубогиня ныряла с головой в океан, выходя в до нитки промокшей одежде с прилипшими водорослями, его схватил бы самый настоящий ужас. Представляя выражение лица наследника и его реакцию, девушка невольно усмехнулась. Кираро оглянулся на неё, когда они вышли в более менее свободную открытую территорию с обычной низкой травой и взгляд его скользнул ниже, на женскую юбку, слегка промокшую от росы и с парочкой прилипших травинок. Он тут же остановил её и спустился на корточки, начиная отряхивать её одежду буквально от каждой сориночки и капли. — Ну ты чего? В таких местах нужно быть аккуратнее.. — Кираро. — Позвала его девушка, но тот не поднял взгляда, продолжая очищать ее юбку. — Это просто обычная вода, даже не грязная. Она сама высохнет… Наследник вдруг напрягся и повернул голову в сторону, услышав какой-то шум в кустах. На его лице показалась хитрая и крайне довольная улыбка.

***

Времечко выдалось непростым. Мауи был рад спустя столько времени приплыть именно на тот остров, пребывание на котором ему нравилось больше всего. Чья земля не хранит в себе напоминания о детстве, которому так и не суждено было случиться. Чьи воды не омыты кровью тысячи маленьких детей, большинство из которых убиты, так и не успевши пожить даже пару лет. Чьи жители не несут в своих сердцах боль от жестокой необходимости в жертвах и чьё нутро не пропитано страхом о возможном их недостатке, в случае чего змей-поглотитель явится вновь за свежей кровью лично. Тот остров отныне далеко за многокилометровой гранью горизонта, вместе со всеми воспоминаниями, которые он в себе хранит. Тоалиби всё ещё пропитано его виной, хоть он уже давно и отпустил это чувство. К сожалению, от этого ему ещё очень долго не отмыться. А Мотунуи пропитано спокойствием. Необходимым спасением, в котором хочется задержаться подольше. Тут ничего не напоминает о прошлом, не терзает мысли, не поглощает душу. Наоборот, помогает мыслям успокоиться, прийти в себя и по-настоящему пожить настоящим. Мауи любит Мотунуи. Возможно, не будь он полубогом и предъявил бы кто перед ним выбор: на каком острове ему хотелось бы прожить всю свою человеческую жизнь – ответ вылетел бы без раздумий. И выбор был бы очевиден, даже не требуя его озвучки. Он любил здешних людей и здешние люди любили его. Но, почему-то, именно сейчас, стоя на пляже и привлекая к себе всё возможное внимание народа, хотелось впервые за множество лет скрыться от него подальше. Побыть наедине. Несмотря на свои крупные габариты, мужчине удалось выбраться из подступившей толпы и, перекинувшись парой слов с Лото о том, что ему просто хочется немного отвязаться от всего этого шума, двинулся в лесные заросли. Напоследок лишь мелькнуло удивлённое выражение лица инженерки, явно не ожидавшей, что сам Мауи решит покинуть своих фанатов, хотя обычно чуть ли не сам начинал разговор со всеми кем только можно, только бы ещё раз поймать момент оказаться в центре всеобщего внимания. В любом случае, полубог надеялся, что та передаст это Моане и его любимая не будет беспокоиться о том, куда он делся. Да и всё равно сейчас она занята разговором с родителями, уж там он ей точно не пригодится. Поговорят, вернутся в деревню, отдохнёт в своей хижине и ляжет спать до завтра, а там уже и он понадобиться может. Даже если Моана и без него расскажет о своих приключениях родителям, то он сможет после неё добавить своих красок! А ещё, наверное, стоило бы уточнить то, кем они друг другу являются, вряд ли его возлюбленная поднимет эту тему в одиночку. Даже не «наверное» стоит, а обязательно! В его жизни спустя три тысячи лет появилась любимая девушка, и теперь он сделает всё, чтобы остаться с ней навсегда. На всю бесконечность. Всему острову об этом расскажет, всем другим племенам. Что теперь многоликий полубог ветров и морей не одинок, каким был все свои три долгие тысячи лет, что отныне в его сердце, наконец, поселилась настоящая любовь. Не такая, как к другим обычным людям, которых он любил и любит, совершая подвиги для человечества. К Моане любовь была другая. Та, которую он познал впервые и каждая капля которой будет принадлежать только ей без остатка. Он любит Моану. Всем своим сердцем. И самая большая радость для него – быть таким же любимым ею. Но, опять