Глава 14. Г.А.В.Н.Э. или мы в говне, Гарри!

— Какого фестрала ты ничего не сказал? — девушка с силой стукнула мужчину по плечу, так, что профессор Макгонагалл подскочила со своего места. — Избиение профессора учеником карается исключением из школы, — холодно подметил мимо проходящий Снейп.       Дебора недобро зыркнула ему в след и уставилась на директора школы, который хитро улыбался в седую бороду. «Вот поганец, весело ему!».       Большой зал опустел. Все педагоги разошлись вслед за учениками, и профессор Макгонагалл поспешила ретироваться вслед за деканом Слизерина, подальше от семейной ссоры. Дамблдор, на удивление, ускользнуть не намеревался, хоть и сделал пару шагов назад от злющей девчонки. — Что произошло дома? Почему ты здесь? Это какая-то шутка? Розыгрыш?       Грюм насупился, посильнее обхватив посох руками. — Показалось! — рявкнул он в ответ на первый вопрос. — Показалось? Ты в своем уме? А если бы министерство тебя загребло? — Дебби, — вмешался Альбус, — всё разрешилось наилучшим образом! Профессор Грюм и вправду будет вести уроки в Хогвартсе в этом году по моей просьбе.       Она прикинула, насколько же задолжал Аластор старику, что согласился работать с детьми. И в здравом ли уме директор, раз позвал экс-мракоборца работать в школу.       Всё еще негодуя, девушка шумно втянула воздух через нос и окинула их таким взглядом, что оба стоящие приняли вид провинившихся школьников. — Я не знаю, о чем Вы двое вечно договариваетесь у меня за спиной, но мне надоело узнавать всё последней! Я уже не маленькая, мне семнадцать! — Кстати об этом… — Аластор еще больше нахохлился, а Дамблдор поджал губы, — Министерством было принято возобновить за тобой магический надзор до конца шестого курса. — Что? — Фадж лично об этом позаботился. — Вот же зловредный крети… — Мисс Грюм! — перебил её директор, — Думаю, не всё так плохо! Этот год Вы всё равно проведете в школе, где разрешено колдовать. — Это всё из-за твоей выходки! — недовольно пробурчала она на мужчину. — Ладно, черт с ним. Директор, — девушка повернулась к старику, — в этом году я хочу взять курсы трансгрессии.       Альбус одобрительно кивнул, пообещав, что всё организует и повернулся к выходу. — Нам всем пора отдохнуть после такого замечательного вечера! — с этими словами он вышел из зала, повернув к своему кабинету.       Аластор захромал, а Дебби поплелась за ним, всё еще дуясь на мужчину. Коридоры Хогвартса были полны тишины после размещения всех учеников по гостиным. Только стук железной ноги прерывал молчание стен, отзываясь глухим эхом. — Никакого турнира… — Даже не собиралась. — Хорошо. — Я сама дойду. — Как скажешь.       Дебби сложила руки на груди, недовольно глядя на Грозного Глаза. — Я не буду извиняться! — буркнул мужчина. — Рада, что с тобой всё в порядке, — девушка закатила глаза и повернулась к лестницам. — Доброй ночи!

***

      Первый урок по ЗоТИ со слизеринцами прошел восхитительно. Дебби ждала это день как пришествие Мерлина, и все её ожидания оправдались. Это был самый лучший день на свете.       Войдя в класс, все нахальные однокурсники будто понабрали в рот воды, и вместо вечных оскорблений — в классе стояла гробовая тишина. — Что, Пьюси, язык проглотил? — усмехнулся Фред.       Эдриан сидел самый бледный, наверное, вспоминая случай на первом курсе.       То, как Аластор жучил придурков на уроке, было великолепно. Наконец, у Снейпа появился достойный соперник в ненависти к определенному факультету.       В преподавании, конечно, он отличался подходом, что для Деборы новостью не стало, но все остальные изрядно были шокированы жестким стилем экс-мракоборца. Они проходили «Адское пламя», и пару раз за урок, профессор входил во вкус, обещая поджарить зад слизеринцу, который, не подумав, скривил лицо на его занятии. Однако, Дебора, немного осуждающим взглядом останавливала нового педагога от таких радикальных действий, пусть они ей и были милы.       После обеда они с близнецами разделились. Девушка ушла на руны, так и не встретив брата, с которым хотела поделиться впечатлениями после ЗоТИ, но после уроков, убедилась, что Гарри сам успел составить свое мнение о новом преподавателе.       Запихивая громадный учебник по рунам в сумку, Дебби шагала по вестибюлю в предвкушении ужина. За углом раздался неожиданный рёв, и все студенты, включая её, поспешили посмотреть, в чем же дело. — Ну уж нет, парень!       Завернув за угол, она увидела хромающего по лестнице Аластора, направляющего палочку на белого хорька в двух метрах от него. Гарри, который секунду назад стоял с ошарашенным лицом, поднял брови вверх в немом восторге и старался сильно не лыбиться. — Он тебя задел? — прорычал Грюм. — Нет, — ответил Гарри. — Промазал.       Грозный Глаз захромал по направлению к Крэббу, Гойлу и хорьку, который, испуганно пискнув, что было сил припустил ко входу в подземелье. — Не думаю… — пророкотал Грюм, вновь направляя на хорька волшебную палочку. Тот взлетел в воздух футов на десять, потом звучно шлёпнулся об пол и снова подскочил вверх.       