Глава 14. Всё странно

Уже почти половина пятого. Клуб наконец-то опустел, и Хари, переодевшись, вышла в переулок, где стоял её мотоцикл. Холод пробрался под куртку, будто воздух стал плотнее, тяжелее. Она подняла голову — небо было серым, как свинец, и медленно, лениво начали падать первые снежинки. — Только не сейчас, — пробормотала она, засунув руки в карманы. Снег шёл всё плотнее. Асфальт уже начал покрываться скользкой коркой. Ездить в такую погоду на мотоцикле было всё равно, что просить беду постучать в лоб. Она посмотрела на байк, потом — на небо, закусила губу и сделала пару шагов в сторону дороги, вытащив телефон, чтобы вызвать такси. Экран мигнул — сеть слабая. — Да что за чёрт... — Погода не на твоей стороне, — послышался голос сбоку. Она резко обернулась — из чёрной машины, стоявшей на углу, вышел Ран, опираясь о дверцу. Его волосы чуть растрепал ветер, а на губах играла всё та же полуулыбка. — Ты чего тут? — голос Хари был колючим. — Я заехал за тобой. Увидел снег — решил, что ты будешь психовать. И я был прав. — Я не психую. — Она скрестила руки на груди. — Ага. Садись, подвезу. Ты же в больницу собиралась, верно? Она прищурилась. — Ты следишь за мной? Он посмотрел на неё серьёзнее, глаза потемнели. — Нет. Просто иногда вовремя оказываюсь рядом. Пауза. Снег начал ложиться на её волосы, она смахнула его пальцами и нехотя кивнула. — Только быстро. Не начинай свои дурацкие разговоры в пути. Ран открыл ей дверь. — Как скажешь, Тэнгу. В машине: Салон машины был тёплым, пахло чем-то дорогим, едва уловимым. Хари устроилась на пассажирском сиденье, скрестив руки на груди и уставившись в окно. Ран мельком взглянул на неё сбоку — снежинки медленно таяли на её волосах. — И всё-таки... почему в больницу? — спросил он, крутанув руль. — Янн. Он очнулся. — В голосе Хари мелькнуло что-то нехарактерное — почти радость. — Правда? — удивился Ран. — Я думал, он ещё долго будет в отключке. Она кивнула, но взгляд по-прежнему не отрывала от дороги. — Сегодня позвонили. Сказали, он открыл глаза, попытался что-то сказать. Я должна была поехать сразу после смены… — она на секунду замолчала. — И не собиралась говорить тебе. — О, спасибо, я польщён, — усмехнулся он. — Но разве ты не рада? По тебе почти не видно. Хари наконец повернулась к нему. — Я рада. Просто... — она понизила голос. — Это всё странно. Столько времени. Я думала, он не проснётся. Ран на секунду отвёл взгляд от дороги и бросил на неё внимательный взгляд. — Может, он проснулся именно потому, что ты не сдалась. — Не начинай. Это не фильм. — Хари закатила глаза, но уголки её губ всё же дрогнули. — Не все просыпаются от голосов друзей или слёз на подушке. Он просто... сильный. — Как и ты, — тихо добавил Ран. Она притворилась, что не слышала. --- В больнице: Белый коридор пах дезинфекцией и чем-то металлическим. Хари шагала быстро, будто боялась, что передумает, а Ран шёл позади, удивительно молча. Они остановились у двери палаты. Табличка с номером, слабый свет из-за матового стекла. Хари глубоко вдохнула и, не оглядываясь на Рана, прошептала: — Ты можешь подождать здесь. Это… личное. Но тот только хмыкнул. — Я не собирался заходить. Просто… постою. На случай, если ты выбежишь, как обычно, и решишь кого-нибудь ударить. — Очень смешно, — прошипела она, но в глазах промелькнула благодарность. Она потянула за ручку двери — и вошла. --- Когда Хари уже потянулась к дверной ручке, дверь вдруг приоткрылась изнутри. Из палаты вышел мужчина в медицинской маске и белом халате. Это был доктор Сакамото — высокий, с усталым, но внимательным взглядом. — Акане-сан? — спросил он, сразу узнав её. Хари кивнула. — Я пришла к Янну. Доктор слегка улыбнулся и протянул ей прозрачный пакет. — Наденьте бахилы, стерильные перчатки и вот это — одноразовая накидка и чепчик. К сожалению, его иммунная система ещё очень уязвима, даже уличная