же, сейчас хотелось немного побыть одному. Знакомые лесные места вели его протоптанной тропинкой вглубь, погружая в мысли. Очень редко полубог замечал за собой такие спонтанные глубокие раздумья, когда хочется немного отвлечься от всех и побыть наедине с мыслями. Даже ему порой это необходимо. И нет, сейчас мысли не гложат и не терзают изнутри, как когда-то на Тоалиби, на котором единственным спасением оказались ласковые руки возлюбленной. В данный момент он был спокоен и расслаблен, пробираясь медленными шагами внутрь и думая о том, как же действительно летит время. Моана говорила, что в её жизни очень быстро всё изменилось за столь короткий промежуток. Что всего за пять лет их знакомства она успела: спасти мир, объединить народы, стать полубогиней, победить Бога грома, убить своего первого демона и приручить его отпрыска, стать «матерью» для спасённой девочки и обрести любовь. А если по человеческим меркам пять лет это быстро, то какого же было Мауи? Даже в его жизни все важные события происходили с более менее долгими паузами, а тут, после тысячи лет заточения, за каких-то пять лет происходит то, что полностью меняет его жизнь от и до. Моана, ещё не привыкшая к бессмертии и судящая о времени как человек, даже не представляет насколько ничтожно малы эти прошедшие годы перемен. И как тяжело успеть подстроить мозг под столь быструю смену происходящего. Именно поэтому ему нужен небольшой отдых от всех. Не на плоту, средь бескрайнего океана, а где-нибудь в укромном лесном местечке, где будут только он, да его мысли. Например, небольшая речка, возле которой мужчина и присел, подстроив свои мысли под её лёгкое звучание. Успокаивающее, помогающее расслабиться и отбросить всё лишнее в сторону. Возможно, с его стороны было немного неправильно вот так оставлять всех и уйти в лес, но ему правда это было необходимо! Нужно подготовить множество мыслей хотя бы перед очередным праздником, который обязательно устроят жители. Нет, он любит праздники и торжества! Вот только за полгода их как-то многовато. Для каждого был свой уважительный повод, но всё равно как-то слишком через чур, даже для такого полубога как он. Такими темпами уже свечерело и полубог сам не заметил, как углубился в сон, опёршись спиной о ствол дерева и скрестив руки на груди. Не потому что он устал или нужно было восстановить силы, а просто из-за долгих раздумий и мыслей наедине с самим собой мозгу захотелось перезагрузиться. Однако он не ожидал, что действительно удастся проспать всю ночь, встретив утро с рассветными лучами солнца. Осмотревшись по сторонам, мужчина ожидал, уже по привычке, увидеть рядом свою возлюбленную, с которой тот встречал каждое новое утро и уже сильно привык к ней, но её тут не оказалось. Почему-то в груди так больно кольнуло, словно Моана сейчас где-то очень далеко, а не на том же острове, только в своей хижине. Если честно, он не планировал засыпать, собираясь вернуться в деревню ближе к ночи, но организм решил всё за него и теперь мужчине ничего не оставалось, кроме как встретить это утро в одиночестве где-то в лесу у реки. Даже грустно как-то стало. Настолько привык спать рядом со своей любимой девушкой, обнимать её по ночам и целовать при пробуждении, что сейчас всё казалось каким-то неправильным, несвойственным для его сердца. Даже несмотря на то что они на одном острове, ему было тоскливо и немного стыдно за то, что он до сих пор не объявился. А вдруг Моана ночью заходила к нему или что-то серьёзное произошло пока его так долго не было? Душа внутри чувствовала что всё не так просто и ему нужно возвращаться. Было…странное предчувствие. Но вернуться к своей любви с пустыми руками после целого дня отсутствия было бы нехорошо с его стороны, поэтому, раз уж он всё равно сейчас в лесу, то почему бы не собрать цветов? Мужчина знает как девушка их обожает и давно выучил самые любимые, так что собрать подобающий букет труда не составит. Постепенно сборка цветов привела его к другой части реки. Так вышло, что он сделал небольшой круг и вернулся чуть дальше того места где проснулся. Тут река сужалась, становясь небольшим ручейком, и полубог решил вновь отойти от неё, ибо в этом месте красивых цветов не росло, а Моана достойна только лучших и самых