Дебби прорвалась сквозь собравшихся зевак, выцепив в толпе рыжую макушку Рона, который буквально светился от счастья и совершенно этого не скрывал, в отличии от Поттера. — Это Малфой? — со вздохом спросила девушка.       Уизли самозабвенно кивнул, не отрывая взгляда от зрелища. — Мне не нравятся люди, которые нападают на противника со спины, — рычал Грюм, а скулящего от боли хорька подбрасывало всё выше и выше. — Гнусный, трусливый, подлый поступок…       Хорька швыряло в воздухе, его лапы и хвост беспомощно болтались.       Гриффиндорка высунула язык к уголку рта и сложила руки на груди. Несколько человек смотрели на неё, в надежде, что она остановит профессора, но ей этого совершенно не хотелось. Малфой заслужил урок, а другие пусть видят, к чему приводит заносчивое поведение. — Никогда-больше-так-не-делай, — говорил Грюм, произнося каждое слово, как только хорёк ударялся об пол и опять взмывал вверх. — Профессор Грюм! — прозвучал возмущённый голос.       По мраморной лестнице спускалась профессор МакГонагалл с громадной стопкой книг в руках. — Привет, профессор МакГонагалл, — спокойно сказал Грюм, заставляя хорька подскакивать всё выше. — Что… что это вы делаете? — спросила профессор МакГонагалл, следуя взглядом за взлетающим всё выше хорьком. — Учу, — ответил Грюм. — Учи… Грюм, это что, студент? — вскрикнула профессор МакГонагалл, и книги посыпались у неё из рук. — Ну да, — ответил он. — Быть не может! — ахнула профессор МакГонагалл, бросаясь вниз по ступеням и доставая волшебную палочку.       Через секунду на месте хорька с треском появился Драко Малфой — он кучей лежал на полу, его роскошные белые волосы упали на ставшее ярко-красным лицо. Пошатываясь, он поднялся на ноги. — Грюм, мы никогда не используем трансфигурацию как наказание! — сказала профессор МакГонагалл слегка севшим голосом. — Профессор Дамблдор вам наверняка об этом говорил! — Да, кажется, он упоминал об этом, — кивнул мужчина, безмятежно почёсывая подбородок. — Но я подумал, что хорошая встряска…       Грозный Глаз посмотрел на Дебби, ожидая её комментария, но она только пожала плечами и широко улыбнулась.       Драко, чьи белёсые глаза всё ещё были полны слёз от боли и унижения, злобно посмотрел на Грюма, пробормотав неразборчиво что-то о своём отце. — Зря… — прошептала гриффиндорка себе под нос. — Да ну? — спокойно заметил Грюм и, хромая, сделал два шага вперёд. Тупое клацанье его деревянной ноги отозвалось по холлу. — Что же, я давно знаю твоего отца, парень… скажи ему, что Грюм как следует присмотрит за его сыном… передай ему это от меня… кстати, это Снейп будет твой декан? — Да, — с негодованием ответил Малфой. — Ещё один старый знакомый, — прохрипел Грюм. — Мечтал я побеседовать со стариной Снейпом… Пойдём-ка, ты… — Он ухватил Малфоя за плечо и повлёк его ко входу в подвал.       Профессор МакГонагалл несколько мгновений обеспокоенно смотрела им вслед, потом взмахнула волшебной палочкой, заставив упавшие книги снова подняться в воздух и вернуться к ней в руки. — Ничего мне не говорите, — приказал Рон, когда несколько минут спустя они сели за гриффиндорский стол. Со всех сторон доносились взволнованные разговоры о том, что сейчас произошло. — Это почему же? — удивилась Гермиона. — Потому что я хочу навеки сохранить это в моей памяти, — ответил Рон, закрыв глаза с блаженным выражением на лице. — Только у нас — Драко Малфой, поразительный прыгающий хорёк… — Ничего не говори, Гермиона, — предупредила Дебора, замечая осуждающий взгляд, — Поверь, это он еще мало получил.       С двух сторон от неё плюхнулись близнецы. Дебби привыкла, что они всегда так делают, но всё равно вздрогнула от неожиданности. — Грюм! Вот это да! — Супер! — заявил Джордж. — Фантастика! — согласился Ли Джордан, проскользнув на место рядом с Джорджем. — У нас был сегодня его урок, — пояснил он Гарри и Рону. — Ну и как? — с неподдельным интересом спросил Гарри, посматривая на сестру, которая жевала отбивную и довольно улыбалась. — Таких уроков ещё не бывало, — признал Фред. — Он знает, старик, — добавил Ли. — Знает что? — Рон даже наклонился вперёд. — Знает, каково это — быть в самом пекле и делать дело, — с чувством произнёс Джордж. — Какое дело? — не понял Гарри. — Сражаться с Тёмными Искусствами, — сказал Фред. — Он их все повидал, — кивнул Джордж. — Короче, потрясный дед, — заключил Ли, поворачиваясь к Дебби. — Поверить не могу, что ты с ним живешь! Он всегда таким был? — Когда я была маленькой, — девушка отложила вилку и вытянула руки на стол, прищурившись, — мы ходили в министерство. И по одному из коридоров вели мужчину в цепях. Это был бывший Пожиратель смерти, он подавал апелляцию на приговор. Сначала он посмотрел на меня таким мерзким взглядом, но потом увидел за моей спиной Грозного Глаза и побледнел. От страха он попытался вырваться из рук держащих его стражников. — Это Грюм его засадил в свое время? — Вероятно, да. Он мне не сказал тогда. — Вау… — расплылся по столу Джордж, глядя на подругу. — Ну, я рада, что вы все в восторге, — подмигнула Дебби, — а мне пора готовиться к завтрашнему уроку по трансгрессии! Этот год будет самым лучшим, поверь Гарри!       Поттер согласно кивнул, прокручивая в голове сцену с Малфоем.