пыль или микробы могут вызвать осложнения. Хари, не задавая лишних вопросов, начала быстро надевать всё, что он дал. — Он в сознании? Можно говорить с ним? Сакамото чуть смягчил голос: — Да, он в сознании. Но не удивляйтесь, если он будет говорить путано или странно реагировать. Мозг ещё восстанавливается, может быть спутанность, провалы в памяти. Главное — спокойно. Не тревожьтесь, если услышите что-то странное. Хари кивнула. — Спасибо, доктор. Он чуть поклонился и, проходя мимо Рана, взглянул на него: — Вы с ней? — Нет. — Ран пожал плечами. — Я просто водитель. Доктор коротко кивнул и ушёл по коридору. Хари, уже в защитной одежде, задержалась на мгновение перед дверью, делая глубокий вдох. Сердце стучало как сумасшедшее. Она положила руку на дверную ручку. — Ну что, Тэнгу, готова? — раздался за спиной насмешливый голос Рана. Она не обернулась. — Если ты не заткнёшься, я вернусь и задушу тебя прямо в этом коридоре. Ран усмехнулся и отступил на шаг. Хари открыла дверь — и вошла. В палате стояла тишина, нарушаемая лишь ровным, еле слышным писком аппаратов и тихим гулом вентиляции. Воздух был стерильным, прохладным, с лёгким запахом дезинфицирующего средства. На больничной койке лежал Янн. Он казался ещё хрупким — похудевший, с бледной кожей и тенью под глазами. На его лице была кислородная маска, а рядом работал аппарат, отслеживающий пульс. Он почти не двигался, казалось, спал. Но его грудь равномерно поднималась и опускалась, а руки — худые, с чуть заметными венами — лежали поверх одеяла. Хари замерла у входа. Горло сжалось, ноги будто приросли к полу. Всё внутри сжалось от боли и облегчения одновременно. Но спустя пару секунд она сделала шаг вперёд, потом ещё, и, не сводя с него глаз, опустилась на стул у изголовья. Осторожно взяла его ладонь в свою. Она была тёплой, живой. — Янн... — прошептала она едва слышно. В этот момент его веки чуть дрогнули. Он медленно открыл глаза и слабо повернул голову в её сторону. Несколько секунд он смотрел на неё, будто пытаясь вспомнить или убедиться, что не спит. — Хари?.. — голос его был тихим, почти шепотом. — Сестрица... это ты?.. Хари едва успела кивнуть, как слеза скатилась по щеке. Она сжала его руку чуть крепче. — Это я... — ответила она дрожащим голосом, — я здесь. Он слабо улыбнулся, а в его глазах мелькнуло что-то — слабый отблеск того прежнего Янна. Тепло, живое... родное. Он попытался пошевелиться, но мышцы отозвались болью, и он едва заметно поморщился. — Не двигайся, — мягко сказала Хари, — тебе ещё рано напрягаться. Янн слабо кивнул и посмотрел на неё внимательнее. Его голос был слабым, дыхание — неровным. — Ты... в порядке? — прошептал он. Хари улыбнулась сквозь слёзы. — Я должна тебя об этом спрашивать, — тихо засмеялась она, но голос предательски дрогнул. — Ты же всех нас напугал. — Я... долго спал? — спросил он, не отпуская её руки. — Долго, — кивнула она. — Но теперь ты с нами. Это главное. Он снова слегка улыбнулся, потом на мгновение закрыл глаза. — Ты изменилась, — прошептал он. — Стала... сильнее. Хари отвела взгляд, крепче сжимая его пальцы. — Приходится. Ты же знаешь. — Спасибо, что пришла... — Глупенький, — прошептала она, наклоняясь чуть ближе, — я бы пришла даже если бы мир рухнул. Они замолчали. В этой тишине было всё: боль, радость, тревога и надежда. Янн снова прикрыл глаза, его дыхание стало ровнее. Хари не отпускала его руку, продолжая сидеть рядом, охраняя его покой Он ненадолго прикрыл глаза, словно накапливая силы, а потом снова посмотрел на неё. — Сколько... я был в коме?.. С сентября? Хари кивнула, её губы дрогнули: — Да... с сентября. Почти полгода. — М-м... — Янн слабо улыбнулся. — Значит, пропустил твой день рождения? Хари слегка рассмеялась сквозь слёзы: — Не волнуйся, ты получил лучшее оправдание на свете. Наступила короткая пауза. Янн повернул голову к потолку, потом снова к ней: — А... Изуми всё ещё не вернулся? Хари на секунду замерла. Улыбка сползла с её лица. Она отвела взгляд, губы поджались. — Нет... — тихо ответила она. — Всё ещё ничего. Ни звонка, ни письма. Как в воду канул. Янн медленно кивнул, взгляд его потускнел. — Понятно... — Не думай об этом, — быстро добавила Хари, вновь взяв его за руку. — Сейчас главное — ты. Ты с нами. И это уже чудо. Он кивнул, крепче сжав её пальцы, насколько хватило сил. — Спасибо, что ты здесь. — Всегда. Хари слабо улыбнулась, глядя, как Янн снова прикрывает глаза. Он всё ещё держал её за руку, хоть и слабо. В этот момент дверь палаты мягко приоткрылась, и внутрь вошёл доктор Сакамото в белом халате и с планшетом в руках. — Простите, — спокойно сказал он, — но пациенту нужно отдохнуть. Перегружать его сейчас нельзя, даже положительными эмоциями. Хари кивнула, бережно освободив руку из пальцев брата. Янн что-то тихо прошептал, но уже засыпал. Она встала, бросила последний взгляд на его лицо — такое уставшее, но живое — и вышла в коридор вместе с доктором. — Доктор Сакамото… — начала она, пока они шли медленно по коридору. — Как он? Я имею в виду… как скоро он поправится? Сакамото остановился и повернулся к ней, поправляя очки. — Его состояние стабильное. Мы провели все необходимые анализы — организм восстанавливается, пусть и медленно. — Он сделал паузу. — Реабилитация займёт примерно полгода. Это при условии, что не будет осложнений и он будет сотрудничать с нами. Хари выдохнула с облегчением, еле заметно кивнув. — Спасибо… Спасибо вам, доктор. Он чуть кивнул в ответ: — Он крепкий парень. А теперь идите домой и тоже отдохните. Вы ему понадобитесь в ближайшее время , но вы тоже не из железа. Хари вышла из здания больницы. Снег всё ещё падал, устилая землю тонким хрустящим покрывалом. Холодный воздух обдал лицо, но после палаты с медицинскими запахами он казался почти освежающим. У подъезда стоял Ран, прислонившись к своей машине, с руками в карманах и равнодушным видом. Он поднял взгляд, когда заметил её. — Всё нормально? — спросил он, чуть наклонив голову. Хари подошла ближе, запахнула куртку, кивнула. — Да. Он очнулся. Говорит... узнаёт меня. — Она посмотрела куда-то мимо него, в сторону темнеющего горизонта. — Сакамото сказал, что реабилитация займёт полгода. — Хм... Значит, есть шанс, — произнёс Ран. — Это хорошо. Несколько секунд между ними повисло молчание. Только снег тихо падал на капот машины. Несколько секунд между ними повисло молчание. Только снег тихо падал на капот машины, и мир вокруг казался приглушённым, будто спрятанным под ватным одеялом. Ран медленно подошёл ближе, глядя на неё серьёзным взглядом. Его привычная ухмылка исчезла. Он остановился совсем рядом, посмотрел в её глаза — и внезапно обнял. Тихо, без слов. Просто обнял, как будто хотел закрыть её от всего холода, от всех забот. Хари чуть вздрогнула, не ожидая, но не отстранилась. Наоборот — впервые за долгое время ей показалось, что можно просто... выдохнуть. Она опустила голову, прижавшись лбом к его плечу, и позволила себе закрыть глаза хотя бы на мгновение. — Ты хорошо держишься, — прошептал он, почти неслышно. — Но не обязательно всегда быть сильной. Она не ответила, только крепче сжала пальцы на его куртку --- Машина остановилась у дома Хари. Снег всё ещё тихо падал, окрашивая улицу в холодные оттенки. Ран выключил двигатель, но не спешил прощаться. Хари уже потянулась к дверце, но задержалась, посмотрела на него в полоборота. — Ты сегодня... добрый какой-то. Это ещё почему? — сказала она, пытаясь скрыть неловкость в голосе. Ран чуть усмехнулся, опустив взгляд на руль, а потом снова посмотрел на неё — прямо, спокойно. — Потому что ты мне нравишься, — сказал он, без привычной ухмылки. — Уже давно. Хари на секунду застыла. Слова застряли в горле. Она медленно опустила руку с дверной ручки. — Ран... — выдохнула она, но потом