ярких. Неспешными шагами он двигался между кустами, рассматривая получающийся букет, в котором не хватало только одного самого любимого им цветка. Его то Мауи и искал и без букета не собирался возвращаться в деревню. Ну вот придёт он с пустыми руками, а извиняться за свою пропажу как будет? Просто словами? Нет, так не пойдёт. Возлюбленная точно не будет обижаться или злиться, если он подарит ей хотя бы букет. Так и шёл бы дальше, но вдруг услышал голос, обладательницу которой узнает из тысячи любых других женских голосов. Та, ради которой вся эта ходьба за цветами и началась — Моана. Что она делает в лесу? Судя по второму голосу, который он услышал перед её собственным, с ней кто-то ещё. Раздвинул рукой листву зарослей, открыв своему взору вид на Моану, юбку которой старательно подчищает какой-то мужчина, выглядящий так, словно тот решил нарядиться к какому-то празднику. Ещё же не время для торжеств, верно? Хотя, сам вид у него был странный, словно не с их племени. Если память ему не изменяет, у народа Кинуити был похожий стиль одежды. Но откуда бы Кинуитовцу оказаться на Мотунуи? Приплыл просто погостить или важная фигура какая-то? Вопросов у полубога было много, но самый главный из них – что он делает с Моаной в лесу? Она не говорила, что у неё есть знакомый с этого племени. Мужчина повернулся головой к нему и на незнакомом лице тут же засияла уж слишком хитрая улыбка, заставившая Мауи заметно напрячься и подозрительно нахмурить брови. Кираро, с чьим именем полубог пока ещё не знаком, поспешил подняться и отвернуть Моану в противоположную сторону, прежде чем та успеет повернуть голову вбок и увидеть Мауи. В мыслях пролетело: — «Что всё это значит?» — Напряжение у многоликого возросло в несколько раз. Почему он отворачивает от него Моану? Не хочет, чтобы она его заметила? Да кто он вообще такой и кого из себя возомнил? Но что больше всего его озадачило – рука Кираро, вольно опустившаяся на спину девушки, после чего тот начал уводить её дальше. Куда он её уводит? Боги, у него внутри сейчас такая паника возросла, что чуть цветы из руки не выпали, но он только сильнее сжал их, уже надумывая выйти к людям и решить возникший вопрос. Однако, Мауи остановился, так и не сделав шаг вперёд. А стоит ли? По виду Моаны не скажешь, что та сопротивляется и что её ведут насильно. Напротив, Кираро почти не держит её и девушка идёт сама рядом с ним. У них, похоже, была самая обычная прогулка и им обоим всё нравится. Может, полубогу не о чем волноваться? Но как он может не волноваться? Тот жест с объятием спины, который он увидел, уже умудрился его выбесить. Почему кто-то обнимает спину его возлюбленной? Может, он перебарщивает с ревностью и у людей это нормально? Всё таки за тысячу лет нормы в обществе могли смениться. Но внутри всё равно было сильное недовольство. Прежде чем скрыться в зарослях, странноватый мужчина вдруг обернулся на всё ещё стоящего в кустах полубога. А гордое выражение лица его говорило само за себя: «Ты в проигрыше». Свободная рука Мауи сжалась в кулак. Что произошло за его однодневное отсутствие? Точнее…кто произошёл?

***

Мауи бы не успокоился, если бы не проследил за ними всю оставшуюся их прогулку, скрытно прячась в зарослях или в листве деревьев за различных обитателей леса. Делал всё возможное, чтобы его присутствие не вычислили. Из своей слежки он понял о хамоватой и самовлюблённой натуре её компании, но, к сожалению, узнать слишком много не успел, ведь их гуляние уже подходило к концу и ни о чём интересном они больше не говорили, кроме обсуждения своих племён и разных незначительных вещей. Кажется, самые интересные детали их разговора полубог уже пропустил. Не стал тревожить возлюбленную после того, как Кираро проводил её до хижины. Уже вечерело, девушка наверняка устала, судя по её вымотанному выражению лица в тот момент, когда неизвестный мужчина покинул её и ушёл. Ему показалось, или в её глазах в тот момент было некое облегчение? В любом случае, лучше ему расспросить Моану обо всём завтра, когда та будет свободна. Единственное, что он сделал – оставил перед входной тканью хижины собранный для неё букет. Как раз уже законченный в сборке, с добавлением особого для них обоих цветка. Но этой ночью он уже не уснёт.