***

      Несмотря на позитивный настрой мисс Грюм, следующие несколько дней выдались странными. Она утопала в занятиях, в суматохе пытаясь всё успеть, ведь домашки было куча. Попутно она отбивалась от Грейнджер, которая настойчиво предлагала ей вступить в Г.А.В.Н.Э, на что Деббс категорически отказывалась, запихивая в банку пару сиклей, лишь бы та отстала. Учитывая все дела, ей было абсолютно индифферентна судьба эльфов, которые, к слову были довольны работой в Хогвартсе.       Что ее удручало, так это поведение Аластора, который пропадал на уроках и будто намерено её избегал. Она то думала, что раз он теперь в школе, то они будут проводить много времени вместе.       Ко всему прочему, Гарри прибежал с письмом от Сириуса, и узнав, что Бродяга возвращается в Англию, брат с сестрой не находили себе места. Они оба написали ему ответ, Гарри — с заверениями, что всё в порядке, Дебби — что лично его убьет, если он вернётся и попадется.       Поттер в последнее время был молчаливый, переживая за крестного.             Спускаясь с совятни, Дебора пыталась его разговорить. — Фред с Джорджем пытаются придумать как им попасть на турнир. Но пока никто не знает, как будет проходит отбор. Я лично жду когда уже приедут другие школы! Осталось несколько дней до прибытия, мне не терпится всё у них узнать. — Не думаю, что близнецы смогут обойти отбор. — Согласна, они подначивают меня участвовать. — А ты не хочешь? — Гарри, я хочу хотя бы год спокойно проучиться без приключений! — со смехом прокаркала Дебби, — Вижу шевелюру Грейнджер и макушку Рона, кажется они тебя ждут.       В коридоре было много учеников перед обедом, но друзей брата она всегда могла отличить в толпе.       Гарри приподнялся на цыпочках, собираясь побыстрее пройти через первокурсников. — Эй! — крикнула Деббс в догонку, — Как там уроки по ЗоТИ?       Гарри ошалело обернулся на сестру. — Грюм просто чокнутый!       Дебора усмехнулась, даже не решив, хочет ли она знать подробности или нет.       В день прибытия гостей, им пришли ответы от Сириуса. Деббс схватила свой конверт, кивнув брату, и побежала в спальню.       Пергамент был довольно потрепавшимся, но плотно запечатанным.

«Котёнок, со мной всё хорошо. Я в надежном укрытии, не беспокойся за меня и приглядывай за Гарри. Теперь я могу следить за новостями без запозданий.

P.S. На юге получилось избавиться от блох, даже не представляешь какое это облегчение.