замолчала. Он не перебивал. Только смотрел. — Я не знаю, что сказать, — наконец призналась она, опустив взгляд. — Это... неожиданно. — Я не тороплю тебя, — спокойно ответил он. — Просто хотел, чтобы ты знала. Я не шучу, не играю. Если тебе это совсем не нужно — окей. Но если хоть немного да... я подожду. В машине повисла тишина. Только шум вентиляции напоминал, что время идёт. Хари посмотрела на него, чуть нахмурившись, не зная, что чувствует. Она привыкла, что он колкий, ленивый, вечно издевающийся. Но этот Ран был другим — откровенным, тёплым, почти уязвимым. — Мне надо подумать, — сказала она тихо. — Я знаю, — кивнул он. Она кивнула в ответ, медленно открыла дверь и вышла в снег. Прежде чем закрыть её, задержалась на секунду. — Спасибо за сегодня. И закрыла дверь. Ран остался сидеть, глядя вперёд. А потом, вздохнув, уехал. Дом встретил её тишиной. Только гул отопления и редкие звуки ветра за окнами сопровождали шаги по коридору. Хари сняла куртку, повесила её на вешалку и прошла на кухню. Поставила чайник, но не включила его — просто стояла, глядя в одну точку. «Янн очнулся...» Сердце сжалось от облегчения и тревоги одновременно. Он жив. Он узнал её. Но видеть его таким — худым, с трубками, с таким медленным голосом — это было почти невыносимо. Она бы всё отдала, лишь бы он не страдал. Но это всё ещё только начало. Полгода, сказал Сакамото. Полгода реабилитации, боли, усилий... «А Ран...» Его слова всё ещё звучали в голове. "Ты мне нравишься." Она провела рукой по лицу, села за стол, облокотившись на руки. Что ему в ней вообще могло понравиться? Грубая, вспыльчивая, постоянно занята... Или он просто увидел маску и решил, что знает, кто она? Но… с другой стороны, он же тоже не подарок. И всё же… в его голосе тогда не было фальши. Ни одного намёка на игру. А потом в сознание врезалось имя, от которого внутри стало холодно. Бонтен. Тэнма. Харума. Мир, который она старалась держать на расстоянии, всё ближе подбирался к ней. Каждый шаг приближал её к ним — даже если она делала вид, что идёт в другую сторону. И с каждым днём груз на плечах становился тяжелее. Хари сжала ладони в кулаки. Что она вообще делает? За что держится? За тех, кого уже не вернуть? Или за тех, кто может исчезнуть в любую секунду? «Я просто хотела, чтобы всё было спокойно...» — подумала она, прикрывая глаза. Но покой был роскошью. И даже сейчас, в тишине своего дома, она чувствовала, как что-то надвигается. Ночь. Экран ноутбука освещал лишь лицо Хари, подчёркивая усталость, сосредоточенность и злость в глазах. Она пролистывала файлы снова и снова. Каждая строчка была как след — тонкая нить, ведущая к истине, которую кто-то явно хотел скрыть. Харума что-то понял… и кто-то его остановил. Этой ночью она не сомкнула глаз. Перечитывала документы, делала снимки на телефон, записывала имена, даты, короткие фразы, которые могли оказаться уликами. Утром она пошла на работу в языковую школу. Там всё было как обычно: улыбки студентов, ровный голос на уроках, тихий смех. Но внутри — глухое напряжение. Она уже знала, что после работы пойдёт в клуб. И не просто работать — искать. Вечер. Клуб. Хари накинула куртку и прошла мимо сцены, будто по делам. Но вместо бара свернула к офису управляющего. Дверь была закрыта, но не заперта. Она вошла. Комната встретила её аккуратностью — всё казалось слишком правильным, вылизанным, как будто кто-то недавно тщательно убирался. Она обвела взглядом шкаф. Подошла. Пальцы скользнули по полкам. Стопки документов, мелкие метки. И вот — лёгкий зазор между задней стенкой и боковой панелью. Скрытый ящик. Закрыт. Конечно. — Чёрт, — тихо выдохнула Хари. Вытащила шпильку из волос и, не дрожа, поддела замок. Один щелчок… второй… Замок сдался. Внутри — пачка бумаг, старый внешний жёсткий диск и стопка фотографий, перевязанных тугой чёрной резинкой. Она достала снимки. На них — Харума. Какой-то