Бродяга»

      Она убрала письмо к себе в сумку и поспешила на общий сбор у замка.       С этого момента начался хаос.       Ученики из Шармбатона и Дурмстранга уже теснились в зале какое-то время, но гул не прекращался. Самым обсуждаемым событием стало присутствие Виктора Крама.       Дебби с интересом разглядывала гостей, но вскоре её взор обратился к преподавательскому столу.       Она в очередной раз вздохнула, наблюдая, как Аластор отхлебнул какое-то пойло из своей фляги. Уроки с ним проходили хорошо, но из-за расписания они никак не могли пересечься вне занятий. — Бедный… Работа с детьми его доконает… — Он-то бедный?! — воскликнула Гермиона. — А кто еще, Грейнджер? Хочешь сказать Малфой?       Гермиона отвернулась, снова бурча на Рона, который восхищался красотой француженок. Дебби перевела взгляд с рыжего на них. — Хотела бы я быть такой симпатичной… — Так ты вроде не уродина, — проговорил Фред, тоже разглядываю девушек в голубых мантиях. — Ну спасибо, Фредди! Подбодрил! А ты куда смотришь, идиот? — она влепила Джорджу оплеуху. — Я всё расскажу Джонсон!       Джордж уже собрался оправдываться, но тут его перебил громкий голос Дамблдора. — Торжественный миг приблизился. — Дамблдор оглядел, улыбаясь, обращённые к нему лица. — Турнир Трёх Волшебников вот-вот будет открыт. Перед тем как внесут ларец, я хотел бы коротко объяснить правила нынешнего Турнира. Но прежде позвольте представить тем, кто не знает, мистера Бартемиуса Крауча, главу Департамента международного магического сотрудничества. — Слушатели вежливо похлопали. — А также Людо Бэгмена, начальника Департамента магических игр и спорта.       Бэгмену достались щедрые аплодисменты, наверное благодаря его славе загонщика, а может, просто потому, что вид у него был куда приветливее: Бэгмен оценил аплодисменты, осклабившись и помахав залу рукой, а хмурый Бартемиус Крауч и бровью не повёл, когда Дамблдор назвал его имя. — Мистер Бэгмен и мистер Крауч, организаторы Турнира, без устали работали несколько месяцев, — продолжал Дамблдор. — И они войдут в судейскую бригаду, которая будет судить состязания.       При слове «состязания» зал навострил уши, что от Дамблдора не ускользнуло. — Филч, — улыбнулся он, — ларец сюда, пожалуйста.       Филч, который до этой минуты прятался где-то в дальнем углу зала, тут же явился к профессорскому столу, неся в руках старинный деревянный ларец, инкрустированный жемчугом. Зал, зашумев, всколыхнулся.       Филч осторожно поставил ларец перед Дамблдором, и тот продолжил объяснения: — Инструкции к состязаниям мистером Краучем и мистером Бэгменом уже проверены. Для каждого тура всё готово. Туров — три, состязания основаны исключительно на школьной программе. Чемпионам предстоит продемонстрировать владение магическими искусствами, личную отвагу и умение преодолеть опасность. В Турнире, как известно, участвуют три чемпиона, по одному от каждой школы-участницы. Их будут оценивать по тому, как они справились с очередным состязанием. Чемпион, набравший во всех турах самое большое число баллов, становится победителем. Участников Турнира отбирает из школьных команд беспристрастный выборщик — Кубок огня.       Дамблдор вынул волшебную палочку и стукнул по крышке ларца три раза. Крышка медленно, со скрипом открылась. Дамблдор сунул внутрь руку и достал большой, покрытый грубой резьбой деревянный Кубок. Ничего примечательного — не будь он до краёв наполнен пляшущими синеватыми языками пламени. Дамблдор закрыл крышку, осторожно поставил на неё Кубок, чтобы все хорошо его видели. — Желающие участвовать в конкурсе на звание чемпиона должны разборчиво написать своё имя и название школы на куске пергамента и опустить его в Кубок, — сказал он. — Им даётся на размышление двадцать четыре часа. Кубок будет выставлен в холле. И завтра вечером выбросит с языками пламени имена чемпионов, которые примут участие в Турнире Трёх Волшебников. Конечно, избраны будут достойнейшие из достойнейших. Кубок на всю ночь останется в холле и будет доступен всем, кто хочет участвовать в Турнире. К участию в Турнире будут допущены только те, кто достиг семнадцати лет. А чтобы те, кому нет семнадцати, не поддались искушению, я очерчу вокруг него запретную линию. Всем, кто младше указанного возраста, пересекать эту линию запрещено. И последнее: желающие участвовать в конкурсе, примите к сведению — для избранных в чемпионы обратного хода нет. Чемпион будет обязан пройти Турнир до конца. Бросив своё имя в Кубок, вы заключаете с ним магический контракт, который нарушить нельзя. Посему хорошенько подумайте, действительно ли вы хотите участвовать в Турнире. Ну а теперь, кажется, самое время идти спать. Всем, всем доброй ночи. — Запретная линия! — воскликнул Фред, направляясь к выходу, глаза у него возмущённо сверкали. — Её наверняка можно обмануть зельем, ну, которое набавляет возраст. А когда уже имя в Кубке, кричи «ура»! Кубку — умора! — всё равно, сколько тебе лет! — Дело не в возрасте, — возразила Гермиона. — Мы ещё очень мало знаем, и нам такие состязания не по плечу. — Говори только за себя, — обозлился Джордж. — Гарри, ты ведь хочешь принять участие в конкурсе? — Не хочет! — зашипела Дебби.       Она повернулась на ходу, чтобы сурово взглянуть на Уизли, но тут же врезалась в чью-то грудь.       Подняв глаза, она встретилась взглядом с высоким дурмстранговцем. — Прошу прощения! — её еще больше разозлила нелепая ситуация и от корней по волосам начал расползаться бордовый цвет.       Парень заворожено глядел на неё не произнеся ни слова, пока её за руку не вытянул Фред, утаскивая от внимания иностранного гостя. — Решила пофлиртовать с чужестранцами? — Скорее напугать!       Они догнали Золотое трио, когда Поттер в дверях пропускал Каркарова. — Спасибо, — небрежно бросил Каркаров, мельком взглянув на Гарри. И застыл в изумлении — прямо-таки уставившись на Гарри, точнее, на его шрам.       Его подопечные тоже остановились позади директора, с любопытством таращась на Гарри, на многих лицах читался испуг. Парень в заляпанной едой мантии толкнул локтем стоявшую рядом девушку и беззастенчиво ткнул в Гарри пальцем. — Да это Гарри Поттер, — прохрипел кто-то сзади. Профессор Каркаров резко обернулся. Грозный Глаз Грюм стоял, опираясь на свою палку, его волшебное око, не мигая, буравило директора Дурмстранга.       Каркаров побледнел, на искажённом лице проступила ярость, смешанная со страхом. — Ты! — только одно слово сорвалось с его губ. — Да, я, — мрачно кивнул Грюм. — И если тебе нечего сказать Гарри Поттеру сделай милость, проходи, не задерживайся. Ты не даёшь пройти.       Что правда, то правда: позади Грюма столпилось ползала, ожидая, когда пробка в двери рассосётся.       Не ответив ни слова, Каркаров поспешно удалился вместе с учениками. Грюм долго смотрел ему вслед волшебным глазом, изуродованное лицо выражало острую неприязнь.       Когда Аластор поравнялся в этой толпе с Деборой, она ухватилась пальцами за его рукав и начала толкать в сторону, намекая выбраться из потока и пройтись другим путем.       Он недовольно зарычал, но сменил направление. — Знаешь Каркарова? — спросила она, когда они отделились от массы людей. — Бывший пожиратель, которого я не упек в Азкабан. — Да ладно? И он теперь директор? — Много кто прошел по схеме, что действовали под империусом, в суде уже было бесполезно бороться. — Как Малфой? — Как Малфой.       Они вышли на пустую площадь у входа в замок. — Ты бы заканчивал пить. Разве не нужно всегда быть начеку? — подстебнула его Дебби. — Сама бы повела уроки с этими малолетними мерзавцами!       Дебби прыснула в кулак. — Да, работка прямо для тебя. Сложнее чем засовывать говнюков в тюрьму? — Проще запустить аваду себе в лоб, — не соврал Грозный Глаз. — А мне нравится. Твои уроки у меня теперь самые любимые. — Еще бы ты так не сказала! — гаркнул Грюм. — Да ну тебя, не зазнавайся! Но я надеюсь ты войдешь во вкус. Говорят, эта должность проклята и никто не задерживается больше года. Но кому же, кроме тебя, под силу побороть такое проклятие? — ехидно прищурилась девушка.       Аластор резко остановился и, скривив лицо, полностью повернулся к ней. — Хочешь, чтобы я до конца своих дней возился с мелкими обосранцами, уча их правильно держать палочку и не тыкать ею себя в зад? — По-моему со мной у тебя отлично получилось. — Не заставляй меня жалеть! — Не будь таким ворчуном! — девушка снова подхватила его под локоть и направила к вестибюлю. — Хотя бы еще год, до моего выпуска! Представь, если перед ЖАБА нам поставят на предмет какого-нибудь кретина?! Я этого не переживу! — Поправь волосы, — перевел тему экс-мракоборец, намекая на всё еще красные волосы девушки, — мне пора.       Он высвободил руку из цепкого захвата Деборы и захромал вперед к лестнице. — Давай-давай! Заполняй свои журнальчики, профессор! — крикнула вслед гриффиндорка и услышала неразборчивое, но очень недовольное бормотание вдалеке.