склад. Мужчины в масках. Один — в костюме с символом чёрного цветка. Хари нахмурилась. Организация, о которой ходили слухи, но никто ничего не знал наверняка. На обороте одной из фотографий: «Ночь 14-го. Поставка. Тэнма не пришли. Пришли другие.» Другие?.. Кто? Почему вместо Тэнмы появилась Бонтен Хари чувствовала, как всё внутри начинает сводиться в одну точку. Кто-то играл вдвойную игру. Кто-то заменял игроков, оставляя маски. И Харума был достаточно близко, чтобы увидеть это. Она положила снимки в сумку. Взяла жёсткий диск. Захлопнула ящик, будто ничего не трогала. Выходя из офиса, мельком глянула в зеркало. Там стояла не уставшая Хари Та которая начала войну Пол третьего На улице почти никого. Хари шла быстро, сжимая сумку, внутри которой лежали фотографии и жёсткий диск. Её мысли гудели, как двигатель на пределе — одно не давало покоя: кому можно это показать? Она свернула за угол и направилась к знакомому подъезду. Пальцы сами набрали код домофона. Кайто открыл дверь почти сразу, как будто ждал. — Ты? — удивился он, глядя на неё. — Ты вообще видела, который час? — Видела, — тихо бросила Хари, проходя мимо него в квартиру. — Но мне нужно с кем-то поговорить. Прямо сейчас. Он молча закрыл дверь и обернулся. Вид её был знакомый: напряжённые плечи, прищуренные глаза, и этот взгляд — как у человека, который на грани. — Садись, — сказал он, указывая на диван. — Я поставлю чай. — Кайто, — перебила она его, — это важно. Очень. Он повернулся. Она достала фотографии и жесткий диск, положила на стол. Несколько секунд он просто смотрел, потом подошёл ближе. — Это что?.. — Харума собирал информацию. О ком-то, кто действует под прикрытием. Black Orchid. Они замешаны. И Харума... он знал. — Голос Хари дрогнул. — Его чуть убили. Тот нахмурился, сел рядом. — Почему ты пришла ко мне? — Потому что я не знаю, кому ещё доверять. Все вокруг либо связаны с этим дерьмом, либо просто молчат. А ты… ты — единственный, кто всегда был на моей стороне. Он замолчал. Взял одну из фотографий, всмотрелся в детали. Потом перевёл взгляд на неё. — Ты вляпалась в серьёзное дерьмо, Хари. Очень серьёзное. Но если ты решила идти до конца — я с тобой. Хари впервые за вечер позволила себе выдохнуть. — Спасиб Кайто. Кайто молча смотрел на фотографии, когда Хари вдруг села рядом, положив локти на колени, уставившись в пол. — Знаешь, — начала она тихо, — я ведь тогда... в больнице... специально не говорила тебе ничего. Он медленно поднял взгляд. — Я помню. — Его голос был ровным, но в нём слышалась боль. — Ты была как чужая. Холодная. Словно не хотела, чтобы я был рядом. — Потому что не хотела, чтобы ты оказался вовлечён. Там, тогда… в той перестрелке… — она выдохнула, будто решалась на это давно, — я должна была умереть. И думала, если хотя бы ты останешься в стороне — то у тебя будет шанс. На нормальную жизнь. Кайто резко отвёл взгляд, провёл рукой по лицу. — Чёрт, Хари… — Он замолчал на секунду, а потом тихо продолжил. — А ты хоть представляешь, каково было видеть тебя в крови? Не понимать, очнёшься ли ты вообще? Хари покачала головой, её голос дрогнул: — Прости. Я… не хотела отталкивать тебя. Просто не знала, как… как снова быть рядом с теми, кто мне дорог. Боялась, что если откроюсь — снова потеряю. Кайто откинулся на спинку дивана, глубоко вдохнул, как будто наконец-то вынырнул из-под воды. — А теперь рассказываешь мне всё. — Он слабо улыбнулся, в его голосе звучала облегчённость. — Значит, снова мне доверяешь? Хари кивнула. — Да. По тому что ты — единственный, кому я могу это сказать. Кому я… хочу это сказать. Он посмотрел на неё долго, с теплом в глазах, которого не было уже давно. И больше ничего не сказал — просто подтянул её к себе в лёгкое объятие, без слов, без давления. Она позволила себе облокотиться на его плечо, чувствуя, как впервые за долгое время груз на плечах стала чуть легче