***

      В субботу после обеда, Дебора забирала близнецов из больничного крыла. У Джорджа всё еще оставалось несколько седых волос, а Фред всё время потирал лоб, проверяя, точно ли ушла страшная морщина между бровями. — Ну зато, вы теперь знаете как будете выглядеть в старости!       Близнецы старалась героически перенести свой проигрыш против мер Дамблдора, но по лицам всё равно можно было прочитать разочарование. — Надеюсь, он выберет Анджелину, — сказал Джордж. — Она выиграет тысячу галеонов, я женюсь на ней и мы будем богаты. — Для начала признайся ей в любви, — подразнила Дебби. — Тебе придется учавствовать, подруга, — серьезно сказал Фред, повернувшись к ней. — Это еще почему? — А мне на ком жениться? Давай ты выиграешь тысячу галеонов и мы будем невероятно богаты! — Вот идиоты! Я ставлю на Седрика! — Ах, да! Постоянно забываю про красавчика Диггори… Если он выиграет ты выйдешь за него замуж? — Обязательно, Фредди! И мы усыновим вас, не переживайте! Будем жить все вместе, одной богатой семьей! — Сегодня после ужина узнаем, станем ли мы одной семьей или нет… — пробормотал Джордж, выдирая очередной седой волос у виска.       Ужин, казалось, никогда не кончится. Все вокруг ёрзали на стульях, тянули шеи, вставали на ноги, всеми овладело нетерпение: скоро ли Дамблдор завершит трапезу? Кто будет Тремя Волшебниками       Перед входом в зал, Дебби столкнулась с мадам Максим, которая чуть было не споткнулась об неё из-за своего громадного роста. Теперь она посматривала на неё с небольшим страхом быть растоптанной. — Кубок огня вот-вот примет решение, — начал Дамблдор. — Думаю, ему требуется ещё минута. Когда имена чемпионов станут известны, попрошу их подойти к столу и проследовать в комнату, примыкающую к залу. — Он указал на дверь позади профессорского стола. — Там они получат инструкции к первому туру состязаний.       Он вынул волшебную палочку и широко ей взмахнул; тотчас все свечи в зале, кроме тех, что горели в тыквах, погасли. Зал погрузился в полутьму. Кубок огня засиял ярче, искрящиеся синеватые языки пламени ослепительно били по глазам. Но взгляды всех всё равно прикованы к Кубку, кое-кто поглядывает на часы…       Пламя вдруг налилось красным, взметнулся столп искр, и из Кубка выскочил обгоревший кусок пергамента. Зал замер.       Дамблдор, протянув руку, подхватил пергамент, освещённый огнём, опять синевато-белым, и Дамблдор громким, отчётливым голосом прочитал: — «Чемпион Дурмстранга — Виктор Крам».       Зал содрогнулся от грохота аплодисментов и восторженных криков.       Пламя вновь покраснело, и Кубок выстрелил ещё одним куском пергамента. — «Чемпион Шармбатона — Флёр Делакур!» — возвестил Дамблдор.       Девушка, так похожая на вейлу легко поднялась со стула, откинула назад волну белокурых волос и летящей походкой прошла между столов Гриффиндора и Пуффендуя.       Всё опять повторилось. Огонь покраснел, посыпались искры. Из Кубка вылетел третий кусок пергамента. Дамблдор поймал его и прочитал: — «Чемпион Хогвартса — Дебора Грюм».       Зал опять взорвался, но для Дебби все звуки умолкли. — Что? — переспросила она, но за возгласами никто не не услышал.       Она глупо моргнула, всё еще сидя на своем месте. — А ты та еще обманщица, подруга! — в правом ухе послышался восторженный шепот Уизли. — А говорила, что не хочешь участвовать! — добавил Джордж, похлопывая её по плечу.       Девушка непонимающе уставилась на Дамблдора, который, казалось, абсолютно не разделял её тревогу. Она обернулась на Гарри, который тут же нахмурился, сообразив, что что-то не так. — Мисс Грюм! — повторил директор.       На негнущихся ногах она встала со скамьи. Её взгляд метался на всех сидящих за главном столом. Вот Хагрид, восторженно хлопающей её фамилии, Макгонагалл, гордо подняв голову за ученицу своего факультета, вечно холодный взгляд Снейпа, с не читаемым выражением лица. Взгляд мельтешил, пока не уперся в лицо Аластора, который неотрывно смотрел на неё обычным и волшебным глазом.       Она непонимающе покачала головой, смотря на него и делая шаг вперед, показывая, что это какая-то ошибка.       Директор терпеливо ждал, пока она не сократила между ними расстояние и перевела растерянный взгляд. Пыл старика тут же спал и он нахмурился, но всё равно кивнул в сторону двери, куда должны ранее зашли Крам и Делакур.       Пока она шаркала ватными ногами, звуки в зале начали приобретать очертания. Кто-то перешептывался, негодуя её избранием, кто-то улюлюкал вслед. Но все это скрылось за тяжелой деревянной дверью, где её ждали два других чемпиона.       Виктор Крам и Флёр Делакур стояли у камина. На фоне яркого пламени их тёмные силуэты выглядели до странности внушительно. Крам, ссутулившись и о чём-то сосредоточенно думая, притулился к каминной полке. Флёр Делакур, откинув назад волну белокурых волос, повернулась посмотреть кто-же оказался третьим избранным. Она учтиво кивнула Деборе, но девушка её проигнорировала и облокотилась на массивный стол.       Спустя пять минут в комнату вошел Гарри. — Что случилось? — вскочила Дебби.       Он выглядел еще хуже чем она. С ошалевшими глазами и открытым ртом, он набрал дыхания, чтобы рассказать, но дверь в комнату снова отварилась и первым в неё влетел злой как черт Грозный Глаз. — Ты бросала свое имя в кубок? — проорал он, вплотную подходя к Деборе, чуть не отдавив посохом ей ногу. — Я…       Она не успела договорить, как он повернулся к Гарри и взял его за грудки. Поттер наоборот закрыл рот и Грюм его отпустил. — Дамблёдорр! Кес-кёсе? Что сие означает? — властно промолвила мадам Максим. — Я тоже хотел бы это знать! — поддержал профессор Каркаров. На лице его застыла каменная улыбка, синие глаза превратились в льдинки. — Два чемпиона от Хогвартса? Что-то не припомню, чтобы школа — хозяйка Турнира — когда-нибудь выставляла двух чемпионов. Может, я плохо знаком с правилами? — С его губ слетел ехидный смешок.       Все присутствующие были на взводе. — Двух? — переспросила Грюм. — Импоссибль. — проигнорировала вопрос мадам Максим и опустила огромную, унизанную прекрасными опалами руку на плечо Флёр. — 'Огва’гтс нельзя выставить двух чемпионов, это не есть сп’гаведливо. — Мы были уверены, Дамблдор, что запретная линия допустит к участию в конкурсе только учеников старших курсов. — Каменная улыбка не сходила с лица Каркарова. — Иначе мы привезли бы сюда куда больше претендентов. — Это ты, Гарри, бросил в Кубок своё имя? — Нет, — под прицелом всех взглядов ответил Гарри. — Может быть, ты просил кого-то из старших бросить в Кубок твоё имя? — Нет, — твёрдо ответил Гарри. — Он говорит неправда! — воскликнула мадам Максим. — Мадам Г’рюм совег’шеннолетняя сест’га, она могла б’госить имя! — Но я не бросала даже свое имя! — наконец перекричала всех девушка.       Воцарилась гробовая тишина. Дебора проморгалась и еще раз обвела взглядом всех присутствующих. Казалось, в восторге от того, что она и Гарри вылетели из кубка, был только Людо Бэгмен, лицо которого сияло от неожиданного поворота событий. — Я не бросала свое имя в кубок и не собиралась учавствовать в Турнире. А Гарри тем более! Это какая-то ошибка!       Мистер Крауч, до этого молчавший, наконец нарушил тишину. — Мисс Грюм и правда достигла семнадцати лет, поэтому противоречий в её участии быть не может. — Отчеканил он стальным голосом. — Мистер Крауч, мистер Бэгмен. — В голосе у Каркарова появились льстивые нотки. — Вы — наши беспристрастные судьи. И вы, конечно, согласны, что происшедшее противоречит правилам Турнира? — Мы должны строго следовать правилам. А в них написано чёрным по белому: тот, чьё имя выпало из Кубка, обязан безоговорочно участвовать в турнире. — Ну, конечно! Барти знает правила как свои пять пальцев! — просиял Бэгмен и взглянул на протестующих гостей, как бы говоря: спор завершён. — Я настаиваю на том, чтобы увеличить число моих подопечных, получивших доступ к Кубку огня. — Каркаров отбросил подобострастный тон, улыбка сползла, лицо злобно исказилось. — Зажгите его ещё раз. Все школы должны иметь равное число чемпионов. Это, Дамблдор, будет честно! — Поймите, Каркаров, это невозможно, — возразил Бэгмен. — Кубок огня погас, и его разожгут не раньше следующего Турнира. — Которому мы объявим бойкот! — взорвался Каркаров. — После всех встреч, переговоров, компромиссов я ничего подобного не ожидал! И готов хоть сейчас бросить всё и уехать. — Вы что, спятили? Ни я, ни Гарри не хотим учавствовать! — воскликнула Дебби, но опять была проигнорирована.       Она упорно пыталась найти поддержку в чьем то взгляде, но наткнулась только на задумчивый взор Северуса, который что-то обдумывал у себя в голове. Все остальные сверлили друг друга, показывая свое негодование из-за нечестного распределения. — Пустая угроза, Каркаров, — прохрипел Грозный Глаз. — Ты не сможешь отозвать своего чемпиона. Как сказал Дамблдор, чемпионы связаны магическим контрактом. Хотят они или нет, им придётся участвовать в Турнире. Что, не согласен? — Согласен? — переспросил Каркаров. — Боюсь, я не совсем тебя понял, Грюм. Каркаров держался высокомерно, показывая всем, что слова Грюма не достойны его внимания, но профессора выдали руки, судорожно сжавшиеся в кулаки. — Неужели? — спокойно продолжал Грюм. — Тогда слушай. Всё очень просто. Кто-то опустил в Кубок имя Поттера и Дебби, точно зная, что, выпади их имена, им придётся участвовать в Турнире, пусть хоть небо обрушится. — Значит, мсье успешно помог 'Огва’гтсу откусить от одного яблока два раза, — подытожила мадам Максим. — Полностью с вами согласен, — кивнул Каркаров. — И я намерен подать протест в Министерство магии и Международную конфедерацию колдунов… — Уж кому бы подавать протест, так это вынуждены участникам, — прохрипел Грюм. — Но смешно сказать, я ещё и слова от Поттера не слышал. — Ему чего делать п’готест! — топнула ножкой Флёр Делакур. — Палец пальцем не стукнул, и чемпион! Мы много месяц т’гудились, мечтали стать чемпион. Такая честь для всей школы. За тысяча галлеон многие готовы отдать их жизнь! — А может, кто-то и хочет, чтобы Поттер отдал жизнь. — Грюм явно силился придать голосу мягкость.       После этих слов в комнате воцарилось гнетущее напряжение. Не на шутку встревоженный, Людо Бэгмен, нервно переступив с ноги на ногу, прервал молчание: — Грюм, старина, что вы такое говорите?! — Как всем нам известно, Грюм считает утро пропащим, не раскрой он к обеду полдюжины заговоров. — Каркаров перешёл к прямым оскорблениям. — Ему всюду мерещится опасность. Небось и студентам то же внушает. Мягко говоря, странное свойство для преподавателя, который учит, как защищаться от Тёмных Искусств. Но вам, Дамблдор, конечно, виднее.       После такого, Дебора раздула ноздри как корова, уже готовая сделать шаг вперед, но ее неожиданно схватил за локоть профессор Снейп, предостерегая от перепалки. — Мне мерещится? — вновь захрипел Грюм. — Фантазия разыгралась? Да поймите, подложивший в Кубок имя Поттера обладает огромной волшебной силой! — А доказательства, мсье? — Мадам Максим всплеснула ручищами. — Маг сумел обмануть предмет, обладающий исключительными магическими свойствами. Только мощнейшее заклятие Конфундус могло заставить Кубок забыть, что в Турнире должны участвовать три школы. Ведь чтобы Кубку не из кого было выбирать, надо иметь в школе всего одного претендента. И скорее всего, имя Поттера подложили от некой четвёртой школы. — Сдаётся мне, ты очень много об этом думал, — холодно заметил Каркаров. — Занятная гипотеза. А я тут недавно слыхал такую историю: ты вбил себе в голову, — ха-ха! — что один из подарков, которые ты получил в день рождения, — хитроумно замаскированное яйцо василиска. Ты его взял и разбил, а это оказались часы для автомобиля. Потому-то мы и не воспринимаем тебя всерьёз…       Тут она уже не выдержала, и, выдернув руку из стальной хватки зельевара, всё же встала перед Каркаровым, разделяя их с Грозным Глазом. — Я бы посоветовала Вам, сэр, — ядовито выделила она последнее обращение, — держать язык за зубами, находясь у нас в гостях.       Снейп почти театрально прикрыл веки, а Минерва подняла брови от таких манер.       Мужчина же мерзко улыбнулся, собираясь унизить её в ответ, но был перебит голосом из-за её спины. — Да, существуют люди, умеющие раздуть из мухи слона. — В голосе Грюма прозвучала угроза. — Работа у меня такая: разгадывать замыслы тёмных сил, Каркаров. Тебе бы следовало об этом помнить… — Аластор! — предупреждающе остановил Грюма Дамблдор.       Рука, на этот раз её опекуна, снова дернула её, отодвигая от директора Дурмстранга к себе за спину. Грюм прикусил язык, но с удовольствием поглядывал на залившегося краской Каркарова. — Нам неизвестно, как это могло произойти, — обратился Дамблдор к присутствующим. — Но иного выхода нет. Кубок выбрал двоих: Дебору и Гарри. И им ничего не остаётся… — Но Дамблёдорр… — Дорогая мадам Максим, а вам иной выход известен? Буду рад выслушать.       Но мадам Максим не проронила больше ни слова, она просто клокотала от гнева. И не только она. Один только Бэгмен был охвачен радостным спортивным волнением. — Ну что ж, — потёр он руки и улыбнулся. — Пора дать чемпионам соответствующие инструкции. Эта честь, Барти, представлена тебе. Не возражаешь? — Да, да… Инструкции, — очнулся Крауч от своих мыслей. — Первый тур… — Я не хочу учавствовать! — прошептала она с ужасом Аластору. — Ты слышала Барти? Разорвать контракт нельзя.       Дебби громко выдохнула, но пыл не поубавила. — Подождите с инструкциями, мистер Крауч. Вы точно должны знать, разве нет обходных путей? Мерлин со мной! Ради всего святого, я поучаствую, но Гарри нет! Ему нет семнадцати, это смертельно опасно и недопустимо! — Обходных путей нет, — раздраженно повторил Крауч, — Вы и мистер Поттер были выбраны участниками.       После наставлений Барти было решено расходиться. Каркаров и мадам Максим покинули помещение со своими подопечными, а Дебби всё еще смотрела на свой преподавательский состав, пытаясь найти хоть какие-то ответы. Но сказать всем было видимо нечего, потому как Снейп первым вылетел обратно к себе в подземелья, Макгонагалл, вздохнув, тоже поспешила удалиться, а Альбус наказал им с братом возвращаться в гостиную.       Под глухой стук об пол железной ноги сопровождающего их профессора по ЗоТИ, оба шли молча. И только перед входом в гостиную факультета, девушка не выдержала: — Бред! Это полный бред! А как же мои курсы по трансгрессии? Остался месяц занятий, как раз практика! — В следующем году сдашь, — гаркнул Грюм.       Она зло зашипела. — В следующем году? Это всё, что ты можешь сказать? — Идите спать.       Аластор несильно хлопнул Поттера по плечу, но тот все равно пошатнулся. Развернувшись, он поковылял в обратную сторону.       Парочка переглянулась, всё еще пребывая в шоке. — Надо написать Бродяге, — шепнула Дебби так, чтобы Полная дама её не услышала. — Согласен, — кивнул Гарри. — Да уж, братец, мы с тобой как всегда по уши в дерьме! — выдохнула она, перед тем как назвать пароль.